Читаем Сын вожака стаи онлайн бесплатно

— Ну что, катаемся или деградируем в баре? — голос Лукаса донёсся сзади. Он лениво махнул рукой в сторону зала, где уже гремела музыка, лились напитки и кипела та самая «элитная жизнь» из рекламных буклетов и чужих мечтаний.

Я стоял на краю трассы. Солнце тонуло за хребтом, воздух холодел, снег голубел как дорогая косметика. Картинка идеальна — если не смотреть глубже.

— Может, позже, — бросил, не оборачиваясь. — Вы идите.

— Только не теряйся, — усмехнулся он. Лукас знал: я приду. Тут все знают свою функцию. Лидеры, аутсайдеры — декорации к одной и той же пьесе, где даже импровизация прописана.

Двинулся вдоль трассы. База считалась элитной — переводилось это как «очень дорогая и максимально одинаковая». Когда-то я гордился этим местом. Теперь — просто знал его наизусть. Как и лица вокруг. Как и правила.

Когда-то мы приезжали сюда праздновать успехи. Теперь — просто появляться, чтобы оставаться «в пуле». Побеждать было не нужно, достаточно не упасть.

— Дэниэл, ты что, опять в одиночках? — Элла возникла как по команде. Голос — мягкий, как шелк от партнёрского бренда.

— Позже, Элла. Найди кого-то, кому ещё весело.

Фыркнула. Не обиделась. Не по сценарию.

Внутри бар гудел — от музыки, смеха, от обсуждений, где за каждую шутку прилагается счет с пятью нулями. Парни у стойки делили очередной «контракт», в котором больше воздуха, чем смысла, но зато блестит.

— Ну, как база? — спросил Ник. Всё такой же ухоженный, уверенный и нажористый. У него всё обращалось в выгоду: связи, женщины, паузы.

— Шик, блеск, выгорание, — пожал плечами.

Он усмехнулся. Его не трогают диагнозы, он в них инвестирует.

— Дэн, хватай стакан, — крикнул он. — У нас тут праздник жизни.

Подошёл. Бармен налил без слов — тут знали вкусы.

Виски резал, но не согревал. Всё это было привычным танцем привилегий, где шаг влево — измена бренду.

— Где твоя спутница? — спросил Лукас, иронично.

— Скоро будет, — и почти сразу — вот она.

Кайли вошла, как будто её катапультировали с обложки. Чёрное платье, яркие губы, шпильки выше чьей-то самооценки. Умела входить эффектно — и выходить без следа.

— Прости за опоздание, — мурлыкнула, прижимаясь. — Надо было соответствовать.

Передал ей бокал. Кайли была идеальной эмблемой этого мира: глянцевая, дорогая, временная. И, главное, — в курсе своей роли.

— Как тебе база? — спросила.

— Аттракцион для тех, кто забыл, зачем сюда приехал.

— О, брось, — её волосы коснулись кожи. — Пятница же. Расслабься.

Потянула танцевать. Я пошёл. Не потому что хотел — потому что отказ объяснять было дольше.

Танец — как и всё здесь — был на грани и шаблоне. Правильный ритм, правильные касания, правильное напряжение. Всё — почти настоящее.

В VIP-комнате всё было готово: диваны, закуски, шампанское, и, конечно, омеги — идеально стерильные, с «рекомендациями» агентства. Безопасность — ключевой элемент удовольствия.

— Завтра на пятую трассу? — Ник обнимал очередную сертифицированную близость.

— Ставлю, ты слетишь на середине, — лениво сказал Лукас.

— Тогда лёд был хуже, — фыркнул Ник. У него всегда есть объяснение. Даже проигрыш — часть стратегии.

Я сел. Кайли рядом, пальцы щекотали запястье. Всё как надо. Всё по протоколу.

Но в голове — статика. Фоновый шум. Как будто внутри кто-то щёлкал тумблером, проверяя, осталась ли ещё эмоция.

— С нами, Дэн? — Ник глянул поверх бокала.

— Конечно. Сделаю вас обоих.

— Я пас, — Кайли хмыкнула. — Мы завтра в спа.

Я кивнул. Её планы — её забота. Мои — снежная трасса, скорость, попытка заглушить фон.

И вдруг — стоп.

Щёлкнула дверь. Вошла девушка. В руках — документы, но это были просто аксессуары.

