Читаем Точная Копия онлайн бесплатно

Авторское право © 2024 , Рут Стиллинг

Перевод: #LexiLivres

Тропы:

- Случайная беременность

- Он влюбляется первым и сильнее

- Ротвейлер и Черная кошка (только для него)

- Найденная семья

- Посмотри на неё и умрёшь

- Он одержим ею

- Ненавижу хотеть тебя

- Ей 35, ему 32

Серия: “Скорпионы” Сиэтла

Книга 1: Заколоченные Сердца

Книга 2: Покрытый Льдом

Книга 3: Точная копия

Книга 4: Ruled Out. Релиз 23 января 2025

Для тех, кто чувствует, что их цель в жизни – оправдывать ожидания других.

К чёрту это.

плейлист

Sabrina Carpenter — Bet u wanna

Ariana Grande — Love me harder

Arctic Monkeys — Do I wanna know?

Taylor Swift — Don’t blame me

Hannah Wants — Cure my desire

The Weeknd — In your eyes

The Weeknd — Can’t feel my face

Ed Sheeran — Shivers

Glass Animals — Heat waves

Bea Miller — Like that

Dermot Kennedy — Better days

John Legend — All of me

ПРОЛОГ

ДЕКАБРЬ

КЕЙТ

Кто знал, что придурки могут быть такими красивыми?

Ну, я знала, и я смотрю на одного из них прямо сейчас.

Я имею в виду, серьезно, кем, чёрт возьми, он себя возомнил?

Сначала он предлагает поехать к нему домой и провести ночь в постели, где, по его глубокому убеждению, он будет лучшим, что у меня когда–либо было. А когда я отказываюсь поддаваться его очевидному обаянию, он находит другую.

То, что я надела майку с его номером и фамилией на сегодняшнюю игру, не означает, что я собираюсь тут же лечь с ним в постель.

Ладно, был ничтожный шанс, что это произойдет. Но учитывая, что он был так уверен в себе и во мне, я ничего не сделала.

Вся эта чушь о майках и настоящей любви для меня ничего не значит. Конечно, он горяч, и я не могу отрицать, что раз или два думала о том, что скрывается под этой формой, но неужели он действительно думал, что со мной будет так легко? Если я хочу надеть майку с его номером, то надену её. В продаже тысячи маек, и не каждый, кто носит номер восемьдесят восемь, автоматически хочет переспать с вратарём “Scorpions”, что бы он ни думал.

И это именно то, что я сказала, когда соскользнула с его колен и сказал ему идти нахуй.

«Ну же, детка. Зачем ещё тебе надевать мою майку? Давай перейдем к делу.»

Тьфу.

Поэтому я бросилась в уборную и сердито подкрасилась, прежде чем вернуться в бар, но обнаружила, что сам мистер Придурок ушел к другой женщине. Рыжеволосой, с длинными, стройными ногами и потрясающим телом, если точно. И он выглядела моложе меня. По крайней мере, на пять лет, а мне тридцать четыре, и тот факт, что он переключился на более молодую модель, заставил меня чувствовать себя ещё хуже.

И это всё, чего я стоила? Быстрая попытка затащить меня в постель? Мы должны были быть частью одной компании друзей; все, чего он хотел, – это использовать меня, а затем выбросить. Я, может, и наслаждаюсь случайным сексом время от времени, но я хочу, чтобы он, по крайней мере, работал ради этого. Интрижки на одну ночь – это не моё.

И вот я здесь, одна в баре, потягиваю мохито отказа.

– Он даже не такой горячий, – ворчу я себе под нос, делая ещё один глоток.

– О, ну не знаю. Не думаю, что я плохо выгляжу, – произносит низкий голос позади меня.

Я медленно поворачиваюсь, чтобы определить источник звука.

Хммм, неплохо. Высокий, темноволосый, красивый и, вероятно, моложе меня.

Я осторожно смотрю налево и вижу, что рука мистера Придурка теперь на пояснице рыжеволосой.

Ну, в эту игру могут играть и двое.

Я делаю ещё глоток коктейля и мило улыбаюсь ему.

– Нет, полагаю, что не плохо.

