Читаем Переписать финал онлайн бесплатно

Соня медленно подняла глаза, встретилась с холодным, пристальным взглядом, совсем не соответствовавшим мягкому тону, который использовал мужчина, и поняла, что такого точно не ожидала. И что лучше бы, наверное, это оказался монстр. Шансы спастись тогда были бы куда выше.

– Ректор Вальхейм, – безнадежно произнесла она, – добрый вечер.

– Ночь уже, студентка. – заметил он. – Встаньте.

Соня медленно поднялась. О том, что ректор и Теодор родственники, в оригинале упоминалось не раз, эта информация была ей хорошо известна, она даже видела этого человека в главном зале в первый день учебы, когда он зачитывал свою речь, и все равно оказалась не готова к тому, насколько же они были похожи. Если бы Соня не знала наверняка, решила бы, что ректор и есть настоящий отец Теодора.

Но у ректора была своя трагическая история, описанная в оригинале всего несколькими скупыми предложениями. Еще в студенческие годы он потерял свою невесту, был безутешен и даже воспользовался каким-то запрещенным результатом, желая ее вернуть. Получил совсем не то, чего хотел: едва не умер, но обрел довольно устрашающую способность проникать в подпространство и по магическим потокам перемещаться в любое нужное ему место. И едва не вылетел из академии, но дело уладили его родители, а он отделался выговором и поражающим воображение количеством часов отработки.

Когда Соня узнала его историю, то прониклась еще большим сочувствием к Теодору, который почти повторил судьбу дяди. Только его любовь не исчезла бесследно, а отдала свое сердце другому. Человеку, который был этого недостоин.

– Итак, зачем вам бодрящее зелье?

Как этот человек, одетый в белую рубашку и серый жилет, с серебристыми волосами и светлыми глазами, похожими на жидкий металл, сумел спрятаться в темноте, оставалось загадкой. Он был похож на луч света, что должен рассеивать тьму, а не растворяться в ней.

– Это наше практическое задание. – Смотреть в лицо мужчине было сложно, но Соня старалась не отводить взгляд, чтобы не выглядеть виноватой или подозрительной. Хотя и виноватой, и подозрительной она, без сомнения, была.

– Насколько мне известно, зелья настолько низкого уровня проходят на первом курсе.

Он потянулся и легко, двумя пальцами отвел непослушные волосы Сони в сторону, чтобы проверить ворот ее рубашки, но броши там не было. Соня затаила дыхание и сильно сжала кулаки, но не дернулась, чем очень гордилась.

– На первом, – подтвердила, намереваясь врать до победного. – Ну так и я первокурсница.

Эти слова его удивили, было видно, что он ожидал совсем другого ответа.

– Пусть будет первый, – со странным выражением лица согласился он. – Имя?

– Мое? – растерялась Соня. Ей было некомфортно в присутствии ректора, слишком непонятной и пугающей была его реакция на студентку, нарушившую правила и пробравшуюся в аудиторию ночью.

Он старался держать себя в руках, говорить спокойно, даже контролировать лицо, и у него это неплохо получалось, но глаза его выдавали. Так пристально за каждым ее движением не смотрела даже бродячая собака, перед тем как на нее броситься. Это случилось в детстве, тогда Соне наложили больше дюжины швов на искусанную руку, и она еще долго просыпалась от кошмаров. Со временем страх ушел, но тот взгляд забыть она так и не смогла.

Чувства настолько сильного, сложного и противоречивого, которое в данный момент переживал ректор, Соня никогда раньше не видела и не испытывала, а потому не могла распознать. От этого ей было неуютно и хотелось, чтобы он поскорее ушел и оставил ее одну. Хотя теперь об этом можно было только мечтать и надеяться, что удастся улучить момент, чтобы сбежать.

– Свое я знаю, – заверил он.

– Со… – Соня осеклась, не уверенная, что стоит называться настоящим именем, но раньше, чем она придумала, как соврать и не попасться, ректор уточнил:

– Софи?

Что-то в его интонации и в том, как было произнесено имя, заставило ее кивнуть. А после уточнять, что на самом деле София, показалось уже неуместным.

О том, что он не спросил фамилию в этот момент, Соня даже не думала, было не до этого, главным казалось – просто держаться и игнорировать желание бежать или драться. Кошачьи инстинкты дали о себе знать очень невовремя.

Некоторое время они провели в тишине. Соня все же опустила глаза в пол, больше не в силах выносить тяжелый взгляд.

– Хорошо, Софи, можете продолжать. – Ректор отошел к соседнему столу, повернул стул так, чтобы было удобнее наблюдать за ее действиями, и сел, расслабленно облокотившись на столешницу.

– А мы… проигнорируем то, что я нарушила правила академии? – удивилась Соня, не торопясь возвращаться к прерванной работе. Хотя особого выбора у нее не было. Флаконы ведьм она уже опорожнила и вымыла, так как пустых не нашла. Оставалось лишь закончить работу.

– Вам хочется, чтобы вас наказали? – удивился ректор.

– Ннне испытываю такого желания, – призналась она.

– В таком случае, продолжайте. Можете заодно объяснить, зачем вы готовите бодрящее зелье для тех студенток, работу которых вы уничтожили.

Соня прикусила язык, чтобы не выругаться. Ректор оказался утомляюще внимательным.