Читаем Те, кого ты предал (СИ) онлайн бесплатно

От предпраздничной суеты голова шла кругом в самом буквальном смысле этого слова.

Я остановилась на секунду, чтобы перевести дыхание, устало ухватившись рукой за спинку подвернувшегося мне стула.

Возникло искушение присесть, отдохнуть хотя бы пять минут, но я не могла позволить себе такой роскоши: времени до того момента, как станут подъезжать гости, оставалось все меньше, а дел словно бы и не убавлялось вовсе…

Сделав глубокий вдох, я, преодолев головокружение, снова побежала на кухню, где в духовке запекалась очередная партия мяса. Задача у меня была непростая: накормить предстояло больше трех десятков человек.

Сегодня мой муж отмечал свой тридцатипятилетний юбилей. И я буквально с ног сбивалась, чтобы этот праздник стал для него особенным и запоминающимся.

На праздничное застолье были приглашены все его ближайшие родственники, друзья и коллеги. И все, конечно, с семьями. Я старалась никого не забыть, желая окружить Сашу всеми теми, кто его любил и ценил.

Проверив мясо, я снова позволила себе на секундочку выдохнуть. Предстояло ещё засервировать стол – я хотела, чтобы в этот день все было идеально, поэтому приготовила новые шикарные скатерти, купила изящную, дорогую посуду и нереально красивые свечи…

Знала, что муж не слишком-то любит большие посиделки в ресторанах, поэтому организовала все это у нас на даче. Пришлось попотеть, уговаривая некоторых гостей приехать за город и даже – организовать для них транспорт, но, предвкушая удивление и радость в глазах мужа, считала, что это того, несомненно, стоило.

- Мам, я есть хочу!

Шестилетняя Лиза вбежала в кухню из сада, отвлекая меня от мыслей о том, что я ещё не успела сделать.

- Потерпи немного, скоро будем ужинать, - ответила ей, принимаясь дошинковывать салат.

Господи, а ведь нужно было ещё и себя привести в порядок! На голове за целый день беготни организовалось уже натуральное воронье гнездо. Я едва не застонала, ощущая, что, кажется, совершенно ничего не успеваю.

- А когда это – скоро? – снова потребовала моего внимания дочь.

- Ну, часа через три…

Лиза капризно топнула ногой.

- Но я хочу есть сейчас!

- Салат будешь?

- Не хочу салат!

Теперь она топала уже обеими ногами. Стоило бы, наверно, преподать ей урок хороших манер, но на это сейчас не было ни времени, ни сил.

- Ладно, - вздохнула, сдаваясь и доставая из шкафа пачку с чипсами. – Держи, но до ужина больше ничего не получишь, учти.

Радостно выхватив чипсы у меня из рук, Лиза юркнула обратно в сад, едва не столкнувшись в дверях с моей мамой.

- Вот ведь! А я её искала везде… Настюш, ну ты как, справляешься тут?

- Нормально все, - улыбнулась я маме, хотя у самой от усталости уже пол из-под ног уходил. – Вот салат дорежу и буду накрывать на стол.

По большому счету, большую часть работы я ведь уже сделала. Украсила сад, куда были выставлены столы, ещё с утра – фонарями и гирляндами, которые будут очень уютно светиться, когда стемнеет. Устроила несколько уголков для детских игр – мы ждали сегодня в гости целую ораву маленьких непосед. Ну и что мне на этом фоне остатки готовки, сервировка стола и собственный вечерний туалет? Сущая ерунда!

- Надо было все-таки ресторан снять, да и дело с концом, - озабоченно произнесла мама.

- Ты же знаешь, Саша предпочитает домашнюю обстановку…

- Знаю. Но о себе-то ты подумала? Того и гляди в обморок упадёшь!

- Ерунда, - натянула я улыбку в ответ. – Такие праздники не каждый день бывают. Мам, ты найди, пожалуйста, Лизу, а то я волнуюсь, что она приключений даже в нашем саду отыщет…

- Ладно, ладно…

В тоне мамы слышалось лёгкое ворчание, но просьбу мою она выполнила, отправившись искать внучку. И слава Богу, что сегодня мне хотя бы было кому поручить детей.

