Читаем Время дождей онлайн бесплатно

Мы с Марком сидим в крошечном кафе в Амстердаме, лениво пьем чай и разглядываем толпу прохожих. Сгущаются тучи. Вот-вот разразится дождь, но нам все равно, что готовит на вечер небо. Нас ждет Париж. Четыре часа пути – и вместо ненастья мы встретимся с лунной ночью. Город влюбленных… Мы были там сотни раз, однако минувшее меркнет в лучах сегодня.

Муж и жена.

Для кого-то наш странный брак – всего лишь формальность, попытка решить проблему. Даже для мамы… Хотя уже восемь лет я клянусь ей, что не вижу себя без Марка. Безрезультатно. Она продолжает ныть и причитать о незавидной доле дочки. Мол, обманулась. И что я могу сказать? Не доверяет? Пусть думает все, что хочет.

Я вышла замуж. Спустя миллион невзгод мир моих грез приобрел очертания факта. Пышная свадьба, улыбки и тысячи роз… А главное – штамп, в одночасье украсивший паспорт. Я стала как все. Пусть чуть позже, пускай в тридцать два. Имеет ли смысл теперь насмехаться над прошлым? Навряд ли. И все-таки… Я, вспоминая себя, порой улыбаюсь. Наигранно, но беззаботно.

Мы стали взрослее. Пропали былые порывы. Ушли раздражительность, гнев и пустой эгоизм. Вернулась гармония. Факт. Я проснулась счастливой и больше не сплю. Ведь куда интереснее жизнь.

Марк хмурится. На его загорелом лице читается скука, навеянная утомительным ожиданиям. Он бывший гонщик, и любая остановка в пути – больная заноза в его беспокойное сердце.

Ещё полчаса.

Я устало закрываю глаза, и в эту секунду за окном начинает ливень. Народ разбегается. Миг, и на месте толпы пустынная улица…

Вот она, ранняя осень.

Я тихо зеваю. Смотрю с любопытством вокруг и вижу, что рядом сидит весьма странная пара. Солидный мужчина и девушка… Девочка. Ей не больше шестнадцати. Он для нее слишком старый. И все ж они вместе. И это не дочь и отец. Я чувствую правду в ее озабоченном взгляде. Мне хочется встать, подойти к ним и что-то сказать. Но страх побеждает. И это логично…

А сзади уже наводнение. Небо смешалось с землей. Потоки воды словно бурные горные реки. И в этот кошмар нам придется нырнуть с головой. А мы без зонтов… Подготовились хуже, чем дети.

Я все-таки взрываюсь. Бью кулаком по столу и громко ругаюсь, привлекая к себе внимание. Марк неподвижен. Он знает, что ждать от меня, и этот порыв не вводит его в заблуждение. Но пара стихает. Мужчина смотрит вокруг, находит меня и бросает:

– Вы что-то сказали?

Я тут же краснею. К несчастью, он знает французский. Ищу оправдание, но в голову лезет маразм. Тогда я вздыхаю:

– Простите.

Какая-то глупость. А Марк улыбается. Весело? Нет. Не сейчас.

В отличие от Марка, мужчина абсолютно серьезен и даже, возможно, проникается к нам сочувствием.

– Меня зовут Поль, – он смотрит мне прямо в глаза и добавляет, – а Вы… Вы живете в Париже?

Есть повод соврать. Но я не решаюсь.

– Я из России.

Он удивлен.

– Не очень похожи.

– А Вы там бывали?

– Да. Прошлой осенью.

Марк возмущен. Однако молчит. И, наверно, напрасно. Я расслабляюсь.

– И как Вам у нас?

Поль даже не думает.

– В целом прекрасно. Но… слишком пасмурно.

– Да? Как сейчас?

Мой юмор оценен. Его разбирает смех, и я понимаю, что у нас завязалось знакомство. Под носом у Марка… Не самый пристойный пейзаж. Но я вошла в роль и хочу продолжения спектакля.

– Нам на вокзал, – сообщаю я с томным взглядом, пытаясь поймать разочарование в реакции Поля.

Безрезультатно. Он смеется мне прямо в лицо и сообщает:

– У нас тоже билеты на поезд.

– На поезд?

– В Париж.

Мне становится дурно. Вот совпадение.

– Нам тоже туда.

– Выходит, попутчики?

Он дает руку. Я ее жму. Марк мрачнеет.

Беда…

Да, разумеется, в жизни часто бывают встречи, а я не из тех, кто шарахается от незнакомцев. И Марк это знает. Однако здесь и сейчас флирт неуместен – мы едва отыграли свадьбу.

Я робко киваю:

– Попутчики.

– Значит… Поедем все вместе?

