Читаем Пожиратель Людей онлайн бесплатно
Пожиратель Людей
У меня мало друзей и ещё меньше союзников. Зато на острове Эверленд у меня в избытке тех, кто мечтает, чтобы я исчезла. Поэтому, когда Крокодил и капитан Крюк снова появляются в моей жизни, настроения у меня нет никакого. И хуже того: сами того не понимая, они подвергают себя опасности, называя меня именем, которое я давно считала мёртвым. Теперь мне нужно не только спасти себя, но и спасти двух мужчин, которых я поклялась убить голыми руками, если когда-нибудь снова увижу, после того как они меня бросили. К сожалению для меня, у Рока и Крюка другие планы. И когда я оказываюсь между ними, мне приходится выбирать: рискнуть сердцем или рискнуть жизнью?ϮϮϮ«Пожиратель Людей» — мрачный романтический фэнтези-ретеллинг сказки в формате ММЖ со сценами ММ.
Серия: Пожиратель [Кроу]
Романы / Любовно-фантастические романыНикки Сент Кроу
Пожиратель Людей
Пожиратель — 1
Перевод телеграм-канала:
Dark Dream
ϮϮϮ
Минутку внимания, пожалуйста.
Данный перевод выполнен исключительно в
Все права принадлежат законному правообладателю. Мы
Если вы являетесь правообладателем данного произведения и считаете, что данный контент нарушает ваши права — просьба связаться с нами (
Большая просьба не распространять в социальных сетях (
ϮϮϮ
После прочтения, будем рады отзыву, но ещё больше обрадуемся, если Вы оставите его автору на Goodreads (
ТРИГГЕРЫ
сцены группового секса
ненормативная лексика
насилие
жестокое обращение со стороны родителя
вербальное насилие со стороны родителя
внутренние переживания, связанные с сексуальной идентичностью
упоминания комы/смерти супруга(и)
употребление крови
плен/заточение
подчинение
разговоры о самоубийстве
смерть
Глава 7
Глава 8
Глава 24
Глава 26
Глава 27
Тем, кто думает, что они слабые.
Это не так.
Говорили, что он человек несокрушимой храбрости, но единственное, что заставило бы его отступить, это вид собственной крови: густой, необычного цвета.
— Дж. М. Барри
Я уже очень долго на Семи Островах, возможно, дольше, чем осмелюсь сосчитать. И всё же прошло много, много лет с тех пор, как я ступал на остров, известный как Эверленд.
Эверленд лежит в цепи островов между Веселендом и Дарклендом, а Неверленд находится к северу от него.
Если говорить об островах, он всегда с трудом находил свою идентичность. Он хочет быть респектабельным и могущественным, но под поверхностью изо всех сил пытается соответствовать собственным ожиданиям.
За все годы, что я здесь, похоже, он сдался своим более отвратительным порывам.
Воздух смердит сажей и мочой, а энергетика какая-то не та.
Я так поглощён своей войной с Питером Пэном, что едва ли поднимал голову, чтобы заметить, как могли измениться Семь Островов.
— Ну? — говорит докмейстер и всматривается в меня снизу вверх. Её тонкие брови выгнутые над широко распахнутыми глазами, будто она вечно пребывает в тревоге. Несколько разрывов на её твидовом пиджаке заштопаны багряной нитью, вероятно, в тон её ярко-рыжим волосам. Вокруг неё вьётся запах, напоминающий горящий шалфей и пряный чай.
— Прошу прощения? — говорю я, потому что не до конца уверен, на чём мы остановились в разговоре.
— Как надолго? — повторяет она, держа раскрытую бортовую книгу, ручка зависла над бумагой.
Я бросаю взгляд на свой корабль, привязанный наполовину вниз по причалу. Моя младшая сестра Черри и несколько моих людей остаются при нём. Я сказал Черри, что хочу, чтобы она присмотрела за единственным местом, которое мы можем назвать домом, но на самом деле я больше переживаю за безопасность сестры на суше, чем в море.
— Для начала на неделю, — отвечаю я.
