Читаем Святой (ЛП) онлайн бесплатно

Перевод группы

t. me/darksoulbooks

Всем хорошим девочкам, которым просто нужен плохой мальчик в их жизни.

Это для вас.

Глава 1

НОКС

Забавно, как травка, пиво и хорошая компания могут заставить все ваши проблемы исчезнуть. Зейн и Гейдж сидят рядом со мной, смеясь, пока Стоун пытается удержать пустую бутылку на голове. Он настолько под кайфом, что даже не понимает, когда она падает на пол и разбивается, продолжая пытаться оставаться совершенно неподвижным, его глаза закатываются, когда он пытается посмотреть на нас.

— Ты идиот. Убери это дерьмо, — говорю я ему, и только тогда он замечает беспорядок, который он создал.

— О, черт. Когда это произошло?

Зейн допивает остатки своего светлого пива — такая киска — и бросает его в Стоуна. — Уравновесь это, сука.

Как обезьяна, делающая трюки, он смотрит на него, но затем берет банку, чтобы сделать именно то, что ему сказали. Я вздыхаю и потираю лоб. Мне действительно нужны новые друзья.

Быстрый стук во входную дверь отвлекает мое внимание от циркового представления передо мной. Я стону, встаю и иду к ней. Еще один резкий стук раздается как раз перед тем, как я туда добераюсь.

— Я иду! — Кричу я. Иисус, блядь, Христос.

Я открываю дверь с хмурым выражением лица, но как только я смотрю на зрелище передо мной, оно исчезает — вместе с моим кайфом. Грейсон Хейворт — Красавчик, как мне нравится его называть, — стоит на моем крыльце. Его одежда окрашена в темно-красный цвет, кровь покрывает почти каждый дюйм его тела. Ярость волнами исходит от его тела, когда он хватается за свои каштановые волосы. Он может быть кем угодно, но слабым не является одним из них. Тот, кто привел его в это хаотичное психическое состояние, должен укрыться, если он уже не лежит где-то на кусках.

— Что, черт возьми, с тобой случилось?

Он качает головой. — Мне нужна твоя помощь.

***

Я резко просыпаюсь, тяжело дыша и обливаясь холодным потом. Мои глаза обшаривают темную спальню, когда мое дыхание начинает успокаиваться. Отсутствие света, проникающего через окно, говорит мне, что все еще середина ночи. Конечно.

Выскользнув из постели, я иду на кухню, игнорируя маму, когда беру пиво из холодильника. На ее лице запечатлена озабоченность, и я уже могу сказать, что она борется между тем, чтобы заниматься своим делом и задавать вопросы. Она выбирает последнее.

— Все еще снятся кошмары?

Я пожимаю плечами. — Что-то вроде этого.

Тот факт, что это намного больше, чем плохой сон, — это не то, что ей нужно знать, и ей не нужно знать, о чем это. Черт возьми, единственная чертова причина, по которой она знает, что что-то не так, это то, что этот дом маленький, как дерьмо, и иногда она слышит, как я кричу во сне. Слава богу, она не смогла этого понять.

С тех пор, как я был моложе, мы всегда были только вдвоем. Мой отец сбежал от нас, когда мне было два года, и, несмотря на то, что она много раз пыталась встречаться, моя мама всегда была матерью-одиночкой. Я уверен, что она делает все возможное, но минимальная заработная плата в закусочной никогда не давала нам ничего, кроме самого необходимого. Что касается наших отношений? Они примерно такие же прочные, как этот дом — может рухнуть от легкого ветерка. Я всегда буду ценить все, что она сделала для меня, но после пятого раза, когда она исчезла с новым парнем и оставила меня на произвол судьбы в возрасте восьми лет, я перестал надеяться, что она когда-нибудь станет матерью, в которой я нуждался.

Я снимаю крышку с пива и делаю большой глоток. Ледяная жидкость помогает охладить мое тело, позволяя мне отложить этот сон, ту ночь, на задворки моего разума — туда, где ему самое место. Я выпиваю две трети бутылки всего за несколько секунд, а затем удаляюсь в свою комнату. Я, вероятно, больше не буду спать сегодня ночью, но, по крайней мере, за закрытой дверью мне не придется иметь дело с нерешительными попытками моей мамы быть родителем.

***

Покрытая снегом трава и холодный январский воздух — суровое напоминание о моем наименее любимом времени года. Я дрожу в своих черных рваных джинсах и рубашке с длинными рукавами. Часть меня задается вопросом, стоит ли мне вернуться в дом за курткой, но, когда подъезжает Стоун, я решаю этого не делать. Я спрыгиваю с крыльца и подхожу к пассажирской стороне.