У Марка испуг. Он в шаге от бешенства.

– Да. Только знаете… У нас не поездка, а свадебный тур.

Поль удивляется.

– Что ж. Поздравляю. Позвольте откланяться…

– Вы уже все?

– Нам нужно в гостиницу.

– А-а-а… Понимаю. Ну… до свидания.

За окнами гром. Поль поднимается, обнимает подругу за плечи, и пара уходит, оставляя нас в одиночестве. Марк в шаге от ярости. Ему хочется что-то сказать, но он не спешит, будто ждет от меня оправданий. Тогда я встаю.

– Собирайся.

– Марина? Не рано ли?

– Нет. Да и хватит сидеть.

– Там ливень.

– Я вижу.

Немая картина. И тут я бросаю:

– Ты знаешь, где дверь.

Он замирает, а я резко разворачиваюсь на каблуках и быстрым шагом иду по направлению к выходу. Меня провожают. Официантка кивает вслед, а некто в углу поднимает вверх банку с колой. Им явно смешно, хотя вряд ли кто-то из них проникся эмоцией, вложенной мной в эту сцену. Но я не в обиде. Во мне еще бродит артист, привыкший к провалам и в более камерных стенах.

Да, я артистка. Вернее, была ею раньше, когда с упоением играла в одном из театров. В каком? Не суть важно. С тех пор прошло несколько лет, и имя мое навсегда затерялось в архивах. Но Марк это помнит. И знает, что в нужный момент я в состоянии сыграть эпизод на ура. Так, как сегодня…

Я выхожу из кафе.

Спектакль кончается.

Дождь и гроза – не игра.

На улице хаос. Я промокаю за миг и еле иду по колено в холодной воде. Одна во всем городе. Даже отчаянный крик никто не услышит. Вселенная тонет во мгле. Идти минут десять, но каждый последующий шаг дается сложнее, чем было секундою раньше. Я замираю… Смотрю с сожалением назад, сжимаюсь в комок и с усилием двигаюсь дальше.

Марка не видно. Вероятно, он остался в кафе в надежде на то, что ненастье пройдет стороной. Но это утопия. Ослепительная вспышка молнии, и я чуть не падаю, оглушенная раскатом грома.

– Вот дьявол! – я оказываюсь на привокзальной площади и, задыхаясь, бегу по бурлящим лужам.

Еще одна вспышка.

Я влетаю в пустынный холл, резко встаю и слышу звонок мобильного.

– Алло.

– Ты в порядке? – по голосу Марка трудно понять, что он чувствует.

– Да.

– Я сейчас буду. Что с расписанием?

– Вроде по графику.

– Хм… Ерунда.

Он кладет трубку, и только в этот момент я понимаю, в чем причина его спокойствия. Наш поезд задерживается. Где-то на полчаса… И именно это объявляют сейчас по вокзалу.

– Проклятье…

Я в шоке. Все планы насмарку. У нас все расписано. Времени нет. И что теперь делать? Слоняться по паркам? Я падаю духом. Не отдых, а бред.

Вот так! Обстоятельства все же сильнее. И справиться с ними, увы, невозможно. Я делаю вдох, и душа каменеет. По плану все просто, на практике – сложно.

Меня словно нет. Незаметно для окружающих я пячусь к стенке и осторожно снимаю блузку. Становится легче. Мне хочется стащить с себя все, но я понимаю, что это за гранью безумия.

И тут входит Поль. В одиночестве.

– Боже…

Бежать просто некуда. Я перед ним.

Миг замешательства.

Радость?

– Ну, что же… Вот мы и встретились. Правда, Марин?

Я робко киваю и, пытаясь прикрыться блузкой, ищу объяснение чрезмерным познаниям Поля. Безрезультатно. Порывшись в промокшей памяти, я убеждаюсь, что не называлась ему по имени.

– Марина? – я в шоке, – откуда Вы знаете?

– Случайно подслушал. Бывает. Простите.

– В кафе?

– Разумеется. Вы… Не серчайте. Так получилось… Прошу, не молчите.

Но я словно в ступоре.

– Боже, Марина… Вам плохо?

– Да нет. Все в порядке. Хотя… Сейчас придет Марк.

– Ваш приятель?

– Вестимо.

– Что ж. Понимаю… Ну, ладно. Пока.

Он разворачивается и быстро уходит прочь, словно напуган обещанным появлением Марка. Я недовольна. Мне нужен другой сценарий, но строчка написана – мы остаемся порознь.

Народ прибывает. На меня начинают смотреть, и, сдавшись смущению, я вновь одеваю блузку. Становится холодно. Тело пленяет дрожь, и я молю Бога о скором свидании с мужем.

