Читаем Никогда онлайн бесплатно

Моим сокурсницам и моим студенткам –

всем, которые были, и всем, которых не было

«Утром сей семя твое,

и вечером не давай отдыха руке твоей,

потому что ты не знаешь,

то или другое будет удачнее,

или то и другое равно хорошо будет.»

(Еккл. 11:6)

– Слушай, я одной фишки не просек, – сказал Кирилл, когда они спустились обратно во двор. – Нахера ей понадобились справки из КВД?

– Это как раз ясно, – возразил Юрка. – Перестраховывается бабка.

– В каком смысле? И зачем ей перестраховываться? От чего, точнее?

– В самом прямом, – приятель достал сигареты, встряхнул пачку. – Помнишь, на первом курсе? «Не курить, не пить, девок не водить, и так далее.»

– И все равно мы то и другое и третье делали спокойно.

– Но с одной разницей. Там мы жили вдвоем, главное было заметать следы. А тут квартира с хозяйкой. При ней никого не приведешь. Плюс к тому она будет пользоваться одной с нами ванной и все такое. И наверняка думает, что мы с тобой весь город перетрахали.

–…Хотя на самом деле пока только полгорода…

–…И принесем в дом какую-нибудь заразу.

– Так зачем она тогда квартиру сдает? Тем более, таким, как мы! – воскликнул Кирилл – Лучше бы девок пустила, в поясах верности с ключами, спущенными в унитаз.

– Зачем, – Юрка выпустил струю дыма. – Затем. Бабке нужны деньги. А девок? Черт ее знает. Может, она с девками просто не уживается.

– А с нами уживется? – усмехнулся Кирилл. – И вообще… Что-то мне не нравится. Беспонтовый какой-то вариант. Может, еще поискать?

– Хера с два найдем. Надо было не хлебалами щелкать, а приехать пораньше. А сейчас что? Где теперь снимешь? В Ново-Александровке, откуда до Академии два часа на маршрутке?

– Дом, кстати, хороший. Наверно, пленные немцы строили.

– Суперский. Ты знаешь, какие сейчас «двушки». В одну комнату руки, в другую ноги, а жопу за окно, потому что девать некуда.

– Точно, Юрка. А тут «двушка» как пол-этажа. Один коридор от лестницы до кухни чего стоит! Мы бабку видеть лишний раз не будем!

– И она нас.

– Плюс к тому квартирка чистая. Не убитая и не заблеванная опездолами…

–…Вроде нас с тобой…

–…Именно, – Кирилл вздохнул. – В прошлом году мы, конечно, оттянулись по полной. Удивительно, что из академии не вылетели…

– А схуя из нее вылетишь, если деньги заплачены, – вставил Юрка.

–…Но как вспомнишь… Вспоминать не хочется. Кругом пивные бутылки и носки вмерзли в грязь, как Челюскин в лед. Самому теперь противно. Бабка вроде не стервозная. А где девок пипирить всегда можно найти.

– И не забывай про плату за жилье! В десять раз меньше, чем везде.

– Знаешь, Юрец… – Кирилл вздохнул. – А вот это мне показалось странным. Может, мы ослышались, а?

– Не ослышались. Ты на лестницу вышел, а я еще раз переспросил.

– В самом деле? А ты не выяснил, почему так дешево сдает?

– Что я – лох? – Юрка скривился. – Может, старая дура рынка не знает. Спроси – сразу накинет. Не так, что ли?

– Так-то оно так, – задумчиво пробормотал Кирилл. – Но я как-то слабо верю, что бабульки, которые сдают квартиры, между собой не общаются. Они не такие дуры, как нам хочется. Как бы подлянки в не вышло в оконцовке.

– Херня, – друг махнул рукой. – Это ты догадаешься. А она – бабка старая, на куски разваливается и белыми нитками прошит через край. Ну а что касается подлянки… Какая от бабки может быть подлянка? И вообще поживем – увидим.

– Увидим, да.

– Но ты главное прикинь, Кирюха, голова – два уха! Сколько нам черепа будут на съем отстегивать и сколько останется в откат?

– А я хотел обрадовать мать, что дешевую квартиру нашел.

– Ты что – говна объелся?! – испугался Юрка. – Не вздумай даже. Своим скажешь, мои прознают. Давай хоть один курс поживем по-человечески.

Кирилл молча пожал плечами.

– Стандартная плата червонец., – продолжал друг. –Если я восемь штук буду закраивать – ты представляешь, сколько за год набежит! Машину куплю!