Хотя старший, Антон, похоже, и сам себя прекрасно развлекал, как и обычно. Наверняка сейчас сидел с книжкой где-нибудь под деревом, ловя остатки покоя и тишины.

Улыбнувшись этим мыслям, я снова погрузилась в круговорот дел и не выныривала оттуда до тех пор, пока рядом не послышался перестук каблуков и знакомый голос не воскликнул:

- Настька!

Обернувшись, я обнаружила, что моя лучшая подруга – Катя – уже подоспела раньше всех других гостей.

Порывисто обняв меня, она шутливо сморщила нос и выдохнула:

- Ой, мать, ты воняешь, как лошадь.

Я рассмеялась:

- Да я и чувствую себя не лучше, чем загнанная кобыла.

Мы дружили с ней так давно, что подобные реплики давно стали нормальным, ничуть не обидным, явлением.

- Помочь тебе как-нибудь? – поинтересовалась подруга, быстрым взглядом окидывая кухню, где царил полный кавардак.

А я, в свою очередь, с лёгкой завистью смотрела на неё.

Она всегда была… эффектной. Такой, которую мужчины невольно провожали взглядом. Высокая, стройная, но в нужных местах – пышная, брюнетка. Об откровенной чувственности всегда кричали и её наряды: глубокий вырез, короткие юбки, обувь на каблуках. И все это – ярких, соблазнительных оттенков…

Тем удивительнее было видеть её сейчас в пышном, воздушном платье в милый розовый цветочек, что делало эту сексуальную хищницу какой-то непривычно-мягкой, уютной, почти домашней…

Но даже сейчас я понимала, что проиграю ей сегодня по всем статьям в своём обтягивающем алом платье на одно плечо, которое было у меня заготовлено специально для праздника. Просто потому, что не было во мне всего того, что было в ней.

Но с этим я давно научилась жить. В конце концов, у меня ведь был любящий муж, счастливая семья – а все остальное не так уж и важно, правда?

- Ты вся перемажешься, если станешь мне помогать, - улыбнулась я в ответ на её вопрос. – Лучше знаешь что? Сделаешь мне шикарный макияж, как только я освобожусь?

- Не вопрос, - усмехнулась она. – А ты прямо постаралась сегодня, я смотрю, Настька. Саша наверняка будет в восторге. Кстати, у меня тоже есть для него особый… сюрприз.

Она загадочно улыбнулась, а я только рот успела приоткрыть, чтобы спросить, что же это за сюрприз такой, как Катя живо сменила тему, уводя разговор в другую сторону…

- Так что ты там сегодня, говоришь, наденешь?..

Я с огромным облегчением упала на стул в спальне, оказываясь перед большим зеркалом. Позади меня стояла Катя, подрядившаяся на этот вечер быть моим стилистом.

- Слушай, ну волосы у тебя прямо солома, - проговорила она, перебирая мои влажные после душа пряди. – Надо, что ли, маску хотя бы делать.

- Не успела, - только и выдохнула в ответ, устало прикрывая глаза и полностью отдаваясь на волю её рук.

- Ладно, что делать-то будем? – поинтересовалась она, слегка дернув меня за прядь и вынуждая приоткрыть веки и взглянуть на неё в отражении зеркала.

- Не знаю… накрути меня, что ли, как-нибудь. А что касается макияжа… делай на свой вкус. Я тебе полностью доверяю. Даже больше, чем себе самой.

Я улыбнулась, давая понять: последние слова касаются не только мейк-апа. Ну а как иначе? Мы дружили уже больше половины жизни. И в то время, как всех остальных друзей жизнь понемногу от меня отсекала, Катя всегда оставалась рядом.

- Ладно, сделаем все в лучшем виде, - улыбнулась она в ответ.

- А ты сегодня… необычная такая, - произнесла я после паузы, любуясь её чувственными, грациозными движениями – даже самые обычные вещи она делала так, словно кого-то соблазняла.

Увы, такому невозможно было научиться. Это было либо заложено в человеке, либо нет.

- Захотелось немного побыть принцессой. Правда, похожа?