Взгляд.

— Мне нужно передать документы Нику от мистера Самерса! — выдохнула она, но слова затонули в шуме и музыке. Всё, что услышал я — это её голос.

И этого хватило.

Охранники сработали автоматически — перехватили за руки, сжали запястья. Чётко. Быстро. Я обучал их так.

Но она даже не дёрнулась.

Просто стояла. Глядя. Прямо на меня.

Мир затормозил. Всё вокруг — разговоры, свет, музыка, дыхание — превратилось в фон. Как в замедленном кадре, где фокус держит только одно: её лицо.

Тепло вспыхнуло под кожей. Нет — огонь. Узнавание пришло раньше мысли. Раньше логики. Инстинкт. Волк внутри рванулся с яростью, с жадностью. Я сжал кулаки, чтобы не сорваться — на неё, на охрану.

Моя.

Её запах вернулся, будто никогда не уходил. Он был особенным. Не сладкий, не приторный, как у других. Он был холодным, как утро после бури. Чувствовал его тогда, в той комнате, в той постели, где она лежала рядом и дышала во сне так ровно, что у меня сжималось в груди.

Одна неделя. Всего семь дней, когда она работала на мероприятии — вроде бы случайно. Официантка? Помощница организатора? Неважно. Сразу заметил её: движения — лёгкие, но не угодливые; взгляд — ясный, но не снисходительный.

Аромат её кожи мешался с запахом кофе и миндаля, когда мы столкнулись в холле. Пальцы её задели моё запястье — короткое прикосновение, но волк внутри уже шевельнулся.

Сначала — разговоры. Осторожные. Потом — искры. Долгие взгляды. И, наконец, та ночь. Одна ночь, в которой всё было — и страсть, и тепло, и глупое ощущение, что я нашёл что-то не по сценарию. Она смеялась, обнимала меня, как будто не боялась. А я… я почти поверил, что возможна жизнь вне этой машины власти и расчетов.

А утром — пусто.

Она исчезла. Ни записки, ни звонка. Только её запах остался на моей подушке. Я искал. Через людей, через базы данных, даже через знакомых в агентствах — всё бесполезно. Она испарилась. И оставила после себя дыру, которую пытался залить виски, женщинами, скоростью, но всё было не то. Никто не был ею.

И вот она — стоит в моей комнате, среди этой декорации элитного гниения. Притворяется курьером, держит документы, будто всё это — обыденность.

Но глаза не изменились. Всё те же. Тёплые. Знающие.

И в них — вызов. Непокорность. Молчаливая дерзость. Она знала, что я её узнал.

— Что она тут делает? — голос Ника прорезал пространство, как нож. Я вздрогнул, но не обернулся.

Не ответил. Не мог. Всё внутри кипело.

Я видел, что она изменилась. Волосы собраны. Платье строгое. Очки. Образ — чужой. Но это был только маскарад.

Под ней — та же девчонка, что ускользнула из моей постели и сожгла за собой мосты.

— Отпусти её, — сказал, не узнав собственного голоса.

Охрана замерла. Подчинились. Без слов.

Она сдёрнула волосы с лица — и встретилась со мной взглядом

Прямо. Неприкрыто.

Словно спрашивала: что теперь, Дэниэл?

Никогда не была в таких местах. Горнолыжный курорт для элиты — это не то, что мы могли себе позволить. Но на этот раз мне повезло. Вернее, моему начальнику повезло, что у него есть такая сотрудница, как я. Документы, которые нужно передать мистеру Нику Грейсону, были сверхважными, а он не мог доверить это кому попало. Теперь я здесь. На пару дней. Возможно, неделю, если всё пойдёт не по плану.

Нам с Коди выделили небольшой домик на территории курорта. Ничего особенного по местным меркам, но для меня — идеальная роскошь. Деревянные стены, мягкие ковры, запах хвои и огонь в камине. Небольшая кухня, где я с утра успела сделать Коди блинчики, и гостиная с широкими окнами, из которых открывался вид на горы.

София осталась с Коди, пока я занимаюсь делами. Моя младшая сестра всегда была рядом, когда я в ней нуждалась. Коди — её всё. Сколько бы ни прошло времени, она никогда не упустит шанса наиграться с ним, а он её просто обожает. Утром, когда я собиралась уходить, он протянул мне свою кружку и жалобно протянул:

— Мами, пить.

