Читаем Заколоченные Сердца онлайн бесплатно

Вы должны знать, что, хотя эта книга является художественным произведением и, конечно же, "Жили долго и счастливо", "Заколоченные сердца" содержат следующие темы:

Откровенный контент, нецензурные выражения, эмоционально манипулятивное поведение бывшего супруга (не главных героев), скрытая смерть родителей, упоминание об измене (не между главными героями), темы тревожности и депрессии со скрытой терапией.

Для тех, кто каждый день храбро вступает в молчаливую битву с самими собой.

Ты никогда не бываешь одинок.

Вы можете найти плейлист Джона и Фелисити на Spotify.

Adore You — Harry Styles

Midnight Sky — Miley Cyrus

Style — Taylor Swift

Iris — The Goo Goo Dolls

Ready For Your Love — Gorgon City, MNEK

Tidal Wave — Sub Focus, Alpines

Dangerous Woman — Ariana Grande

Hands To Myself — Selena Gomez

Call It What You Want — Taylor Swift

Bloodstream — Ed Sheeran

Keeping Your Head Up — Birdy

Better — Khalid

Два года назад

Оксфорд, Англия

ФЕЛИСИТИ

— Прими это к сведению, Фелисити.

Я не могу этого сделать. Я даже не могу разобрать слова, которые говорит Эллиот, ну, рявкает на меня.

Мы переезжаем? В Сиэтл.

Я качаю головой и крепко хватаюсь за кухонную стойку, пытаясь удержаться на ногах или, может быть, пытаясь не сорваться на своего мужа.

Он пошел напролом и подписал контракт, не задумываясь ни обо мне, ни о моей работе, ни о жизни, которую мы здесь построили. Не говоря уже о наших двух детях-подростках, Дарси и Джеке. Шоу Эллиота длится уже шестнадцать лет.

— Не могу поверить, что ты сначала не обсудил это со мной. Два года. Ты ожидаешь, что мы просто бросим и оставим всю нашу жизнь здесь на такой долгий срок? А как же моя работа и учеба Дарси и Джека? — холодная дрожь пробегает по моей спине. Лиам, давний бойфренд Дарси и любовь её детства, здесь. В пятнадцать лет ей будет казаться, что её мир рушится. Я качаю головой и делаю ещё один глоток вина. — Можешь рассказать об этом Дарси.

Эллиот пренебрежительно машет рукой в воздухе.

— Это юношеская любовь; она тривиальна и всё равно не продлится долго. Для неё это возможность повидать мир.

Я удивленно приподнимаю бровь от его признания.

— Мы были молоды, когда встретились. Мы не думали, что это было тривиально тогда, и я сомневаюсь, что она думает так же сейчас, — моё сердце разрывается из-за неё — Лиам не только её парень, но и лучший друг. У неё близкие отношения с отцом, но это, вероятно, значительно осложнит их отношения.

О Джеке я беспокоюсь меньше. Он заядлый хоккеист и играет за "Oxford Giants". В свои шестнадцать лет, очень общительный, он, вероятно, воспримет это как возможность поиграть в Америке и, возможно, однажды воплотит свою мечту в высшей лиге. Он талантлив, но хоккей в Великобритании не популярен. Тем не менее, мы переедем во время его выпускных экзаменов в школе, а у него всегда были проблемы с учебой, так что это может отбросить его назад.

— А как же моя работа? Меня ждало повышение. У меня тоже есть мечты.

Эллиотт усмехается и поднимается с обеденного стула, на котором он небрежно просидел большую часть вечера, закинув ногу на ногу, как будто этот разговор не меняет жизнь и не выворачивает наизнанку большую часть его семьи. Шагнув ко мне, он кладет свою ладонь поверх моей руки, но я вырываю её из-под нее; я едва могу смотреть на него, не говоря уже о том, чтобы прикоснуться к нему. И это чувство связано не только с сегодняшним вечером и этими новостями. Наш брак рушился годами, и когда я смотрю в его холодные голубые глаза, я вижу там очень мало привязанности. Интересно, видит ли он то же самое, когда смотрит на меня?

