Читаем Око Бога (ЛП) онлайн бесплатно

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!

Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.

Спасибо.

Сьюзен Фанетти

“Око Бога”

Серия: “Саги о женщинах севера” (книга 1)

Автор: Сьюзен Фанетти

Название на русском: Око Бога

Серия: Саги о женщинах севера

Перевод: DisCordia

Редактор: Eva_Ber

Вычитка: Eva_Ber

Обложка: Алина З.

Оформление:

Eva_Ber

Аннотация

Одиночество — единственное, что в этой жизни известно Бренне. Она не ждет ни настоящей дружбы, ни, тем более, любви. Люди говорят, она с рождения помечена Одином, но для Бренны это, скорее, проклятие, нежели благословение. Даже те, кто говорит, что на нее снизошла милость Великого Отца, боятся взглянуть на нее. Люди ее сторонятся. Но Бренна научилась пользоваться данной ей силой и заставила свой дар служить себе. Она — Дева-защитница, ставшая настоящей легендой благодаря своему мужеству и волшебному дару.

Вали — настоящий гигант среди своего народа, всеми любимый и уважаемый. Он — Улфенар, берсеркер, один из элитных воинов Одина, один из самых яростных и храбрых, владеющий топором и копьем. Его называют Грозовым Волком, его сила и ярость — дары Великого Отца.

Судьба разлучила двух воинов еще детьми. Вера свела их вместе, как воинов ярла, в походе к Эстландии. Снова и снова Вали ищет Бренну. Он видит ее, он видит женщину, скрытую за облаком сплетен. И он не отведет от нее своего взгляда.

Вали не забыл, что с самой первой встречи он — должник Бренны. Пытаясь найти способ отплатить ей, он неожиданно находит одинокую, красивую женщину, чья спокойная сила завладевает его сердцем.

Но саги не воспевают воинов, живущих спокойной жизнью, или любовь, которая не знает препятствий и испытаний.

Может, они и благословлены богами, но это не защищает Бренну и Вали от появляющихся в жизни каждого из них разрушительных препятствий. Их репутация не может им помочь. Их спасет только любовь, и эта любовь должна стать их легендой.

ГЛОССАРИЙ

Для того чтобы появился этот мир Викингов, я проделала большую работу. Я с уважением отношусь к историческим реалиям скандинавских культур. Но все же я позволила себе некоторую вольность в обращении с великой северной историей, культурой и географией для того, чтобы сделать свой вымышленный мир более богатым. Настоящая культура викингов — это не монолитный пласт, а целое собрание очень похожих друг на друга, но все же разных языков, традиций и ритуалов. В «Сагах о женщинах севера», тем не менее, я позволила себе объединить культурные различия.

Мои персонажи носят имена, соответствующие эпохе и традициям. В любом случае, я использую скандинавские имена в их подлинном написании и произношении — там, где это возможно.

Ви́кинги — раннесредневековые скандинавские мореходы, в VIII-XI веках совершавшие морские походы от Винланда до Биармии и от Каспия до Северной Африки. В основной массе это были племена в стадии разложения родоплеменного строя, жившие на территории современных Швеции, Дании и Норвегии, которых толкало за пределы родных стран перенаселение и голод. По религии викинги, в подавляющем большинстве, были язычниками.

Хангерок — подобие фартука, одежда, которую носили женщины викингов.

Скауз — мясное блюдо, имеет много разновидностей в зависимости от ингредиентов.

Карфи — самый маленький из кораблей викингов с тринадцатью рядами весел.

Ётун — одна из рас гигантов.

Пинг — собрание для решения политических или социальных вопросов.

Вёльва — провидица или медиум.

Ярл — высший титул в иерархии в средневековой Скандинавии, а также само сословие знати. Первоначально означал племенного вождя, позже стал означать титул верховного правителя страны.

О́дин, или Во́тан — верховный бог в германо-скандинавской мифологии, отец и предводитель асов, сын Бёра и Бестлы, внук Бури. Мудрец и шаман, знаток рун и сказов (саг), царь-жрец, князь (конунг)-волхв, но, в то же время, бог войны и Победы, покровитель военной аристократии, хозяин Вальхаллы и повелитель валькирий. Супруга — Фригг.