— Очень хорошо, — на соседнем причале двое мужчин орут друг на друга, затем появляется пистолет, раздаётся выстрел. Докмейстер игнорирует это и делает пометку в своём журнале.
— Во что превратилось это место? — бормочу я.
Женщина поднимает на меня взгляд сквозь пряди своих рыжих волос.
— Тебе правду или моё мнение?
— А разве есть разница?
— Монархия, — говорит она и захлопывает книгу. — Её заполонили малум вермес1, — она издаёт сплёвывающий звук, направленный в сторону выветрившегося настила причала.
Из всех островов в цепи островов в Эверленде больше всего суеверий насчёт зла. В прошлый раз, когда я был здесь, они развешивали над окнами свёртки чертополоха, вымоченного в молоке, надеясь запутать вермес.
— Злые черви, говоришь? Так что же это такое?
— А? — её брови опускаются всего на долю над глазами.
— Твоё мнение или правда?
Она пожимает плечами и облизывает кончик ручки, снова смачивая чернила.
— Сотня фронгов за неделю.
— Сотня! Ты, должно быть, шутишь.
— Не нравится, можешь отплыть на другой остров.
— Кровавый ад, — я лезу в карман пиджака и достаю требуемую плату. — За сотню монет эти доки должны быть вымощены золотом.
— Разбирайся с королевой, а? — фыркает она и забирает деньги.
— Обязательно так и сделаю, — натягиваю я улыбку.
Кто-то зовёт её по имени, и она торопливо уходит, бормоча про бархатных денди.
Я опускаю взгляд на свой бархатный сюртук и начинаю сомневаться в выборе. Это отличный бархат из Винтерленда, который обошёлся мне дороже, чем мне хотелось бы признавать. Он должен был сделать заявление. Такое, которое говорит: я респектабелен и всегда в форме.
Отец вбил это мне в голову с ранних лет.
Мы должны всегда казаться выше других.
Но это работает, только если есть кого впечатлять. Здесь же это просто кричит: «Здравствуйте. Меня легко ограбить».
Проворчав, я дёргаю за лацканы, расправляя пиджак, и отправляюсь вниз по причалу.
Причал № 3 для путешественников, так что те, кто там слоняется, никуда не спешат, многие из них пьяны.
Я пробираюсь в самое сердце города Южный Эйвис. Эйвис находится прямо у края крепостной стены замка Эверленда, и с правильной точки можно увидеть, как множество башен замка торчит над линией горизонта. Подступает вечер, слишком темно и слишком облачно, чтобы разглядеть многое, но я ведь и не ради монархии сюда пришёл.
Сми подтвердила, что Венди в последний раз была в тюрьме Высокой Башни Эверленда на восточной окраине Эйвиса, там, где каменистый берег и солёные морские волны делают место почти непригодным для жизни. Сомневаюсь, что после всех лет, прошедших с тех пор, как Питер Пэн бросил Венди в Эверленде, она до сих пор там. Невозможно, чтобы кто-то выжил в Башне так долго.
Но тогда возникает вопрос: если она больше не заключённая, почему она не подала весточку? Почему не вернулась в Неверленд?
Я не уверен, что хочу знать ответы прямо сейчас. Лучше оставить эти вопросы похороненными. Однако мне всё же нужна кое-какая информация, прежде чем я смогу составить план.
На главной дороге от доков стоит какофония цокота лошадиных копыт, криков газетчиков и уличных торговцев, зазывающих покупателей. В воздухе пахнет жареным арахисом и лошадиным дерьмом.
Арахис мгновенно заставляет меня вспомнить о
Мимо с грохотом проезжает экипаж, и я жду на углу, пока он не уедет. Здесь дорога расходится на три направления. Мне нужна Вторая улица, там дорога поднимается вверх, в часть города, известную как АпХилл. Там должно быть полно комнат внаём и множество пьяниц в тавернах с развязанными языками.
