Читаем В яблочко онлайн бесплатно

ЧАСТЬ ПЯТАЯ Реальная Жизнь ГЛАВА 39 Иди Вперед ДЖЕЙМИ Я когда мы вернулись в Айвс—Вэлли, было уже далеко за полдень, и отчеты оказались верными - погода испортилась, как только мы добрались сюда. Но там, где была Сара, мой телефон сообщил, что шторм все еще бушует. У меня скрутило живот, и не только при мысли о том, что она там одна. Владельцы отеля типа "постель и завтрак", возможно, были поблизости, но она была одна в том домике. Однако она настаивала, и я знал, что не смогу влиять на каждое ее решение. Не тогда, когда мои суждения явно оставляли желать лучшего. Так что на этот раз, в этот последний раз, я так и сделал. Я отвез Сэма на парковку Сары, чтобы забрать его грузовик. “Спасибо за беседу”, - сказал он. По дороге домой я сказал Сэму то же, что сказал Шеймусу, когда ему было за двадцать и он решал, хочет ли присоединиться к семейному бизнесу. Несмотря на то, что тогда компания называлась "Рейли и сыновья", я никогда не оказывал на него давления с просьбой присоединиться ко мне. Я хотел, чтобы он был там, только если он сам этого хотел. Чем больше я узнавал Сэма, тем больше мне хотелось, чтобы он работал в Reilly, как только получит сертификат. Его сестра была потрясающим дополнением, и я знала, что он тоже будет таким. Они были хорошими детьми. Но, как и сейчас, я не говорила Сэму, что он должен делать. Я просто рассказал ему, почему для меня так важно строить дома, а потом позволил спрашивать о чем угодно. - Знаешь, - сказал Сэм, когда мы заехали на подъездную дорожку к дому Сары, чтобы забрать его грузовик. “Я думаю, что у меня были лучшие выходные в моей жизни”. “ Ты же не говоришь? По глупой ухмылке на его лице я могла сказать, что он, вероятно, провел выходные не в одиночестве. Мы остановились, но он не двинулся с места, чтобы выйти. При любых нормальных обстоятельствах я бы сказал ему убираться к черту из моего грузовика. В хорошем смысле, конечно. Но прямо сейчас, находясь возле квартиры Сары, я был рад хоть чему-то отвлечься. Не думаю, что смог бы проехать по этой улице после сегодняшнего. Как, черт возьми, мне снова удастся с ней поработать? Она не вернется, старый дурак. Сэм вздохнул, его ноги все еще были удобно расставлены, как будто он не понимал, что это его остановка. “Вы когда-нибудь встречали кого-нибудь, - размышлял он, - у кого было такое чувство, будто он свалился прямо с неба? Например, когда вы представляете себе своего идеального мужчину, вы представляете его?” Это было так, как будто он произносил мои слова за меня. Он снял шапочку, потер волосы, прежде чем снова надеть ее. “Это было бы немного жутковато, если бы не было так похоже на...” он замолчал, словно подыскивая нужное слово. Я вцепилась в руль, мои глаза на мгновение закрылись. “Волшебство”. Сэм тихо рассмеялся. “Да. Именно”. Затем он посмотрел на меня. В его лице я увидела что-то более зрелое, чем я видела в нем раньше. За исключением того момента в баре. Когда я укокошил Гэри. “ Итак, ” сказала я, безуспешно пытаясь не думать о солнцезащитном креме и вишне, мяте и созвездиях на коже. - Ты собираешься поддерживать с нами связь? “ О, нет. Это было всего лишь раз. У нее есть ребенок и— ” он поморщился. “ Черт. Я не должен был никому рассказывать о том, кто это был. - Ты этого не делал. “ Верно. Он вздохнул. “ Я имею в виду, было бы весело, если бы мы жили где-нибудь поближе друг к другу. Возможно. Она была потрясающей. Но она такая ... взрослая. А я на самом деле не из тех, кто любит детей. Он пожал плечами. “Я сам все еще большой ребенок”. -Ты не говоришь. Его губы растянулись в кривой усмешке. - Еще раз спасибо, мистер Райлли. “Джейми”. “ Джейми. Верно. Что ж, если я когда-нибудь смогу отплатить тебе за эти выходные, дай мне знать. “ Позвони мне, когда поймешь, что хочешь делать, - сказал я. “ И... Я заколебался. Если бы он не смотрел на меня так пристально, я бы сказала, забудь об этом. Но он был таким, поэтому я ущипнула себя за переносицу и сказала: “Я знаю, что все эти выходные были посвящены твоему будущему, бизнесу и поиску работы, но...” Я опустила руку, глядя на него. Думая о том, как выглядела Сара, когда запрокинула голову и рассмеялась. “Похоже, ты знаешь, как сделать жизнь веселой. Так что не будь глупой. Но также… Не будь таким, как я. Не забывай продолжать веселиться ”. Сэм широко улыбнулся. “ Я не буду, сэр. Обещаю. Я закатила глаза, глядя на сэра, но не смогла сдержать легчайшего подергивания губ, когда он захлопнул дверцу и выскочил наружу. - Увидимся, малыш, - сказал я в тишине. Дверь в мою квартиру распахнулась, когда я поднималась по дорожке со спортивной сумкой в руке. Челси держала Стью на руках, как маленького ребенка. Шеймус стоял позади нее, обняв ее за талию и положив подбородок ей на макушку. Мое сердце переполнилось радостью увидеть своего сына так же, как и Челси, хотя я знала, что он будет там. Он написал мне ранее, сообщив, что приехал в город на день раньше, чем планировалось, и собирался приготовить ужин у меня дома, когда я вернусь домой. “Добро пожаловать домой”, - сказала Челси. Я посмотрела на своего кота. - Не знаю, позволит ли тебе Стью когда-нибудь уйти. Она рассмеялась. “Внутри он большой старый болван. Вроде как кто-то еще, кого я знаю”. Я обняла их обоих. Затем расстегнула пальто. В заведении вкусно пахло. Наверное, лазаньей. Я должна была проголодаться. Но я не мог набраться энтузиазма, чтобы подумать о еде. На мгновение я замерла в прихожей, представляя, как вешаю пальто, бросаю ключи в корзину, аккуратно ставлю ботинки на поднос у двери. Возвращаясь к своей гребаной одинокой жизни, где я проводил половину своего времени, пытаясь не думать бесконечно о Саре Купер. Как я собирался прожить хотя бы мгновение своей жизни без Сары? Я подумал о ее комнате, о ее одежде, разбросанной по стулу, о ее бумагах, сложенных стопкой на столе. Она спала так же, как и существовала, — выражение ее лица было полным надежды даже во сне. Шеймус нахмурился. - Папа, ты в порядке? - Я в порядке, - проворчала я. Я скорее почувствовала, чем увидела, как он обменялся взглядом с Челси. - Почему ты не снимаешь пальто? - спросил я. Я посмотрела на своего сына. Он был почти одного роста со мной. Тоже был похож на меня. Сэкономьте пару десятилетий. У меня сжалось в груди. Я хотела сказать, что люблю его, но не хотела, чтобы он думал, что я умираю или что-то в этом роде. Поэтому вместо этого я спросила: “Когда вы двое собирались сказать мне, что вы помолвлены?” Челси вздрогнула, уронив Стью. Кот отряхнулся и потрусил прочь, как будто его оскорбили. “Мы собирались”, - сказала она. - Сколько времени прошло? - Несколько недель, - ответил Шеймус. Несколько недель! “ И ты не подумал сказать мне? Рявкнул я. Прошла пауза. Затем я поморщился. Вот почему они мне ничего не сказали. “Мы не знали, как ты это воспримешь”, - тихо сказала