Читаем Папочка-Горец онлайн бесплатно
Грузовик попал в колею, и меня отбросило к его боку. Он схватил меня за ногу и удержал, его большая рука накрыла большую часть моего бедра. Мои леггинсы были рассчитаны на сильный мороз, и ткань была плотной. Несмотря на это, его ладонь была как клеймо на моей коже, ощущение было настолько неожиданным и интимным, что я отползла на свою сторону кабины.
Сердце бешено колотилось, я вцепилась в край сиденья, а в голове пронеслись три мысли.
Великан только что спас меня от лавины.
От него пахло вечнозелеными растениями и кожей.
И он был самым сексуальным парнем, которого я когда-либо видела.
Флинн
Умный мужчина не сводил бы глаз с узкой, как черт, тропинки, ведущей вниз с горы, или со снежной завесы в зеркале заднего вида.
С другой стороны, любой здравомыслящий мужчина постарался бы отвести взгляд от женщины на моём пассажирском сиденье. Даже в зимней походной одежде было очевидно, что она создана для греха. Пуховик почти не скрывал её округлостей, а теплые леггинсы облегали длинные стройные ноги и упругую попку, которую я до сих пор ощущал на ладони.
Все остальное в ней так же отвлекало. Шоколадно-каштановые волосы обрамляли лицо в форме сердечка с высокими скулами и розовыми губами, которые соблазнительно изогнулись, когда я подошёл к ней на горе. Её кожа была безупречной, с персиковым оттенком, который, казалось, переливался на солнце. Ее глаза были на пару тонов светлее волос — такого мягкого, жидкого каштанового цвета, который согревал вас изнутри.
Она вцепилась в сиденье, её наманикюренные пальцы сжали кожаную обивку. Но ее взгляд был тяжелым, когда она изучала меня, словно пытаясь запомнить мои черты.
Что было неудивительно, учитывая, что я только что стащил её с платформы, как мешок с картошкой. Во мне было шесть футов пять дюймов роста
Я оторвал взгляд от дороги, чтобы взглянуть на неё.
— Теперь ты в безопасности. Я не причиню тебе вреда.
Она фыркнула.
— Ты хочешь сказать, что не будешь меня шлепать?
Одного упоминания об этом было достаточно, чтобы у меня задрожали ладони. Она была стройной, но её попка была приятно пухлой.
И именно о таких вещах мне не следовало бы думать.
Я бросил на неё ещё один быстрый взгляд.
— Я прошу прощения за это. Но, если ты помнишь, ты ударила меня по спине, и нас обоих чуть не убило снегом.
Её губы дрогнули, и она ослабила свою смертельную хватку на сиденье.
— Ты этим зарабатываешь на жизнь? Останавливаешь снежные убийства?
Тропа вывела на грунтовую дорогу, и я сбавил скорость.
— Вообще-то, да. — Я кивнул на пластиковую наклейку, свисавшую с зеркала заднего вида. — Я руковожу поисково-спасательной программой на горе Сандерфелл.
— Там целая программа? Я думала, что Сандерфелл — это маленькая гора. — Она заправила за ухо прядь шоколадно-каштановых волос. — Хозяйка отеля, в котором я остановилась, сказала, что это место подходит для начинающих альпинистов.
Потребовалась секунда, чтобы её слова дошли до моего сознания. Я был слишком занят, следя за движением её густых атласных волос. Они должны были доходить ей почти до талии — такую длину один из моих приятелей по поисково-спасательной команде назвал «прической женского общества», основываясь на своей идиотской теории, что девушки из колледжа отращивают длинные волосы, чтобы привлечь мужей. Выпив немного пива, он любил разглагольствовать о том, что первое, что сделала его жена после свадьбы, — это подстригла волосы.
Что, вероятно, объясняло, почему она теперь была его бывшей женой.
Мой приятель был придурком, но, возможно, он был прав в своей теории о прическах для женского клуба. Потому что женщина рядом со мной выглядела недостаточно взрослой, чтобы пить.
— Сэр?
Её мягкий голос вернул меня к действительности.
Мой голос прозвучал грубее, чем я хотел, когда я сказал:
— Меня зовут Флинн.
Она наклонила голову.
— Приятно познакомиться, Флинн. У тебя есть фамилия?
— Да. — И лучше было не говорить её. Хотя, она, вероятно, не узнала бы этого. Потому что она была
Прошла секунда, затем девушка ответила:
— Ну, моя фамилия Руссо. Меня зовут Алисия, но все зовут меня Элли. — Она, казалось, спохватилась, затем добавила: — Кроме моего папы.
Меня не касалось, почему её отец не использовал ее прозвище. На самом деле, мне было лучше не знать. Подобные личные подробности укрепляют связи между людьми — тончайшие нити, которые могут размножаться и образовывать нечто более существенное.