Когда подъём заканчивается и улица выравнивается, я замечаю нависающую вывеску постоялого двора под названием «Королевский Костюм». Вверху вывески вручную нарисовано красное сердце, а вокруг прописных букв вьются колючие лозы. Внутри набито битком. Смех, веселье, выпивка и кутёж наполняют прокуренное пространство. Никто не бросает на меня и второго взгляда. Я пробираюсь к стойке, и меня встречает женщина вдвое моложе меня, в куртке с высоким воротником, на груди у неё пришито красное сердце.
— Приветствую, — чуть рассеянно говорит женщина. На плече у неё висит полотенце, а под рукой зажат пустой поднос. — Чем могу помочь?
— Комната, если у вас есть свободная.
— Разумеется, — она откладывает поднос и выдёргивает толстенный том, раскрывая его на заложенной странице где-то посередине. Это журнал гостей и комнат. — Имя, сэр?
— Капитан Джеймс Крюк.
Она записывает моё имя, затем достаёт железный ключ и протягивает мне.
— Комната сзади. Номер одиннадцать, сэр. Ужин подают в половине седьмого. Сегодня вы уже опоздали, но я могу собрать вам холодное блюдо, если вы голодны. Это рагу из оленины. Я Миллс, кстати. Повар и хозяйка постоялого двора.
— Очень приятно с вами познакомиться. Я могу подождать ужина завтра, но спасибо за предложение.
Мужчина выкрикивает имя женщины, и она с шумом раздражённо выдыхает.
— Это всё?
— Да. Спасибо.
Сбоку в таверне есть дверь, которая выводит меня в переулок и дальше назад, подальше от более оживлённой, шумной улицы. Я нахожу комнату номер одиннадцать, поворачиваю ключ в замке и слышу, как внутри глухо щёлкает засов.
Дверь скрипит, когда я толкаю её. Она не такая большая, как моя комната дома, и первый укол тоски застаёт меня врасплох.
Я не могу вернуться домой.
У меня нет дома, кроме моего корабля.
Питер Пэн дал это понять достаточно ясно.
Здесь три окна: два спереди и одно с западной стороны комнаты, выходящее на скудный задний сад. Кровать двуспальная, с бугристым матрасом и поношенным, потёртым одеялом. Она стоит между двумя тумбочками, на каждой по лампе.
В умывальной капает вода из крана.
Под одним из окон я выдвигаю шаткий деревянный стул к круглому столу и сажусь. Теперь, когда я остановился, я чувствую в ногах отголосок покачивания океанских волн.
Я откидываюсь на спинку стула, закрываю глаза и делаю глубокий вдох.
А что, если я не найду Венди Дарлинг?
А что, если она не хочет, чтобы её нашли?
Или хуже того, что, если
Невозможно. Я оставил его без сознания на Неверленде и получил достаточную фору.
Крокодил никак не мог опередить что я здесь.
Может, он вообще не придёт.
Может, я больше никогда его не увижу.
У меня сводит живот от этой мысли.
Уже семь дней прошло, а я обошёл с полдюжины таверн и спустил несчётные монеты, смазывая языки местным, чтобы выудить хоть крошку информации.
И что у меня в итоге?
Ничего.
Никто не слышал о Венди Дарлинг.
Ни у кого нет связи ни в Башне, ни среди тюремной стражи.
Я бьюсь о стену.
— Добрый вечер, капитан, — окликает Миллс, когда я прохожу мимо входа в таверну и направляюсь к заднему двору. Она у одного из столбов ограды выбивает ковёр тростью с желобком. В воздухе клубится пыль. Пот липнет к нескольким прядям её тёмно-каштановых волос.
— Добрый вечер, мэм.
— Миллс, — поправляет она.
— Разумеется, — я улыбаюсь ей и иду дальше. Хотя ещё даже не время ужина, у меня раскалывается голова, а зрение плывёт после трёх полных бокалов эверлендского вина, которые я выпил по настоянию Большого Билли Грина.
Несмотря на своё имя, Большой Билли был ниже меня на целую ладонь, но пил так, словно был вдвое крупнее.
Большой Билли Грин, может, и невысок, но пьёт за двоих. И не за двоих, а за целую толпу.
Я слышал, что он знает Сми, и это заставило меня подумать, что он может знать Венди.
Но он тоже оказался тупиком.
