Читаем Совершенно секретно онлайн бесплатно

Глава 1

Алиса

Холодный ноябрьский воздух пробирал до костей сквозь не по погоде надетое пальто. Натянув шарф на затылок, я в припрыжку перебежала дорогу по зебре. Эйфория от способности бегать переполняла, словно та вернулась лишь недавно, а не пять лет назад. Но вскоре она привычно сменилась тоскливым осознанием - в комплект к восстановившейся подвижности не полагалась способность вернуться в художественную гимнастику. Впрочем, я все равно счастливица, ведь не каждый человек занимается в жизни любимым делом. А у меня их целых два оказалось. Одно "обломалось", зато осталось второе.

Погрузившись в раздумья поздновато заметила наличие компании. Трое парней пили пиво на лавочке в сквере, через который мне предстояло пройти по пути домой. Ничего удивительного в общем-то, хоть погода та еще. Но нечто неуловимое заставило внутренне поежится. Обвинив себя в паранойе спокойным шагом направилась вперед. Уж слишком дерганой стала из-за Ника. Хотя, а кто бы другой не испугался на моем месте? Хорошо, что синяк на скуле зажил до того, как со сборов вернулся папа. Жаль, что угроза "разобраться со мной, если не одумаюсь" не могла исчезнуть так же просто. Мама очень хотела рассказать отцу, но мне пока еще удавалось ее сдерживать. Души не чаявший в нас мужчина неминуемо полезет к Нику с банальным мордобоем, не желая осознавать последствия подобных действий в отношении человека, который сам себе закон.

- Эй, красотка! - донеслось в след, - Куда спешишь?

Не оборачиваясь, я ускорила шаг. Похоже, ребята нездешние. Ведь вся местная шпана опасалась даже косо глядеть в сторону дочери Разрушителя.

Внезапно на плечо легла тяжелая рука.

- Невежливо не отвечать, когда к тебе обращаются, - мужчина грубо развернул меня.

- Мальчики, поищите себе другую развлекуху, ок? - стараясь не выдать охватившую меня панику, насмешливо бросила, - Кто такой Разрушитель знаете? Так вот, я его дочь....

добавить еще что-то, но осеклась. Эти ребята однозначно не местная гопота. И дело вовсе не в том, что от них не исходит хмельной смрад, хоть они ранее вроде как выпивали. Но во внешнем виде-дорогая, лишь с виду небрежная одежда, аккуратные стрижки, холеные лица...

- А ты, кто такой Ветлицкий знаешь? Так вот, тебе привет от него...

Меня толкнули, сильно ударили в живот, выбив весь воздух, заставив согнуться по полам. Потом потащили прочь с как на зло пустынной дорожки за деревья.

Хотела закричать, но дыхание сперло, а изрыгаемая бандитами похабщина доносилась словно сквозь вату. Опрокинув в грязь, один из мужчин вновь ударил по лицу. Боль оглушила, будто взрыв. Насильники меж тем принялись разрывать одежду.

- Помоги-и-и...

Успела было завопить до того, как огромная ладонь зажала рот. Грубые руки уже касались кожи, лапали, заставляя содрогаться от ужаса.

И вдруг все изменилось. Кто-то буквально оторвал от меня насильников-одного за другим, и отбросил, будто те были беспомощными котятами, а не здоровыми мужиками. Тусклый свет от оставшихся позади тусклых фонарей выхватил высокую широкоплечую фигуру. Мужчина двигался так стремительно, будто мелькал, без труда отбиваясь от троих противников. Удары сыпались один за другим, но перевес был на стороне моего спасителя. Слух резанул дикий крик, а потом жуткий хрустящий и хлюпающий звук. Воздух наполнился металлическим запахом крови. Меня тошнило-вновь и вновь, хоть желудок быстро опустел, спазмы продолжались. Снова удары, и этот хруст, а потом чей-то громкий рык.