Челси, читая мои мысли. Я прислонилась спиной к закрытой двери. - Ты же не думал, что я буду рада за тебя. К моему удивлению, мой голос сорвался. “ Нет, папа, ” сказал Шеймус, глядя мне в глаза. “ Я никогда об этом не думал. Но мы просто подумали, что это тоже может быть трудно ”. Неужели я был настолько чертовски предсказуем? “ Джейми, ” сказала Челси, “ когда Шеймус сделал мне предложение, я плакала. И не слезами счастья. По крайней мере, не сначала. Все, о чем я мог думать, - это о маме”. Мама Челси скончалась всего пару лет назад. Они были близки. “ Сначала должен был жениться Кевин. Голос Шеймуса был таким тихим, что я поняла: он испытывает ту же боль. Я сморгнула влагу в глазах, пытаясь проглотить колючий комок в горле. Затем посмотрела на них обоих по очереди. “Спасибо за вашу заботу. И ты прав; тяжело вспоминать о ... смертности. Но я никогда не мог быть ничем иным, кроме как радоваться за вас двоих. Вы нашли друг друга в идеальное время ”. Что, если бы я встретил Сару, когда был в возрасте Шеймуса? Был бы я лучшим мужчиной для нее? Менее измученным? По крайней мере, мне было бы за пятьдесят. И ей было бы восемнадцать. Мне стало дурно, когда я подумал об этом. Мне было столько же лет, сколько Шеймусу, когда умер Кевин. Я проглотил эту мысль, хотя далеко она не зашла. Я посмотрел на Шеймуса и Челси. Как они соединили мизинцы, словно были соединены в бедре. Как я мог не радоваться за них? “ По отдельности вы хорошие люди, ” сказал я, все еще переводя взгляд с одного на другого, - но вместе вы целое. Если это имеет смысл. Так что да, я рад за вас двоих”. - В этом есть смысл, Джейми, ” сказала Челси, ее глаза наполнились слезами. Она наклонилась и крепко обняла меня. “Это именно то, что я чувствую”. - Я тоже, - сказал Шеймус, когда я тоже раскрыла ему объятия, мое сердце раздулось, как чертов воздушный шарик. Отпустив их, я прочистил горло. “Хорошо. Хорошо. Я счастлив”. “Мы знаем”, - сказала Челси с легким блеском в глазах. - Ты знаешь? “ Папа, ” сказал Шеймус, складывая руки на груди. Он был похож на меня, когда делал это. Особенно с тем взглядом, который он устремил на меня. “Сколько я себя помню, ты всегда ненавидел, когда люди меняли планы относительно тебя. Ты никогда не делал этого ни с кем другим. Но вдруг ты сказал мне провести встречу, которую я планировал в Нью-Йорке, в те же выходные, что и конференция строителей. Ты говоришь мне отозвать мою презентацию, а на следующий день приглашаешь Сару на конференцию? Даже не начинайте рассказывать мне, как вы убедили комитет позволить ей говорить на ту тему, которую она хотела, даже когда они назвали это ‘нетрадиционным ”. Шеймус был заместителем моего комитета — я забыл, что это означало, что он получал все те же электронные письма, что и я. “Они вели себя как занудные ублюдки”. “Я никогда не видел, чтобы ты отчитывал целый комитет от имени сотрудника”. “Мы видели ваш доклад онлайн”, - сказала Челси. Ее глаза были почти в форме сердечек, когда она это произносила. Затем она просияла. “Подожди, я это записал”. Челси достала свой телефон, проводя по нему пальцем, пока не нашла нужный. “ Никогда не сожалей об ошибках, которые совершаешь. Считай это изменением планов . Она многозначительно посмотрела на меня. - Используй их. Идти вперед, в многообещающее будущее, где, возможно, ты сможешь совершать все новые ошибки и смеяться над ними вместе с лучшими людьми. Люди, которые заставляют тебя осознать, что ты всегда был предназначен для того, чтобы найти их . Я сформулировал это так, будто речь шла о найме. Персонал. Бизнес. Но все в Саре просвечивало насквозь. Мое сердце забилось слишком быстро. Я снова почувствовала легкую дурноту. “Я сказал всей гребаной конференции, что люблю ее”, - сказал я, не утруждая себя увертками. Эти двое видели меня насквозь. Шеймус ухмыльнулся. “Я имею в виду, я думаю, что только люди, которые действительно знают тебя, поняли бы это. Но, папа, это здорово. Действительно здорово”. Так ли это? На висках у меня выступил пот, и я сорвал шляпу, вытирая рукой влажный лоб. “ Папа, ты в порядке? Шеймус выглядел обеспокоенным. Я сглотнула, затем попыталась отступить и вспомнила, что уже прислонилась к двери. “ Я в порядке. Я просто... Я не совсем понимал, что происходит. Я просто знал, что чувствую что-то большое. Тяжелый кулак обхватил все мои жизненно важные органы, и я обнаружил, что дышать почти невозможно. “ Нам нужно вызвать врача? - Спросила Челси с легкой паникой в голосе. Это было единственное, что вернуло меня на землю, хотя бы немного. Я был почти уверен, что она была рядом, когда умерла ее мама. Сердечный приступ или инсульт? Я не мог вспомнить, но, увидев ее меловой цвет лица, заставил себя сделать глубокий вдох. “ Все в порядке, малыш, ” сумела выдавить я. “ Я в порядке. Я просто... Может быть, мне действительно нужен был врач. Ты же знаешь, что это не так, шут ты этакий. Я посмотрела на Шеймуса. Мой сын, который собирался жениться. Мой второй сын. Который годами винил себя в смерти своего брата. Совсем как я. Я потянулась к нему, и он тут же оказался рядом. Я обняла его так крепко, что почувствовала, как он захрипел. “Папа, ты нас пугаешь”. “Я знаю”, - сказал я. “Я сам себя пугаю. Я обещаю, что здоров. Я просто ... я думаю, мне нужно повидаться с другом”. ГЛАВА 40 Отцы и сыновья ДЖЕЙМИ “ C заходи”. Я толкнула дверь в комнату Роджера и облегченно вздохнула, увидев своего старого друга, сидящего в кресле у окна. Солнце садилось, косые лучи света в окнах казались молочными. Он выглядел хорошо. Бодрый. Медсестра внизу сказала, что у него был хороший день. Это она была вспыльчивой и тяжело вздыхала, как будто впускать меня в нерабочее время для посещений было серьезным испытанием. Но она, должно быть, хорошо реагировала на отчаяние, потому что я был здесь. “ Джейми, ” сказал Роджер, улыбаясь. Он двинулся, чтобы встать, но я подняла руку, говоря ему, что не отниму у него слишком много времени. “ Хотелось бы тебе этого. Когда мы еще пойдем посмотреть на звезды? Чувство вины заурчало у меня в животе, когда я сняла пальто и пододвинула стул, чтобы сесть напротив него. “ Как только потеплеет, Роджер. Я обещаю. Мы немного поболтали, наверстывая упущенное. Прошло уже пару недель с тех пор, как я был здесь в последний раз. Но через несколько минут Роджер бросил на меня отеческий взгляд, сцепив пальцы на животе. “Теперь я знаю, что ты пришел сюда не для того, чтобы пострелять в дерьмо, Джейми”. Я не смогла сдержать смешка, который вырвался у меня, несмотря на мое напряженное настроение. Жене Роджера не понравилось, что он ругается, поэтому он перестал. Он все еще не ругался, а ее не было больше десяти лет. “ От тебя ничего не ускользает, не так ли? - Спросил я. Роджер поднял на меня жесткую бровь. Он знал, что я тяну время. Я снял шляпу, несколько раз потерев голову, как будто это придало