Читаем Раздевайся, отличница! онлайн бесплатно
Размышляя о камерах, слежке и том интересном, что с помощью них можно было бы раздобыть, я помогла мистеру Вэнсу погрузить на тележку две неподъемных коробки. Затем мы вышли с ней на улицу, пересекли территорию возлеУчебного корпуса и подошли к общежитию студентов.
– Преподавателям вход воспрещён, – сообщил нам охранник, дежуривший возле его дверей.
– Преподавателям – да, – сказал Вэнс. – Но администрация имеет право перемещаться по всему острову. Я проректор. Если вы не в курсе, вот моё удостоверение.
В обязанности охранников не входило знать в лицо администрацию Академии. Их контакты со студентами и преподами не поощрялись во избежание интриг или подкупа. Кроме того, по первым числам прежние охранники уезжали, и на их место заступала другая смена – ради сохранения беспристрастности и недопущения вовлечения во что-то запрещённое.
Охранник посмотрел на нас с таким же подозрением, как и предыдущий, но, ознакомившись с карточкой Вэнса, впустил. Мы снова поднялись на второй этаж и вскоре уже оказались у моей комнаты. Тут дверь ее открылась и оттуда вышла Клементина, вся довольная до ужаса, и ещё какой-то тип в форме охраны – тоже довольный до тех пор, пока не увидел Вэнса. Затем оба они проводили друг друга недобрыми взглядами, но промолчали: видимо, каждый считал, что второй занимается чем-то не тем, но решил не конфликтовать.
Стоило Клементине и незнакомцу уйти, как в коридоре появилась Малгожата с прозрачным контейнером с жареной сёмгой. Увидев Вэнса, она, словно кошка, шагнула в ближайший дверной проём и принялась наблюдать за объявившимся в женской общаге преподавателем, будто за редкостным зверем.
Дома я тихонько пнула лифчик Клементины в тёмный угол и спросила:
– Чаю, кофе, сэр, хотите?
– Спасибо, – сказал Вэнс, – но откажусь. Вы же видели, как на нас смотрят. Если я задержусь тут на лишние десять минут, разговоры будут... сами понимаете, какие.
Потом он по-хозяйски оглядел моё жилище и сказал, что под кроватью как раз встанут две коробки. Я была не против.С моей помощью сняв их с тележки, начальник задвинул под койку сначала одну, а потом принялся за вторую. Вторая застряла. Чтобы выяснить, что ей мешает, пришлось шефу встать на четвереньки и просунуть верхнюю часть тела под кровать.
Признаюсь, что зрелище Вэнса в моей комнате уже было странным само по себе – а тут он в такой позе! Первым делом я подумала, что надо было пол помыть. Потом – что после моего субботнего стояния на коленях мыпоквитались. Потом – что он ужасно милый в этой позе, и посадить ему на спину ребёночка было бы в самый раз. Не успела я намечтать, откуда возьмётся этот самый ребёночек, как мистер Вэнс задом вылез из-под кровати и поднялся. В руках он держал смятый грязный конверт, на котором было вычурными буквами написано: "Мистеру Вэнсу от Элисон Коннорс".
– Посмотрите, до чего дошел прогресс! – сказал он весело. – Почта нашла меня прямо тут, под чужой кроватью!.. Или мисс Коннорс ясновидящая и знала, что я тут сегодня буду?
– Нет, сэр, это... – Я смутилась. – Это я... Я его уронила...
– Мисс Коннорс написала мне письмо и попросила вас отдать его? – Уточнил шеф с такой интонацией, словно дело происходило на семинаре, и я ляпнула глупость.
– Да, сэр...
– А вы вместо этого просто уронили его под кровать?
– Сэр, я передала бы вам его завтра! Честное слово!
– А вдруг там что-то срочное? – спросил Вэнс не то в шутку, не то серьезно.
– Да что там срочного?! Глупости всякие! Я просто не хотела отвлекать вас от работы, сэр, клянусь! Я же знаю, что вы очень заняты! И вам некогда читать ее любовные признания!
– Ах, вот как? Там любовное признание? – Мой начальник усмехнулся.
Поняв, что сболтнула лишнего, я замолчала в ужасе.
– Стало быть, поэтому вы и решили его не передавать? – Продолжал с издёвкой Вэнс.
– Нет, не поэтому! Я знаю, сэр, что Элисон понаписала там всяких глупостей, вот и решила не торопиться! Она, знаете, вообще ужасно пишет! У нее за сочинения всегда был низкий балл! Она рассказывала!
– Вы, конечно, напишите лучше, – сказал мистер Вэнс, безотрывно смотря мне в глаза. Его голос был словно кровать в середине рабочего дня: мягкий, обволакивающий, непреодолимо манящий и безнадёжно запретный.
– Я не собираюсь вам писать любовных писем, – растерянно буркнула я.
– И не надо, – ответил он тут же.
"И так всё понятно" – сказал его взгляд.
Нет, ну только не это!
Он опять решил, что я в него влюбилась!
Думает, будто я млею от каждого его слова, будто глаз отвести не могу, будто изучаю с восторгом всякую волосинку на его умнейшей голове... Воображает, что я жду каждого рабочего дня с ним как праздника, что храню в памяти каждый жест, каждое случайное его прикосновение... Мнит, что готова отдаться ему прямо здесь и сейчас!
И самое страшное — мне пора признаться самой себе, что всё это правда.
Несколько секунд я стояла напротив Вэнса, избегая смотреть на него, глядя в пол и в тайне ожидая чего-нибудь романтичного. Однако тот сказал:
– Спасибо, мисс Вуксанович! До завтра!
И направился к двери.
