Читаем Unknown онлайн бесплатно
Из моего рта вырывается резкий вздох. — Я гоняюсь за этим ублюдком уже год, и ни на шаг не приблизился к его поиску, - выдавил я из себя.
Когда я произношу это вслух, мне хочется ударить кулаком по рулю, вырвать подушку безопасности и намотать ее на свою чертову голову. Черт, этот мудак меня доводит.
Меня не волнует, что жертвы Призрачного убийцы - преступники. Они - молодые, восприимчивые дети, выбравшие неправильный путь. Но это не значит, что у них не было шанса изменить свою жизнь. Это не значит, что их нельзя было спасти.
Этот мудак издевается надо мной, я это знаю. Я чувствую это всеми своими костями.
— Ты принимаешь все слишком близко к сердцу, - замечает Амар рядом со мной. Вместо ответа я разгоняю машину, направляясь обратно к участку. Я должен выяснить, с кем именно был связан Сейдж.
— Ты прав, это так, - признаю я.
— Может быть, тебе стоит отстраниться, - тихо предлагает он.
Я скрежещу зубами. Только Амар мог чувствовать себя достаточно уверенно, чтобы говорить мне подобные вещи. Это дело кажется мне личным, потому что оно и есть личное.
— Мы оба знаем, что он убил твоего настоящего отца, Мако. Я никому не говорил об этом, но я начинаю сомневаться в правильности этого решения.
Я слишком сильно нажимаю на тормоза, когда останавливаюсь на красный свет, и машина резко останавливается. Машина позади меня сигналит, едва не врезаясь в нас сзади из-за моего идиотского поступка. Если бы я был сейчас в полицейской машине, она бы промолчала. Я не тот мудак, которому необходимо владеть своим значком, поэтому я игнорирую возмущение.
— Черт, извини, - бормочу я, снова проводя рукой по волосам. Я просто чертовски устал.
Мы молчим, пока я перевариваю его завуалированную просьбу. Я знаю, что она исходит из лучших побуждений. Но это не значит, что я не хочу придушить его за эти слова. Я не должен был заниматься этим делом, учитывая мою причастность к жертвам Призрачного Убийцы.
Мэтт и Джули усыновили меня, когда мне было тринадцать лет, после года, проведенного в приемной семье. Первые двенадцать лет своей жизни я рос на улицах с отцом-наркоторговцем и матерью-проституткой.
Джонни Ланкастер был тесно связан с бандой под названием Крушители. Он был отвратительным отцом, но все же какая-то его часть заботилась обо мне настолько, что держала эти дела подальше от меня, насколько это было возможно. Мать не оказывала мне такой же любезности по ночам, когда работала, но я предпочел бы, чтобы в соседней комнате сидел неряшливый мужик, ищущий киску, а не член банды с оружием и под кайфом от наркотиков.
Так было до тех пор, пока однажды вечером я не вернулся домой из школы и не обнаружил своего отца мертвым, в луже крови, с вырезанной на груди надписью "Призрак" и пулевым отверстием в голове. Это было до того, как Призрачный убийца превратился в серийного убийцу, которым он является сегодня. Это был почерк, которого никто не видел раньше и не видел до недавнего времени - всего год назад.
Я предполагаю, что моя мать либо нашла отца мертвым, либо стала свидетелем этого и ушла. Или она тоже могла умереть. После того дня Дарью Ланкастер больше никто не видел, и я бы соврал, если бы сказал, что меня не беспокоит то, что я не знаю, где она.
И вот теперь, шестнадцать лет спустя, меня преследует человек, который превратил моего отца в призрака.
Я совершенно уверен, что у меня впервые в жизни случится сердечный приступ, когда я вижу ее. Мне всего двадцать восемь лет, но эта девушка собирается отправить меня в могилу раньше времени.
На ней мешковатые джинсы и тонкая клубнично-красная толстовка. На улице под сорок градусов тепла, но она одета так, словно сейчас зима в Мичигане. Ее волосы собраны в беспорядочный пучок, а на лице нет никакой косметики, что подчеркивает ее неестественную бледность. Обычно, когда я вижу Ривер, она одета в красивую одежду, а ее волосы уложены. Сейчас она выглядит так же прекрасно, как и в любое другое время, но что-то в ее внешности так не похоже на нее.
Она выглядит... пустой. Как белый холст.
Мой взгляд останавливается на белом гипсе на ее руке. Насколько я помню, у нее был сломан только мизинец, и тот уже зажил. Теперь белый гипс на ее указательном пальце. Я откидываю голову назад и считаю - черт возьми, я даже не могу сейчас сосредоточиться на цифрах.
— Этого гипса не было на твоем пальце две ночи назад, - говорю я, подходя к ней сзади. Темнота угрожающе вкрадывается в мой голос. Я делаю все возможное, чтобы не допустить этого. Пугать ее или делать что-то, что оттолкнет ее, было бы глупо. Не тогда, когда я пытаюсь притянуть ее к себе и отвести от него.
Она приостанавливается, услышав мой голос, ее плечи поднимаются к ушам, и она напрягается.
— Оставь. Меня. Одну. - Ее слова причиняют боль. Не потому, что я хочу, чтобы она нуждалась во мне, а потому, что это означает, что она не стала ближе к тому, чтобы уйти от Райана.
— Только когда ты будешь в безопасности.
— Хорошо, я пойду туда, где я в безопасности, и тогда ты оставишь меня в покое, - надулась она, устремляясь к тротуару.
