Читаем Укоренённые онлайн бесплатно

Часть 1

Наиль шёл с работы домой. Его взгляду открывался до боли привычный пейзаж. Куда ни посмотри – равнина, глинобитные хижины; всё тусклые, линючие цвета, оттенки жёлтого, коричневого, терракотового.

Вот на плотно утрамбованной площадке играют дети. Малышня столпилась вокруг маленького, очень важного мальчика.

– Через год меня укоренят, – вещал мальчик.

– Врёшь! Через год тебя могут поставить только в очередь на укоренение! – возразила ребятня.

– А вот и не вру. Моя мама работает в башне. Она точно знает, – исподлобья глядя на детей, сказал важный мальчик.

– А почему твою маму до сих пор не укоренили? – спросила бойкая девочка.

– Откуда я знаю, – насупился важный мальчик.

– И тебя не укоренят! Никогда не укоренят! – загалдели ребята.

Важный мальчик захныкал.

Наиль приостановился. Не то чтобы на него нахлынули воспоминания детства. Как и все жители страны Лиан, полулюди-полурастения, он не помнил, что было год назад. Перед его внутренним взором встал женский облик: тонкий, будто плеть, стан, змеящиеся чёрные косы, высокие скулы, жёлтые, как хризоберилл, глаза.

Собственно, задуматься его заставило это странное слово: хризоберилл. Что оно означает? Да полно, существует ли такое слово? А что, если его Наиль его выдумал?

Это плохо, очень плохо. Выдумал – значит, поддался скверне.

Тех, кто не устоял перед скверной – воображением, фантазией – изгоняют из страны Лиан. А изгнание приравнивается к смерти.

Образ женщины его не волновал. Наиль был рекомендован к размножению. Каждый год у него была новая партнёрша. И всё же чернокосая оставила след в сердце Наиля. Чтобы отвлечься от мыслей о скверне, Наиль стал думать о черноволосой женщине. С трудом вспомнил, что зовут её Чармиан. Она не была партнершей Наиля. Просто знакомая, с которой Наиль иногда пересекался по пути на работу.

Кажется, Чармиан любила сидеть у камней, откуда открывался вид на большой туман.

Подумав, Наиль пошёл к камням. Знакомые смотрели на него с удивлением. Почему он идёт в сторону, противоположную дому или дворцу свиданий?

Туман Наиль увидел издалека. Клубится, точно вставшее на дыбы мутное озеро, закрывает собой небо. Не разглядеть, что за туманом.

Что такое озеро, Наиль знал. Иногда долину затапливало, дома размывало, и тогда жителям приходилось дневать и ночевать на плотах из неизвестного материала. Плоты давала Башня.

Здесь было гораздо прохладнее, дул довольно резкий ветер, несущий чуждые, неприятные запахи.

Чармиан сидела, опустив руку в каменную выемку, где скопилась мутная вода. Девушка неподвижным взглядом смотрела на приближающегося Наиля. Была она смугло-золотистая, гибкая и в то же время неподвижная, точно пригревшаяся на солнце ящерица.

Наиль увидел, что и ноги Чармиан опустила в лужу. Брезгливо скривился.

– Зачем ты это делаешь? – спросил Наиль, – зачем пачкаешься о воду?

– Не знаю. В последнее время я ощущаю потребность в воде, – спокойно ответила Чармиан.

Наиль не сразу нашёлся, что сказать. Всем известно, что у получеловека-полурастения есть три базовых потребности: питание (твёрдая и жидкая пища, предоставляемая Башней), размножение, укоренение. Но вода? Это мутное вещество, падающее с неба, разрушающее дома?

– Сколько у тебя детей? – пытаясь загладить неловкую паузу, спросил Наиль.

– У меня нет детей, – по-прежнему спокойно ответила Чармиан.

– Как?! Разве ты не рекомендована к размножению?!

– Рекомендована, – пожала плечами Чармиан.

– И что… К тебе не приходили?

– Кто ко мне должен был приходить?

– Косари, – от воспоминаний о косарях Наиль покрылся холодным потом.

– Почему они должны были приходить ко мне?

Всё же, какие завораживающие у неё глаза. Издалека – будто драгоценные камни, а вблизи кажется, что они истекают мёдом.