Отступив от поверженных противников, мужчина приблизился и склонился ко мне. Показалось его глаза светятся странным золотистым цветом - будто у льва или тигра. Жесткие черты искажены яростной гримасой, воздух со свистом вырывается сквозь стиснутые зубы. Несколько секунд незнакомец просто смотрел на меня своими невозможными глазами. Их свечение рассеивалось, расплывалось, как и сам мужчина и вся окружающая действительность. Он резко рванул прочь за миг до того, как я провалилась в жуткую, тошнотворную пустошь.

                                                         ****

Рядом кто-то тихо всхлипывает. Очень-очень знакомо, но узнать пока не удается.

- Ну, успокойся, Катюша, - тихо шепчет папа, - не плачь.

Поднимаю отяжелевшие веки. Свет мягкий, но все равно немного режет глаза. Мама сидит на краю больничной койки, а папа у ее ног на корточках. По сравнению с ним ее фигурка кажется еще более хрупкой и маленькой.

- Мам, - чужим голосом сиплю я.

Она вздрагивает, торопливо вытирает слезы и наклоняется ко мне.

- Лисочка, дочка...

- Все хорошо, мам, - кашлянув, машинально произношу, неловко обнимая ее.

- Осторожно, милая, тебе же больно.

- Я в порядке, - от улыбки болит челюсть, но я это игнорирую. Неуловимым жестом скользнув тыльной стороной ладони по лицу, папа придвигается ближе и с беспокойством смотрит на меня. Из-за маминого плеча замечаю еще одни глаза - серые, совсем как у отца, они со страшным взрослым выражением глядят с испуганного детского лица. Приподнимаюсь, мама поддерживает так, будто я хрустальная. Хотя, судя по ощущениям, я сейчас действительно какая-то разбитая хрустальная статуэтка.

- Котя, - протягиваю свободную руку, и брат забирается в кровать, обнимает меня и маму. Громко всхлипывает. А плакал ведь последний раз аж года три назад. Свалился тогда с дерева на даче, разбил коленки и локти. Папа сказал-пацаны не плачут. И с тех пор что бы ни происходило...

- Котя, осторожно, ей же больно.

- Хватит вам, я хорошо себя чувствую! -прижимаю обоих крепче.

- Пойду-ка коновалов кликну, - басит папа и выходит, еще раз потерев лицо. От того, как сильно напугала родных, становится больно.

- Девочка моя, - мама гладит меня по волосам, - бедная моя малышка.

- Ничего не...,- покосившись на брата начинаю, - не произошло. Меня просто обокрасть пытались, ну и побили.

Воспоминания огненными вспышками озаряют мозг. Невольно вздрагиваю и брат крепче обнимает.

- Жаль, что они мертвы! Своими руками бы убила!

- Ну что ты, мам, - рассеянно произношу. В обоих пунктах я не сомневаюсь. Как и в том, что Ник сдержал слово. Провалившаяся попытка лишь отсрочка.... О, боже!

- Ты теперь сама шагу не сделаешь-только со мной или папой, - точь-в-точь с папиной интонацией, проговорил Костя.

Поцеловала брата в лоб и улыбнулась. Им уж точно незачем знать. Перед мысленным взором возникло лицо того незнакомца. С горящими глазами! Что только не почудится, ох уж это мое бурное воображение, выхоленное привитой мамой любовью к книгам и фильмам.

И все же, разве бывают такие глаза...

- Дочка, а ты видела кто тебя спас?

- Нет... То есть... Просто какой-то парень - я не разглядела лица.

- Очень жаль, - мы обе подскочили. На пороге палаты стоял высокий седовласый мужчина. На адвоката похож, или судью.

- Не хотел напугать, - приблизившись, мягко произнес, - Меня зовут Зенич Олег Владиславович.

С этими словами вытащил из кармана пальто и предъявил ксиву.

- Моей дочери нужен отдых...

-Ничего. Мама, вы с Котей обождите в коридоре хорошо?

- Я никуда не уйду! - запротестовал брат.

