Читаем Раздевайся, отличница! онлайн бесплатно
За спуском по лестнице нас ожидала череда длинных коридоров с бесконечным, как мне поначалу показалось, числом дверей. "Это холодный цех", "Это кондитерский", "Это горячий" – с готовностью комментировал Эдди, хотя всё это и так было написано. Мы открывали дверь за дверью и повсюду нас ждала одна картина: полки из нержавейки, стеллажи из нержавейки, столы из нержавейки, раковины из нержавейки, подставки из нержавейки – всё это, идеально чистое, сурово поблескивало в холодном свете длинных потолочных ламп. В сочетании с фартуками и белой униформой, висящими на крючках, а также бесчисленными ножами всех форм и размеров, прилипшими к магнитному держателю, меня эта картина заставила думать о прозекторской или о пыточной из фильма ужасов. Зловещей атмосферы добавлял не прерывающийся гул: работали компрессоры холодильников, вентиляция, и, как вскоре выяснилось, фильтры здоровенного аквариума с лобстерами. Остальное продовольствие хранилось в огромных холодных комнатах с совершенно прозрачными стенами: так что мы лицезрели и целые туши баранов, и головки пармезана и грюйера, и гирлянды колбас, и кубометры сливочного масла, и ящики с фруктами всех разновидностей. И всё же ничего похожего на уют бабушкиных кухонь со свежими пирожками тут не было; да и пахло только моющими средствами. Ну и главное: ни у лифтов для блюд, ни у кучи прозрачных контейнеров, ни у громадной печи в человеческий рост, ни у чана для теста, куда бы свободно мог влезть человек или двое, Виктора мы не нашли. Корнелиус даже специально внутрь этого чана заглянул – и правильно сделал: от этого типа всего можно ждать было. Эдди, не смотря на только что полученные побои, учтиво помог поднять крышку, а так же показал, как открывается дверь морозильной комнаты.
Меня поиски Виктора не слишком волновали, а вот просто побродить по этому месту, не предназначенному для глаз студентов (второе такое место за одни сутки!) было очень интересно!Больше всего впечатлила меня пневмопочта, через которую прямо в столовые доставлялись перекусы на вынос – те самые, что обычно приветливыми горами громозились в центре зала, упакованные в свои прозрачные контейнеры из перерабатываемого пластика.Кроме того, оказалось, что для столовых студенческого и учебного корпусов готовится одна еда, а для охраны и персонала – совсем другая, в своём собственном цеху. В каждый корпус имелисьи пневмопочтовые пункты, и лифты для кастрюль с супами или рагу, и пешие переходы. Получалось, кухня была местом, через которое можно было, например, попасть из квартиры препода в студенческую комнату, минуя двух охранников. Впрочем, незаметно проскользнуть не получилось бы: над дверями в столовые корпусов и в рабочих цехах, разумеется, тоже висели камеры.Не просматриваемыми оставались лишь длинные коридоры, обычно пустовавшие, но порой загромождённые какими-то коробками.
«А ведь наш визит сюда тоже не пройдёт не замеченным!» – сообразила я неожиданно. Что, если по камерам его увидит ректор или кто-то из родителей?.. Да даже, допустим, обычный охранник увидит! В правилах есть пункт о том, что студентам запрещено проникать в не предназначенные для их нахождения помещения... Правда, можно будет оправдаться опять же тем, что я ассистентка преподавателя, и ходила в кухню в качестве сотрудника... Надеюсь, проканает... К тому же родители студентов вряд ли интересуются происходящим на кухне, а Сорос сейчас наверняка спит...
Мне спать тоже ужасно хотелось. Так что дальше думать о возможном наказании за проникновении на кухню я была не в силах и решила отложить эти тяжёлые размышления на потом.
Тем временем, Корнелиус, обойдя все коридоры и цеха, заглянув во все печи, сунув голову в туннель посудомойки и не найдя никакой засады, наконец, решил отсюда убираться.
– Ладно, мы уходим, кашевар, – сказал он мрачно. – Но передай Виктору: пусть не думает, будто он победил! Я доберусь до него так или иначе.
– У нас тут нет никакого Виктора, сэр, – ответил Эдди до абсурдного доброжелательно. – Лучше вам перепроверить ваши сведения...
– Заткнись!
– Приятного аппетита на завтраке, сэр и мэм!
Выйдя обратно в столовую, я взяла пару горстей разных орехов, набила рот, а что не влезло – рассовала по карманам. Надеюсь, это заменит завтрак, который я вознамерилась проспать. На часах было 6 утра, и оставаться на ногах не имело смысла, ведь лекции начинались только в 9. Корнелиус был мрачен, и, покинув кухню, не сказал мне ни слова. Надо сказать, что меня это не особенно волновало: спать опять же хотелось, да и главное, что в неприятности мы не попали.
Предвкушая, как посплю, я возвратилась в свою комнату. Плюхнулись на кровать, почувствовала неудобство, встала, вытащила из карманов джинсов кучу орехов и карточку "кухня".
– Блин, я карту Эдди не вернула... – пробубнила я под нос себе.
Но делать с этим что-то, а тем более, сейчас мне не хотелось. Высыпав орехи вместе с карточкой на тумбочку, я бросилась в постель и тут же вырубилась.
