Читаем Невидимая онлайн бесплатно

Глава 1. Невидимая

Щелчок замка прозвучал ровно в двадцать два ночи. Я даже не смотела на часы — Вадим всегда возвращался в одно и то же время, с точностью до минуты.

Я отложила книгу, поднялась с дивана и пошла в прихожую. Всё по давно заученному сценарию: забрать из его рук тяжелый кожаный портфель, повесить на плечики пиджак, подать домашнюю одежду.

— Привет, — я попыталась улыбнуться и чуть потянулась к нему для поцелуя.

Вадим привычно уклонился, лишь скользнув губами по моей щеке, и сразу потянулся к экрану телефона, на котором беспрестанно вспыхивали уведомления.

— Привет, Маш. Тяжёлый день, на объекте опять косячат подрядчики, — пробормотал он, даже не глядя на меня. — Ужин разогрела?

— Всё готово. Запекла рыбу с овощами, как ты просил.

— Отлично. Я быстро поем и доработаю в кабинете, надо отчет закрыть.

Я пошла на кухню, накрыла на стол, налила его любимый минеральный сок. Вадим сел за стол, положил телефон рядом с тарелкой и уткнулся в цифры. За весь ужин он не сказал ни слова. Я сидела напротив, крутя в руках чашку с уже остывшим чаем, и смотрела на него.

Раньше — лет пять назад, когда мы только познакомились — он умел смотреть с нежностью. Рассказывал о планах, смеялся, замечал новую причёску или платье. Куда всё это ушло? Когда именно я превратилась в удобный предмет интерьера? В функцию, которая обеспечивает идеальный быт, чистоту и горячую еду, но сама по себе не представляет никакого интереса?

Вадим был хорошим мужем по меркам большинства моих подруг: не пил, не поднинал руку, исправно переводил деньги на хозяйство и никогда не устраивал громких скандалов. Но его абсолютное, ледяное безразличие ранило больно и глубоко. Он просто перестать менявидеть .

— Вадим, — тихо позвала я.

— М-м? — не отрываясь от экрана.

— Мы давно никуда не ходили вместе. Может, в субботу в кино? Или просто погуляем в парке?

Он наконец поднял глаза, но в них читалось лишь легкое раздражение и усталость.

— Маш, ну какое кино? У меня сдача проекта на носу. Тебе скучно? Запишись на йогу, найди хобби, съезди к маме. Перестань выискивать проблемы там, где их нет. У нас всё нормально.

«У нас всё нормально». Эта фраза стала его любимой отговоркой.

Он доел, сухо поблагодарил и ушёл к себе в кабинет, плотно прикрыв дверь. А я осталась одна на кухне — со стерильной чистотой, тишиной и давящим чувством полного одиночества в собственном браке.

Я подошла к окну. За стеклом шумел осенний дождь, стекая по раме длинными каплями. В отражении на меня смотрела 32-летняя женщина с потухшим взглядом. Красивая, но совершенно угасшая.

Я была для него невидимкой. И самое страшное — я сама начинала верить, что меня действительно нет.

Глава 2. Встречный поток

На следующий день погода испортилась окончательно. К вечеру небо затянуло тяжёлыми тучами, и над городом повис плотный, унылый дождь.

Вадим написал короткое сообщение ближе к шести:«Задержусь. Купи минералку, в доставке не было» .Ни «как дела», ни «хорошего вечера». Простая директива.

Я вздохнула, натянула привычный тёмный плащ, забрала шопер и вышла на улицу. Осенний холод мгновенно пробрал до костей. В супермаркете я застряла дольше обычного: помимо минералки набрала продуктов на пару дней вперед. В итоге из магазина я выходила с двумя увесистыми бумажными пакетами. Пальцы оттягивало, а мокрая ручка одного из пакетов грозила вот-вот порваться.

Я шла вдоль проезжей части, поджав губы от холода. Капли дождя стекали по лицу, липли к щекам мокрые пряди волос. Внутри всё сжималось от глухой, привычной тоски. Я думала о том, что сейчас вернусь, разложу продукты, приготовлю очередной ужин, а Вадим даже не заметит, что я промокла.

Вдруг за спиной раздался низкий, бархатистый рокот мощного мотора.

Я даже не успела сообразить и отойти подальше от края тротуара. Тёмный спортивный автомобиль на скорости пролетел мимо, и из глубокой лужи у бордюра на меня обрушилась целая волна ледяной, грязной воды.

— Чёрт! — вырвалось у меня.

Я замерла на месте, ошеломлённая. Вся левая сторона плаща намокла насквозь за считанные секунды, ледяная вода затекла прямо в обувь. Пакеты в руках отсырели, а на глаза вспышкой навернулись слезы — не от испорченной одежды, а от невероятной, накопившейся обиды. Это была последняя капля.

Впереди вспыхнули яркие красные сигналы стоп-огней. Машина резко затормозила и, плавно сдав назад, припарковалась прямо у тротуара.

Дверь премиального чёрного авто распахнулась. Из нее вышел парень.

Он был невероятно высоким и статным — широкие плечи и крепкая грудь угадывались даже под элегантным тёмным пальто. Короткая стрижка, резкие, породистые черты лица, уверенный взгляд и ни намёка на щетину. Ему было от силы лет двадцать пять, но от него веяло той особой, спокойной реальностью и богатством, которые невозможно сыграть.