- Котя! Дядя-полицейский просто тоже хочет быть уверен, что меня больше никто не обидит, понимаешь?

- Тогда говорите при мне!

- Знаешь, я бы выпила чаю с шоколадкой. Думаю, в буфете он есть-ты же проводишь маму?

Брат серьезно задумался на миг и все же слез с кровати. Коротко кивнув в ответ на мамин вопросительный взгляд, я указала полицейскому на стул у кровати. Тот с улыбкой опустился на него, расстегнул молнию на кожаной папке с бумагами и взял в руки ручку.

- Я вас слушаю, - торопливо начала, едва мама и брат вышли. Не знаю, куда запропастился врач, но папа его вскоре достанет и притащит сюда. Лучше поспешить, учитывая папино отношение к полиции.

- Не хочу утомлять вас, но нужно задать несколько вопросов, - узнать, например, не подозреваю ли я Ника, - У вас есть враги?

- Нет, да и при чем это?

- Возможно, есть люди, желающие вам зла и способные на ваш взгляд...

- Таких нет, Олег Владиславович, - я едва сдержала смех, - Это банальное уличное нападение. Только и всего.

- Вы уверены....

- Абсолютно, - перебила я. Цепкий взгляд сканировал мое лицо, пытаясь прочесть на том правду. И пусть.

- Исход только небанальный, - после минутной паузы проговорил мужчина.

- Почему?

- Не каждый в одиночку троих одолеет. Без оружия к тому же.

- Действительно, - от возникших в воображение картин вновь затошнило. Гадкая струйка пота скользнула по спине, заставляя еще больше похолодеть, - Но, к сожалению, найти его помочь не смогу. Запомнила только, что он высокий и спортивный – ничего больше, ни одной особой приметы.

- Возможно позже, когда пройдет шок, вам удастся вспомнить хоть что-то, - он протянул мне визитку, - Если это случиться, звоните в любое время.

- Непременно.

Попрощавшись он вышел. К счастью, за несколько минут до того, как папа привел врача. Не смотря на ощущение, что меня избил один из его чемпионов, оказалось ничего серьезного. Всего-то несколько серьезных ушибов. В общем-то можно уже ехать домой, чему я несказанно обрадовалась. Легко отделалась как ни крути. Благодаря тому незнакомцу. Если бы не он… Думать об этом я не желала. А вот решить, как быть дальше нужно обязательно. Потом, позже…

После того, как пройдет обрушившаяся едва я осталась на несколько минут одна в своей комнате реакция на случившееся. Задыхаясь и вся дрожа, я даже не плакала, а лишь судорожно хватала ртом воздух. Мама порывалась вызвать скорую, папа буквально влил в горло «успокоительное», оказавшееся текилой. Та опалила горло, я зашлась кашлем, зато приступ паники отступил. По всему телу разлилось приятное тепло, прогоняя дрожь. В голове посветлело, но одновременно накатила приятная усталость. Под мамину тихую колыбельную – совсем как в детстве, мне вскоре удалось уснуть.

Утром выпал снег. Тонкое белоснежное покрывало украсило серые грязные улицы – такими их всегда делает поздняя осень. На работу я, разумеется, не пошла. Но от этого, кажется стало только хуже – безделье рождает мысли. А те загоняли в тупик. Что я могу противопоставить Ветлицкому? Как спастись от человека, управы на которого не имеется в виду его возможностей? Решение пришло вместе с насмерть перепуганным и жутко злым другом детства, ураганом ворвавшимся в наш дом. И как не додумалась раньше – тоже мне журналист…

- Лиса, это не спроста, - отставив чашку с чаем, проговорил парень, - Можешь лапшать тете Кате и Вадиму, но не мне. Этот урод, да?

- Не говори глупостей, - шикнула я, - Работа начинает плохо влиять на тебя, Дима. Банальнейшую попытку ограбления уже небось камуфляжем заказного убийства сделал.