Вальха́лла, также Валга́лла — по верованию древних скандинавов, рай, куда могли попасть только павшие геройской смертью.

Асгард — один из трёх космогонических миров германо-скандинавской мифологии, созданных триадой богов-демиургов: братьями Одином, Вили и Ве. Асгард — это мир богов-асов, небо и будущее; Мидгард — это мир людей, земля и настоящее; Хельхейм — это подземье, мир умерших предков и прошлое. За пределами созданного тремя богами космоса лежит Утгард, «внешнее отгороженное пространство», трансцендентный мир демонической магии, неподвластный законам асов, иногда отождествляемый с Ётунхеймом, королевством великанов.

Берсе́рк или берсе́ркер — в древнегерманском и древнескандинавском обществе воин, посвятивший себя богу Одину. Перед битвой берсерки приводили себя в повышенное агрессивное состояние, в сражении отличались неистовостью, большой силой, быстрой реакцией и нечувствительностью к боли.

Улфенар — отдельный класс берсеркеров, использующих волка в качестве своего символа. Отличаются свирепостью, и в некоторых сагах упоминаются в качестве элитных воинов Одина.

Иггдраси́ль, также Игдразил — Мировое дерево (дерево жизни) в германо-скандинавской мифологии — исполинский ясень (или тис), в виде которого скандинавы представляли себе вселенную.

ПРОЛОГ

ГЛАЗ

НЕСКОЛЬКО ЛЕТ НАЗАД

К шести годам Бренна уже свыклась с тем, что люди смотрят на нее и тут же отводят взгляд. Идя с матерью и отцом по улицам Холсгрофа — по торговым делам или к ярлу, — девочка с грустью замечала, что люди стараются держаться от нее подальше.

Теперь, в десять лет она научилась использовать людской страх, глядя так, что окружающие пугались, или гримасничая так, что они не спали по две-три ночи, ожидая, когда их настигнет ее проклятье.

Были в деревеньке люди, которые Бренны пугались не так сильно, но теплыми чувствами они к ней тоже не пылали. Даже те, кто знал ее с рождения, говорили, что в ней есть что-то странное, что-то, что нельзя понять. Некоторые думали, она — благословение, другие считали ее отравой, но никто не видел в девочке просто девочку. Только родные не испытывали к ней страха.

Мать и отец называли это «трепет» и говорили, что это он отвращает от нее людей, но Бренна считала, что разницы нет. Страх ли, трепет ли, она была одинока.

Бренна родилась с «Глазом Богов». Она сама этот глаз у себя разглядеть не могла — родители не держали в доме зеркала, а вода отражала обычную девочку — но наверняка, это было что-то страшное.

— Чш-ш, Бренна, — сказала мать, зачесывая назад выбившиеся из косы Бренны светлые волосы и завязывая их тесемкой. — Тебе нужно немного погулять на улице, милая. Ты же знаешь, Сигурд не будет со мной торговаться, если тебя увидит.

Она вложила кусочек серебра в ладонь Бренны.

— Иди, купи себе сладостей. Но оставайся рядом с доками, чтобы услышать, когда позовет отец (Прим. корабельный док — сооружение, предназначенное для постройки, транспортировки, ремонта и окраски судов, а также для их погрузки и выгрузки).

— Да, матушка.

Мать похлопала ее по руке и ласково улыбнулась, и Бренна пошла прочь, спрятав серебро в рукаве. Она не будет его тратить. Лотки со сладостями — худшее место для Бренны в Холсгрофе. Все дети собирались там. А дети легко обращали свой страх в жестокость.

Но она оставила мать в уверенности насчет того, что все в порядке. Так было легче, да и знала Бренна, что мать чувствует людской страх так же хорошо, как и она сама.