Он улыбается, а затем наклоняется, чтобы что–то прошептать мне на ухо, и я мгновенно ощущаю сильный запах выпивки в его дыхании.

Я злюсь на себя. Игра, чтобы заставить Дженсена Джонса ревновать, уже обернулась для меня неприятными последствиями.

Полностью игнорируя то, что хочет сказать этот парень, я ещё раз бросаю взгляд на мистера Придурка. Он стоит спиной ко мне за столом с высокой столешницей, его рука теперь полностью обвита вокруг талии рыженькой, и он смотрит на неё именно таким взглядом, которым он смотрел на меня менее получаса назад.

Но что действительно раздражает меня больше всего, так это тот факт, что я обеспокоена. Тем, что меня хоть немного волнует, что его внимание сосредоточено на ком угодно, только не на мне.

Я могу быть шумной и иногда немного дерзкой, но я не стремлюсь привлечь к себе внимание, и я определенно не хочу внимания этого парня, стоящего рядом со мной. Так почему я хочу Дженсена?

– Я Тодд. Как тебя зовут, солнышко?

Я сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза, и делаю ещё глоток своего напитка, вращая соломинку, чтобы перемешать листья мяты.

– Кейт, – отвечаю я отрывисто.

Он одобрительно хмыкает и подходит ещё ближе. Я прижимаюсь спиной к стойке, а он стоит передо мной. Ещё несколько дюймов, и его тело прижмётся к моему.

– Ты здесь одна, Кейт? – спрашивает он похотливым голосом.

Одна? Я чертовски ненавижу это слово. Оно определяет мою жизнь.

Я поднимаю на него взгляд и прищуриваюсь.

– Почему ты спрашиваешь? Это повлияет на твой следующий ход?

Он тихо посмеивается.

– Ну, если ты здесь с другим парнем, тогда да.

– Со мной нет парня. Но у меня нет планов уходить с кем–то сегодня вечером.

Я снова смотрю на Дженсена. Он всё ещё держит руку над задницей рыженькой, а сам стоит ко мне спиной, как будто меня вообще не существует.

– Могу я что–нибудь сделать, чтобы ты передумала?

Я качаю головой.

– Нет. Я не ухожу с незнакомцами.

– Я бы не сказал, что я уже чужой.

Чёрт возьми, Кейт. Ты действительно во что–то вляпалась.

Я хлопаю его по плечу и собираюсь повернуться спиной, но в этот момент замечаю рыжую вспышку перед барной стойкой.

Он, блядь, везет её домой.

Прямо передо мной.

Ублюдок.

Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не разинуть рот от наглости этого человека, как раз в тот момент, когда он оглядывается через плечо и подмигивает мне с чертовой ухмылкой.

Его взъерошенные темные волосы падают на загорелый лоб, а тёмно–карие глаза искрятся удовлетворением. И когда он одаривает меня, как я знаю, фальшиво милой улыбкой, на его правой щеке появляется ямочка. Он в двадцати футах от меня, но я знаю, что она там есть. И это выводит меня из себя.

Он выводит меня из себя.

Дженсен Джонс официально возглавляет мой дерьмовый список.

Но когда я поворачиваюсь лицом к стойке и машу бармену, чтобы тот принес мне ещё выпить, я жалею, что не могу сдержать свой гнев.

Сквозь толпу людей, ввалившихся в бар “Райли”, я всё ещё могу различить, как он помогает рыжей надеть куртку, а затем закидывает руку ей на плечо. Уличные фонари снаружи делают его неприметным.

Это действительно чертовски больно.

Он делает чертовски больно.

Уязвимость пронзает меня насквозь. Мы можем быть частью одной группы друзей, и моя лучшая подруга может встречаться со его капитаном, но я никогда больше не подойду к Дженсену Джонсу.

Этот человек для меня мертв.

ГЛАВА 1

МАЙ, ВОСЕМНАДЦАТЬ МЕСЯЦЕВ СПУСТЯ

КЕЙТ

– Хммм, кажется, я выбрал. Лобстер ‘термидор’ будет прекрасно. А как насчет тебя, солнышко? – Том проводит рукой по столу и кладет её поверх моей. Я смотрю на это нежное соприкосновение, но не чувствую никакой привязанности.

