Читаем Пламя и тайна (СИ) онлайн бесплатно

Пламя и тайна (СИ)

Вестерн в ненормальном мире.

Прошло три часа, и буря за окном наконец затихла. "Ласточку" перестало бросать по песчаным волнам. Безумная качка прекратилась. Ван Ванирон выполз из-под кровати и выдохнул:

- Пресветлый Бог и все духи его! Святые апостолы!

Затем провел рукой по своей лысой блестящей голове и добавил:

- Хрмммпффф!

- Что, монах, бессмертная душа в пятки ушла? - насмешливо спросила Ева, выползая из-под другой кровати. - Это ты еще червей не видел.

- Каких червей? - постанывая, спросил ван Ванирон.

- Гигантских! - страшным голосом произнесла Ева. - Они живут в пустыне и питаются человеческим мясом. Мы с Северином однажды подстрелили одну такую тварь. И сожрали. А что? Они же едят людей, почему бы и людям их не съесть? Целую неделю питались как короли, а потом червяк кончился.

- Не выдумывай, дитя, - взмолился ван Ванирон.

- А я и не выдумываю, - заспорила Ева. - Северин, скажи ему!

Северин проигнорировал ее. Он подошел к иллюминатору и не без труда провернул. В каюту хлынул холодный свежий воздух. Северин вдохнул и тут же поперхнулся. В воздухе все еще витала песочная взвесь.

Северин закрыл иллюминатор и сказал:

- Дерьмо.

- Здесь ребенок, - напомнил ван Ванирон. - Прошу, не ругайтесь при Еве, она еще не доросла до таких грязных слов.

Северин поперхнулся еще раз.

- Этот ребенок, - он кивнул в сторону ухмыляющейся Евы, - знает столько грязных слов, что ими можно забить любой сортир.

- И все же, - попросил монах.

- Дерьмо - это не матерное слово, - продолжал Северин. - И даже "член" не матерное слово. И даже "женская щель" не матерное слово. Вот "дыкщ мар дюрш" - это настоящее грязное ругательство. Правда, по-шаринорски, но это действительно самое грязное ругательство, которое я когда-либо слышал.

- Дыкщ мар дюрш! - повторила Ева.

Ван Ванирон страдальчески закатил белые слепые глаза.

- Беата! - позвал Северин, отворачиваясь. - Я хочу есть.

- Вот сам и приготовь, - донеслось из второй каюты.

- Женская щель! - закричал Северин. - Иногда я не понимаю, зачем роботу отдельная каюта! Конечно, она женщина, и трусы с лифчиком она носит, да и переодеваться ей где-то нужно - но она же, черт возьми, робот! На кой хрен роботу трусы? Пытаешься сойти за человека? А? Беата! Приготовь нам пожрать, черт побери, или выметайся с моего корабля!

Беата вышла из каюты.

Она была очень похожа на человека - однако ее синтетическая кожа с ее рук облезла, и сквозь кисти и запястья проглядывали холодные стальные кости. Вместо сердца у нее в груди пылала материнская плата из частей солнечного камня. Лицо у нее было очень симпатичное и молодое, но при этом стервозное. Беата скрестила руки на груди и произнесла:

- А если я не буду - то что?

- Ты знаешь, что, - намекнул Северин. - Я тебе ПРИКАЖУ.

- Ты никогда на это не пойдешь, - уверенно сказала она.

- Думаешь?

- Конечно. Ты ведь не монстр. Только полное чудовище может ПРИКАЗАТЬ мне. Гнусно воспользоваться тем, что я робот, и не смогу противиться прямому приказу хозяина. Нет, ты не такой.

- Плохо ты меня знаешь, - покачал головой Северин.

- Погоди, ты правда?...

На лице Беаты появилось затравленное выражение.

- Нет, подожди! - совсем уже другим голосом произнесла она.

- Роботов надо наказывать! - заявил Северин. - Беата! Слушай меня!..

Она покорно зажмурилась.

- В общем, приготовь яичницу. Это приказ.

Беата открыла глаза.

- Это ведь не ПРИКАЗ, - медленно, неверяще произнесла она.

- Это приказ, - сказал Северин, переминаясь с ноги на ногу. - Короче, приготовь яичницу. Всем нам. Живо.

- Ты...

Беата втянула в себя воздух, а затем столь же быстро сдулась.

- Ладно. Но только в этот раз.

Она зашла к себе в каюту.

- Ты бы правда применил к ней ПРИКАЗ? - полюбопытствовала Ева.