бы мне сил начать говорить. Затем я откинулся на спинку стула. “ Я не… Я не уверен, как сформулировать то, что происходит. Но мне нужен совет, Роджер. Отеческий. Увидев его удивленное, но не несчастное выражение лица, я поморщился. - Я знаю, что я слишком стар для этого дерьма. “ТСС”, - сказал Роджер. “Никогда не бывает слишком старым для отцовской мудрости. Иногда мне хотелось бы иметь свою, и завтра мне будет девяносто”. На самом деле, через семь лет. Но он был прав. Хотел ли я, чтобы мой отец был все еще рядом? Я любил его, но отдаленно, теоретически. Он был олицетворением замкнутости; Думаю, я мог бы сосчитать, сколько раз я вспоминал, как мой отец улыбался одной рукой. Когда Кевин умер, он целый год не мог смотреть на меня. “Он не знает, как справиться с такими ужасными чувствами”, - сказала мама, как будто я знала. Как будто я не нуждалась в нем, чтобы справиться с этой ужасной потерей. - Вот оно, - сказал Роджер. Я понял, что замолчал. - Что там? - То, о чем ты хочешь поговорить. В моем горле образовался твердый комок. Я протянула руку, как будто могла разжать его, но нащупала только усы и свой все еще слишком учащенный пульс. Я прочистила горло, теребя шляпу в руках. “ Ладно, хорошо. Мой отец никогда не говорил о чувствах. Он вел себя так, словно их не существовало. Но ты… ты всегда был рядом со мной, Роджер. Не думаю, что без тебя я пережил бы отцовство”. Роджер улыбнулся, затем посмотрел на заснеженную землю за окном. Он был на третьем этаже, и прямо над зданием на другой стороне улицы я мог видеть вершины не-гор; склоны долины, которая спускалась к Айве. “Не-а. Ты бы выжил, Джейми. Ты пережил худшее из этого. Совсем как я”. Этот узел приобрел острые края, и паника, которую я почувствовал ранее, начала пульсировать. Теперь я понимал, что паника была той же, что охватила меня, когда Шеймус появился у моей двери в тот день, мокрый насквозь, в окружении полицейских с их мигалками. Но сейчас перед моим мысленным взором стояли не мои дети. Это была Сара. Сара смеялась, ее носик слегка сморщился, как всегда, когда она пробовала что-то, что ей не нравилось. Я затаил дыхание, ожидая, когда веснушки снова появятся, когда ее нос снова выпрямится. Ее лицо, когда она поняла, что я сделал для нее что-то хорошее. Ощущение ее волос в моих руках, их шелковистость, восхитительная и мимолетная, но все же врезавшаяся в мою кожу на всю жизнь. “Есть женщина”, - сказал я. “Я… Я влюблен в нее. Влюблен по глупости. Я хочу...” Я замолчала, покалывание в горле мешало говорить. Я перевела дыхание. “Для меня было бы честью провести с ней остаток своей жизни. Но каждый раз, когда я думаю об этом, у меня возникает это чувство в груди ”. Я прижал кулак к грудине, пытаясь унять острую боль, которая нарастала, пока я говорил. “Сначала это было потому, что я не мог заполучить ее. Она работала на меня. Но в эти выходные… Я получил представление о том, на что это могло бы быть похоже, и, Роджер, это были самые волшебные гребаные выходные в моей жизни ”. Я дышала сквозь боль в груди, заставляя себя сдерживать панику достаточно долго, чтобы выплеснуть это наружу. “Но после того, как мы проломили эту стену, как будто она была сделана из бумаги, я убедил себя, что это было то самое чувство, которое я испытал, когда мы впервые встретились. Что я не должен быть с ней, потому что она моложе меня, и я не хочу привязывать ее к старику. Но она... она не хочет того, что, как я думал, она сделала. Она не хочет детей. Я даже не думаю, что она хочет уезжать из этого города”. На самом деле она мне этого не говорила, но это было сильное подозрение. Я видел нерешительность на ее лице, когда она говорила о Наташе. И хотя унижение было преобладающим выражением после того дерьма в очереди за завтраком, когда она была уверена, что такая возможность могла быть упущена, клянусь Богом, я тоже увидел там малейшее облегчение. Я подумал, что это, возможно, ее старый страх перед стремлением получить то, чего она заслуживала, но когда Сэм по дороге домой с некоторой тоской заговорила о Айвовой долине, я увидел, что она тоже заметно расслабилась. Это был ее дом. И, возможно,… Возможно , что-то в нем хотело все еще дать мне шанс, которого я не заслуживал. Потому что, когда она говорила о Айвовой долине, ее глаза скосились на мои. “ Так в чем проблема, сынок? Мягко спросил меня Роджер, когда я снова замолчал. “Ну, я все еще боюсь, что она решит, что не хочет быть с мужчиной моего возраста. Но это не— ” Я потерла кулаком грудину. Боль все еще была там. Даже сильнее, чем минуту назад. - Проблема в том, что… Это... — Я закрыл рот, смутившись из-за того, что не мог выдавить даже гребаных слов. Я посмотрел на Роджера в поисках помощи. Выражение его лица было таким добрым, таким чертовски понимающим, что я почувствовал, как мои глаза уже наполняются слезами. “Проблема в том, - сказал Роджер, - что ты не можешь думать о том, чтобы быть с кем-то, кого любишь так сильно, что это причиняет боль, потому что ты знаешь, как сильно это может ранить, если ты потеряешь его. Я правильно понял?” Боль в моей груди достигла гребаного крещендо. Он, конечно, справился. Это был бесконечный источник страха, который следовал за мной повсюду, как тень, каждый раз, когда я думал о Саре. Что если я уступлю любви к ней так, как хочу, если я каким-то образом убедлю ее быть моей, то буду жить в ужасном страхе потерять ее. Потеря сына — это сломило меня, Роджер. Ты точно знаешь, как это было — для нас обоих. Это разрушило мой брак, и я не смогла его спасти. Я тоже не смог спасти Дейдру. Комок в моем горле теперь был невероятно сильным, он душил меня, когда я думал о том, что Дейдре месяцами не могла встать с постели. Когда она, наконец, сделала это, она набросилась на меня. Я принимал это снова и снова. Я принимал все это, и это все равно не помогало. Я знаю, она винила меня за то, что я не смог защитить его, и я совсем не винил ее за это. Не тогда, когда я чувствовал то же самое тогда. Хотя мы оба знали, что это иррационально, этот гнев помог ей выжить по крайней мере на несколько лет. Этого было достаточно, чтобы развестись со мной. Затем, несколько лет спустя, когда ей больше некуда было девать свое горе, она заболела. Я и по сей день верю, что болезнь принесла ей облегчение. Я беспомощно наблюдал издалека. Точно так же, как я наблюдал, как моя жизнь превращается в пепел после того дня на моем крыльце. “Шеймус и я — мы помогали друг другу. Я думаю, долгое время мы были единственным, что поддерживало друг друга, даже если он не знал, что помогает и мне ”. Я встретилась взглядом с Роджером. - Не думаю, что смогу пережить нечто подобное снова. Выражение его лица было таким сочувственным — таким знающим , на что это похоже, потому что с ним это тоже случалось, — что тогда плотину прорвало. Я наклонилась, чувствуя, что меня сейчас стошнит. Вместо