Рассмеявшись низким, хрипловатым смехом, она покружилась на месте, позволяя длинной юбке платья эффектно взлетать и опадать, точно невидимый партнёр вёл её в вальсе.

А я смотрела на неё и все больше убеждалась – в подруге произошла какая-то важная перемена.

- Слушай, а ты… может, встретила кого? – спросила мягко.

Она сверкнула в ответ лукавой улыбкой:

- Может…

- Ого! И молчишь?!

- Я все расскажу, - пообещала она, и улыбка её вдруг изменилась, став из мечтательной какой-то острой, жалящей, почти неприятной. – Очень скоро… Настюш.

В этот миг я и себе самой не могла бы объяснить: почему вдруг мне стало не по себе?..

***

Тосты в честь именинника шли одним за другим, я уже успела подать первое и второе и скоро собиралась принести праздничный торт, который тоже выпекла самолично, зная, что Саша буквально обожает мою стряпню.

Уже стемнело. Где-то неподалёку звонко пели сверчки, добавляя вечеру очарования, а гирлянды и фонарики, которыми я украсила дом и сад, создавали особенную атмосферу тепла и уюта…

Я смотрела на мужа, раскрасневшегося и явно наслаждавшегося всем, что его окружало, и думала о том, что его счастливая улыбка стоила всего.

Даже того, чтобы терпеть не самые приятные вещи, которые сопровождали этот ужин.

Например, многочисленные тосты…

Первой, чтобы сказать, поднялась, конечно же, свекровь.

- Дорогой мой сыночек! – начала она таким тоном, будто собиралась того и гляди расплакаться. – Тебе уже тридцать пять лет, а мне все кажется, будто я вот только вчера тебя впервые взяла на руки…

Она подчёркнуто смахнула со щеки слезу – не факт, что действительно имевшую место быть - и продолжила:

- Хочу поднять этот бокал за тебя – самого красивого, талантливого и успешного мальчика. Даже не знаю, чем твоя жена заслужила такое сокровище… Но ты, Настя, Сашеньку моего хорошенько береги! Другого такого у тебя не будет!

Я только молча улыбнулась ей в ответ, хотя её слова неприятно царапнули по душе. Но в целом я уже привыкла к её шпилькам – как и многие другие матери, Елена Анатольевна считала, что отдала мне самое дорогое, что у неё было, а я этого совершенно не стоила.

Следующим с места встал мой отец.

- А я вот хочу Леночку поддержать! – прогромыхал его бас на весь, должно быть, дачный посёлок. – Настьке нашей с мужем очень повезло! Даже не представляю – и где бы она без него была? Так что ты, дочь, за такого мужика крепко держись! Ну, давайте, за Сашу!

Он отсалютовал бокалом, начиная чокаться с остальными, а я так и сидела с улыбкой, буквально приклеившейся к лицу.

Какого черта? Придётся напомнить отцу, кто тут его дочь. И что я, вообще-то, не какое-то там бесплатное приложение к мужу, а вполне самостоятельная личность.

На душе было нехорошо, но я старалась не подавать и виду, чтобы не омрачать праздник мужа ни единым моментом.

Однако дальше моё терпение снова подверглось испытанию, когда со своего стула, чтобы сказать тост, вскочила Сашина секретарша – ещё довольно молодая девушка лет так двадцати двух, которую он, из природной доброты, взял на работу безо всякого опыта.

- Вы знаете, а ведь Саша действительно замечательный человек! – заявила она восторженно, и от бурных эмоций, которыми она буквально фонтанировала, казалось, сейчас даже шампанское забурлит в бокалах всех присутствующих. – Он меня на работу взял, когда никто брать не хотел! Потому что Саша – очень добрый и хороший! У нас на работе все женщины от него просто без ума! Настя, тебе стоит быть аккуратнее, а то такого красавчика многие хотят увести!

Она послала мне сияющую улыбку, но я с трудом смогла натянуть на лицо ответную. Покосившись на мужа, обнаружила, что тот абсолютно доволен всем происходящим…

И потому стерпела в очередной раз. Хотя никак не могла понять – почему, хваля Сашу, всем так обязательно было при этом принизить меня?