Запрыгнув на диван Фокси, громко мурча, улеглась мне на колени. С наслаждением погрузившись пальцами в густую пушистую шерсть, я почухала ее. Мурчание стало громче.

- Так и есть, мы оба это знаем, - рассеянно потрепав по голове кошку, проговорил парень, - Дай только доказательства собрать и новость в топе будет!

- НЕТ! – излишне горячо возразила я, - Если только не хочешь судебный иск за клевету.

Сняв кошку с колен, придвинулась к другу и обняла за плечи, надеясь так хоть немного отвлечь. Ужасно нечестно… Почему мне в него не влюбиться? Симпатичный, добрый талантливый и смелый. Но мне как брат. Возможно потому, что выросли вместе….

- Это не он, Дима. Ник, конечно, не лучший образчик человечности, но не настолько чтоб пытаться убить свою бывшую. Я прошу, не занимайся ерундой!

Он лишь хмыкнул. Взял меня за руку, переплетая пальцы. Я отодвинулась, потянула руку, но он не отпустил. Поймал мой взгляд. В его все то же преданное выражение. От этого не лестно, а стыдно и больно. Должна бы его оттолкнуть – и такое уже было, но Дима все равно возвращался. Утверждал – все хорошо, мы просто друзья. И я малодушно нежилась в самообмане.

- Я найду способ разобраться с ним, Лиса, - горько усмехнулся, - И, быть может, тогда все изменится.

Не дав мне ответить, он махнул рукой и вышел. Радушно попрощался с мамой, надел ботинки – кажется я могла бы увидеть последовательность действий, куртку и тихо затворил дверь.

Став боком у окна я наблюдала, как друг вышел за ворота, сел в машину и плавно тронулся с места.

- Расстроился, - мама коснулась моего плеча.

- Ну почему я не могу любить его, мама?

- Ты любишь, но как брата, а ему этого мало.

- Иначе не могу.

- И не надо. Сердцу, дочка, не прикажешь.

- А стоило бы.

- Люди приходят в нашу жизнь неслучайно, - продолжила мама, - Даже причинив зло, они оставляют взамен что-то хорошее. Возможно, ты наконец разглядишь в лучшем друге мужчину. А, может, произойдет еще что-то, чего мы сейчас не можем и предположить. Что-то хорошее. Волшебное.

«Волшебное». Как глаза того парня. Качнув головой, я обняла маму, в который раз восхищаясь тем, как она лишь парой слов умудряется согреть изнутри.

73

Мягкий теплый свет на втором этаже небольшого кирпичного дома опять горел до утра. С чего вдруг она не спит в темноте? Пожалуй, это наименее важный вопрос сейчас. Но о том, с какой стати я проторчал уже третью ночь у дома этой девчонки думать не хотелось. Слишком много неясных, лишающих и так держащегося на соплях самоконтроля, эмоций. И странное, саднящее чувство в груди, мешающее сосредоточится. По симптомам похоже на выброс дофамина и норадреналина, хотя я бы этого не утверждал. В медицине силен был Фил.

Необходимость думать о напарнике лишь в прошедшем времени все еще неясно отзывается внутри. Тоска, скорбь – часть чертового урагана эмоций, обрушившегося на разум, едва сумел слезть с режима.... Тот давал возможность несколько контролировать превращение, но делал зависимым от все увеличивающихся доз. А в моей ситуации это явно лишнее.

Хотя, сейчас я бы не отказался от сыворотки - по крайней мере, она избавила бы от этих новых, ранее незнакомых и наименее контролируемых чувств... Но не помогла бы забыть, в этом я отчего-то был уверен. Долбанный образ - тонкое лицо с пухлыми губами, большие темные, как озеро ночью, глаза, хрупкая фигурка, будто выжжен в голове. И дело не в способности срисовать внешность взглянув на человека лишь мельком. А в чем-то ином, необъяснимом и тревожащем. Не только в банальном желании овладеть, но в странном притяжении.