этого я прижала руки к лицу, мое тело сотрясалось от беззвучных рыданий, таких неистовых, что я подумала, что вот-вот сорвусь вместе с ними. Рука Роджера легла мне на плечо, и я услышала, как он что-то сказал, но я не разобрала, что это были за слова. Я не знаю, как долго мы оставались в таком состоянии, мой замещающий отец позволял мне испытывать чувства, которые мой настоящий отец никогда не мог испытывать, поскольку я переживал самое худшее, что может испытать отец. Это был ужасный, невероятный, душераздирающий момент полного цикла. Я знала, что была здесь, потому что не могла обременять своего сына такой болью. И потому что я не хотела взваливать это на Сару. Вот почему я уехал от нее сегодня, хотя каждая клеточка моего гребаного тела говорила мне, что это была самая большая ошибка в моей жизни, от которой, я не думаю, что был путь назад. “ Я не могу быть с ней так, как хочу, ” сказал я, когда ко мне вернулась способность говорить. “ Если с ней что—нибудь случится, я, блядь, умру. И я не мог оставить Шеймуса одного. “ Но Шеймус был бы не один, не так ли? Мягко спросил Роджер. Я моргнула, мои глаза затуманились. Конечно, он был прав, теперь у него была Челси. Я знал, что ему также пришлось разобраться со своими чувствами к брату, чтобы показать ей себя с лучшей стороны. Возможно, мне есть чему поучиться у своего сына. “Нет”, - сказала я, мой голос все еще дрожал. “Он бы не стал. И он тоже сильный. Он научился стойкости”. - Как и ты, Джейми. Я все еще чувствовала боль в груди, когда думала о Саре, но когда я посмотрела на Роджера, выражение его лица было таким добрым, что я почувствовала, что, по крайней мере, больше не за что стыдиться. Однако, когда он усмехнулся, мое сердце упало. У него снова был приступ. Мне не следовало вываливать все это на Роджера. Он был стариком, со своей собственной древней болью. “ Понял? - Спросил я, выпрямляясь, насколько мог. - Ты в порядке? “О да”, - сказал он. “Я просто подумал, я никогда не рассказывал тебе о Джун”. Я моргнула. - Джун? “ Я встретил ее здесь, внизу, в библиотеке. Мы оба одновременно потянулись за газетой. В это место попадет только один, если ты можешь в это поверить. “Никто больше не ценит газету”, - сказал я, поджав губы. “Ну, я сказал ей, что она может попробовать первой. Но она сказала мне, что не сможет насладиться этим, если я буду слоняться поблизости и ждать. Итак, мы разделили это, прочитали наши разделы через стол друг от друга. Затем мы обменялись бы за каждого. Больше не сказали ни слова. Но когда я пришел на следующий день в то же время, она уже была там. И она разложила газету: одна стопка лежала перед ней, другая - на пустом стуле, на котором я сидел накануне ”. Он улыбнулся. “На следующий день я пришел пораньше и разделил вещи. Так продолжалось несколько недель. Но в конце концов мы начали разговаривать. Поделились именами наших внуков, что-то в этом роде. Потом это стало чем-то большим, и, Джейми, я не думал, что это возможно, но я испытывал чувства к этой женщине, которых не испытывал с тех пор, как умерла Бет. По правде говоря, с тех пор, как мы с Бет были молоды. Я провел с этой женщиной почти год, деля газету, но не более того. Потому что я чувствовал, что зашел слишком далеко, чтобы быть ей чем-то полезным. Несколько раз она просила меня заняться другими вещами, но я всегда уклонялся, говоря, что не в состоянии этого делать. Поэтому она перестала просить. И вот почему я рассказываю тебе эту историю, Джейми. Потому что однажды утром, через несколько месяцев после этого, она так и не появилась. Такое случалось и раньше, у нее был визит к родственникам или назначена встреча, или она проспала. Я тоже так делал. Учитывая, что у меня такой характер, это не раз было на моей стороне. Но на этот раз все было по-другому. Когда она не появилась на следующий день, я поднялся в ее комнату и постучал в дверь. Когда дверь открылась, там была ее младшая версия, с красными глазами. Конечно, ее дочь. Сказала, что ее мама скончалась по дороге в больницу ”. “О, роджер. Я понятия не имел”. Сказал я. - А как бы ты? Я держал это при себе. Вроде как ты. У меня снова заболело в груди, но на этот раз из-за моего друга. “Это было ужасно - потерять ее, а между нами даже ничего не было. Я думаю, это произошло примерно в то же время, когда нечто подобное произошло и с тобой, незадолго до Рождества в прошлом году ”. Тогда он был несчастен, и я тоже. Это было на Рождество после того, как Сара призналась мне в своих чувствах. И я облажался самым худшим из возможных способов. “Так вот, она не была великой любовью всей моей жизни”, - сказал Роджер. “Бет была. Но я все еще жалею, что упустила то, что могло бы стать для меня еще одним шансом обрести счастье, независимо от того, сколько времени у меня осталось. Лучше бы я не позволял страху боли удерживать меня от радости, которая была прямо передо мной. Потому что я все равно испытал боль. И еще кое-что.” Несмотря на то, что это был правильный вывод — логически, я знал, что это так, — его слова все равно подействовали на меня как удар под дых. Или пощечина. Я, конечно, любил Дейдру, но мы познакомились так рано, и я тогда никого другого не знал. Возможно, если бы мы были сильнее вместе, мы смогли бы выдержать удар, который положил нам конец. Но, возможно, мы бы все равно отдалились друг от друга, когда наши дети выросли. Потому что Сара была любовью всей моей жизни. В этом я был уверен. Она была в каждом моем вздохе и в каждом видении моего будущего. Даже несмотря на то, что я была слишком упряма или боялась захотеть это увидеть. - Я чертовски сильно люблю ее, Роджер, - прошептал я. - Тогда почему ты здесь разговариваешь со стариком, а не возвращаешься к ней на коленях? Я вспомнил, как я на самом деле упал на колени там, в коридоре отеля. Я умолял ее простить меня за то, как я себя вел, и, возможно, она дала бы мне это, если бы я остался рядом. Но я знал, что этого недостаточно. Если я хотел вернуть Сару и доказать ей, что я не собираюсь уходить, как ее бывший кусок дерьма, или охладевать к ней, как это было раньше, мне нужно было оставаться на коленях. И показать ей, насколько я серьезен. Я всегда учил своих мальчиков, что слова важны, но то, что ты делаешь с ними, имеет еще большее значение. Мне нужно было продемонстрировать Саре, что она создана для меня, независимо от того, согласится она на это или нет. И я внезапно понял, что именно мне нужно сделать. Это было бы нелегко. На самом деле, скорее всего, это было невозможно. Но быть с Сарой когда-то тоже было так, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы это произошло, на этот раз навсегда. - Спасибо, - прохрипел я. Роджер оперся руками о подлокотники своего кресла, чтобы встать, и когда я сказал ему, что в этом нет необходимости, он отмахнулся от меня. Поднявшись, он посмотрел на меня с такой гордостью, что я