– Ну, как же… Помню, мне была неприятна одна женщина, с которой мне назначили… Сама понимаешь… Я не хотел идти во дворец свиданий, и тогда ко мне пришли косари. И напомнили мне о долге.

– Ко мне никто не приходил, – пожала плечами Чармиан.

Как ни слабо было обоняние Наиля, он почувствовал, что он девушки идёт странный запах. Как от стены из тумана.

– Везёт тебе, – присаживаясь рядом с Чармиан, сказал Наиль, – уже известно, когда тебя укоренят?

– Послушай, Наиль, разве нет других тем для разговора, кроме как об укоренении и размножении? – с досадой спросила Чармиан.

– О чём же ещё разговаривать? – с недоумением спросил Наиль, – на работе сегодня у ленты стоял. Расфасовывал твёрдую пищу.

– Как интересно, – с сарказмом произнесла Чармиан.

– А ты где работаешь?

– Раньше с детьми работала, а сейчас отдыхаю.

– Что делаешь? – нахмурился Наиль.

– Отдыхаю.

– Как это?

– Так. Башня предложила мне отдохнуть.

– А, ну раз Башня сказала…

– Знаешь, недавно появился ребёнок… Необычный ребёнок. Мне велели затыкать уши, когда я захожу к нему. Я так и поступала. Мне велели колоть ему белую жидкость из ампулы. Когда я сделал один укол, то заметила, что ребёнок начал меняться… Деградировать. И тогда я отказалась делать ему уколы. Со мной долго разговаривали. А потом предложили мне взять отпуск и подумать.

– Подумать? – со страхом спросил Наиль.

– Именно так, – кивнула Чармиан; кончик её косы упал в воду, волосы зашевелились, как…

Подавленное воспоминание мучительно рванулось из глубин памяти Наиля.

– Но это же…

Скверна.

Наиль не смог произнести это слово. Скверна не могла коснуться Чармиан. Чармиан не могла поддаться скверне. Почему так – Наиль не смог ответить.

– Чувствуешь, как тяжёл воздух? – спросила Чармиан, – будет дождь.

– Башня не говорила, что будет дождь, – покачал головой Наиль.

О дожде сообщили в полночь.

Наилю снилось детство. У него была игрушка из Башни. Кажется, обугленный кусок железа с треугольным, окантованным пластиком отверстием посредине.

Что такое железо, что такое пластик – сейчас Наиль уже и не вспомнит.

Зато Наиль навсегда запомнил, как к ним в дом пришли косари. Они спросили, есть ли в доме вещи из Башни. Дескать, видели, как мама Наиля ходила возле Башни и что-то подбирала.

Маленький Наиль навсегда запомнит, как побледнела мама. И тогда он что-то сделал. Злосчастная игрушка вылетела через окно и скрылась в темноте. Косари ничего не нашли. А через несколько дней после этого маму Наиля укоренили, а самого Наиля взяла на воспитание Башня. Их много было, детей Башни. Увы, в иерархии Башни Наиль не смог подняться. Он стал добропорядочным гражданином страны Лиан и был вполне доволен своей судьбой.

Наилю снилась та ночь, когда он выкинул игрушку в окно. Тогда Наиль лежал в постели, а игрушка – игрушка валялась на другом конце комнаты.

Бледнеет мама… Наиль чувствует её ужас… Усилие воли, и…

Стук в дверь.

– Наиль! Наиль, просыпайся! Башня сказала, что приближается дождь! Надо идти, предупреждать людей! – кричал один из сослуживцев Наиля.

Наиль накинул халат и вышел за дверь. Ясное звёздное небо, полная луна, а с запада сплошным монолитом приближается чёрная туча.

«Поздно предупредили. Надо было днём готовиться», – подумал Наиль и тут же устыдился своих мыслей.

Башня не может ошибаться.

– Ты иди к северным домам, – крикнули Наилю, – а мы обойдём остальные. Говори всем мужчинам, чтобы тоже начинали обходить дома!

– Хорошо, я всё сделаю, – сказал Наиль.

– Ну, не стой!

Наиль побежал, но не к ближайшему дому. Ноги сами понесли его туда, где жила Чармиан.

«Почему я помню, где она живёт?», – думал Наиль.