— Ты достаточно долго, мудак.

Он закатывает глаза. — Отвали. Я заставлю тебя кататься на мотоцикле по чертову снегу.

— Нет, ты бы не стал.

— И почему это?

Я вытаскиваю косяк из кармана и верчу его между пальцами. — Потому что тогда ты ничего не получишь. — Уголки его рта приподнимаются, но когда он тянется за ним, я отстраняюсь. — Да. Глаза на дорогу.

Школа находится недалеко от моего дома, так что дорога туда займет всего пару минут. Как раз перед тем, как мы въезжаем на парковку, я смотрю на всех придурков в униформе. Хейвен Грейс — частная школа напротив моей, хотя я всегда говорил, что HGP должен обозначать шлюх, геев и проституток. В нем полно богатых снобов, которые ведут постоянную войну за то, чтобы наши члены были больше ваших.

— Смотри, это твой лучший друг, — шутит Стоун, кивая в сторону одного особенно неприятного говнюка.

Картер Трейланд. Он много лет был против меня, с тех пор как я стал стартовым квотербеком футбольной команды "Норт-Хейвен", будучи второкурсником. Наша команда побеждала его каждый год. Он был уверен, что с их новым квотербеком они искупят вину в этом году. К сожалению, для него, игра была прервана дождем и никогда не переносилась. В любом случае для меня это не имело значения, но он был по-королевски зол.

Я смотрю, как белокурый придурок ведет себя так, как всегда ведет себя его титулованная задница — как будто никто в мире не может прикоснуться к нему. Хотя, я думаю, никто не может, поскольку его отец — окружной прокурор. Он несколько раз пытался бороться со мной, но я не сомневаюсь, что он швырнул бы в меня книгой, если бы у него действительно была отметина на его красивом лице. Хотя мое уголовное досье не совсем безупречно, в нем нет обвинений в совершении тяжких преступлений, и я делал вещи, которыми не горжусь, чтобы сохранить его таким.

Глаза Картера встречаются с моими и мгновенно сужаются. Я хихикаю, щелкая его, прежде чем отвести взгляд. Я могу быть его самым ненавистным человеком номер один, но он всегда последнее, о чем я думаю.

— Знаешь, однажды тебе придется надрать ему задницу, просто чтобы поставить его на место, — указывает Стоун.

Я хмыкаю, признавая, что он, вероятно, прав, но полностью осознаю, что это плохая идея.

Как только он паркуется, мы вдвоем выходим из машины и идем, чтобы присоединиться к остальным моим идиотским друзьям за школой. Зейн, самый близкий мне брат со времен детского сада, прислоняется к стене. Его черные волосы всклокочены, и он затягивается сигаретой. Гейдж и Истон рядом с ним. Их одинаковые черные кожаные куртки всегда хороши для шуток за их счет. Какие парни ходят по магазинам вместе, чтобы подобрать подходящую одежду? Я имею в виду, кроме мега-шлюх через дорогу.

— Что случилось, ублюдки? — Я приветствую их, вырывая сигарету из пальцев Зейна и поднося ее к губам.

Гейдж хитро улыбается и протягивает мне телефон. — Он просто показывал нам фотографии, которые ему прислала его девушка. Она горячая штучка.

Я беру устройство в руки и просматриваю изображения. Последние несколько месяцев Истон встречается с Тессой Каллахан — одной из соплячек с трастовым фондом с другой стороны улицы. Сначала я был категорически против этого. Однако после того, как он практически навязал ее всем нам, я неохотно стал терпеть ее. Я все еще думаю, что между ними ничего не получится, но они настаивают, что им просто весело. И Гейдж прав — она довольно горячая. Чертовски психованная, но тем не менее горячая.

— Классные сиськи. — Я возвращаю Истону его телефон. — Ты позволишь мне это сделать, верно?

Он смеется. — Как только я закончу с ней, ты можешь делать все, что тебе, черт возьми, заблагорассудится.

Стоун просовывает руку в мой карман и вытаскивает косяк, который я принес, чтобы мы могли поделиться. Мы не всегда накуриваемся перед тем, как идти на занятия, но когда мы это делаем, это делает день интереснее. Как только он зажигает, у меня в кармане вибрирует телефон. Я вытаскиваю его, и мой желудок падает от того, что я вижу.

Неизвестный: Босс хочет тебя видеть. Пятничный вечер за пабом Тейлора. Приведи своего друга.

— Ты в порядке, чувак? — спрашивает Зейн, передавая мне косяк. — Ты выглядишь так, словно увидел привидение.