– Скажешь тоже – «машину». Знаешь, сколько они стоят?

– Нифига. Подержанную штук за восемьдесят можно найти. И тогда…

– Тогда это тогда, а эти деньги еще надо накопить, – возразил Кирилл. И вообще, ты когда-нибудь сдавал анализы в КВД?

– Сдавал, ничего особенного, – отмахнулся Юрка. – Противно, когда тебе лезут шершавой пластмасской за мазком. Но можно перетерпеть.

– Придется. Других-то вариантов нет. Чем в общаге жить – лучше сразу удавиться.

– Поехали в КВД. Правда, я здесь адреса не знаю.

– В любую поликлинику зайдем и спросим, – сказал Кирилл, поднимаясь с заплеванной скамейки.

– Паспорта еще раз покажите, – приказала хозяйка.

Друзья протянули коричневые книжки с гербами.

– Ясно, – она удовлетворенно кивнула. – Не малолетки.

– Да, нам восемнадцать исполнилось, – подтвердил Кирилл.

– Ну тогда можете заселяться. Располагайтесь. Вечером поговорим.

– Вы нам ключи дадите? – спросил Юрка.

– Держи, – ответила хозяйка и протянула Кириллу два ключа на кольце.

– Одни? – спросил он.

– Одни. Если нужны каждому свои – сделайте копию, от ста рублей не обеднеете.

– Не обеднеем, – согласился Юрка. – Сделаем.

– Ну тогда до вечера, – еще раз сказала хозяйка. – Заселитесь – обсудим детали.

-–

Вещи лежали в камере хранения, после занятий пришлось везти их на такси.

Хозяйка ждала, смотрела, как друзья затаскивают сумки в прихожую, потом сказала:

– Пойдемте на кухню.

В воздухе ощущалось нечто недоговоренное.

Они прошли покорно, сели к столу, покрытому красно-белой скатертью.

Над ними возвышалась хозяйка – стояла у стены, скрестив руки под объемистым бюстом, глядела то на одного, то на другого.

– В общем так, мальчишки, – заговорила она, выдержав паузу. – У вас все в порядке. Плата за жилье не удивила?

– Удивила, – простодушно ответил Юрка. – Обычно…

Кирилл наступил ему на ногу и приятель замолчал.

– Знаю, что и как «обычно». Ваша плата будет состоять в другом.

Стало ясно, что они услышат нечто из ряда вон выходящее.

– А в чем? – спросил Юрка.

– Вы будете меня удовлетворять.

– Удовлетворять? – вырвалось у Кирилла. – К…как?

– Будто не знаете, – усмехнулась хозяйка.

– Трахать, что ли?! – Юрка ужаснулся.

– Ну, по вашему – трахать. По очереди. С понедельника по субботу. Воскресенье – выходной.

– Мы вас? – переспросил Кирилл.

– Да. Вы меня. Кстати, меня зовут Тамара Федоровна.

Хозяйка говорила спокойно, смотрела открыто.

– И для этого нужны были справки? – уточнил Юрка.

– Для этого. Не хочу ничего от вас подцепить.

– А мы разве будем без… – заговорил Кирилл так, будто это составляло главную проблему.

– Без, – перебила хозяйка. – Вы думаете, я с вами собираюсь получать удовольствие?

– Не думаем, – автоматически ответил Юрка.

– Правильно, что не думаете. Сдались мне ваши пипки! Мне нужны мужские гормоны. Ни о какой резине речи не идет.

– Но получается…

– Ничего не получается. Я знаю, что ты имеешь в виду. Как вам продолжать со своими сикильдявками?

Юрка хотел что-то сказать, но сдержался.

– Можете весь институт переиметь. Но в средствах предохранения. А если кто мне что-нибудь занесет, обоих выгоню. Ясно?

– Ясно, – пробормотал Кирилл.

– Вы этого не ожидали, – примирительным тоном сказала Тамара Федоровна. – Но так живет половина женщин моего возраста. Точнее, те умные, которые не ходят в церковь и не тратят всю пенсию на лекарства.

Поскольку друзья молчали, она уточнила:

– Мне пятьдесят семь лет, я старше ваших матерей. Испугались?

– Нет – ответил Кирилл, хотя думал иначе. – Просто… неожиданно как-то это.