Вот она, мазанка Чармиан. Приземистая, скособоченная. Наиль постучал в дверь.

– Чармиан, ты права! Будет дождь.

Дверь открылась, блеснули кошачьи глаза.

– Ты была права.

– Наиль, я пойду с тобой. Буду предупреждать людей, – сказала Чармиан.

Наиль бежал, чувствуя рядом её дыхание, запах её тела. Иногда косы Чармиан били его по рукам, и от этих ударов по телу Ноиля проходили электрические разряды.

Они стучали, им открывали. Люди выслушивали Наиля и Чармиан, поспешно и спокойно собирали малочисленные пожитки и шли к Башне. В одном доме, что стоял на отшибе, рядом со стеной тумана, не спешили открывать.

– Быть может, там никого нет? – спросил Наиль.

– Есть. Я видела, как к этому дому подходили двое косарей. Назад они не вернулись.

– Значит, ушли другой дорогой, – подытожил Наиль и с новой силой забарабанил в дверь, – отворите! Приближается дождь!

По ту сторону двери копошились. Слышалось перешёптывание.

– Уходите! Нам ничего от вас не надо, – раздался грубый мужской голос.

– Но дождь же приближается! Всем надо идти к Башне, брать плоты, – почти в отчаянии воскликнул Наиль.

– Косари там, – помертвевшим голосом сказала Чармиан.

Наиль подпрыгнул от страха. Ему показалось, что за спиной стоят косари.

– Нет, они там… в тумане. Они убиты, – сказала Чармиан.

Дверь приоткрылась.

Лунный свет упал на лицо и грудь высокого крупного мужчины.

– А вы что, всё видели? – прищурился мужчина.

Наиль не нашёлся, что сказать. Кто может убить косарей? Это всё равно, что убить смерть.

Чармиан промолчала.

– Уходите, – решительно сказал мужчина.

– Но как же… дождь, – пробормотал Наиль.

– Уходите. И мы уйдём, – сказал мужчина.

– Куда вы пойдёте? Вам некуда идти, – произнесла Чармиан.

– Ошибаетесь, – раздался странный голос, – выход есть всегда. По ту сторону тумана тоже есть жизнь.

Мужчину оттёрла невероятно старая женщина. Людей в столь преклонном возрасте не видели ни Чармиан, ни Наиль.

Наиль понял, почему у этой женщины был такой странный голос. У неё не было зубов.

На руках женщина держала младенца.

– Это же тот младенец, которому я сделала укол! – Чармиан прижала руки к вискам.

– Да, это тот младенец, которого вы чуть не превратили в инвалида. В такого, как он, – усмехаясь, старуха кивнула на Наиля.

– Мама, зачем ты показываешь им ребёнка? Они не будут молчать, – страдая, сказал мужчина.

– Пусть кричат хоть на всю страну. Мы уйдём за туман и выживем, а эти слепцы скоро сгниют, – хмыкнула старуха.

– Не смейте нам препятствовать, – мрачно сказала мужчина, буровя Чармиан и Наиля ненавидящим взглядом, – косарей убил я. Справлюсь и с вами. Я не смог защитить свою женщину. Не успел. Но к моей матери и к моему сыну никто в этой стране и пальцем не прикоснётся. Я сказал.

– Пойдём, – Чармиан потянула Наиля за рукав халата.

– Это невозможно. Как получеловек-полурастение мог убить косарей? Почему эта старую женщину до сих пор не укоренили? Неужели они настолько безумны, что хотят уйти за туман, кануть в небытие? – бормотал Наиль.

Казалось, его мир рушится.

– За туманом жизнь есть, – пробормотала Чармиан, – не стой столбом, Наиль. Нам ещё много людей надо предупредить.

Наиль успокоился. Ничего страшного. Какие бы непотребства не творились бы в стране – Башня во всём разберётся.

И они продолжили обход, а там и сами пошли к Башне, забрав свои скудные пожитки. Людей было много. Чармиан и Наилю выдали по шесту и один плот на двоих. Вероятно, их приняли за партнёров.

Каждый получеловек-полурастение получил по водонепроницаемому прозрачному плащу с капюшоном.