Девочка знала, что ее отошлют, так бывало каждый раз, когда они приходили в город, и у нее было местечко, где она проводила это время. Вечером Бренна вернет этот кусочек серебра в мамин кожаный мешочек. Они не могли себе позволить потратить даже такую малость, особенно на воображаемые сладости.

Сделав большой крюк, чтобы обойти лотки со сладостями и полную народу площадь перед большим домом ярла Ивара, Бренна направилась к самому дальнему краю города, туда, где снова начинались леса. Если встать на цыпочках на скале, то можно будет увидеть доки. А голос отца настолько зычный и громкий, что она услышит, когда ее позовут.

Там было дерево, старое сучковатое дерево, корни и ствол которого росли таким образом, что образовывали маленькое углубление, почти пещеру. Бренна отыскала его несколько месяцев назад. Кажется, никто больше о нем не знал. Она выложила пол мхом, и всегда находила его в том состоянии, в котором и оставляла. Даже лесные звери словно понимали, что пещера принадлежит ей.

Забираясь внутрь, девочка воображала, что спряталась так хорошо, что никто никогда ее не отыщет, и она точно знала, что ее тут не увидят.

Бренна могла сидеть там, в своей уютной безопасной норке, до тех пор, пока не позовет отец. Она закрывала глаза и придумывала для себя истории. Истории о Бренне, Деве-защитнице. О Бренне, Путешественнице. О Бренне, великой Госпоже.

Эти имена нравились ей больше, чем те, которыми ее называли. Бренна-ведьма. Бренна, Странная. Бренна, Проклятая.

Позже в ее историях начали появляться сильные молодые воины. Берсеркеры с фантастическими рисунками на голых торсах. Она не понимала, почему. Ее отец в молодости был берсеркером, но Бренна не думала, что эти молодые воины из ее историй как-то связаны с отцом.

Она рассказывала себе историю о том, как ведет через океан отряд воинов, когда треск и топот тяжелых шагов по лесу нарушили ее раздумья. Кажется, пришло время узнать, так ли на самом деле хорошо ее убежище, как она считала.

Ее сердце заколотилось, когда девочка опустилась на корточки и выглянула сквозь переплетающиеся корни дерева. Мужчина тащил за собой по лесу мальчика — тот выглядел чуть старше Бренны, но мужчиной из-за хрупких плеч и отсутствия щетины на щеках назвать его было нельзя. Мальчик сопротивлялся, его темные волосы трепало по ветру, но мужчина был намного больше, и он швырнул его наземь.

— На колени! — завопил мужчина.

Мальчик кое-как поднялся на ноги.

— Отец, пожалуйста!

— Ни слова больше! Ты сказал свое последнее слово, парень. Я сказал: на колени!

При этих словах мужчина выхватил топор — не боевой, а один из тех, что рабочие обычно носят за поясом — и ударил мальчика в колено.

Тот застонал от боли и упал на колени, ухватившись рукой за ногу, по которой ударил отец. Бренна, скрытая от чужих глаз в своем древесном убежище, ахнула и прикрыла рот рукой. Она ожидала фонтана крови, но ничего не было. Топор остался чист. Наверное, мужчина ударил своего сына обухом или плоской стороной. Малая милость, но все же милость.

Бренна испугалась, ее затошнило — и почувствовала, как в ней поднимается что-то новое, гнев, равному которого она никогда не чувствовала. Это было как огонь в суставах. Это заставило ее кулаки сжаться, а тело напрячься, готовясь оторваться от земли. Она хотела подняться на ноги. Она хотела сделать гораздо больше.

Но Бренна была всего лишь девочкой, сидящей под деревом, и под ее рукой не оказалось ничего, похожего на оружие. Она огляделась в поисках камня или палки, но вокруг не было ничего подходящего.

А потом мальчик издал странный сдавленный звук, и Бренна снова обернулась к нему. Его отец взял его за голову — нет, за язык. Он вытащил язык изо рта сына и зажал его меж пальцев. Мальчик отчаянно бился в его руках, но мужчина, должно быть, был очень силен. Она не понимала, зачем мужчине язык своего сына.

А потом она увидела нож и поняла.