Плетясь к своей двери, я выдёргиваю из кармана железный ключ и продеваю кольцо на конце в крюк, затем раскручиваю его, размышляя.
Возможно, я действую неправильно.
Сколько лет прошло с тех пор, как я в последний раз видел Венди? Сколько ей сейчас? Никто в цепи островов не стареет так, как смертные, но магия каждого острова немного отличается. На Неверленде никто не старел вовсе. Если я правильно помню, в Эверленде старение не слишком отличается от смертного.
От этой мысли у меня скручивает живот.
А что, если Венди уже мертва?
А что, если…
На пороге под моей ногой что-то хрустит по камню.
Я поднимаю сапог и вижу россыпь расколотых арахисовых скорлупок.
Воздух леденеет у меня в лёгких, и лёд наполняет вены.
Я резко разворачиваюсь, сердце стучит в ушах.
Но там никого.
Только Миллс чуть дальше выбивает свой ковёр.
Эхо лошадиных копыт с улицы внизу по склону смешивается с голосами, просачивающимися из распахнутых окон в задней части таверны.
Ветерок проходит по двору, и шорох листьев перекатывается по булыжной мостовой.
Он ждёт меня внутри таверны?
Тени мелькают за распахнутыми окнами, но ни одного лица не разобрать.
Я чувствую себя на виду, уязвимым. В этом ведь и был его замысел, верно?
Лицо вспыхивает, стоит представить, как он за мной наблюдает.
На хуй это, и на хуй его. Он меня дразнит. Я на это не поведусь.
Я втыкаю ключ в замок и толкаю дверь в свою комнату, не успев одуматься.
А что, если он ждёт внутри?
Я выставляю крюк, как оружие, а другой рукой нащупываю рукоять пистолета, на всякий случай.
Заглядываю за дверь, затем осторожно прохожу в умывальную.
Там никого нет.
Из таверны доносится взрыв хохота, и я вздрагиваю. Затем глухо стучат кружки эля о массивные деревянные столы.
Носком сапога я захлопываю дверь и задвигаю засов, потом подтаскиваю один из стульев в центр комнаты и сажусь, лицом к двери, с пистолетом на коленях.
Когда он придёт, я, сука, всажу пулю прямо ему между глаз.
Кажется, я просидел на этом ёбаном стуле уже несколько часов, но мне не узнать наверняка. Я выбросил часы в окно, как только приехал сюда. Знаю лишь, что за пределами моей комнаты темно, а веселье в таверне поутихло.
Минуты, часы, а Крокодила всё нет.
Я немного меряю комнату шагами, пытаясь собрать воедино свою стратегию и прикинуть его.
А что, если он уже нашёл Венди и пошёл к ней? Что, если арахисовая скорлупа была всего лишь уловкой, чтобы удержать меня на месте?
Я наливаю себе выпить, потому что от бесконечного хождения начинает ломить спину.
Со стаканом в руке я снова сажусь и делаю долгий глоток. Алкоголь помогает прогнать холод в животе, но с тугим, спутанным клубком нервов не делает ничего.
Я измотан, веки тяжелеют. Но я просижу всю ночь, если придётся.
Допиваю стакан, ставлю его на пол рядом с собой и снова достаю пушку.
Мне спокойнее, когда спусковой крючок под рукой.
Глаза сами собой соскальзывают в темноту, и через секунду я вздрагиваю, просыпаясь.
— Не расслабляйся, — бормочу я себе, словно звук собственного голоса способен разорвать напряжение, грозящее сомкнуться вокруг.
Сколько ещё до рассвета? Четыре часа? Шесть?
Кровавый ад, если бы только я так яростно не ненавидел эти проклятые часы.
Я моргаю снова, а усталость пытается утянуть меня в сон.
Я выдержу. Я должен выдержать.
Но я наивен, если верю в это.
Пробраться в комнату капитана не составляет никакого труда.
Миллс, хозяйка постоялого двора, была более чем рада выдать мне запасной ключ, когда я сказал ей, что хочу сделать сюрприз своему самому лучшему другу капитану Джеймсу Крюку.
