Читаем Он мой Июль онлайн бесплатно

Завод — нет. Менеджер-продажник — фу. Доставщик? Смешно. Модель? Почти, но… Все эти варианты я перебирал в голове, пока однажды не зашёл в уютное кафе под названием «Rosette» и не встретил там Мари. Мою «первую». В тот вечер настроение было где-то ниже уровня моря. В карманах свистело так, что уши закладывало. И всё почему?

Потому что я идиот!

Выпустился из универа и вместо того, чтобы сразу приступить к поиску работы, я целый месяц развлекался на те бабки, что в течение года подкидывали родители.

Месяц кончился, деньги тоже. Выделять, и дальше кэш родня отказалась. И встал вопрос: что делать дальше?

Ответ пришёл в виде хозяйки студийки, которую я снимал.

— Илюша, прости, но завтра тебе придётся съехать.

— Эм-м-м… Может, ещё недельку? — сверкнул белоснежной улыбкой, оголяя клыки. Знал, что дамочкам это нравится.

— Илья, — Анна стала серьёзной. — Ты, конечно, клёвый, да и… — она опустила взгляд вниз. — … прибор тоже у тебя хороший, но мне нужны деньги. Прости, на одной постельной романтике далеко не уедешь.

Я выдохнул. Запустил пальцы в волосы и прочесал их назад.

— Три дня.

— День.

— Два дня.

— Завтра до обеда прошу освободить мою квартиру. Я буду здесь в час дня.

С этими словами моя некогда добрая и всепонимающая милфа развернулась и ушла.

— Значит, завод… — пробормотал, поднимая голову к потолку, и потянул носом воздух.

Понял, что придётся звонить отцу, чтобы тот связался со своим братом по поводу работы для меня.

Подсобником, сборщиком металлоконструкций. Это то, что светило вчерашнему выпускнику шараги, у которого из трудового багажа только интим с двумя преподшами и деканшей, и уверенность в том, что харизма кормит лучше диплома. Спасибо, институт управления и туризма. Дал ты мне многое… кроме понимания, что делать дальше и зарплаты.

Позвонил отцу. Сообщил, что мне придётся вернуться домой. В «любимое» Барышево.

Отец был не в восторге. Выдал целую лекцию о том, что думает обо мне и что решения своего менять не станет: денег я от него больше не дождусь. Я тогда злился, хотя это и было справедливо.

За несколько часов собрал свои вещи и пошёл прогуляться по вечернему городу. Я любил такие прогулки, наверное, это травма детства, потому что всё, что я видел в Барышево это бесконечные улицы частных домов. Летом — огороды, зимой — телевизор и полудохленький интернет. Всё. Скука.

Сам не заметил, как толкнул дверь и вошёл в «Rosette». На кофе и круассан с миндальной стружкой должно хватить — решил и подошел к стойке.

Сделал заказ. Девушка мило улыбалась. Я отвечал ей тем же. Даже мысль мелькнула: «Интересно у неё парень есть? А квартира, где можно перекантоваться?»

Добрёл до свободного столика и стал гипнотизировать вид за окном.

Через пять минут чашка звякнула, соприкоснувшись с поверхностью стола. Затем блюдце с моим круассаном.

— Приятного аппетита, — донеслось.

Повернулся. Улыбнулся. И кивнул.

— Спасибо.

— Хорошего вечера, — алея произнесла девушка.

— И вам.

Потянулся за чашкой. Сделал маленький глоток, облизнул пену с губ и снова уткнулся взглядом в окно. Город светился огнями, как будто дразнил меня тем, что у других есть жизнь — настоящая, в достатке, а у меня только кофе. Ну и круассан, конечно же.

Вот тут-то и появилась она.

— Простите, это место свободно? — голос был низкий, с хрипотцой, как у женщины, не выпускающей сигарету изо рта.

Повел головой в ее сторону.

Передо мной стояла женщина. Лет сорока пяти, не больше. Стройная, в тёмно-синем платье-футляре, с идеальной осанкой. Волосы уложены, макияж не «вышиби глаз», но очень аккуратный, как если бы над ней колдовали визажисты. В ее руках чашка кофе, в глазах — интерес.

— Конечно, — кивнул. Встал и подвинул ей стул. — Прошу.

Она села напротив. И продолжила разглядывать меня.

— Я Мари, — произнесла, глядя прямо. — А вы?

— Илья.

— Красивое имя, — сделала глоток и слегка растянула губы в улыбке. — Такое… мягкое имя. От него заботой веет. И юностью.

Усмехнулся. Подумал о том, что странная она. Хотя нет, я мгновенно уловил: Мари не просто флиртует — она что-то просчитывает.

— У меня к вам вопрос, Илья. Завтра у меня важная встреча. Очень. Там нужно быть с мужчиной. Красивым, ухоженным и умеющим держаться в обществе. Думаю, вы подходите.