То, что я действительно чувствую, ужасно.

Том – один из самых добрых людей, которых я когда–либо встречала, и он заслуживает гораздо большего, чем я могу ему предложить. Он хочет жену и семью, и он определенно хочет улучшить наши отношения после девяти месяцев периодических свиданий.

Я продолжаю нажимать на тормоза, потому что знаю, что это не то, чего я хочу. Никогда ничего подобного.

Я снова опускаю взгляд на меню, ни одно из слов на странице не имеет никакого смысла.

– Я не могу решить, – тихо отвечаю я, убирая свою руку из–под его, чтобы перевернуть карточку меню. Я могла бы сделать это другой рукой, но это показалось мне хорошим предлогом, чтобы снова отстраниться от него.

Он прочищает горло. Я знаю, он чувствует это – что мне это не нравится. Что я отстраняюсь.

Наши отношения исчерпали себя.

Я бы сказала ему, что он не должен принимать это близко к сердцу, если бы это не выглядело безумно бестактным, но это правда – я всегда так делаю. Я не из тех, кто постоянно встречается, но обычно, если я встречаю кого–то, кто мне нравится, я хожу на несколько свиданий, наслаждаюсь сексом, а потом ухожу, прежде чем он проникнется ко мне чувствами.

С Томом я зашла дальше, чем с кем–либо за многие годы. Он полностью в моём вкусе, высокий, красивый и невероятно талантливый юрист. Мы воссоединились на свадьбе друга в прошлом году, зная друг друга со времен колледжа, и, честно говоря, когда он пригласил меня на свидание, я подумала, почему бы и нет? Какой вред может принести немного веселья?

Но вот я здесь, собираюсь разбить ему сердце. И я чувствую себя дерьмово из–за этого.

– Почему бы тебе не взять баранину, и тогда мы сможем разделить блюда на двоих? Я выбирал между этим и лобстером, – прерывает мои мысли Том.

Его красивое лицо мягко освещается романтической обстановкой и свечами. Это действительно прекрасный ресторан в центре Сиэтла. Он приводил меня сюда несколько раз и никогда не сдерживался, чтобы не угостить меня, заставляя чувствовать себя ещё хуже.

– Да, конечно, – говорю я, возвращая меню официанту, когда он подходит к нашему столику, и Том подтверждает наш заказ.

Оставшись одни, Том достает вино из ведерка со льдом и снова наполняет мой бокал.

– Ты выглядишь взвинченной, – он вопросительно поднимает бровь, глядя на меня. – Марк и Дэвид сильно давят на тебя?

Марк и Дэвид Престоны – братья и совладельцы моей юридической фирмы. Они твердолобые юристы, но они никогда не “давят на меня”, учитывая, что я одна из лучших юристов по судебным спорам в штате Вашингтон. Я должна быть лучшей. Я трудоголик, и это всё, что я когда–либо знала.

Наш официант возвращается с хлебом и оливками и ставит их на стол. Я протягиваю руку и отправляю одну в рот. Это действительно превосходная закуска – мы с моей лучшей подругой Фелисити очень сблизились из–за этого.

Я пожимаю плечами.

– Напряженно, но ничем не отличается от обычного.

Брови Тома сводятся вместе.

– Так что тебя гложет?

Фу, я действительно не хотела делать это сейчас, прямо сейчас, когда мы собираемся ужинать, но, честно говоря, когда самое подходящее время с кем–нибудь порвать отношения?

Я делаю глубокий вдох и смотрю ему в глаза, кажется, впервые с тех пор, как он забрал меня сегодня вечером. И после этого я, скорее всего, вернусь домой на Uber.

– Я, я просто...

– Это я, не так ли? Ну, я имею в виду нас, – Том откидывается на спинку стула и поднимает голову к потолку. Закрыв глаза, он медленно качает головой.

– Мне так жаль, Том. Я просто так больше не могу. Это не...

– Пожалуйста, не говори мне, что ты собиралась сказать “дело не в тебе, а во мне”, потому что от этого становится ещё хуже.

Я поджимаю губы и сжимаю их вместе.