наконец поняла, как это выглядело со стороны, когда я смотрела на своих сыновей. Я протянула руку и обняла своего приемного отца. Я подумала о том, что этот человек был рядом со мной во все критические моменты моей жизни. Даже в тот день, когда я встретил Сару. - Ты знаешь ее, ты знаешь, - сказал я, когда отстранился. - Сара, - позвал Роджер. - Подожди, ты знал, о ком я говорю? “ Тот, кого ты упоминаешь в каждом чертовом разговоре? Роджер усмехнулся. - Я понял, что тебе конец, когда увидел, как вы двое обнимаетесь в этом чертовом парке, как подростки. Заметив мое явное потрясение, он сказал: “Я не такой тупица, каким кажусь, сынок”. “ Ты совсем не тупой. Ты самый умный человек, которого я знаю. Не считая Шеймуса, конечно. Я проглотил этот надоедливый комок, снова набухший у меня в горле, несмотря на то, что минуту назад выплакал все свои гребаные глаза. “Для меня большая честь иметь тебя в качестве моего суррогатного отца, Роджер”. Глаза Роджера покраснели. Он взмахнул рукой в воздухе и отвернулся. “ Хватит, парень. Убирайся отсюда к черту и забирай девчонку. Я рассмеялся, натягивая пальто. - Ты только что выругался, Роджер. “Да, ну, иногда некоторые вещи стоят того, чтобы их поругать”. ГЛАВА 41 Магия звезд САРА Я сжала в руке пустую кружку из-под чая, по моему лицу текли слезы. Я не провела последние три дня, мечтая о Джейми. Не совсем. Но это только потому, что я силой выбросила его из головы. Но за день до того, как отправиться обратно в Айвс—Вэлли, где мне нужно было увидеться с ним снова — хотя бы для того, чтобы забрать свои вещи из офиса, - я, наконец, нашла на своем компьютере программу конференции Джейми. Это была ужасная ошибка. “Спасибо, что уделили мне время, ребята”, - прозвучал на экране металлический голос Джейми. Каким-то чудом интернет в отеле типа "постель и завтрак" не пострадал от шторма. Веб-трансляция конференции была не самого лучшего качества. Тем не менее, я не пропустил ни единого слова. Особенно после того, как в третий раз посмотрел его выступление. - Для меня это было честью. Я судорожно втянула воздух. Эта часть. Она была моей любимой. Он прощался с ними. Если бы я не знал его лучше, я бы подумал, что это была последняя речь, которую он произнес для заключения контракта с Рейли. И я могла бы подумать, что он обращается непосредственно ко мне. Вот только Джейми здесь не было. Он ушел. Я встал и подбросил еще одно полено в огонь. Потом посмотрел на время и поднял трубку. Пришло время. Я отправил Наташе электронное письмо вскоре после отъезда Джейми, зная, что она в самолете. Я сказал ей, что хотел бы поговорить, объяснить, что произошло, когда у нее будет минутка, и она вернется на землю. К моему удивлению, она сказала, что находится в командировке, но может быть свободна в четверг. Перед звонком я долго принимала ванну, вздремнула, поболтала с Вайноной по видеочату и, наконец, чтобы оправдаться, набралась смелости посмотреть выступление Джейми. Наконец-то пришло время поговорить. У меня заныли нервы, когда она сняла трубку. “Привет, Сара”. В ее голосе не было ни злости, ни жуткой холодности. Просто настороженность. Это было хорошо, напомнил я себе. “Ну, во-первых, спасибо, что ответили на мой звонок”. Не идеально, но ладно. Я начал расхаживать по комнате. Сразу же я споткнулся о собственные ноги, чуть не споткнувшись. “Эм...” Черт. На краткий миг я подумал, как плохо было бы сказать ей, что неважно, я просто хотел извиниться, а затем попрощаться. Но мой взгляд упал на экран моего ноутбука на столе, где Джейми стоял на трибуне. Поставленное на паузу видео было зернистым, но я все еще могла видеть его глаза, выглядевшие так, словно они смотрели прямо в мои. Ты сможешь это сделать, детка. Дыши. “Вы когда-нибудь совершали ошибку, - спросил я, - которая привела к лучшему изменению планов?” Мы с Наташей проговорили больше двух часов. Я говорил от всего сердца, веря в каждое свое слово. В немалой степени это было благодаря Джейми, и не только лейтмотиву, который я только что посмотрела. В частности, я использовала те моменты, над которыми он подтолкнул меня поработать, когда готовилась к своей презентации в его гостиничном номере. По крайней мере, до тех пор, пока я не встал на ноги. Затем, как будто набирая скорость на велосипеде, это внезапно стало легко. К концу мне показалось, что я разговариваю со старым другом. Наташа даже рассказала мне о своем разводе, о том, как она рассталась со своим бывшим много лет назад, потому что он хотел детей, а она нет. “Это было по-дружески, - сказала она, - но та "ошибка" была лучшей, которую я когда-либо совершала. Это привело меня к тому, что я влюбилась в кого-то нового. Кто-то, кто случайно работал в ”Эмпайр". Наташа тоже совмещала свою карьеру с удовольствием, и у нее это получилось. Это было не для меня, но я просто должен был смириться с этим. Лучшим моментом, помимо того, что я говорил честно и свободно, было то, что я наконец почувствовал себя достаточно комфортно, чтобы сказать ей, что не уверен, что готов переехать в крупный центр города. У меня все еще была мечта просыпаться под пение птиц. “О, многие наши режиссеры работают из дома. Если бы вы могли быть готовы путешествовать, когда потребуется, — и вы можете совмещать эту работу со своими сердцеедческими начинаниями, — мы могли бы работать в любом удаленном месте ”. Она подсластила сделку огромным отпускным пакетом и четырехдневной рабочей неделей, что оставило бы мне достаточно времени, чтобы сходить в магазин. Если бы я нашел себе место с мастерской. Предложение было в моем почтовом ящике еще до того, как я повесил трубку. Я чувствовал себя счастливым. На самом деле я был в восторге не только от того, что не упустил возможность получить работу, но и от мысли, что, возможно, мне все-таки не придется уезжать из Айвовой долины. Если бы я захотел остаться. Я все еще не был близок к решению на этот счет, но эта встреча с Наташей сделала эту идею намного более возможной. Снаружи было темно, и я все еще слышал, как завывает ветер. Но когда я повесил трубку, пообещав Наташе, что скоро перезвоню ей, я понял, что вид из окна был чистым. Вчера метель утихла, но сегодня весь день были сплошные облака. Почувствовав странное покалывание в затылке, я натянула пальто, туго застегнув его и натянув капюшон на голову. Затем я надел ботинки и вышел на улицу. Здесь было холодно — пробирающий до костей холод. Но прямо над головой, частично скрытый деревьями, я мог видеть звезды. Их миллион. Ранее в тот же день, когда погода немного испортилась, я прогулялся за хижиной, где широкая тропа вела к озеру. Это было всего в нескольких минутах ходьбы, и оттуда открывался непревзойденный вид на небо. Обогнув хижину и спускаясь по короткой тропинке к озеру, я полез в карманы за варежками. Я выругался, вспомнив, что оставил их сушиться у огня. Но пальцы моей правой