– Согласна, – кивнула хозяйка. – Сегодня ухожу ночевать к подруге. Решитесь – оставайтесь. Нет – я не обижусь. Найдутся другие. Можно сказать, в очередь стоят.

Встав из-за стола, она прошла мимо, обдала запахом тела.

Потом щелкнула входная дверь.

-–

– Ну что? – с сомнением спросил Кирилл. – Подпишемся? Или?

– А почему не подписаться? – Юрка пожал плечами. – Поимеем бабку, заимеем бабки.

– А у тебя на нее встанет?

– Встанет. Пизда – она и в пятьдесят лет пидза и в шестьдесят.

– А ты что – раньше слышал про такие условия?

– В общем слышал, – признался Юрка. – Но как бы не верил.

– Теперь веришь?

– Теперь верю, а куда деваться. Будем эту Тамару драть по очереди.

– Вот завтра ты и начнешь, – сказал Кирилл. – Покажешь пример.

– А что? И начну, – не очень уверенно согласился Юрка. – И покажу.

– Ну что, ребята? – спросила хозяйка, зайдя на кухню, где они ужинали чипсами и «Пепси-колой». – Как настроение?

– Да ничего, – ответил Юрка. – То есть все нормально.

Кирилл кивнул, ничего не сказал.

Насчет нормальности он сомневался.

– Значит, вы согласны на мои условия? Я правильно поняла?

– Правильно. Согласны. На все.

Юрка говорил и говорил, Кирилл молчал и молчал.

– Тогда давайте отметим, что ли, первый вечер.

Усмехнувшись, женщина полезла в холодильник, куда друзья еще не смели заглядывать.

– Перед первой ночью, – добавил Юрка, пытаясь нагнать решимость.

– Давайте закусим, я тут кое-что приготовила. И водочки для храбрости.

– Я водки вообще не пью, только пиво, – Кирилл покачал головой.

– Я тоже. Но немного, пожалуй, приму, – ответил Юрка. – Все-таки…

– Выпей пятьдесят граммов. В твоем возрасте не помешает. Только поможет.

Хозяйка налила граненый стаканчик, поставила перед Юркой.

Когда она склонилась к столу, в разрезе цветастого платья Кирилл увидел плотно сомкнувшиеся белые груди.

Он ощутил страх и что-то еще.

Интимное дело с женщиной, превосходящей материнский возраст, казалось одновременно и завлекательным и невозможным.

– Вы определили очередность? – спросила Тамара Федоровна. – Кто сегодня отрабатывает – Наф-Наф или Ниф-Ниф?

– Нуф-Нуф, – ответил Кирилл.

– Вообще-то я, – сказал Юрка и выплеснул в себя водку.

-–

Кирилл лежал в полной темноте.

Он мог смотреть телевизор, слушать музыку через смартфон или делать что-то на ноутбуке.

Планировка квартиры позволяла жить независимо от хозяйки.

Двухкомнатная, она казалась огромной, поскольку комнаты располагались по две стороны коридора в разных его концах, а сам коридор был длинным: видимо, за стеной к нему примыкала часть соседней квартиры.

Двери закрывались плотно, ни единого звука не пробивалось из помещения в помещение.

И сейчас Кирилл, сколь ни напрягался, не слышал, как Юрка отдает свою часть платы за жилье.

По большому счету, это его не касалось. Друг первым подписался на условия, договоренность следовало исполнять.

Но, видимо, с одногруппником за год совместной жизни возникла метафизическая связь, потому что Кирилл не мог расслабиться. Темнота казалась нервной.

Напряжение не давало ни читать, ни слушать музыку, ни писать сообщения.

Трудно было представить, как быстро управится Юрка – точнее, как много потребует от него хозяйка.

Но уснуть, не дождавшись друга, Кирилл не мог.

Поэтому он лежал на своей кровати и смотрел в темный потолок.

-–

Прошло не так много времени, когда дверь вздохнула и в свете, сочащемся из коридора, Кирилл увидел Юркину тень.

– Ну и как? – нетерпеливо спросил он.

– Обычно, – ответил друг.

В коридоре раздались хозяйкины шаги, лязгнула задвижка туалета.

– Дверь закрой, – шепотом сказал Кирилл.

– Потом закрою. Душно тут, надо проветрить.

Издали послышался бурный слив унитаза, стукнули двери, потом зашумел душ.

– Ну давай! – сказал Кирилл. – Расскажи, пока она моется. Как у вас получилось?

– Обычно.

– Ты кончил?