Марк не торопится. Лишь через десять минут его силуэт возникает как призрак у входа. Он улыбается.

– Дьявол!

В руках Марка зонт. Откуда он взялся?

Предатель!

Мне больно и плохо.

Но я не из нытиков. Справившись с первым волнением, я остываю. И вновь превращаюсь в актрису. Прячу эмоции, делаю вид, что зеваю, и выдаю:

– Ты не очень-то вовремя, милый.

Марк все понимает. Он смотрит с тоской на табло и, как и я, поддается влиянию злости.

– Уродство…

– Расслабься. Теперь нам уже все равно. Придется смириться.

– Смириться? Но это же скотство!

Он так взбешен, что, похоже, забыл о Поле и тех ощущениях, что испытывал минутой ранее. Мне это на руку. Вместо глупых семейных ссор нас ждет расстройство. Как минимум до понедельника.

Я робко шепчу:

– Успокойся. Все в норме.

Он грустно смеется:

– Ты думаешь?

– Нет. Однако…

– Марина, прости. Я не в форме. Давай без участия.

– Ладно.

В ответ Марк машет рукой, добавляя:

– По сути, теряем лишь ужин.

– А этого мало?

Рискованный шаг, но что будет, то будет. Не хочет участия?

Как все достало…

Не буду обманывать – я по-прежнему обожаю мужа, однако порой мои чувства съедают эмоции. Я слишком придирчива, а Марк из когорты людей, кто гнет свою линию, не замечая последствий.

Но не сегодня.

Реакции нет. Я удивляюсь:

– Милый, ты что?

Он объясняет:

– Проспали обед. Подумаешь, ужин…

Немое кино.

Марк явно расстроен, и все же в его поведении скользит нечто странное, не из повадок супруга. Какое-то отчаяние.

Я прижимаюсь к нему и соглашаюсь:

– Ты прав. Оторвемся в Монако.

Мир восстановлен. Довольная этим исходом я тихо мурлыкаю. Время заканчивать с ролью. Но что-то мешает…

Признание кажется диким и… беспощадным.

Я очарована Полем.

Влюбиться в другого через несколько дней после свадьбы – дело нехитрое, но требующее определенной наглости. Такое случается. Как-то одна из подруг сбежала от мужа, едва они вышли из ЗАГСа.

Но это подруга.

А я постоянна. Мы вместе с Марком уже восемь лет. Многим подобное кажется странным. Признаюсь, мне тоже. Хотя не секрет – бывают союзы значительно крепче. Нормальное дело. Семья есть семья. Но трудно и скучно в наш век аморальный так долго держаться…

Вернее, нельзя.

И если вчера данное утверждение выглядело сомнительным, здесь и сейчас я подписываюсь под каждым словом. Реальность изменчива. Достаточно мимолетной встречи, чтобы разрушить свое собственное представление о мире.

И вот она – встреча…

При мысли о Поле я задыхаюсь. В душе – перегрузка.

Время пришло.

Мы садимся на поезд. Казалось бы, счастье… Однако мне грустно. Что-то сломалось. При взгляде на Марка я понимаю – случился коллапс. Вся наша любовь в одночасье насмарку…

Сказать ему правду?

Нет, не сейчас.

Я делаю вид, что задумалась о какой-то мелочи, и, как обычно, устраиваюсь поближе к окошку. В вагоне безлюдно. Наверно, поездки в Париж не входят в пристрастия слишком капризных голландцев.

Марк падает рядом:

– Еще минут десять. Дождь вроде стихает. Не хочешь вина?

Я напрягаюсь. Ерзаю в кресле.

– Пожалуй, не стоит.

А в сердце – зима.

Как так случилось? Какое-то мгновенье – и чувства пропали. Фантастика? Да.

– Ты сердишься?

– Нет. Просто нет настроения.

Марк тяжко вздыхает:

– Из-за дождя?

– Я уже высохла. Дело не в этом… – в горле першит.

Он настойчив:

– А в чем?

– Ты точно уверен, что хочешь ответа?

Длинная пауза. Марк… удивлен.

– Хочу, – говорит он спустя секунд десять.

– Что ж, – я киваю, – тогда получай. Скажи, сколько лет мы с тобой уже вместе?

Он что-то считает.

– Лет восемь.

– И… Ай!

Я нервно вздрагиваю, словно укушенная невидимым насекомым, и тут же краснею – в вагон входит подруга Поля. А следом он сам… Я ловлю его грустный взгляд, и мир застывает… Я чувствую запах мгновенья.

– Марина? – для Марка все выглядит прежним. Он смотрит в окно…

– Все окей. Извини. Я… Я не знаю…

Убить в нем надежду? Достаточно слова…

Марк сердится:

– И?