Этот голосок всегда заставляет меня остановиться. Как же сложно его оставлять, даже если всего на несколько часов. Коди ещё совсем маленький. Его улыбка — это солнце в моей жизни. И да, он так похож на своего отца. Эти тёмные волосы, прямой нос, даже манера немного нахмуривать брови. Но в нём есть и от меня — светлая душа и доброта, которые Дэниал не смог бы ему передать.

На этот раз я решила, что совмещу работу и немного отдыха. Встреча с мистером Грейсоном назначена только на вечер. Это значит, что до этого я могу немного расслабиться. Я всегда хотела попробовать встать на лыжи. Почему бы не сделать это здесь? Горы так и манят. Но сначала — немного времени с Коди.

София уже успела собрать его на прогулку, когда я вернулась. Он был в ярко-синем комбинезоне, который я купила перед поездкой, и смешной шапочке с ушками. Его глаза блестели от радости, а пухлые ручки цеплялись за Софию.

— Идёшь с нами? — спросила сестра, подняв взгляд. — Мы хотели прогуляться до детской площадки.

— Конечно, — улыбнулась я, снимая пальто. — Потом попробую встать на лыжи. Но сначала хочу немного времени с вами.

Мы вышли на улицу, где воздух был прохладным и свежим. Снег хрустел под ногами, и Коди радостно запрыгал, оставляя крошечные следы.

Курорт казался сказкой: белые вершины, ухоженные дорожки, вежливые сотрудники. Местные дети катались на санках, а взрослые грелись у кафе с чашками глинтвейна. В этот момент я почти забыла, что должна передать документы одному из самых влиятельных клиентов нашей фирмы.

Но это чувство не продлилось долго. Проходя мимо бара, я услышала громкий смех. Почему-то этот звук заставил меня остановиться. Я оглянулась.

Компания мужчин сидела за стойкой. Один из них выделялся. Высокий, уверенный, как будто весь этот мир принадлежал ему. Его спина… Я замерла.

Нет. Это не может быть.

Он обернулся, и мои худшие страхи подтвердились. Дэниал.

Сердце ухнуло в пятки, руки задрожали. Но больше всего меня пугало другое: что будет, если он узнает о Коди?

— Мама! — голос сына выдернул меня из оцепенения. Он тянул ко мне руки, а София обеспокоенно посмотрела в мою сторону.

— Всё хорошо, — соврала я, подхватывая Коди на руки. — Пойдём дальше.

Мир вокруг будто сжался. Дэниал не заметил меня… пока. Но долго ли я смогу оставаться в тени?

Покатавшись на санках, Коди был на седьмом небе от счастья. Сначала горки, потом снежные препятствия, через которые он ползал с невероятным энтузиазмом. Я не могла не улыбаться, глядя на него. Его радость была заразительной, а смех — самым лучшим звуком в мире.

Но через час его силы иссякли. Крошечная головка упала мне на плечо, и он задремал на руках, тихо посапывая. Обняла его покрепче, чтобы укрыть от ветра. Софи подошла, заметив, как я из последних сил удерживаю ребёнка и его вещи.

— Давай, я его уложу, — предложила, забирая Коди. — Ему уже пора поспать.

— Спасибо, Софи, — кивнула, передавая ей сына. — Он был сегодня просто неугомонный.

— Похож на своего отца, да? — шутливо заметила она.

Моё сердце болезненно сжалось от этих слов, но я ничего не сказала. Только улыбнулась и поцеловала Коди в макушку перед тем, как он окончательно исчез в объятиях сестры.

Не смотря на утреннюю встречу с Дэниалом, решила, что не позволю этому испортить мне день. У меня был план, и я хотела его выполнить. Никогда не вставала на лыжи, но это место просто создано для того, чтобы попробовать.

Беру абонемент — подарок от шефа — и выбираю лыжи для начинающих. Они кажутся мне массивными и неудобными, но шаг назад уже не сделаю. Горка для новичков была неподалёку. Небольшая, пологая, идеально подходящая для первого опыта.

На вершине остановилась, чтобы перевести дух. Вид отсюда открывался великолепный. Горы поднимались над горизонтом, белоснежные вершины терялись в небе. Воздух был таким чистым, что казалось, будто можно вдохнуть его и почувствовать, как лёгкие наполняются свежестью.