– Кончил. В первый раз и в корову кончишь, будто сам не знаешь.

– А как с ней трахаться вообще? Пизда больше, чем у девчонок?

– Не заметил, чтобы намного больше. Но говорю тебе: в первый раз хороша даже дырка в заборе.

– Но расскажи хоть, как ты ее трахал, – упорствовал Кирилл.

– Как-как… На люстре.

Прислушавшись к шуму, Юрка закрыл дверь.

– Обыкновенно. Так и сяк. По-разному. Потом она раком встала, я и кончил. У нее задница – с обеденный стол. А так даже не подумаешь.

– А она?

– Что она?

– Она с тобой кончила?

– Нет. Сказала, что у нее получается редко и вообще должна привыкнуть.

– Расскажи еще чего-нибудь, – попросил Кирилл.

– А что там рассказывать… – Юрка зевнул. – Завтра сам ее отъебешь и все узнаешь. Устал я что-то, давай спать.

В темноте зашуршала одежда, потом скрипнула кровать.

– Пизда у нее небритая, – донеслось до Кирилла уже сквозь сон. – Старорежимная. Но ты знаешь, втыкает сильнее, чем когда выскоблена, как Турбаслинская курица.

Своей очереди Кирилл ожидал с трепетом.

Освободившись в академии, друзья зашли в дешевое кафе и съели по гамбургеру.

Сидеть на кухне не хотелось, они спрятались у себя.

Юрка сразу упал в контакт, принялся с бешеной скоростью набирать тексты.

Кирилл лег на свою кровать, включил ноутбук, но не мог понять, чего ему хочется.

Время летело со скоростью света и одновременно стояло на месте.

Он не помнил в котором часу вчера ушел Юрка, и сейчас не знал: ждать, пока хозяйка позовет, или идти самому.

Промаявшись бог знает сколько, Кирилл высунулся в коридор.

Там стояла плотная темная тишина.

Было непонятно, дома ли хозяйка вообще.

– Юрка! – позвал он, снова закрывшись. – Как ты вчера… Она позвала, или ты сам?

Друг не ответил.

Телефон издал несколько сигналов о пришедших сообщениях: переписка с девчонками достигла пика.

– Ептвою мать, у тебя уши заложило?

– А? Чего ты спросил?

– Я спросил, как ты вчера пошел трахаться? Сам или она позвала?

– Мудила, не помнишь нихера. Мы водки пидараснули, потом к ней в комнату пошли. Ну, то есть, я сначала в душ, она ждала.

– Ясно, – пробормотал Кирилл.

Не в силах больше терпеть, он не лег обратно, прошел на кухню и усиленно загремел чашками.

Хозяйка возникла через полминуты, словно слушала и ждала действий.

– Я тут… Чаю решил попить, – сдавленно пояснил он. – И вообще…

Тамара Федоровна молчала, стояла у стола.

Обтянутая платьем грудь нависала, как скальный обрыв, заросший полевыми цветами.

Кажется, она была привлекательной. По крайней мере, могла вызывать нескромные мысли.

И… даже желания.

– А мне… когда? Сейчас прямо? Или?

– Я тебя сама позову, – по-домашнему ответила женщина. – Сначала посмотрю телевизор, потом сделаю кое-какие дела. Ты подкрепись. Сметаны хочешь?

– Сметаны? – Кирилл махнул. – Нет, я ее не люблю.

– Зря, – с усмешкой сказала она. – Тебе будет полезно.

Он покраснел, поняв, о чем речь.

– Прими душ. Там есть гель, новый, на полочке отдельно. Пипку как следует вымой. Потом полежи, отдохни. Часов в одиннадцать будь готов.

– Хорошо, – ответил Кирилл.

Ему понравилось, что у хозяйки все идет по расписанию.

-–

Прохладный душ освежил, в комнате стоял сумрак, попискивание Юркиного смартфона убаюкивало.

Но Кирилла била нервная дрожь.

Он подскочил на кровати, когда раздался стук.

– Да-да, – беззаботно отозвался Юрка.

Дверь раскрылась.

В коридоре горел полный свет.

Падая сзади, он прорисовывал сквозь платье мощный силуэт хозяйкиных ляжек.

Кирилл невольно отметил, что на ней, кажется, нет трусов.

– Пойдем, – сказала Тамара Федоровна, вряд ли что-то видя в темноте.

И, не дожидаясь ответа, удалилась.

Кирилл встал, завернулся в простыню.