Читаем Ты вариант онлайн бесплатно

– Я понял, идем, – мы втроем молча выходим из прихожей. Когда родительница уходит чуть вперед, я наклоняюсь к уху девушки и шепчу: – Не знаю, что изменилось и почему ты отпустила мою руку, но выброси это из головы.

Она наконец-то встречается со мной взглядом и медленно кивает.

– Вот и чудно.

Мы заходим в гостиную, и на нас направляются взгляды всех присутствующих. Андрей Владимирович смотрит на меня, хмуря брови, но затем смягчается, когда видит рядом со мной свою дочь. Мишель улыбается, хоть и качает головой. Макс приветствует, слегка наклонив голову и обнимая сестру за талию.

– Где отец? – обращаюсь к матери.

– У себя, – негромко произносит она.

– Я пойду с тобой, – говорит Мишель, вставая с дивана.

– Незачем тебе слушать мужские разговоры, – отвечаю я, метнув взгляд на ее мужа. – Макс, проследи за моей сестрой.

– Хорошо, – кивает он и нежно берет за руку Мишель, усаживая обратно рядом с собой.

Я молча выхожу из гостиной и иду по длинному светлому коридору в кабинет отца. Страшно вспомнить, когда я в последний раз бывал у него. В детстве он всегда звал меня к себе и любил рассказывать про свои увлечения помимо хоккея. После того как отец перестал посещать мои матчи, я перестал бывать у него в кабинете. Я знал, ему нравятся наши вечерние беседы отца с сыном. Поэтому специально искал причины и предлоги не ходить к нему, тем самым обижая его так же, как делал это он. Со временем он бросил все попытки и перестал звать меня вовсе. На самом деле мне и самому нравились наши разговоры, но я ничего не мог с собой поделать, обида пересилила меня.

Я негромко стучусь в темно-коричневую дверь.

– Сонь, это ты? – слышу я тихий голос родителя.

– Нет, это не мама, – я открываю дверь, и наши взгляды встречаются. И на меня накатывается невероятная усталость. Не злость, а именно усталость. Я так устал бороться за его внимание и похвалу, так устал ждать от него какой-либо поддержки.

– Марк, – отец резко встает со своего кресла. – Проходи.

Я захожу внутрь кабинета и закрываю за собой дверь. Обстановка в комнате осталась совершенно такой же. Те же коричневые широкие панели, тот же деревянный паркет в цвет стен, тот же огромный дубовый стол, то же кожаное кресло, тот же диван у панорамного окна, завешанного жалюзи, и те же стеллажи с книгами. Все осталось на тех же местах, как и в последний наш совместный вечер.

Родитель садится обратно в кресло, я же сажусь на кожаный диван напротив него. Поднимаю решительный взгляд и замечаю, насколько уставшим выглядит отец. Небольшие круги под глазами, опущенные плечи и слегка затуманенный взгляд.

– Ты что, не спал, что ли? – хмурюсь.

– Не спал, – отец невесело улыбается.

– Почему? – если он хочет, чтобы я чувствовал себя виноватым, то не дождется.

– Я много думал этой ночью, – он поднимает голову и встречается со мной взглядом. – И пришел к выводу, что мне нужно извиниться перед тобой.

Чего? Чего?

От неожиданности я чуть подаюсь вперед. Что он хочет сделать? Извиниться?

– Я прошу прощения за то, что все эти годы отсутствовал на твоих играх, – продолжает отец, видя мою растерянность. – За то, что не поддерживал, в каких-то местах давил на тебя и не разговаривал с тобой по душам. Если бы я только знал, что ты чувствуешь, то поступал бы совершенно по-другому. Я ни в коем разе не хотел, чтобы ты думал, что я разочарован или стыжусь тобой.

Он замолкает, и что-то сильно сжимает мне грудь.

– Но ты стыдишься меня, я знаю это, – нахожу в себе силы ответить отцу. – Поэтому ты перестал посещать игры и открытые тренировки. Когда ко всем парням приходили оба родителя, ко мне приходила только мать.

Его глаза округляются, и он глубоко вздыхает, собравшись уже что-то мне сказать, но я выставляю ладонь, давая понять, что не закончил.

– Ты хоть знаешь, каково это – пытаться доказать что-то человеку, который даже не присутствует на играх и не видит твоих успехов? Когда я окончательно понял, что ты стыдишься меня как хоккеиста, я пообещал себе сделать все возможное, чтобы не быть похожим на тебя и стать еще лучше, чем ты есть.

– Марк, – просит он.

– А что Марк, а? – спрашиваю, а отец опускает голову. – Я искренне удивлен, что ты просишь прощения, но я не понимаю, к чему оно? Я не перестану разочаровывать тебя, а ты не станешь гордиться мной.

Я замолкаю, переводя дух. Но то, что я слышу дальше, приводит меня в шок. На несколько мельчайших секунд мне кажется, что мое воображение решает поиграть со мной. Покачав головой, я понимаю, что я действительно слышу и вижу, как мужчина передо мной плачет. Никогда в жизни не видел его слез.

Этот звук так отрезвляет меня.

– Па? – неуверенно начинаю я. – Ты чего?

– Неужели ты и вправду так думаешь? Неужели я заставил тебя думать, что не горжусь тобой? – он поднимает на меня взгляд, полный сожаления.

– А разве я сказал неправду?

– Конечно же, нет, – тихо говорит отец. – Позволь мне кое-что показать тебе.

Он пару раз водит компьютерной мышкой по столу, заставляя экран монитора загореться.

– Подойди, пожалуйста, – просит он, шмыгая носом. Я делаю глубокий вдох, встаю с дивана и подхожу к креслу. – Посмотри сюда.