– Я не собиралась этого говорить. Я собиралась сказать тебе, что это не то, чего я хочу, и что мы оба хотим разных вещей. Ты хочешь двух и четырех десятых детей и забор и идеальный дом, а я хочу...

Чего именно я хочу?

– Ты хочешь быть такой, какой была всегда, – заканчивает он за меня, вертя в руках стакан с водой, когда наклоняется вперед и кладет локти на стол. – Ты хочешь достичь вершины своей профессии, не отвлекаясь ни на что.

У меня сводит живот от того, как он это произносит. В его тоне нет горечи, но он попадает в точку своими словами – это именно то, о чём я всегда говорила, чего я хотела, и это абсолютно то, к чему я стремилась.

“Кейт должна покорить мир”.

“Кейт, ты не можешь позволить таким мозгам, как твои, пропасть даром.”

“Кейт, ты была лучшей на факультете юриспруденции в Йеле. Не оставляй это без внимания”.

“Тебе нужно сохранить наше наследие.”

Лекцией за лекцией мои родителей наставляли меня на единственный путь, который я знаю в жизни.

Я поднимаю взгляд на Тома и киваю, делая глоток вина.

– Мне действительно жаль.

Он снова откидывается на спинку стула и скрещивает руки на груди как раз в тот момент, когда нам приносят ужин.

– С таким же успехом мы можем съесть это, а потом я отвезу тебя обратно домой.

Остаток моего “свидания” с Томом лучше всего было бы описать как неловкость.

Как всегда, он был вежлив и даже предложил оплатить счет, который исчислялся сотнями долларов. Но я не могла позволить ему сделать это, поэтому заплатила свою долю, прежде чем он отвез меня обратно в мою квартиру.

И вот где я сейчас нахожусь, переодевшись в спортивные штаны и старую толстовку. Затем я полила все свои комнатные растения и приготовила себе горячий шоколад со взбитыми сливками.

Поджав под себя ноги, я сажусь на диван, беру блокнот для рисования и набор ручек для каллиграфии. Сегодня розовые и пурпурные тона.

Я начала заниматься каллиграфией в прошлом году, когда случайно записалась на курсы со своей супер–одаренной племянницей Эвой. В моей повседневной работе юриста трудно проявить творческий подход, и в моём мозгу всегда есть желание выразить себя.

Может быть, это способ отключиться, поскольку мой разум постоянно в движении, в поисках чего–то.

Но не успеваю я начать, как меня прерывает вибрация моего мобильного телефона на кофейном столике. Я протягиваю руку и беру его. На экране загорается надпись “Вайолет”. Я не могу вспомнить, когда в последний раз обращалась к ней “Мама”.

– Привет.

– Кейт, как ты? – спросила она.

Вы бы никогда не подумали, что она звонит своей дочерью, скорее своей помощнице или коллеге.

Я откладываю альбом для рисования в сторону и беру кружку, удерживая тепло в руках, пока держу телефон между ухом и плечом.

С таким же успехом можно устроиться поудобнее.

– Рада, что сейчас выходные. Как вы оба?

– Почему? Работа была напряженной? – спрашивает она, полностью игнорируя мой вопрос.

– Нет. Просто хочу расслабиться. Я порвала с Томом сегодня вечером, и это было напряженно.

– Что ты имеешь в виду?

Мои брови в замешательстве сошлись на переносице.

– Насчет Тома? Ну, я...

– Нет, нет. Я имею в виду работу. Она всегда должна быть напряженной.

Я ставлю кружку на стол и беру телефон. Я бы с радостью швырнула его через всю комнату, если бы не боялась, что он разобьется.

– Это напряженно, но я привыкла к такому давлению. Это не значит, что мне не нужен перерыв.

– У нас с твоим отцом никогда не было перерывов; это даст шанс всем остальным наверстать упущенное, – хохочет она.

– Не всё сводится к соревнованию, Вайолет, – тихо говорю я, ерзая на диване и бездумно играя кисточками на мягком голубом одеяле, накинутом на мои колени.

– Хм, ну, в фирме, которой мы руководим – всё именно так.

– Ты позвонила по какой–то причине? – я резко меняю курс.