— Ты зарабатываешь 27 000 фунтов стерлингов в год, Фелисити. Я зарабатываю в восемь раз больше тебя. Тебе не нужно продолжать делать карьеру “своей мечты” в юриспруденции, — снисходительным тоном он повторяет слова, которые я говорила ему столько раз, что не могу сосчитать. — Я могу позаботиться обо всех нас. Это двухлетний контракт на оказание помощи в создании американского инвестиционного фонда и надзоре за ним, и если всё получится, предлагаемый бонус может изменить нашу жизнь.

Разочарование волнами исходит от меня. Он никогда не слушает. Вскидывая руки вверх, я говорю голосом на несколько октав выше, чем раньше.

— Изменить нашу жизнь? Эллиот, у нас достаточно денег! Оглянись, у нас есть всё, что нам нужно. Меня не интересует богатство или социальный статус. Я хочу быть счастливой; Я хочу, чтобы наши дети были счастливы. Я хочу чувствовать себя частью этого брака, — это звучит сердито, но на самом деле я в отчаянии, попав в порочный круг уступок тому, чего хочет мой муж.

Я делаю ровный вдох и пытаюсь сдержать слезы, я не готова к тому, что он их увидит, но мои глаза остекленели. Сглатывая комок, образовавшийся в моём горле, я пытаюсь ещё раз убедить его.

— Это не то, чего я хочу.

Он невозмутимо пожимает плечами.

— Да, но когда ты главный кормилец в доме, когда ты оплачиваешь счета и полностью обеспечиваешь семью, ты вроде как принимаешь решения.

Я не говорю ни слова. Какой теперь в этом смысл?

Эллиот хмурит брови, глядя на меня.

— Знаешь, я немного разочарован в тебе, Фелисити. Я думал, что ты, как моя жена, будешь праздновать вместе со мной сегодня вечером. Вместо этого всё, что я вижу, — это слёзы, хотя я должен быть расстроен твоим поведением.

Полагаю, мне не следует удивляться его последнему замечанию. Начало газлайтинга было только вопросом времени.

Два года спустя — сентябрь

ДЖОН

Зак

«Ну давай же. Пара баров, никаких клубов. Ребята хотят, чтобы ты потусил с нами.»

Я

«Я — пасс.»

Зак

«Всего на час? Они спрашивают, где ты.»

Я бросаю телефон на одеяло.

— Чёрт.

Смирившись со своей судьбой и оставшись в одних трусах, я встаю с кровати и направляюсь в ванную, чтобы принять душ. Наклонившись вперед, я упираюсь руками в мраморную плитку и нахожу некоторое облегчение в струях теплой воды, которые успокаивают мои уставшие и ноющие мышцы. Это всего лишь предсезонная подготовка, но я чувствую себя так, словно нахожусь на полпути к плей-офф.

Пятнадцать минут спустя я одеваюсь и спускаюсь по нескольким коротким ступенькам из вестибюля отеля на ночной воздух Ванкувера. Я могу придумать миллион других мест, где я предпочел бы быть прямо сейчас, но я не могу и дальше подводить своих товарищей по команде, и они рассчитывают на меня как на своего центрового и капитана, который подаст пример, особенно новичкам. Совместные тусовки так же важны, как и тренировки, когда речь заходит о нашей форме на льду.

Я бывал в этом баре раньше, много раз, и каждый раз вспоминаю, как уходил оттуда с новой девушкой. Не похоже, чтобы СМИ позволили мне забыть.

С годами, когда дело доходит до женщин, я усовершенствовал искусство выбирать лучший вариант. Предпочтительно грудастую брюнетку, которая хочет провести одну ночь, и под одной ночью я подразумеваю вернуться в мой отель, чтобы потрахаться, прежде чем она выйдет за дверь до восхода солнца. Я не провожу с женщинами всю ночь, никаких ночевок. Я даю им это понять до того, как они уходят со мной, но в основном они знают, что получат, и им достаточно почитать прессу, чтобы понять, в чём дело. У меня никогда не было девушки. Чёрт, не думаю, что я спал с одной и той же девушкой больше двух раз. После многочисленных неудач, которые я пережил за время своей карьеры новичка, у меня есть строгие правила, и я их придерживаюсь. Они никогда не бывают у меня дома и, если я могу на это повлиять, не возвращаются ко мне в отель. Я никогда не даю свой номер телефона и не хожу на свидания.

