Читаем Unknown онлайн бесплатно

Борьба во мне ожила, я изо всех сил извиваюсь, выгибаюсь, но безрезультатно. Его вес обрушивается на меня сверху, прижимая к земле. Я чувствую, как его твердый член упирается в обнаженную задницу, а молния больно трется о кожу.

Он просовывает руку между нашими телами и в считанные секунды расстегивает и снимает брюки. Я задыхаюсь, когда чувствую его плоть на себе.

— Ты мой отец, и ты собираешься меня изнасиловать?! - кричу я, возмущенная и обеспокоенная отсутствием у него морали.

Я все еще не хочу верить, что он мой отец. Но в глубине души я знаю, что Барби и он не врут. В голове мелькают обрывки воспоминаний. Барби плюнула на меня, когда я улыбнулась своему потрепанному плюшевому медвежонку, сказав, что я улыбаюсь так же, как Билли. Или когда я оттолкнула другого ребенка за то, что он засунул руку мне под платье, и он расшиб себе голову, после чего Барби ехидно заметила, что я такая же, как мой отец. Комментарии, которые в то время не имели достаточного веса, но сейчас вдруг стали ощущаться как тонна кирпичей.

Еще один удар по затылку - вот мой ответ. Ему все равно, что я его кровь. Билли, насилующий меня, никогда не был связан с влечением или желанием. Это всегда было связано с властью. Он использовал страх, чтобы держать меня в узде. Этот раз ничем не отличается.

Раньше я молчала и позволяла Билли осквернять мое тело. Чем сильнее я боролась с ним в прошлом, тем сильнее он трахал меня. Даже зная это, в этот раз я не буду молчать. Я не буду оставаться покорной и тихой.

Нет. Ярость вырывается из меня, уничтожая всякое подобие силы, которая еще оставалась во мне. Я кричу, когда он входит в меня. И продолжаю кричать еще долго после того, как он нашел свое освобождение. Я кричу и кричу, пока мое горло не разорвется, а дверь подвала не закроется за ним.

Даже когда у меня пропадает голос, крик продолжает звучать в моей голове, пока все пять моих чувств не будут поглощены болью.

Прошли дни, прежде чем Билли снова навестил меня. Завернутая еда и бутылка воды были брошены вниз по ступенькам, прежде чем за ним захлопнулась дверь. Три раза в день в течение последних трех дней. Я отказывалась прикасаться к чему-либо. Часть меня осмеливалась, надеясь, что он отравил еду, чтобы я могла позволить своему жалкому существованию угаснуть. Но это не в стиле Билли. Он бы предпочел, чтобы я страдала и мучилась, потея над перспективой того, что он меня убьет. А я только и делаю, что предвкушаю это.

Я лежу на животе рядом с койкой, уткнувшись лицом в прохладный цементный пол. Изо рта течет слюна, скапливаясь под щекой и стягивая кожу. Мне не хватает сил вытереть ее. Мне все равно, что делать. Сейчас он игнорирует меня. Позволяет мне гнить в этом сыром подвале и оставаться наедине со своими мыслями. Ублюдок тоже знает, что делает, потому что, черт возьми, мои мысли идут по спирали вниз.

Я больше не хочу жить.

Я не хочу существовать.

Быть.

Если бы в этом подвале было чем убить себя, я бы уже это сделала. И он тоже это знает. Он знает это и затягивает пытку. Вот почему он убрал деревянный стул. Он, должно быть, видел, что я смотрю на него, уже планируя сломать его, а острым концом дерева перерезать себе вены. А он ушел со стулом в руке.

Я пыталась расколоть деревянные ступеньки, но мне нечем было воспользоваться, а мое тело было слишком слабым, чтобы достать даже занозу.

Какой вообще смысл в жизни? У Амелии есть своя семья, и хотя я знаю, что она меня очень любит, она может прожить и без меня.

Есть еще Мако.

Но он меня ненавидит.

Я плотно закрываю глаза. Я не могу сдержать натиск воспоминаний, проносящихся в моей голове, несмотря на мои отчаянные попытки вытеснить их из головы. Образы Мако мелькают в моих мыслях, как слайд-шоу. Его улыбка. Его решительное выражение лица, когда он пытался образумить меня. Его сексуальная ухмылка, когда я говорила или делала что-то, что ему нравилось. И его понимание, когда я рассказывала ему о своем грязном прошлом.

Он так много сделал для меня. Отказался от многого. Рисковал всем ради меня. А я не могла открыть рот и сообщить ему одну крупицу информации, которая могла бы все изменить. Он мог бы поймать Билли, и я бы никогда не оказалась в этой дурацкой ситуации. И снова я сама себя загнала сюда.

Я была слишком эгоистична. Слишком слаба. Слишком напугана. Все, о чем я могла думать, это то, что Билли придет за мной, если я настучу.

Посмотри, до чего это тебя довело, тупая сука.

Я могла бы посмеяться над этой иронией.

Поток света освещает мое тело, прежде чем я слышу стон деревянных ступеней прогибающихся под его весом. Я прикрываю веки, слишком уставшая и слабая, чтобы поднять руку и заслонить свет. Каждый шаг похож на стук моего сердца.

— Ты выглядишь жалко, - усмехается он, и его модные черные туфли появляются в поле моего зрения. Я не двигаюсь, надеясь, молясь, что он ударит ботинком всего один раз, достаточно сильно, чтобы полностью вырубить меня. А когда я выйду из игры, он может продолжать пинать, все равно.

Его ботинок может уничтожить мою жизнь, как он уничтожает свои сигареты.