Моя бровь изогнулась в удивлении.

— Вы режиссёр порнушки? — не удержался и хохотнул.

— Это не проституция, если вы об этом. Я не плачу за секс. Только за сопровождение. Ну… и за молчание, иногда.

Она смотрела в глаза с такой уверенностью, как будто я уже согласился.

— И что, я должен просто… прийти с вами и светить своим лицом, трепетно обнимая свою спутницу, то есть вас, за талию? Если что, у меня нет подходящего костюма для светских тусовок.

— Почти. Костюм я вам куплю. Улыбаться будете, как умеете. Уверена — у вас это прекрасно получится. Главное, ни слова о себе, своей профессии и никаких глупостей. Легенду я вам сама придумаю, если какие-то вопросы покажутся щекотливыми, красиво ускользаем от ответа. Ах да. Оплата — после. Достойная.

Повисло молчание. Женщина положила на стол руки, сцепленные в замок. На пальцах золотые кольца с крупными драгоценными камнями.

Сборщик металлоконструкций на заводе или эскортник? Барышево или шанс остаться в сердце шумного города?

Сделал ещё глоток кофе. Откинулся на спинку. Потянул уголки губ вверх.

— Где и во сколько?

— Завтра в девять вечера. У входа в «Пурпур», хотя нет. Я сама заеду за тобой, чтобы появиться вместе, — Мари медленно поднялась, поправляя подол платья. — Надень чёрное. Костюм будет ждать тебя в бутике «Lutz». Назовёшь моё имя — всё подберут.

Она сунула руку в клатч, достала визитку и положила передо мной.

— Позвони, если передумаешь. Но не передумывай, потому что я буду ждать тебя. Если всё будет в силе, то встретимся завтра в обед и поговорим о том, как вести себя.

Чуть наклонилась ко мне, как если бы собиралась поцеловать, но передумала, оставив только аромат дорогого парфюма. И ушла, словно и не было её вовсе.

Я остался сидеть с глупым видом. Перевёл взгляд на визитку. Кто-то ещё их делает и таскает с собой? Потянулся, взял ее в руки.

«Мари Лутецкая. LUТZ — основатель концепт-студии мужского стиля»

— А ведь мама говорила: «Учись, сынок, хорошо, а то будешь визитки раздавать». Ну, не раздаю — принимаю. Правда, теперь в качестве эскортника, — буркнул в пустоту и глотнул кофе.

И тут смешок. Звонкий, короткий, немного издевательский.

Обернулся.

У соседнего столика, в тени декоративного дерева в кашпо, сидела совсем молоденькая девушка. Чашка капучино перед ней, телефон в руках. Она смотрела на меня с хитринкой и явно насмехалась.

— Интересная у тебя жизнь начинается, Илья, — произнесла она, даже не спрашивая, как меня зовут.

— Подслушивать — это… — я прищурился, пытаясь вспомнить модное слово, — моветон, — выдал с хищной усмешкой.

— А вслух обсуждать свою новую «профессию» на весь зал — это, конечно, верх скромности.

Она сделала глоток кофе. И ни на секунду не отвела взгляда.

— Стерва, — бросил в ответ, встал и сделал шаг к её столику. Но она вздрогнула, замотала по сторонам головой и вскинула руки:

— Э-э-э, нет! У меня встреча.

В этот момент в Rosette' вошёл парень. Обеспеченный, стильный, уверенный в себе. Он сразу же направился к её столику, а девушка мягко улыбнулась. На её лице появился румянец, а глаза заблестели такой наивностью, что меня практически пробило на смех. Вот же актриса.

«Тарелочница, что ли?» — мелькнуло в голове. Отвернулся и плюхнулся обратно в своё кресло, чтобы насладиться круассаном.

Спустя 5 лет

— О, привет, Танюха! — машу рукой своей заклятой знакомой, которая летящей походкой ворвалась в ресторан. — Вот это скорость. Голодная что ли? Ну и кто сегодня в меню? Региональный менеджер? Успешный айтишник? Или наконец-то, нефтяник? — выплёскиваю порцию сарказма.

— Не твоё эскортное расписание, — задирает она нос, плюхается на диванчик и под столом показывает мне неприличный жест.

Закатываю глаза и тяжко вздыхаю. Планировал поужинать и уйти, но, кажется, придётся задержаться…

Я пришла в заведение на пятнадцать минут раньше. Специально. Чтобы сесть лицом к окну, подгадать свет, повернуться «рабочей стороной». Потому что когда зайдёт Арсений — мой новый потенциальный мужчина, хочу, чтобы он понял: да, я стою Шабли Премьер Крю и стейка из мраморной говядины с трюфельным муссом.

Кстати, познакомилась с ним на сайте знакомств. Общались несколько дней. Флирт, обмен фоточками — всё стандартно.