Толкая дверь "Хьюго", захудалого бара в центре Ванкувера, я опускаю голову, киваю бармену, который мгновенно узнает меня, и направляюсь к задним кабинкам, чтобы найти Зака и парней. Мы тщательно выбираем, куда пойти

Мы тщательно выбираем, куда пойти в каждом городе, и у нас есть краткий список мест, которые мы посещаем по дороге. Бары, владельцы и посетители которых относятся к нам как к обычным людям и не отмечают наше местонахождение в социальных сетях — на верхушке списка. Мне нравится уединение, и с возрастом это становится ещё важнее. Проблема в том, что трудно избежать внимания, как бы сильно я ни старался.

— Джон, тащи сюда свою задницу, у меня есть эль для тебя, — кричит Зак, когда я подхожу.

Усаживаясь в огромной кабинке, я снимаю кепку и провожу рукой по волосам.

— Ага, и держу пари, что сейчас он комнатной температуры.

— Вероятно, ты не торопился сюда, — возражает Зак с тихим смешком.

Я закатываю рукава своей белой рубашки на пуговицах; в этом баре душно и полно народу.

— Ещё два гола сегодня вечером. В чем твой секрет, старик? — слышу я, как спрашивает Джесси.

Джесси Каллагану, нашему последнему игроку из Чикаго, всего двадцать три, и, проведя один сезон в НХЛ, он перешел в "Сиэтл", скажем так, при сомнительных обстоятельствах. Он был выбран в первом раунде драфта, поэтому я очень сомневаюсь, что они хотели обменять его из-за отсутствия у него спортивного мастерства. Ходят слухи, что из-за скандала он был вынужден покинуть команду. Джесси не говорит об этом, а мы не спрашиваем. У меня такое чувство, что чем меньше я знаю, тем лучше. Тем не менее, он потрясающий крайний нападающий; я никогда не видел, чтобы кто-то так быстро перемещался по льду, и, что ещё более пугающе, его владение клюшкой.

Я подкалываю Джесси с дерзкой ухмылкой.

— Это просто талант в чистом виде, и перестань называть меня стариком, или тебе конец.

— Эта блондинка не может перестать трахать тебя глазами, — Джесси меняет направление и поворачивает голову в сторону бара.

Он не лжет, и она чертовски сексуальна. Я пытаюсь разорвать порочный круг знакомств, зная, что они для меня ничего не значат, а лишь временно заполняют пустоту. Может быть, отношения и могли бы стать постоянным решением, но, честно говоря, кому я мог бы доверить что-то большее, чем слава и деньги? К тому же я никогда не встречал никого, кто “дал бы мне по заднице”, как постоянно твердит мне моя мама.

— Может, мне стоит налить себе пива, — говорю я, смотря на свой полупустой стакан.

— Я уверен, что она сможет помочь тебе с этим, — Зак качает головой, слишком хорошо осведомленный о моем распорядке.

— А я думал, тебе нравятся брюнетки, — добавляет Дженсен.

Зак Эванс, мой помощник капитана и надежный защитник, стал моим ближайшим другом на сегодняшний день, последние шесть лет мы вместе играли за "Seattle Scorpions". Дженсен Джонс — наш вратарь из Канады и абсолютный псих В его компании я часто провожу бурные ночи, но, несмотря на его сумасшедшую задницу, он один из лучших.

Я пожимаю плечами.

— Цвет волос не имеет значения, когда они намотаны на мой кулак, — парирую я, чем вызываю несколько смешков.