Бренна вскочила на ноги, прежде чем осознала, что делает, и ринулась к ним, маленькая девочка, мелкая для своего возраста, без доспехов, только в легком шерстяном летнем хангероке.

— СТОЙ! — закричала она, двигаясь прямо на них. — СТОЙ.

Мужчина остановился и повернулся к ней. Отвлекшись, он ослабил хватку, и мальчик, вырвавшись, тут же попытался сбежать. Однако раненное колено подогнулось. Он упал и пополз в сторону деревьев.

Мужчина повернулся к Бренне и сделал шаг в ее направлении, подняв руку, которой сжимал язык сына.

— Маленьким девочкам не стоит находиться в лесу одним. Они могут…

Он остановился, глаза расширились. Бренна поняла, что мужчина оказался достаточно близко, чтобы разглядеть ее глаза. Чтобы по-настоящему их разглядеть, в особенности, правый.

Она выпрямилась настолько, насколько могла, и расправила плечи так, как только сумела. Ее сердце колотилось, а колени тряслись, но Бренна сумела сделать свой голос решительным и глубоким.

— Не трогай его.

Мужчина сделал рукой отвращающий колдовство знак и развернулся в сторону города, позабыв о сыне. Он не побежал, но пошел прочь так быстро, как только мог идти, не уронив достоинства.

Бренна повернулась к мальчику, все еще сидящему у дерева, его рот кровоточил, а колено опухало. Она улыбнулась и подошла ближе, чтобы помочь подняться или предложить привести помощь из города. Она хотела помочь ему.

Но его глаза расширились и наполнились страхом — оба ярко-голубых глаза — и он сделал тот же самый отвращающий знак, что и его отец.

Бренне казалось, что она уже свыклась с этим, но на этот раз страх ее ранил. Тяжесть упала на сердце, и она отвернулась.

Бренна вернулась в город и просидела в доках до тех пор, пока родители не решили, что пора домой. Она не стала проверять, ушел ли мальчик из леса.

И не придумала новой истории.

oOo

— Ух! — Бренна тяжело приземлилась, и уже без того больной копчик отозвался острой болью.

— Меч вверх, дочь. Ты должна это запомнить. Меч и щит, оба могут защитить, оба могут быть оружием, — отведя щит в сторону, отец протянул руку и помог подняться, потом отступил назад, взмахнув своим мечом. Они тренировались боевыми мечами всего неделю. — Еще раз.

Бренна стала в стойку и закружилась, следя за движениями отца.

— Я хочу работать с топором, — сказала она, блокируя удар щитом.

— Хорошо. Теперь атакуй.

Помня о том, что лучше поворот, чем шаг вперед, Бренна замахнулась мечом, целясь в плечо той руки, которая держала меч. Резать, но не колоть. Но отец легко парировал удар.

— Меч — первое оружие и самое важное, — он сделал движение, она парировала. — Когда ты научишься владеть мечом, ты перейдешь к топору.

Отскочив в сторону, Бренна почти достала его, заставив отца последовать за ней в попытке блокировать удар.

Ухмыльнувшись, он кивнул и добавил:

— А пока продолжай работать и не попадайся на глаза матери, — отец взмахнул щитом. — Хватит на сегодня. Она будет дома до заката, а у нас до ее прихода еще есть дела.

Он кивнул в сторону дома, и Бренна пошла следом за ним, зная, что первым делом придется почистить мечи. Отец настаивал на тщательном уходе после каждого использования, даже если во время тренировки была пролита лишь капля крови.

Сидя за столом, оттачивая и шлифуя тяжелое лезвие, Бренна ворчала.

— Она должна гордиться тем, что я хочу быть похожей на нее.

Ее мать была великой Девой-защитницей. В историю она вошла как Дагмар Дикое Сердце, легенды говорили, что она сражалась с троллями и даже великанами Ётунхейма.

Бренна знала, что истории о женщине, которая ее родила, приукрашены, но все же в ее величии была правда. Она видела своим странным глазом, как ее мать отражает нападение воинов с яростью и силой берсеркера.