Я делаю глубокий вдох и стряхиваю это с себя. — Я в порядке. Не о чем беспокоиться.

Но это ложь. После прочтения этого сообщения я чувствую себя совсем не в порядке, и есть о чем беспокоиться. Босс — очень могущественный и очень опасный человек — человек, которому я, так уж случилось, обязан огромным одолжением. Он не из тех людей, перед которыми хочется быть в долгу. Я потратил годы, избегая оказаться в таком положении, но благодаря обстоятельствам я здесь.

Независимо от того, сколько я курю или как сильно накуриваюсь, я не могу избавиться от чувства страха. Возможно, это паранойя, которая приходит с курением марихуаны, но я продолжаю оглядываться через плечо, убежденный, что кто-то наблюдает за мной. Я бы не стал сбрасывать это со счетов. Пройдя через большее дерьмо, чем средний восемнадцатилетний парень, в этом мире не так много вещей, которые пугают меня. Однако сила, которой обладает этот парень, определенно это делает.

Мы направляемся внутрь, чтобы взять наши книги. Однако, как только мы собираемся отойти от шкафчиков, я превращаюсь в камень. — Дай мне свои ключи. Я собираюсь прогулять.

Его брови приподнимаются. — Чувак, ты чертовски под кайфом. Я не позволю тебе так водить мою машину.

— Я не собираюсь водить машину. — Я закатываю глаза. — Просто дай мне свои гребаные ключи.

Достав их из кармана, он вкладывает ключи мне в руку. Затем мои глаза обшаривают коридор в поисках той счастливицы, которую я собираюсь взять с собой. Будучи королем этого места, неудивительно, что я могу заполучить кого захочу. Если честно, это немного устарело, но в такие моменты, как этот, когда мне нужно сосредоточиться на чем-то другом и прочистить голову, это полезно.

Мой взгляд останавливается на девушке со светлыми волосами, и я знаю, что она будет легкой добычей. Во-первых, в январе она носит юбку. И, во-вторых, она закатана так высоко, что она уже практически умоляет об этом. Я осматриваю ее с головы до ног, прежде чем направиться в ее сторону.

— Увидимся позже, говнюки, — говорю я своим друзьям.

Гейдж — единственный, кто протестует. — Ты серьезно не пойдешь на первое занятие? Сегодня мисс Паттен, и она чертовски сногсшибательна.

Я оглядываюсь на них и ухмыляюсь. — Был там. Сделал это.

У троих моих друзей отвисают челюсти, в то время как Зейн просто смеется и качает головой. Поскольку он мне как брат, ему уже рассказали о том, как она попросила меня остаться на задержание, только для того, чтобы это закончилось тем, что я трахнул ее на ее же столе. Я, наверное, никогда больше этого не сделаю, но я не жалею ни об одной секунде этого. Это одна из тех вещей, которые я сделал просто для того, чтобы вычеркнуть это из своего списка дел.

— Привет, — говорю я, привлекая внимание девушки. — Ты Дженна?”

Она накручивает прядь волос на палец. — Джесси.

— Правильно.

Прижимаюсь губами к ее губам, и она немедленно начинает целовать меня в ответ. Я хватаю ее за талию и притягиваю к себе. Через несколько секунд я уже тверд в этих обтягивающих джинсах. Я прерываю поцелуй и прижимаюсь своим лбом к ее.

— Насколько ты привязана к первому уроку? — Спрашиваю я.

— Это зависит от того, что ты предлагаешь мне сделать вместо этого?

Я хихикаю и отстраняюсь, чтобы обнять ее. Когда мы вдвоем направляемся к двери, мои друзья улюлюкают и орут, как несносные придурки, какими они и являются.

— Нокс Вон, ты плохой мальчик, — шутит Стоун.

Поднимая средний палец, чтобы отключить их, я ухожу из школы со своим новым развлечением на следующий час.

***

К тому времени, как школа заканчивается, я на взводе не меньше, чем был этим утром. Джесси была достойным трахом и ничего не ожидала после, но она была не очень запоминающейся. Мы с парнями раньше были по-настоящему облажавшиеся и оценивали каждую девушку в трех разных категориях. Внешность. Навык. Уровень сумасшествия. Это прекратилось, когда Тесса узнала, что Истон оценил ее на 9-7-9. Вот что происходит, когда твоя тупая задница не проверяет, повесил ли ты гребаный телефон.

— Подожди меня здесь одну минуту. Есть кое-кто, с кем мне нужно поговорить, — говорю я Зейну, и он кивает.