Но дело в том, что я не веду себя как придурок по отношению к женщинам. Я забочусь о них, пока мы вместе. Если они не кончают, то и я тоже. Меня воспитали в уважении к женщинам, и хотя я получаю удовольствие от секса, за которым вскоре следует уединение в постели, чтобы расслабиться за просмотром фильма, я всегда забочусь о том, чтобы они ушли довольными. Есть несколько способов потрясти мир девушек.

Меняя тему, я поворачиваюсь к Заку.

— Итак, как продвигаются дела с Эми? Должно быть, прошло уже шесть месяцев, верно?

Зак и Эми познакомились в начале весны на вечеринке по случаю его тридцатилетия. Вечер начался достаточно невинно; я забронировал столик в одном из наших любимых итальянских ресторанов и пригласил его друзей и семью, пообещав, что оплачу счет. Всё закончилось, когда Дженсен, вечно трахающийся Дженсен, предложил устроить вечеринку в клубе, хорошо известном клубе с большим количеством хоккейных заек. Через несколько минут Дженсен начал приглашать девушек.

Эми, привлекательная блондинка с длинными ногами, спортивная и умная, создала успешный бизнес в сфере фитнеса. Она любит путешествовать и часто проводит время с Заком в дороге. На первый взгляд, она идеальная женщина. Только я не ощущаю от неё этой “идеальной” ауры. На самом деле, я чувствую ауру, от которой у меня по коже бегут мурашки. В ту ночь она слишком целеустремленно приблизилась к Заку. Она приняла такой милый облик, смеясь над всем, что он говорил, немного переусердствовала, если хотите знать моё мнение. Лицемерие было бы хорошим описанием, но Зак, ну, он думает, что нашел ту единственную, и я думаю, что Эми нашла своего папика. Она на восемь лет младше его, и, честно говоря, это заметно. Она мелочная, стервозная и чертовски нуждающаяся. Забавно, но взгляд, которым она смотрит на меня, когда думает, что никто не видит, говорит о том, что она не отказалась бы от других спортсменов, будь у нее хоть малейший шанс. Зак заслуживает лучшего.

Нежная улыбка появляется на губах Зака.

— Да, всё идет хорошо, прошлой ночью я сказал ей, что люблю её.

Я встречаюсь с ним взглядом, стараясь выглядеть довольным его признанием. Но он на это не купился. Очевидно, Зак знает о моих чувствах к Эми, и, хотя мы близки, мы не обсуждали мои опасения вслух.

Скажи что-нибудь, Джон.

— О…круто. Звучит так, будто ты эээ…делаешь…успехи, приятель. Рад за тебя.

Он ерзает на стуле, скрестив руки на груди в защитной манере.

— Ха, да, похоже на то. Спасибо, чувак.

Я хочу поднажать и спросить его, к чему этот саркастический ответ, хотя бы для того, чтобы растянуть это ужасное напряжение и разобраться с ним раз и навсегда, но я устал, и команда здесь. Этот разговор не для лишних ушей. Саге о Заке и Эми придется подождать.

Мне нужна разрядка от накопившегося адреналина после игры и разочарования от сегодняшнего вечера.

Выйдя из кабинки, я придаю своей походке изысканную развязность, направляясь к бару, прежде чем поставить свой почти пустой бокал и опереться на локти.

— Хочешь ещё, милый? — спрашивает притворно сладким тоном блондинка, которая весь последний час не сводила с меня глаз.

Выпрямившись, я смотрю ей прямо в глаза.

— Выпивка — это не совсем то, что мне нужно.

— О, нет? — отвечает она застенчивым голосом, и становится ясно, что это хорошо отработанная процедура.

Но я не стремлюсь к затянувшейся ночи самоанализа, поэтому решаю перейти к делу; в конце концов, нас обоих интересует только одно.

— Во сколько ты заканчиваешь?

Улыбка медленно растягивает её полные губы.

— Через полчаса.

Скоро. Хорошо.

— Как насчет того, чтобы закончить свой вечер со мной?

Её улыбка становится шире, когда она быстро записывает что-то в блокноте для заказов, прежде чем дать мне свой номер телефона.

— Меня не интересуют цифры, милая, но, наверное, смогу сделать так, чтобы моего следующего пива хватило на полчаса.