И сегодня утром я думала уже скинуть медлительного романтика, но неожиданно прочла от него вот это: «Тая новое фото в профиле просто на разрыв! Выглядишь потрясающе. Знаешь, я тут подумал, пригласить тебя сегодня на обед. Как насчёт заведения 'Мраморная и Винная?».

Да ты ж мой ненаглядный! Я вскочила с дивана и закрутилась вокруг себя с радостными визгами.

— Он мой! — завопила от избытка эмоций.

— Танька, чёрт тебя дери!

В комнату влетела моя тётка и огрела по спине полотенцем. Я тут же взвизгнула и повернулась к ней лицом.

— Ой, простите, тёть Лесь.

— У меня клиент на кушетке, а ты тут кричишь, будто в жопу раненная, — рассвирепела она, и её лицо приобрело багровый оттенок.

— Тань, найди ты себе уже нормальную работу. Как все. Утром в офис, вечером домой. Ну? А то будешь, как я массажи на дому делать. На вот глянь на мои руки! Тут и туннельный синдром и артрит. Также хочешь?

Опускаю светлую головушку и виновато мотаю головой. Надо будет Арсюшу на подарки развести. Подарю что-нибудь своей тёте. Знаю, как она много работает и устаёт.

Вообще-то, она у меня классная. Строгая — да. Но даже если вспылила, то потом обязательно заобнимает, зацелует и всю залюбит. Она у меня ходячий кнут и пряник.

— Ладно. Веди себя тихо. Совесть имей в конце концов.

— Да поняла я, поняла.

Она вышла из моей комнаты, а я плюхнулась обратно на диван и долго-долго пялилась в потолок. Даже задремала вновь. А когда проснулась, клиент тёти уже ушёл, и я спокойно побрела в ванную, чтобы принять душ и начать собираться к предстоящему обеду с Арсением.

Начало дня мне уже не нравится. Потому что слышу знакомый бархатный и одновременно противный до скрипа зубов, голос Заиграева.

— О, привет, Танюха! Вот это скорость. Голодная, что ли? Ну и кто сегодня в меню? Региональный менеджер? Успешный айтишник? Или наконец-то, нефтяник?

— Не твоё эскортное расписание, — бросаю и плюхаюсь на диванчик, не забыв показать ему средний палец. Аккуратненько, под столом, не привлекая внимания.

— Где ваши манеры, Татьяна?

— Дома забыла, — бросаю и сразу же отворачиваюсь от него, дав понять, что его персона мне совершенно неинтересна.

С Ильёй мы познакомились случайно, тогда мне только-только исполнилось восемнадцать лет, и я впервые пришла на свидание со своим парнем. И тоже заранее. Никогда не любила опаздывать.

Если мне не изменяет память, это было в «Rosette». Илья сразу привлёк моё внимание. Высокий, темноволосый, с большими, выразительными глазами. Тогда он ещё не был крепким, как сейчас, и скорее напоминал мне участника корейской Кей-поп группы. А ещё у него были те самые губы. Пухлые, точно надутые обидой. Ну знаете, перед тем как прольётся первая слеза. И чуть приоткрытые. Он был такой красивый, что аж бесило. Потому что я… ему проигрывала по всем фронтам.

Понимаю, как странно это звучит, сравнивать себя и парня. И всё же. Я ощущала себя замухрышкой, которая села неподалёку, чтобы полюбоваться прекрасным.

С отношениями тогда тоже не задалось. Парня, в которого я влюбилась, интересовала совсем не я, а моё тело. И после того, как он стал моим первым… а потом вторым, то сбежал. Позже я узнала, что он в целом так и живёт — коллекционируя девушек. Наверное, у него даже личный журнал побед был.

Было обидно. Очень. А ещё я постоянно вспоминала того парня из «Rosette». Красавчика, но тоже в говнецом на языке. И захотелось… тоже стать идеальной.

Но как стать идеальной, когда ты только что окончила школу и с треском пролетаешь мимо бюджета в универе? Платное — заоблачно. Тётя, которая меня тянет, одна, не вывезет. И я пошла в техникум. Самый обычный. Просто потому, что цена за год там меньше, чем пара месяцев в вузе. Романтика, блеск и глянец, ага.

Что я любила? Залипать в ленту на идеальную жизнь звёзд и моделей. Божечки, какая они яркие! Всё у них легко, словно им помогает какой-то богатенький и очень щедрый волшебник. Кожа ровная, сияющая, с тем самым бронзовым отливом, который кричит: «Я провёл всё лето на Бали!». Волосы блестят так, как если бы каждое утро к ним прилетали феи с Dyson в руках. Безупречный макияж, фигура… И жизнь — не жизнь, а чистейший сахар. Нет, даже не сахар — sugar, с розовой пенкой и золотыми блёстками.

Решение пришло само.