– Я просто подумала… Наше знакомство… Оно не по правилам.

– Хм. Почему?

– Додумайся сам. Восемь лет, и экспромтом вступление в брак.

– Ничего не пойму. Нельзя ли попроще?

– Попроще? Охотно. Ответь откровенно – ты веришь в любовь?

Марк в замешательстве.

– Верю.

– А может, все это иллюзия?

Бью точно в бровь.

Обычный вопрос, который мы обсуждаем едва ли не каждый день, звучит откровением, повергающим его в уныние. Он что-то чувствует… Однако мои слова немного расплывчаты, чтобы найти в них истину.

– Марина… К чему это?

– Так, к разговору. Ответишь?

– Навряд ли.

– Не хочешь – не надо.

Я умолкаю.

Он смотрит с укором.

– Ты слишком жестока.

– Возможно.

А рядом…

Рядом творится самое главное на тот момент действие, ибо Поль с девушкой садятся у нас за спиной. Марк их не видит. Он погружен в свои мысли, наивно надеясь найти для себя оправдание. Мне его жаль. Он настолько уверен в нас, что даже не думает, что я могу разлюбить.

Какая же подлость…

Я закрываю глаза. Мне хочется плакать. Но этому нынче не быть.

Поезд чуть вздрагивает, и окутанная полумраком платформа приходит в движение, ускользая куда-то в вечность. Прощай, Амстердам! Я любила тебя десять лет, однако не знаю, смогу ли вернуться обратно.

Все слишком сложно.

Дурацкие чувства. И что теперь делать? Играть свою роль? Да, я сумею. Но это искусство потребует жертвы.

Сомнение. Боль.

Последний раз я испытывала нечто подобное лет десять назад, расставаясь с институтской любовью. Но мы были молоды, и тот неизбежный разрыв казался прелюдией к увлекательнейшему спектаклю.

Теперь же, увы… В перспективе – развязка. С оттенком трагедии.

Кто виноват? Я? Обстоятельства? Нет. Неувязка. Тут что-то иное.

– Марина…

– Ты рад?

– Чему?

– Объяснению, – я усмехаюсь.

Марк напрягается.

– Шутишь?

– А то.

Он в замешательстве.

– Милая… Знаешь, пора стать серьезнее. Мне не смешно.

– Признаться, мне тоже, – я грустно киваю. Все как в учебниках. Только в душе отнюдь не спокойствие… – ты понимаешь, чем это грозит?

– Расставанием?

Уже?

Догадка, которую неожиданно выдает мой муж, немного пугает… И приводит меня в смятение. Надежда на то, что удастся уйти от ответа, не оправдалась… Мне пора прекращать спектакль.

И я это делаю.

– Именно.

С Марком творится неладное. Он не в себе.

– А если точнее?

Становится жарко. Я признаюсь:

– Марк, проблема во мне. Не знаю вообще, как такое возможно, но я из сегодня и я из вчера – две разные дамы…

О, Боже! Как сложно быть откровенной.

Что дальше? Война?

Марк ждет продолжения, и повисшая в воздухе пауза лишь обостряет обнаружившиеся у него таланты.

– Ты больше не любишь, – говорит он себе под нос и добавляет, – предлагаешь прервать поездку?

– Зачем? – за окном все светлее и светлее, – Париж неизбежен.

– И что он нам даст?

Я улыбаюсь. Уже веселее.

– А мне ничего и не нужно сейчас.

– А мне? – Марк пылает.

– Ты хочешь остаться? Не поздно ли? Впрочем, можешь сойти.

Мы ускоряемся.

– Шутишь? Напрасно, – он полон эмоций.

– Ну, ладно. Прости.

Экспромт провалился. Пытаясь смягчить его гнев, я разошлась и посеяла в муже отчаяние. Немыслимый подвиг! Вот только на данный момент мои достижения вряд ли спасут мое эго.

Я просто раздавлена. Марку не лучше. Он тихо бубнит:

– Доигрались.

А сзади… нас слушает Поль. А вот слышит ли?

Тучи теперь уже в поезде.

Все? Мы пропали?

Ответ очевиден. И кажется жутким.

Я соглашаюсь:

– Похоже, что да.

Марк неподвижен. Тут не до шуток. Еще одно слово – и все…

Ерунда.

Не стану оспаривать многогранность человеческих отношений, однако порой мы выходим за грани возможного. Вот и сейчас… Я смотрю с изумлением на мужа, а вижу лишь тень, что шагала со мной через годы.

Брак на неделю? Какая-то глупость. Так не бывает! Не верю!

И все же… Реальность упряма. Душевные муки – отнюдь не спасение.

Кто нам поможет?