- Нет, - угрюмо произнес Северин. - Я вроде поклялся, что никогда с ней этого делать не буду. Только ей этого знать не следует.

- А как звучит ПРИКАЗ?

- А тебе зачем?

- Я бы сделала ее своей рабыней, и она бы лизала мне пятки, - хихикнула Ева. - Хотя нет. Я бы приказала ей самоуничтожиться. Ненавижу ее.

Ван Ванирон ахнул.

- Дура, - сказал Северин.

Ева взобралась на кровать с ногами. Ей было тринадцать лет, и в ней еще чувствовалась подростковая угловатость. Она скорее походила на мальчика, чем на девочку - из-за коротко остриженных волос и сбитых костяшек.

- Дашь мне камешков? - умильно спросила Ева. - Ну пожалуйста.

- Нет, - сказал Северин.

- Но мне правда надо. Я делаю супер-оружие - из которого можно запросто валить роботов. Бах - и робот готов. Мне только камешков не хватает. Не здоровенных кусков, а так... осколочков. Буквально пылинок. С двигателя сковырнем немножко? Ну пожалуйста!

- Нет! - сказал Северин. - Двигатель у нас один, и он уже старый, черт побери. Скоро закончится. А ты его хочешь на какое-то дерьмо потратить, изобретательница, мать твою. Нет, и все тут.

- Дитя, а зачем тебе оружие против роботов? - спросил ван Ванирон.

- Я бы убила из него Беату.

- Ага! - сказал Северин. - Убьешь ты ее, и потом что? Сама бы нам жратву готовила.

Он вновь подошел к иллюминатору.

- Кстати, - произнес он. - За окном что-то есть. Я его еще в первый раз заметил. Здоровенное такое.

- Червяк? - испугался ван Ванирон.

- Нет, червяк бы двигался... - рассеянно ответил Северин. - Думаю, нам надо выйти и посмотреть поближе. А то из-за этой чертовой темноты я не вижу ни хрена.

- Может, не стоит?

В этот момент из каюты вышла Беата.

- Еда кончилась, - сказала она.

- Никакой пользы от тебя, - отозвался Северин. - Дыкщ мар дюрш тебе в силиконовую задницу.

- Чего?

- Ничего. Одевайся - пойдем на разведку.

Снаружи была холодная темнота. С тех пор, как древние аэроманты своей бесконтрольной магией истощили Солнечный Стержень, и он раскололся на части и осыпался на землю - такая темнота была везде. Вокруг осколков Стержня люди выстроили города, и между ними теперь курсировали поезда Конгломерата. Поезда мчались в абсолютной тьме, и амфисбены, песчаные черви, ползли за ними.

Лишь солнечный камень - осколок Стержня - мог разогнать мрак.

Камень использовался и в материнских платах роботов, и в топках поездов, и зарядах рейлганов. Двигатели были из солнечного камня. Огромные гипер-аннигиляторы Конгломерата тоже работали на солнечном камне.

Поэтому он ценился на вес золота.

- По-моему, это корабль, - сказал Северин, задирая вверх голову. - Но я не уверен. Здоровенная хреновина. Наверное, сто лет пролежал в песке, а буря его наверх вынесла. Да... точно - корабль. Беата, посвети.

- У меня заряд не бесконечный.

- Посвети, пожалуйста, - попросил Северин.

- Ну хорошо.

Ее глаза светились в темноте, как самые мощные фонари.

Они разглядывали корабль. Тот был старой формы - сглаженный, скругленный, каплевидный и массивный, со стальной обшивкой и цепочкой иллюминаторов на боку. Сталь, изъязвленная песком, была на ощупь шершавой. Даже наполовину утопленный в песке, корабль показался им неимоверно громадным. Сейчас так не строят. Страшно подумать - сколько средств было потрачено на постройку такой громадины; и зачем? Сейчас вся эта бесполезная масса стали и стекла упокоилась в песке.

- Северин, - вдруг сказала Ева. - А если у нас еда кончилась, то что мы будем есть?

- Тебя сожрем.

- Меня?!

- Или монаха. Кто из вас двоих бесполезней окажется, того и сожрем.

- Я умею драться, - напомнил ван Ванирон.

- Я тоже умею, - прорычал Северин. - Раньше, когда я еще служил в армии Конгломерата, меня звали Танцором. За что, как думаете? Я мог любого из них нашинковать мечом в капусту. А потом шаринорцы сломали мне кости на каждой руке - все кости от плеча и до фаланги мизинца. С тех пор я могу только из рейлгана стрелять, да пипиську свою придерживать, когда ссу.

