Читаем Солмо онлайн бесплатно
— Найденов! Предупреждать же надо! — Кира первая разобралась с тем, что произошло и вернула себе первоначальный вид. — Но прикольно, не поспоришь. Неужели я выгляжу хотя бы на половину так же страшно как эти двое?
— Еще страшнее, — Ответил я — Всё, давайте прячьте свои игрушки, и будем ловить медицину, пока он не заблудился и не расшибся случайно о скалы. Разбираться со своими симбиотами будете потом, уже в процессе работы, если понадобятся консультации, сразу ко мне обращайтесь.
— Да уж обратимся — Заг тоже вернулся в человеческий облик — У меня столько вопросов, что я с тебя сутки не слезу.
— Это… Это прекрасно! — Баха всё ещё оставался в образе монстра и его биоскафандр менял форму казалось бы в хаотичном порядке, отращивая на себе щупальца, шипы, меняя форму конечностей — Управление на подсознательном уровне!
— Полевой оператор три — Мне надоело смотреть на инженера — Привести биоскафандр в транспортный режим!
Сеть отреагировала мгновенно, признавая моё главенство. Баха снова стал человеком, а на его лице застыло выражение обиженного ребенка, у которого отобрали любимую игрушку.
— Так получается, что ты тоже можешь управлять нашими симбиотами… — Тихо протянула Кира, уловив из этого представление самое главное.
— Пока вы не достигли полной адаптации — могу — Ответил я, получив подтверждение от своего симбиота — А что дальше будет, я и сам не знаю. Я ещё сам полной адаптации не достиг. Эх, торопимся мы, толком всё не изучив… Ладно, другого выхода всё равно не было.
Дальше начались будни подготовки обороны.
Денис гонял пилотов так, что те начали тихо ненавидеть меня, хотя видели его лицо куда чаще моего. Без искинов полёты превратились из «компьютерной игры на серьёзных щах» в настоящее ремесло: расчёт траекторий, визуальная оценка дистанций, ручное управление стабилизаторами. Учебные бои шли в космосе и атмосфере, причем над планетой биться было тяжелее всего. Пару раз едва не случились столкновения и катастрофы — но именно ради этого мы и тренировались сейчас, а не во время реального боя.
На орбите тем временем росло нечто, чему Денис с омерзением, но любовью дал название «ёжик». Линкор обрастал поясами платформ, мин, стационарных орудий, блоков сенсоров. Всё это держалось на примитивных, но надёжных схемах, не доверяя ни одной строчке кода, которую нельзя было проверить линейкой и карандашом.
На планете Заг снес половину только что построенных разбуженными колонистами лёгких построек, чтобы расчистить сектора обстрела для турелей. Начальник безопасности колонии чуть не плакал, глядя, как добросовестно поднятые бараки отправляются под снос.
— Я им как это объясню⁈ — вопил он. — Они только заселились и привыкли, что у них есть крыша над головой, а вы…
— Объясни им, — устало сказал я, — что при орбитальном ударе лучше, чтобы никакой крыши над головой не было. Иначе эта крыша упадёт им на голову вместе со всем остальным.
Впрочем, суетился СБшник зря. Люди, которых только вывели из криосна и объяснили всю сложность ситуации восприняли действия военных адекватно. Случайных пассажиров среди них не было, все знали, на что шли, когда отправлялись в неизвестность со мной и моим экипажем.
Живой периметр АВАК оформлялся медленнее, чем хотелось. Магистр не мог просто «штамповать» бойцов по щелчку — каждому нужно было время на адаптацию, обучение, интеграцию в стаи. Но зато эти стаи уже работали как часы: патрули вдоль побережья, охотничьи группы в глубине океана, наблюдатели у подножия подводных обрывов, откуда могли прийти «гости» снизу.
Я всё чаще ловил себя на том, что мысленно переключаюсь с карты космоса на карту планеты не глазами, а… ощущениями. Где-то на дальнем рубеже АВАК коротко вспыхивал — нашёл крупного хищника, вступил в бой, «попросил» у сети дополнительную энергию и подкрепления. Где-то в глубине архипелага стая осторожно обходила новый геотермальный источник. Магистр фильтровал поток, но вершок этого айсберга всё равно попадал ко мне.
— Странное чувство. Я как будто начинаю путать, где кончаются мои личные ощущения и начинается сеть, — как-то тихо заметила Кира, когда мы в очередной раз разбирали доклады. — Хорошо, что я могу на тебя опереться, посоветоваться.
— Привыкнешь — ухмыльнулся я. — Как только адаптация перевалит за сотню, станет гораздо легче.
Через шесть суток после перехода на «оранжевый» режим готовности на мостике во время очередного собрания дежурного состава вдруг коротко пискнул один из пассивных сенсорных блоков системы.
Писк был тихим. На фоне общей усталости его можно было легко списать на очередной глюк аппаратуры. Но у меня внутри Федя в ту же секунду напрягся, как струна. Через сеть АВАК прошёл короткий, еле ощутимый шорох — как если бы кто-то провёл ногтем по стеклу.
— Денис, — сказал я, садясь ровнее. — Что это было?
Он уже летел к консоли.
— Один из внешних буёв… — бормотал он, пролистывая данные. — Пассивный спектрометр. Фиксация… аномалии по гравитационному фону. Небольшой пик. Похоже на микропрыжок. Но… не в нашей системе. На границе.
— Координаты, — потребовал я.
