Читаем Шоа онлайн бесплатно

Рассказывали, что людей отправляют в концентрационные лагеря и что те, кто не очень развит физически, не выживают.

Массовое уничтожение оказалось для вас неожиданностью?

Да, полной неожиданностью.

Вы не имели представления о происходящем?

Ни малейшего! О том, например, что творилось в этом лагере… как же его… он еще входил в округ Оппельн… а, вспомнил: Освенцим!

Да. Освенцим входил в округ Оппельн.

Да, Оппельн. Освенцим был недалеко от Кракова.

Верно.

Однако я никогда и ничего о нем не слышал.

От Освенцима до Кракова всего шестьдесят километров.

Да, действительно совсем близко! А мы ничего не знали. Абсолютно!

Но ведь вам, наверное, было известно, что нацисты и Гитлер не любят евреев?

Да. Это был давно известный, растиражированный факт. Никто не делал из этого тайны. Но то, что их массово убивали, стало для меня полной неожиданностью! Даже сегодня есть сомневающиеся. «Невозможно поверить, что было так много жертв!» Правы ли они? Не знаю, но такое мнение существует.

Что бы ни говорили, это настоящее свинство, простите за выражение!

Что именно?

Массовое уничтожение. Все его осудили. Все честные люди! Но чтобы мы об этом знали… нет, нет!

Да, но, например, поляки – польское население – знали все.

Ничего удивительного, доктор Зорель[5]… Они жили рядом с лагерями, прислушивались, переговаривались… И они не обязаны были держать язык за зубами!

Рауль Хильберг

Вот «расписание» маршрута № 587, типичное расписание для специальных поездов. Номер дает представление об их количестве.

Внизу надпись: «Nur für den Dienstgebrauch» («Только для внутреннего пользования») – не самый высокий уровень секретности. Тот факт, что на документах, касающихся «поездов смерти», – ни на этом, ни на других, – нет слова geheim («секретно»), кажется мне удивительным. Но если подумать, термин «секретно» мог бы возбудить любопытство, вызвать лишние вопросы, привлечь к себе внимание. А ведь в основе всей операции, если говорить о ее психологической стороне, лежал иной принцип: не распространяться о том, что происходит. Поменьше говорить. Делать дело. Не описывать, что именно они делают. Отсюда это указание: «Только для внутреннего пользования». Обратите внимание, сколько у документа получателей. Буквами Bfe обозначены станции. На этой линии у нас их… восемь, предпоследняя – Малкиня, сразу за ней – Треблинка. Таким образом, у документа было восемь получателей, несмотря на сравнительно короткий маршрут – Ченстохова – Радом – Варшавский округ: восемь получателей было потому, что состав проходил через восемь станций и на каждой приходилось оповещать местное начальство. И зачем расходовать на документ два листа, если можно обойтись одним? Мы видим аббревиатуру PKR, которая обозначает «поезд смерти», едущий к месту назначения, и в то же время пустой состав, сделавший остановку в Треблинке и возвращающийся обратно. То, что он пуст, видно по стоящей здесь букве L (leer – «пустой»).

Да. «Ruckleitung des Leerzuges», что означает «возвращение пустого поезда».

Обратите внимание на то, сколь стандартна их система нумерации: за 9228 идет 9229, потом 9230, 9231, 9232. Никакой оригинальности, самый обычный график поездов.

График смерти?

График смерти. Вот поезд выезжает из гетто, которое собрались ликвидировать, и направляется в Треблинку. Он отходит 30 сентября 1942-го в 4:18 утра – во всяком случае, так указано в расписании, – и прибывает в Треблинку следующим утром, в 1 1: 2 4. Состав очень длинный, поэтому он и двигается так медленно. Это поезд типа 50G, то есть пятьдесят грузовых вагонов, до отказа забитых людьми; в общем, «тяжелый» транспорт. Время прибытия – 11: 2 4 утра, время отправки – 15:59. За этот промежуток времени поезд нужно разгрузить, очистить и подготовить к отправке обратно. Пустой поезд продолжает путь с тем же номером. Он отходит в четыре часа дня, направляясь к очередному городу, где забирает новых жертв. В три часа ночи он вновь берет курс на Треблинку, которой достигает на следующий день.

Можно ли считать, что речь идет о том же поезде?

Поезд тот же, да, тот же, только номер каждый раз меняется. Вот он возвращается в Треблинку. Еще один дальний рейс. Поезд прибывает, идет по третьему кругу. Та же ситуация, тот же маршрут. Состав снова направляется в Треблинку и наконец 29 сентября прибывает в Ченстохову. Круг замыкается. Это и называется «расписанием маршрута». И если вы посчитаете поезда с людьми… окажется, что до десяти тысяч евреев были доставлены в лагеря смерти за одну эту «поездку».

Больше десяти тысяч!

Не будем преувеличивать.