Он помолчал.

- Да и то... постоянно мимо унитаза промахиваюсь.

- Ты никогда мне об не рассказывал, - робко произнесла Беата. - Так вот почему унитаз постоянно обоссан. Оказывается, дело в тебе.

- Спасибо за понимание, Беата.

Северин еще раз взглянул на корабль.

- Ладно, пойдемте проверим, что это за штука. Где здесь люк?

- По-моему, вот, - притихшая от таких откровений Ева показала пальцем на громадный, трехметровый люк наверху. - Только мы до него не достанем.

- И то правда. Предложения есть?

- Я могу прожечь обшивку, - предложила Беата.

- Ну так прожги.

Ван Ванирон мялся с ноги на ногу, а затем произнес:

- Я не понимаю - зачем нам вообще нужен этот корабль? Мне он не нравится, от него... от него же явно исходит зло! Вы разве не видите?

- Нет, - сказал Северин.

- Огромный корабль давно исчезнувшей цивилизации. Неизвестно, сколько он пролежал в песке. Может, он лежит здесь с самого сотворения мира! Я хочу сказать, а вдруг там внутри кто-то есть? - ван Ванирон поежился. - И люк явно не на человека сделан - слишком громадный. Кто знает, что мы внутри обнаружим?

- Я знаю, - сказал Северин. - Солнечный камень. На таких кораблях всегда есть солнечный камень. Может, даже целые залежи.

- Точно! - воскликнула Ева.

- И все равно - я против, - сказал ван Ванирон. - Если позволите, я вернусь на "Ласточку". Посижу немного и подожду, пока вы вернетесь.

Он повернулся и пошел в сторону "Ласточки".

- Беги, трус! - со смехом закричала ему вслед Ева, а сама прильнула к Северину. - Мы ведь продадим камень и получим много денег?

- Угу.

- И все поделим пополам?

- Угу.

- Тебе половину, и мне - половину? А монах с Беатой в пролете?

- Ага, - сказал Северин. - Ты это, сильно рот не разевай. Посмотрим еще на твое поведение.

- А если я убью тебя? - Ева кровожадно ухмыльнулась. - И все деньги себе присвою? - ее пальцы прижались к шее Северина.

Северин нахмурился.

Он знал, что Ева способна на это. Для этой девочки убить человека - все равно что прихлопнуть таракана. Она - дикий аэромант, и в двенадцать лет убила собственного отца. Свой путь по миру Ева прокладывала трупами. Она наслаждалась убийствами, смаковала их, как... а что там пьют дети вместо водки?

Северин посмотрел на пальцы, прижавшиеся к его шее.

- Много не болтай, - сказал он и отвесил Еве увесистую затрещину.

Девочка ойкнула от неожиданности и тут же одернула руку. Зловещая аура рассеялась.

- Больно! - с обидой в голосе воскликнула Ева.

- Не ври, не так сильно я тебя ударил.

- Что?!

Издав яростный клич, Ева кинулась на него с кулаками.

В этот момент подала голос Беата.

- Вы что там, деретесь? Это плохо!

- У нас все нормально, - сказал Северин, удерживая рычащую Еву. - Прожгла обшивку?

- Нет.

- Почему? - спросил Северин, продолжая бороться с Евой.

- Ну... Похоже, это был военный корабль или что-то в этом роде. Обшивка словно из титана. Видимо, его строили с таким учетом, что никто обшивку пробить не сможет. Тем более я. Я ведь не боевой робот, а простая робот-домохозяйка. Наивно было полагать...

- Ты была проституткой, - напомнила Ева.

- А тебя не спрашивали, маленькая дрянь, - резко ответила Беата.

Бросив свои попытки, она села на песок и принялась смотреть наверх. Будь она человеком, то, наверное, сдерживала бы сейчас слезы.

Северин почувствовал, что самое время ему вмешаться.

- Ладно, - сказал он. - Есть другой вариант.

- Какой? - угрюмо спросила Беата, не оборачиваясь.

Северин показал пальцем наверх, на люк.

- Мы можем войти через дверь.

Беата взобралась наверх по почти отвесной стене корабля. Ее металлические пальцы с легкостью отыскивали щербинки и выступы в обшивке. Движения чуть напоминали паучьи. Чуть - но Ева тут же закричала снизу:

- Ты как краб!