руки коснулись чего-то еще, чего-то гораздо меньшего, чем варежки. Я вытащил предмет, точно зная, что это такое: Мое обручальное кольцо. Яркий свет звезд, пробивающийся сквозь деревья, отразился на золотом кольце в моей руке. Долгое время я не понимал, почему держался за это дело. Это определенно было не из-за Теда. Даже при том, что теперь я могла признать, что у него были некоторые положительные качества, он никогда не был тем человеком, по которому можно тосковать. По крайней мере, не для меня. Когда я только начал работать в Reilly, я держался за это, чтобы напоминать себе о том, как далеко я продвинулся. Как мой новый старт был большим достижением для Теда, и как я заслуживал гораздо большего. Я чуть не выбросил его, узнав о повторном привлечении Теда. Но по какой-то причине я спрятал его подальше. И одному Богу известно, зачем я взял его с собой в путешествие. Но теперь я знал почему. Когда я смотрела на золотой круг с этого переломного момента в моей жизни — с широко открытым будущим, и моя жизнь безвозвратно изменилась благодаря мужчине, по которому я могла бы абсолютно тосковать, если бы позволила себе. Даже если на этот раз со мной все будет в порядке. Теперь я знал, что ждал идеального момента, чтобы избавиться от старой боли. Приветствовать что-то волшебное на своем месте, как тот кукурузный початок, когда я был ребенком. Я громко рассмеялась, ускоряя шаг. Я поскользнулась и покатилась по тропинке, изо всех сил стараясь использовать отпечатки своих ботинок, оставленные ранее. В темноте это было нелегко, но когда я спустился к берегу озера, у меня возникло то же чувство, что и тогда, когда мы с Элли переходили по мосту в Айвовую долину. Как будто это именно то место, где я должен был быть — по крайней мере, в этот момент. Снег на замерзшем озере был испещрен старыми следами снегоходов, так что я знал, что идти по нему безопасно. Снег также был на удивление мелким: из-за метели здесь было больше ветра, чем сильного снегопада. Из—за этого прогулка на середину небольшого озера — под порывами ледяного ветра, но при ярком свете звезд - казалась почти духовным паломничеством. На ходу я избегал смотреть на небо, опустив глаза. Я не хотел портить впечатление. Когда я достигла того, что казалось мне серединой, я подняла глаза и громко ахнула, так радуясь, что сделала это. Небо представляло собой перевернутую чашу из бриллиантов. Луны не было видно, только звезды. И отсюда мне казалось, что я могу видеть каждую из них на небе. Млечный Путь белой кистью широко раскинулся, исчезая за горизонтом. Я разглядел все самые простые созвездия, даже заметил те, которые редко видел. Пришло время. Я разжала руку, в последний раз взглянув на браслет, который так долго носила, думая, что моя жизнь так же прочна, как золото, олицетворяющее ее. Однако теперь я знал, что группа представляла не меня. Это была привязь к жизни, которая сдерживала меня, которая заставляла следовать чьему-то плану. Давно пора было попрощаться. Я вытянул руку, вспомнив, как папа рассказывал мне, как использовать все свое тело для броска. - Сила в тебе, баг, а не только в этой маленькой конечности. Затем я бросил, выпустив кольцо в ночное небо. Он улетел далеко к звездам, на мгновение сверкнув на свету во время вращения, прежде чем исчезнуть в белом поле внизу. Я представил его глубоко под снегом, а позже, когда снег и лед растаяли, я увидел, как он падает в воду, погружаясь в темноту, прежде чем снова исчезнуть в илистой земле. Тогда меня охватило удовлетворение, такое же полное, теплое и нежное, как летний ветерок. Это удовлетворение все еще бурлило во мне, когда я увидел дугу фар среди деревьев. Машина съехала с шоссе и свернула на подъездную дорожку к отелю типа "постель и завтрак". Я не мог поверить, что кто-то был за рулем этого автомобиля. Когда снегопад прекратился, дороги, по словам владельца, покрылись чистым гололедом. Они, должно быть, были не в своем уме. Или отчаянно нуждались куда—нибудь попасть - Я замер на полуслове, когда услышал, как ветер донес до меня хлопок дверцы грузовика. Больше я ничего не увидел. Может быть, просто посетитель или новый гость. В таких условиях? Но потом я услышал это. Еле слышный рев, казалось, издалека, за много миль. -Сара!-позваля Мое сердце ударилось о верхнюю часть грудной клетки. Оно застряло у меня в горле. Но я не позволял себе поверить в это, пока не увидел темную фигуру, невидимую среди деревьев, которая теперь мчалась по ослепительно белому снегу. Я тоже побежала, сто раз чуть не поскользнувшись. Но ничто не могло остановить меня, ничто, кроме Джейми, который подхватил меня на руки, закружил, молился — нет, плакал? В мою шею. Это было похоже на сон. А когда он прижался своими губами к моим? Я знал, что это было волшебство, подаренное мне звездами. ГЛАВА 42 Мое Желание ДЖЕЙМИ Я практически отнес ее обратно в ее каюту, рассказывая, в какую панику я впал, когда обнаружил, что ее дверь открыта, но никаких признаков ее присутствия там нет. Это были шаги, которые привели меня к ней. Радость от того, что я нашел ее под этими звездами, от того, что она позволила мне поцеловать ее, сказать ей, как мне жаль, снова и снова. Пообещать, что я никогда не оставлю ее — ни в любви, ни физически. Вернувшись в хижину, мы, конечно, разделись сразу после того, как перелили принесенную мной рыбную крошку в широкую стеклянную вазу, которую нашли в буфете. Я запаниковала, поняв, что забыла о нем, спрятанном у меня под рубашкой для тепла. К счастью, его пакет с водой остался нетронутым даже после того, как я подобрала ее. Я наполнил ванну для Сары, и она пригласила меня войти, и когда мы всего мгновение скользили друг по другу в воде, прежде чем она повернулась и забралась на меня, мы все еще делали это медленно и нежно. “Я люблю тебя, Сара”, - прошептал я ей на ухо, когда она опустилась на меня, и это ощущение на мгновение оторвало меня от этой земли. “Я думаю, что всегда так делал”. “Я люблю тебя, Джейми”, - сказала она мне, и я сказал ей, что еще не закончил извиняться. Как я не солгал, когда сказал ей, что повторю это тысячу раз. “Я буду говорить это, пока ты не станешь такой же старой и седой, как я, Сара. Я буду говорить это как свои предсмертные слова”. “ Нет, - прошептала она, прижимаясь своим лбом к моему. - Я хочу, чтобы этими словами была только любовь. Я хотел ценить каждое мгновение с Сарой, запомнить ее тело еще раз, теперь, когда она была моей. Что я и сделал. Потом мы сидели в постели, на Саре была моя рубашка, которая вызывала у меня желание немедленно снять ее с нее, на мне были спортивные штаны и ничего больше. Мы ели лазанью, которую Шеймус заморозил для меня в тот первый вечер, когда я вернулась домой, и настоял, чтобы я захватила с собой. Мы пили вино, которое дала мне Челси, умоляя меня беречь себя. Она рассказала мне о своем разговоре с Наташей и о