– Когда пойдёт дождь, надевайте плащи, не допускайте перенасыщения влагой, – говорили каждому.

Потемнело. Туча, эта чёрная пантера, уже сожрала луну и звёзды. Дул свежий ветер. Жители страны Лиан поспешно облачались в плащи.

– Знаешь, о чём я мечтаю? Бегать под дождём, – сказала Чармиан.

Наиль с опаской оглянулся – не слышал ли народ её слов, от которых так и веяло скверной. Но каждый был занят собой. Упали первые капли дождя, и уже через час плоты полулюдей-полурастений организованно кружили по долине, превратившейся в бурную, смывающую глинобитные домишки реку.

Башня оставалась нерушимой. Когда становилось страшно, что плот вынесет к стене тумана, Наиль смотрел на Башню, и страх отступал.

Дождь обострял чувства Наиля. Молодой человек понимал, что Чармиан ничего не боится; она бесконечно мила, беспечна, как ребёнок, запрокидывает лицо и улыбается, и её источающие мёд глаза наполняются водой. Вода стекает по её косам, халат облепляет изгибы её гибкого тела.

Но ничего не бояться – разве так можно? Получеловек-полурастение рождён со страхом в сердце. Отвергать его – скверна. Отвергнувшему страх не выжить в этом мире.

«Что, если она выживет? Чармиан отличается от всех женщин, что я знал. Она не такая, она выше страха. Только бы косари не узнали».

Ментально любуясь Чармиан, Наиль не забывал смотреть по сторонам.

Детей закутали в плащи, как в коконы. Был случай, когда один такой закутанный ребёнок задохнулся.

Мало того, что родители плотно запеленали детей (размер плаща для всех один), так ещё и спрятали их под свои плащи. Родители делали всё, чтобы их дети не перенасытились влагой.

Люди кутались старательно, надвигали поглубже капюшоны.

Трядцатипяти-, тридцатидевятилетние надели плащи только потому, что так велела Башня. Перенасыщение водой не грозило этим людям, которые по меркам страны Лиан считались глубокими стариками; вода стекала с их толстой, ороговевшей кожи, не впитываясь в организм.

Держаться надо поближе к ровесникам. Они помогут, если плот перевернётся, или, допустим, если плот уплывёт, а горе-сплавщик повиснет на шесте. Да и оказывать помощь пострадавшим компанией сподручнее. Тридцатипятилетние и старше никогда не помогут. Себя то они спасут – к сорока годам природа награждает получеловека-полурастение умением плавать.

Беда не заставила себя долго ждать. Одна из женщин захотела поплотнее закутать своего ребёнка и выпустила его из рук. Ребёнок упал в воду. Женщина прыгнула следом. Плавать она не умела. Женщина хватала ребёнка – он склизким коконом выскальзывал её рук.

Бросились на помощь. Каким то чудом ребёнка вытащили. Женщину течением занесло туда, где скопилась глина. Женщина завязла в глине и ушла под воду.

«Старики» сидели неподвижно, безучастные ко всему. Темно – хоть глаз выколи. А ведь полулюди-полурастения, которым исполнилось тридцать пять лет, видят в темноте, это давно известно. Наиль видел лишь нечёткие силуэты.

Наиль и сочувствующий пытались отыскать женщину, тыча по дну шестами. Надеялись, что женщина схватится за шест. Течение рвало шесты из рук. Одна радость – ноги не скользили на плотах.

Чармиан доверили держать ребёнка. Малыш наглотался воды, разбух и позеленел. У него произошло перенасыщение жидкостью, а ведь дождь только начался.

Народ молчал.

– Что же это творится! – голос Чармиан прозвучал неожиданно громко, – почему нет косарей? Они ведь кормятся из наших рук, так почему же они нам не помогают? Или кормятся из наших рук только для того, чтобы убивать нас?!

Её слова подобны были вспышке грома. Полулюди-полурастения промолчали, но слова Чармиан услышали все.

Наиль схватился бы за голову, если бы его руки не были заняты шестом.

– Чармиан, как ты можешь говорить подобное? Косарям мы всем обязаны! Без их благодеяний мы бы не выжили! – громко воскликнул Наиль и умоляюще шепнул, – Чармиан, ну скажи, что без благодеяний косарей мы бы не выжили.