- Заткнись! - закричала ей Беата.

Добравшись до люка, Беата провернула его и распахнула. Раскрылось темное отверстие, откуда пахнуло сыростью, старостью и жутью. Беата сбросила им трос. Подхватив конец троса, Северин уперся ногами в обшивку - и принялся взбираться вверх по стене, тяжело пыхтя. Ева следовала за ним, хихикая.

- Мы как скалолазы, а Беата как краб!

- Заткнись, Ева, - пропыхтел Северин, и Ева замолчала.

Северин подумал, что ему определенно нравится Ева. Только она нормально реагировала на его предложение заткнуться. Все остальные сразу начинали орать еще громче, словно ему в пику. Не будь она убийцей и аэромантом - цены не было бы девочке.

Хотя и так сойдет.

Северин взялся за протянутую ему руку Беаты. Она втащила его внутрь - он при этом едва не упал лицом в темноту - а затем точно также втащила в люк что-то проворчавшую Еву. Следом за ними Беата вспрыгнула на пол. Ее глаза светились в темноте.

Они стояли в наклоненном коридоре. Стоять было неудобно.

- Эй! - сказал Северин. - Посвети-ка туда.

- Чего?

- Посвети, я что-то странное заметил.

Беата послушно приблизилась к стене, светя глазами. Перед ними открылась жутковая картина - на стене была выгравировано изображение расчлененного человека. Рот его раскрылся в вопле. Внутренности лежали на коленях. Над ним стояли какие-то странные создания с шарами вместо голов. Они держали в руках мечи.

- Тонкая работа, - сказал Северин. - Мечники какие-то. Кишки.

- Да уж, - потрясенно произнесла Беата.

- Я вот чего не понимаю: на кой черт было рисовать это дерьмо прямо в прихожей? Да еще на стенах. Чтобы гостей до усрачки напугать, что ли? Черт их разберет, этих Предтеч.

- Возможно, это заклинание, - сказала Ева. - Что-то вроде запорного, ммм, механизма.

- Заклинание в виде картинки? - удивился Северин.

- Не знаю. Я вообще в этом не разбираюсь, - поежилась девочка. - Я ведь не петромант, и в артефактах не секу. Мне больше честная магия нравится.

- Угу. Честная.

- Честная! - закричала девочка, и тут же смолкла.

Эхо отразило ее вопль от стен.

- Пошли, - угрюмо произнес Северин, обняв Еву за плечи. Девочка прильнула к нему. Она была маленькой и теплой. Северин зашагал вперед.

- Беата, веди нас, - бросил он за плечо.

- Х-хорошо, - спохватилась Беата.

Некоторое время они молча шагали по темным коридорам. Корабль оказался действительно гигантским. По его стенам тянулись рифленые шпангоуты, и сегментированные провода свисали с потолка, словно стальные черви. Тут пахло тьмой и пылью. Малейший звук отдавался тяжким эхом в ушах. Видно, конструкторы не предусмотрели звукоизоляцию. Или она была, но канула в никуда вместе с вентиляцией и коммуникациями.

Периодически от главного коридора отделялись другие - поменьше и поуже. Все они были рассчитаны на гигантов - трех, четырех метров в высоту. Не привыкший к таким масштабам Северин начал было гадать, действительно ли раньше люди были такого роста - но тут же перестал. Сейчас это никак им не поможет. А напугать может запросто.

- Северин, а люди правда раньше были такого роста? - шепнула Ева.

О господи. Наверное.

- Хрен знает, - ответил Северин.

- А вдруг один из них по-прежнему спит на корабле? И мы его нечаянно разбудим?

При мысли об этом у него мурашки побежали по спине.

- Ну проснется он, и что? - бодро сказал Северин. - Убьем ублюдка, и все дела.

- А мы сможем?

- Конечно, сможем. Мы - да не сможем? Ты - сильнейший в мире аэромант, я - в прошлом великий воин, а Беата - ...

- Робот-проститутка, - хихикнула Ева.

- Конечно, - угрюмо произнесла Беата, моргая. - Давайте вспоминать это на каждом шагу! Как будто я делала это по собственной воле. Как будто я могу противиться ПРИКАЗУ. Как будто это смешно!

- Это очень смешно, - сказала Ева. - Тебя трахали в силикон.

Беата резко остановилась.

- Ты чего? - спросил Северин.

- Мы пришли, - чужим голосом ответила Беата. - Тут дверь.

Северин задрал голову вверх.