своих планах согласиться на эту работу. И мы попытались придумать название для нашей рыбы. Пока что я наложил вето на все, что она предложила, рассказав ей о каждом знакомом мне человеке с таким именем. Наконец, раздраженная, она сказала: “Хорошо, Джейми. Что бы ты выбрал?” Я на минуту задумался, затем пожал плечами, отставил тарелку в сторону и сделал большой глоток вина. Я улыбнулся. - Цвикки. Глаза Сары расширились, затем наполнились слезами. - Ты вспомнила. “Конечно”. Я никогда не забуду ту историю, которую она мне рассказала. Какой честью и яростью это меня обрадовало. За последние три дня я много думал о Фрице — и о тысячах миль, которые я проехал в худших условиях в своей жизни, прежде чем приехать сюда. Сара наклонилась ко мне, ее рука лениво поглаживала мою бороду. Пока мы шли дальше, разговаривая о других вещах, я задавался вопросом, видит ли она наше совместное будущее так же, как я. У Сары был собственный офис в доме, который я построил для нее. Зверинец с животными и гигантская мастерская, чтобы она могла заниматься деревообработкой, когда захочет. Я уже решил, что передам Шеймусу Рейли контракт в течение следующих двух лет и возьмусь за отдельные проекты в качестве независимого консультанта. Что будет дальше? Кто знал. Все, что я знал, это то, что лучше, чем это, прямо здесь, быть не могло. Я рассказал Саре все, что знал, откинувшись на кровать и заложив руки за голову. “ Ты действительно думаешь, что этот момент нельзя сравнить? - Спросила Сара. Она выглядела такой красивой, что я не был уверен, как можно улучшить этот момент. Но я знал, что это будет повторяться снова и снова, и каждая вещь будет лучше предыдущей. “Нет”, - сказал я. “Я глубоко ошибаюсь. Это только начало”. Она прижалась ко мне, проведя рукой по моей груди. Мы оставались так долгое время. И пока мы это делали, я загадал желание. Я попросил звезды позволить мне оставить Сару у себя так долго, как это в человеческих силах. Чтобы мы оба были в безопасности, вместе и чувствовали себя так долго, как позволит вселенная. И чтобы помочь мне вспомнить, что даже если каким-то образом я переживу ее, я выживу. Чтобы напомнить мне, что я могу пережить все, что угодно, потому что за то короткое время, что я жил на земле, у меня была такая большая любовь. “ Джейми, ” сказала Сара некоторое время спустя мягким голосом. Я думала, она спала. - Да, ангел? “ Я подумала, если ты готов к этому, может быть... Она колебалась. - Может быть, ты мог бы рассказать мне о Кевине? Это было не то, что я ожидал услышать. На мгновение я замолчал. — Если это слишком сложно... - начала она, но я покачал головой. “Нет”, - сказал я. “Я хочу, чтобы ты тоже узнал его”. Итак, мы лежали рядом, натянув на себя одеяло, пока звезды сияли сквозь стекло, и я рассказывала Саре о моем прекрасном мальчике. ГЛАВА 43 Профессор Какашки САРА “ Y ты самый большой стальной капкан, который я когда-либо встречал, Джейми Райлли. - Лучше, чем тот свидетель из... как там называлось это шоу? Я рассмеялся. “Убийство на завтрак” Это был первый подкаст, который мы послушали за три дня пути из Нью-Гэмпшира в Восточный Кентукки. Почему мы поехали в Восточный Кентукки, а не домой, для меня до сих пор было загадкой, но когда Джейми рассказал мне об этом вчера вечером, он пообещал, что оно того стоит. Потом мы остановились у моей сестры в Цинциннати. Он выглядел полным надежды, но в то же время сильно нервничал. И я была почти уверена, что это было не из-за встречи с моей семьей. Это было то таинственное место, куда мы направлялись. Он продолжал барабанить руками по рулю. Я допрашивал его в перерывах между подкастами, но он не сказал ни слова. Теперь, когда мы были почти на месте, он был так взволнован, что я предложила подвезти его, и он согласился. Он надел чрезвычайно развязные маленькие очки для чтения, которые он иногда носил, которые делали со мной кое—что - и вывел меня с шоссе на проселочную дорогу. “Подождите!” - воскликнул он как раз в тот момент, когда телефон сообщил нам, что пункт назначения впереди — конечно, только цифровой адрес, чтобы его секрет не был раскрыт. - Ты можешь остановиться? Я подумала, что ему будет плохо, и начала беспокоиться о том, как мне может понравиться сюрприз, который так взволновал его. Но он хотел сесть за руль только для того, чтобы я могла закрыть глаза и не заметить знак. Я послушно прикрыла глаза руками, чувствуя, как дорога под нами начинает ухабиться, когда он свернул на то, что, должно быть, было проселочной дорогой. - Джейми, - сказала я, тоже начиная нервничать. “ Ладно, ” сказал он, останавливаясь. - Подожди, здесь кто-то есть. “Должен ли я открыть глаза?” “ Нет! Пока нет. - Ладно, командирша. Он сжал мою ногу, затем я услышала, как опускается стекло, и порыв холодного воздуха наполнил кабину. “Привет!” - раздался скрипучий женский голос откуда-то издалека. Она казалась старше, лет шестидесяти, наверное, и как будто была девушкой, которой хватает денег на день. Ее голос, как ни странно, был похож на голос Шелли. Я знал, что это ничего не значит, но почему-то это заставило меня расслабиться, совсем немного. - Привет, - позвал Джейми. - Рада видеть тебя снова, - сказала она, и ее голос стал ближе. Я нахмурился. “ Опять? - Спросил я. Джейми просто еще раз сжал мою ногу. “ Ты тоже. Она готова? “Профессор Какашки? Да, она готова. Почему бы вам всем не выйти, а я отправлю сообщение по рации Баду, он откроет ворота, и мы посмотрим, что к чему. Я не понял ни одной части этого предложения. Но все, что мне удалось, это прошептать: “Профессор Какашки?” “ Просто держи глаза закрытыми, ” сказал Джейми. Его рука убрала мое бедро, и я почувствовала, как в грузовик поступает больше холодного воздуха. Потом Джейми помогал мне выбраться, придерживая за ребра, чтобы я не подвернула лодыжку на неровной земле. Пахло животными. “ Мы на ферме? - Спросил я. -Закрывай, ангел. Джейми взял меня за руку и повел вокруг грузовика. В рации послышалось чириканье, и женщина рявкнула в трубку. “Да, они здесь. Открой ворота”. Еще одно чириканье. “ Вас понял. Держите, профессор. На другом конце провода раздался лязг, прежде чем он отключился, но за ним был другой звук. Лай. Было трудно расслышать из-за помех в рации и лязга, но я все равно замер. “Это прозвучало как—” Я не смог закончить предложение. Теплая рука Джейми сжала мою. - Открой глаза, милая. Сначала все, что я увидел, было поле, припорошенное снегом, гигантский сарай вдалеке и деревья по обе стороны на фоне молочного неба. Затем дверь сарая открылась, и появился мужчина, высокий и тощий, в кепке дальнобойщика. Но мои глаза были устремлены не на него. Мои глаза были прикованы к существу, маленькому и черному, рядом с ним. Собака. Собака, которая внезапно залаяла изо всех сил и бросилась прямо на меня, странно, боком. У меня внутри все оборвалось. Это была не собака. Это была