Другие лыжники спускались с высоты, их движения казались слаженными и уверенными. Я могла только гадать, какие виды открываются им с самых высоких трасс. Но это была не моя цель. Пока что.

Поправила крепления, чувствуя лёгкий прилив волнения. Уж если и падать, то на этой горке это будет не так больно. Взяв палки, глубоко вздохнула и сделала первый толчок.

Снег скользил подо мной, ветер бил в лицо, а сердце бешено колотилось. Это было невероятно. Немного страшно, но в то же время — захватывающе.

Может, этот день всё-таки удастся?

Ее взгляд впился в меня с такой силой, что волк внутри напрягся. Она не боялась. Ни на секунду. Даже сейчас, загнанная в угол, она смотрела так, будто бросала вызов.

— Дэниал, ты её знаешь? — Ник поднялся с дивана, голос звучал лениво, в глазах мелькнул интерес.

— Знаю, — выдохнул, чувствуя, как слова обжигают горло.

Амели коснулась запястья, растирая их после хватки охранников, шагнула в сторону, тут же перегородил ей путь.

— Стоять, — проронил, не повышая голоса. Замерла, но её взгляд стал ещё более дерзким.

— Мне нужно передать документы, — отрезала, сжимая бумаги в руках так, будто от этого зависела её жизнь. — Это касается работы.

— Работы? — мой голос прозвучал насмешливо. — А ты знаешь, куда ты пришла? Сюда не приходят по работе, Амели.

Её губы дрогнули, но она тут же взяла себя в руки.

— Знала бы — не пришла, — выпалила, обжигая меня своим взглядом.

— Уже поздно сожалеть, — медленно произнёс, делая шаг ближе. Волк внутри рвался наружу, требовал забрать её, утащить, прижать к себе так, чтобы поняла — теперь она не уйдёт.

— Отпусти меня, Дэниэл, — сказала твёрдо, несмотря на еле уловимую дрожь.

— Ни за что, — отрезал. — Ты думала, что сможешь просто исчезнуть? Скрыться? А потом прийти сюда, будто ничего не произошло?

— Ты ничего не знаешь, — огрызнулась, но голос дрогнул.

— Зато ты знаешь, — прошипел, сокращая расстояние между нами. — И ты мне это объяснишь.

Её взгляд метнулся к двери. Она была в ловушке. Моя волчица. Та, что осмелилась бросить меня.

— Это ничего не изменит, — бросила, но голос уже не был таким уверенным.

— Изменит, — отрезал, чувствуя, как волк внутри завыл от возбуждения. — Ты говоришь мне всё. Сейчас.

Запах… Этот запах снова ударил в нос. Едва уловимый, но цепкий. Запах, который не мог идентифицировать, но который будоражил всё внутри. Волк напрягся, рыча от раздражения.

Амели почувствовала моё замешательство. Её взгляд стал более внимательным, шагнула назад, пытаясь скрыть себя, защититься.

— Что ты скрываешь, Амели? — спросил, хотя приказал.

— Это не твоё дело, — выпалила, голос стал низким, почти рычащим.

Я ухмыльнулся, но в этом жесте не было веселья.

— Всё, что касается тебя, Амели, — моё дело, — сказал я медленно, почти наслаждаясь этими словами. — И теперь ты не уйдёшь, пока я не узнаю правду.

Её глаза расширились, в них блеснуло что-то… паника? Или страх? Она попыталась снова сделать шаг назад, но больше некуда было отступать.

— Я тебе ничего не скажу, — прошептала, голос дрогнул. Я почувствовал, как её внутренний мир рушится под давлением.

— Скажешь, — голос стал тихим, низким, но в нём звучала сталь. Никаких компромиссов. — Ты всё скажешь, Амели. Хочешь ты этого или нет.

Её тело замерло. В тишине комнаты это ощущалось, как взрыв. Рык сорвался с губ, глубокий, животный, и он был не для меня. Он был для всех, кто сейчас находился рядом. Девицы, которые до этого щебетали в углу, завизжали.

— Лукас, всех вон, — бросил через плечо.

Мои слова не нуждались в повторении. Они знали, что бывает, если я не получаю мгновенного подчинения. Охранники вывели всех так быстро, что через мгновение мы остались вдвоём.