Читаем Ты вариант онлайн бесплатно

Родитель щелкает два раза по папке на рабочем столе, и на мониторе появляются несколько сотен, а может и тысяч, видеофайлов.

– Я смотрел и сохранял каждую твою игру, начиная с самого начала, когда ты только изъявил желание заниматься хоккеем, – он вытирает глаза тыльной стороной ладони. – Это видео, когда ты первый раз встал на коньки. Это – первая игра в молодежке. Это – когда ваша команда взяла кубок. Это – твоя первая игра в профессиональной лиге. А это, – он указывает на очередной видеофайл, – ваша последняя игра в этом году… точнее, уже в том.

Мне становится нечем дышать. Я натужно сглатываю, переводя взгляд на отца.

– Но почему ты перестал ходить на матчи? – на мои плечи сваливается вина.

– Сынок, – после долгой молчаливой паузы, наконец-то отвечает он. – Однажды я услышал фразу: «А его отец такого бы не допустил» после первого проигрыша твоей команды в молодежке.

Воспоминания резко дают под дых.

– Тогда я и решил, лучше будет не приходить на матчи и не маячить на глазах перед людьми. Я хотел, чтобы видели и замечали только тебя, твои умения и навыки. Хотел, чтобы в тебе видели не моего сына, а способного хоккеиста.

– Почему ты не сказал мне об этом прямо? Почему заставил думать, что стыдишься меня? Что разочарован мной?

– Прости, сынок, – родитель тяжело вздыхает. – Я решил, если не заострять на этом внимания, то ты меньше будешь переживать о том, что думают другие люди.

– Решил он, – рявкаю я. – А ты обо мне подумал? О том, что чувствовал я в тот момент? Ты хоть можешь представить, через что я прошел? Сколько наслушался из-за твоего решения?

– Я меньше всего на свете хотел, чтобы ты себя так чувствовал. Если бы я знал, к чему приведет мое решение, давно бы отказался от него.

– А почему даже дома ты вел со мной разговор только о хоккее? – я делаю пару шагов к окну, образовав дистанцию между нами. – Почему забыл, что я твой сын?

– Я никогда не забывал этого, – он искренне удивляется. – Мы отдалились, и я не знал, как с тобой себя вести, а хоккей оставался единственной точкой соприкосновения.

– К Мишель ты всегда знал подход, – бросаю я, поворачиваясь к нему лицом.

– С твоей сестрой всегда проще, потому что она сама тянется ко мне, а ты стал колючим и взрывным. Кто же знал, что виной этому был я.

В комнате повисает тишина. Я смотрю на отца, и наше сходство просто зашкаливает. Я полностью его копия, только моложе. Те же темные волосы, точеные скулы, темно-карие глаза. Да даже характером пошел в него. Сколько всего мы упустили, решив каждый для себя, как будет лучше для другого.

– Я всегда думал, что хоккей для тебя важнее, – первым нарушаю молчание я.

– Сынок, – отец встает с кресла и подходит ко мне. – Хоккей – это игра, хоть и легендарная, но игра, а ты – мой сын, моя семья. Мне не важно, проигрывает твоя команда или выигрывает, капитан ты или нет, я чрезвычайно горжусь твоими успехами. Я горжусь тобой, сынок.

У меня резко щемит в глазах и заканчивается весь воздух в легких. Мне отчаянно хочется сглотнуть, но горло абсолютно пустое, без единой капли спасительной жидкости.

– Сынок, прости меня, если сможешь, за то, что был для тебя плохим отцом, – он сжимает своей массивной ладонью мое плечо. – За то, что вселил в тебя все эти чувства.

– Я даже не знаю, что сказать, – признаюсь я, опустив взгляд вниз. – Наверное, мне стоило сказать тебе все это раньше.

– Марк, если бы я знал, – он сильнее сжимает плечо, заставляя посмотреть на него.

– Прости, что усомнился в тебе как в отце. Я не должен был такого говорить, ты защищал меня.

– Сынок, – он обнимает меня, а я продолжаю стоять не двигаясь. На самом деле мы столько всего упустили в наших отношениях, и я сейчас не знаю, будет ли уместным обнять его в ответ.

– Даже не обнимешь старика? – спрашивает он, читая мои мысли.

– Я не знаю, будет ли это уместно? – слегка улыбнувшись, отвечаю я.

– Никогда не поздно признать собственные ошибки и попробовать начать все сначала.

– Наверное, ты прав, – я обнимаю отца в ответ. Он чуть выше меня ростом, поэтому объятия выходят неуклюжими.

Мы отстраняемся друг от друга, и родитель протягивает мне руку.

– Попробуем стать друзьями?

Я понимаю, что нам потребуется время и усилия, чтобы восполнить упущенное, но мысль о том, что отец гордится мной, приносит облегчение и словно снимает с моих плеч тяжелый груз.

– Только не проси делиться личной жизнью, – усмехаюсь я и пожимаю его крепкую ладонь.

– Насчет личной жизни, – он пристально смотрит на меня, не расцепляя рукопожатия. – Я никогда не вмешивался в твои дела, сразу знал, ты парень умный и все делаешь правильно, но Андрей очень недоволен тем, что ты вчера забрал его дочь.

– Пап, ты когда-нибудь хотел сродниться с дядей Андреем? – весело уточняю я.

– Марк! – он опускает руку. – Предупреждаю тебя сразу, чтобы ты свои фокусы насчет Даши оставил.

– Не могу, – я пожимаю плечами. – Влюбился.

Мы выходим в гостиную, и я первым делом нахожу глазами Дашу. Девушка держит за руку мою сестру, а голову она положила на ее плечо.

Краем глаза замечаю встревоженный и слегка злой взгляд Андрея Владимировича. Ну, может и не слегка.