Но худшее, как оказалось, было ещё впереди…

- Настька, ты давай уже торт неси! – бодро окликнула меня Катя. – Моя очередь тост говорить!

Я послушно встала со своего места, сделав знак детям идти за мной. Все втроём мы вынесли в сад огромный торт под традиционное пение «с днем рожденья тебяяя!», к которому присоединились все гости.

- Итак! – объявила моя подруга, поднимаясь с места и привлекая к себе всеобщее внимание. - Я хочу поднять бокал за прекрасного человека – Сашу, которого его жена совсем не ценит…

От этих слов у меня взлетели вверх брови и приоткрылся в немом протесте рот. Но сказать я ничего не успела, да и не смогла бы – до того неожиданным было подобное нападение со стороны столь близкого для меня человека…

А она, тем временем, продолжала. И с каждым её словом внутри меня что-то стремительно рушилось…

- Сашенька, ты самый лучший на свете мужчина. И, уверена, станешь также самым лучшим папой для нашего ребёнка… Это – мой тебе подарок на день рождения.

Она прикоснулась к своему животу и только теперь, со стремительно нарастающим ужасом, я заметила, что тот едва заметно, но все же округлился…

Перед глазами все дрожало и плясало, сливаясь в разноцветный калейдоскоп пятен, где было не различить ни единой детали.

Тишина. Глухая тишина вокруг и во мне самой. Такая абсолютная, что стук сердца, отдающийся в ушах, буквально оглушал.

Несколько секунд ожидания в наивной, глупой надежде, что сейчас кто-то из них – Катя или Саша – засмеется, скажет, что все происходящее – не более, чем глупая шутка…

Но они молчали.

Сама не зная, каким чудом, я все же сделала последний шаг до стола и с шумом опустила на него торт. Так сильно, резко, что верхушка, на изготовление которой я потратила несколько часов, опасно накренилась, грозясь обвалиться.

Но какое это имело значение, когда грозилась рухнуть вся моя жизнь? Такой, какой я её знала… до этого момента.

- Мамочка… мне страшно…

Лиза потянула меня за ткань платья и её огромные, напуганные, ничего не понимающие глаза в один миг привели меня в чувство.

Я окинула взглядом стол, во главе которого стояла. Все смотрели на меня с жадным интересом, выжидая, что я стану делать, как буду реагировать…

Кто-то даже снимал на телефон.

Мелькнула горькая, ироничная мысль: совсем недавно я полагала, что собираю на праздник друзей, а оказалась, похоже, среди самого настоящего террариума.

Впрочем, это не имело сейчас никакого значения. Ничто не имело значения - кроме моих детей.

- Мама! – прозвенел в стоящей вокруг тишине мой голос. – Уведи, пожалуйста, Лизу и Антона в дом.

Мама испуганно подскочила с места и я заметила, как дрожат её ноги, как сотрясается в нервной лихорадке все тело, но все же она шла… шла мне на помощь.

Провожая взглядом маму и детей, краем глаза я увидела лицо стоявшей неподалёку Кати. Довольное. Нет, не так. Торжествующее. Как у человека, который давно ждал этого момента.

И одно только то, как она на меня смотрела, уже делало очевидным все. И все же я повернулась к мужу, побелевшему до состояния свежевыпавшего снега, и пугающе спокойным голосом поинтересовалась:

- Это правда?

Он смотрел на меня испуганно. Так, словно от ужаса его парализовало и он был неспособен произнести даже слово. Зато Катя не упустила возможности снова высказаться.

- Ну конечно правда, Настюш! Кто же шутит такими вещами?

- Я не с тобой разговариваю!

Я произнесла эту фразу громко и отчётливо и в каждом звуке при этом звенела сталь.

- Саша, это правда? – повторила свой вопрос.

Он нервно, судорожно вобрал в лёгкие воздуха и выдохнул в ответ лишь какой-то жалкий лепет…

- Я не знаю…

Мне захотелось расхохотаться – громко, истерически, но вместо этого я только язвительно парировала:

- А кто знает? Дед Мороз? Ну давай ему напишем! Господи, Саша, ответь на простой вопрос – ты с ней спал?!