моя собака . “ Fritz! ” - Закричал я, дико бросаясь к ней. Мы бежали, и бежали, и бежали, и мгновение спустя Фриц прыгнула на меня, тявкая и виляя хвостом так сильно, что вся нижняя половина ее тела содрогнулась. Я упал на колени, окончательно сломавшись. Она высвободилась из моих рук, затем прыгнула обратно на меня, чуть не сбив с ног. “Хорошая девочка”, - сказала я между всхлипываниями. “Моя хорошая, умница!” Фриц слизывала слезы, текущие по моему лицу, пока я держал ее в своих объятиях. Я не знаю, как долго мы оставались так, мой мозг все еще не совсем верил, что это была она, в то время как мое сердце знало. Оно знало так же точно, как моя милая девочка, покрывающая меня поцелуями. Когда мне наконец удалось вернуться на землю, я увидел, что мы не одни. Я встал и направился к группе людей, стоящих в нескольких футах от меня. Первым я увидел Джейми, он смотрел на нас, прижав руку к груди. Рядом с ним был высокий мужчина, его седые волосы выбивались из-под полей шляпы. Женщина, которую я слышал ранее, была по другую сторону от него, с крашеными рыжими волосами и круглым лицом с глубокими морщинами. И девочка лет десяти, с почти белокурыми волосами, веснушками на носу и щелью между зубами, которая выглядела, за исключением яркости волос, как у меня в том же возрасте. Ни у кого из них не было сухих глаз. Мое сердце переполнилось, когда я оглянулась на Джейми и его мокрые щеки. “Всегда знала, что ты плакса”, - сказала я, чувствуя такую благодарность к этому человеку, что едва могла дышать. - Ветрено здесь, - проворчал он, и все засмеялись, даже я; даже Фриц слегка тявкнул. Мы оба обняли его, и Фриц даже охотно прыгнул к нему в объятия. “Не так уж часто у нас бывают встречи выпускников”, - сказала женщина, вытирая глаза. Мужчина объяснил, что это приют для спасения и реабилитации пожилых животных с особыми потребностями и брошенных животных. Он также объяснил, что они назвали Фриц “Профессор Какашка”, потому что она была так встревожена, когда впервые приехала сюда, что у нее было недержание мочи. “Но все равно ходила, задрав нос, как маленькая леди”. - Похоже на нее, - сказал я, смеясь, когда Фриц снова прыгнул на меня. “Я хотела назвать ее как-нибудь по-другому, - сказала девочка, - но так сказал дедушка, и оно просто прилипло. Извини”. “Не извиняйся”, - я улыбнулся этой девушке, и это странное чувство двойника только усилилось. “Я могу представить, как это будет продолжаться”. Я наконец встал, позволив Фриц кружить вокруг нас, прежде чем она снова прыгнула в мои объятия. Мы еще немного поболтали, мужчина рассказал нам, как она попала к ним в руки. Очевидно, Тед не врал, говоря, что отдал ее коллеге на ферме, но они довольно быстро передали ее в ASPCA — вероятно, потому, что она начала нервничать. Затем в другое агентство. Моя бедная девочка. Тем временем Джейми рассказал нам, как он шел по этому следу — посетив все приюты для животных в радиусе ста миль от Цинциннати с нарисованным от руки портретом Фрица, основанным только на воспоминаниях. Когда они перешли к рассказу об истории фермы, я выпал из разговора. Я был слишком занят тем, что уткнулся лицом в шерсть Фрица. Она пахла точно так же, как я помнил. Как милое маленькое создание. Как моя девочка. Я почувствовал на себе чей-то взгляд, когда Фриц прижался к моей шее, и, оглянувшись, увидел молодую девушку, смотрящую на нас с немного меланхоличным выражением лица. У меня скрутило живот, когда я поняла, что это воссоединение, вероятно, не было счастливым для всех нас. “ Тебе жаль, что мы забираем ее? - Что? - тихо спросила я. Она выглядела испуганной, когда я заговорил. “Нет! Я имею в виду, что мне будет грустно, но это твоя собака”. Она застенчиво улыбнулась. “Она любит тебя больше всех”. Фриц удовлетворенно вздохнул, словно подчеркивая свои слова, и мы оба улыбнулись. Я с облегчением обнаружил, что поверил ей. “Тяжело ли быть здесь, - спросил я, - влюбляться в животных, которых ты, возможно, не сможешь полюбить слишком долго?” “ Иногда. Но мне это тоже нравится. Я скучаю по своему папе и своим друзьям” — ее глаза на мгновение затрепетали, как будто за этой фразой скрывалось гораздо больше, — затем она снова улыбнулась, и все исчезло. “Но это место действительно особенное. Я никогда не расстраиваюсь из-за того, что люблю кого-то из них, даже если они сварливы или даже если они не живут слишком долго ”. Я ничего не знал об истории этой девушки, но я знал, что она была мудра не по годам. И когда я взглянула на Джейми, я увидела, что он тоже услышал все, что она сказала, потому что ветер снова поднялся, заставив его глаза увлажниться. По дороге домой, когда Фриц храпел у меня на коленях, я не могла оторвать глаз от своей собаки и Джейми по очереди. Я заставил его еще раз повторить историю о том, как он выследил ее. Затем, увидев, как что-то промелькнуло на его лице, я вытянула из него, что он, возможно, случайно наткнулся на новый адрес моего бывшего в своих поисках, а может, и нет. “Я был бы рад выписать ему подписку на ” Ежеквартальный журнал об эректильной дисфункции" , если хотите". “Может быть, старый добрый пылающий мешок собачьего дерьма у него на крыльце”. Сказал я, смеясь. “Я напишу ”С любовью от Фрица" на пакете". Я любила его за это, но у меня не было желания делать что-то мелкое по отношению к Теду. У меня возникло ощущение, что его жизнь будет продолжать разочаровывать его. Он сделал это для меня. Он проделал весь этот путь, чтобы лично повидаться с Фрицем за те три days которые мы были в разлуке. По обледенелым дорогам, которые только сейчас начали таять. Он выследил ее по звонкам и личным визитам и каким-то чудом нашел. Затем он пришел лично, чтобы убедиться, что она похожа на ту собаку, о которой я ему рассказывал. Вот почему у него чуть не случился приступ паники по дороге сюда. Он не знал, была ли это она. Он не хотел меня подводить. - А что бы ты сделал, если бы она не была Фрицем? - Спросил я. “ Я бы все равно оставил ее. Просто в надежде, что ты тоже в нее влюбишься. И, может быть, в меня. - Я уже влюблен в тебя. - Тогда, слава богу, все обошлось. Его губы приподнялись, когда он взглянул на меня, и я думаю, что в этот момент я действительно поняла. Последний крошечный осколок сомнения, которое у меня было по поводу того, что я снова люблю, что я люблю его , исчез, рассыпавшись в пыль, как старая веревка. Я точно не знала, как все сложится - мне придется переезжать, Джейми придется оставить Фрица у него дома, но как насчет Стью? А потом был Цвикки, засунутый обратно в свою сумку в рубашке Джейми, чтобы ехать домой. Но я знала, что мы разберемся во всем вместе. Потому что я знала, что люблю этого мужчину, и у меня не было ни малейших сомнений в том, что он тоже любит меня. И эта любовь, которую я знал так же ясно, как звезды за окном, когда мы вместе ехали домой, была настоящим волшебством.