Он быстро шагнул ко мне, оценил масштаб катастрофы и нахмурился:

— Чёрт, извините! Я поздно заметил лужу. Вы целы?

Я стояла, сжимая в руках отсыревшие пакеты с едой, и снизу вверх смотрела на него. При моём среднем росте я едва доставала ему до груди.

— Я… да, — тихо пробормотала я, вытирая мокрую щеку тыльной стороной ладони и чувствуя, как предательски дрожит голос. — Всё в порядке.

Парень сделал шаг ближе. В его тёмных глазах не было снисхождения или торопливой фальши. Там читалось искреннее беспокойство и какое-то странное, пристальное внимание, от которого у меня перехватило дыхание.

— Ничего не в порядке, вы же насквозь мокрая, — мягко, но твердо произнес он, опустив взгляд на мои дрожащие руки. — Давайте я помогу. Меня Марк зовут.

Глава 3. Тепло

— Марк, — повторил он, легко перехватывая из моих затекших пальцев тяжелые бумажные пакеты.

Я даже не успела возразить. Он сделал это настолько естественно и уверенно, словно забота о незнакомке под проливным дождём была для него привычным делом.

— Я… Маша, — выдохнула я, судорожно обнимая себя руками за плечи. Мокрый плащ неприятно лип к телу, а зубы от холода начинали выстукивать дробь.

— Очень приятно, Маша, — он чуть улыбнулся, и от этого улыбки его строгое, волевое лицо мгновенно преобразилось, став удивительно тёплым. — В машину, быстро. Вы замерзли.

— Нет-нет, что вы, мне тут два квартала дойти, я не хочу вам пачкать салон…

Марк даже не стал слушать мои робости. Он шагнул к пассажирской двери своей машины, открыл её одной рукой, а второй бережно поставил пакеты на заднее сиденье. Повернувшись ко мне, он посмотрел прямо в глаза — так глубоко и открыто, как на меня никто не смотрел уже очень давно.

— Маша, вы промокли до ниток, а на улице плюс пять. Залезайте, я подвезу. И это не обсуждается.

Я подчинилась. Сев на мягкое кожаное сиденье, я тут же погрузилась в мягкое тепло: в салоне пахло дорогим парфюмом — чем-то древесным, с легкой ноткой кожи и табака — и работала печка. Через секунду Марк обогнул авто, сел за руль и мягко захлопнул дверь, отсекая шум дождя и холодного города.

Он сразу же включил подогрев пассажирского кресла и, потянувшись к заднему сиденью, достал плед.

— Держите, укутайтесь.

Марк наклонился ближе, помогая накинуть плед мне на плечи. На мгновение его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от моего. Я разглядела маленькую родинку у его левого виска, идеальную гладкость выбритой кожи и услышала его ровное дыхание. Сердце в груди предательски подскочило, а к щекам прилила волна жара.

— Спасибо… — тихо шепнула я, пряча руки под мягкую ткань.

— Куда мы едем? — спросил он, плавно снимая машину с ручника. Двигатель отозвался тихим, мощным урчанием.

Я назвала адрес. Марк кивнул и плавно тронулся с места.

Первые пару минут мы ехали в молчании, но это не было то давящее, тяжелое молчание, к которому я привыкла дома с Вадимом. Наоборот, атмосфера в машине казалась защищенной и уютной.

— Вы часто ходите с такими тяжестями в одиночку? — вдруг спросил Марк, мельком глянув на меня . — Муж или парень не мог встретить?

Вопрос попал точно в цель. Я горько усмехнулась и посмотрела в окно на мелькающие огни фонарей.

— Муж занят. У него работа.

— Понятно, — емко ответил Марк. В его голосе проскользнула едва уловимая сталь. — Быть настолько занятым, чтобы отпустить жену одну под проливной дождь с пакетами… Спорный приоритет.

Я ничего не ответила, лишь сильнее сжала край пледа. Мне было дико и непривычно, что совершенно чужой, молоденький парень за пять минут общения проявил ко мне больше участия, чем собственный муж за последний год.

Машина плавно затормозила у моего подъезда. Марк заглушил двигатель, вышел из машины, достал пакеты и снова открыл мою дверь, подавая руку.

Когда я вложила свою ладонь в его — большую, горячую и сильную, — по коже пробежал ощутимый разряд тока.

— Я провожу до лифта, — не принимая возражений, сказал он.

Глава 4. Разные миры

Он довёл меня до самой двери подъезда, не позволив взять пакеты даже у домофона. Когда тяжёлая металлическая дверь захлопнулась, отсекая холодный дождь, в тесном холле первого этажа стало оглушительно тихо.

— Спасибо вам ещё раз, Марк, — я опустила глаза, чувствуя, как неловкость смешивается с непривычным ощущением защищённости. — Из-за меня вы потеряли время. И салон измазали…

— Маша, прекратите, — он мягко перебил меня, ставя пакеты на сухую скамейку у лифта.

Он шагнул ближе, оказавшись совсем рядом. В замкнутом пространстве холла его высокий рост и широкие плечи ощущались особенно отчетливо. Марк смотрел на меня сверху вниз, и в его тёмных глазах больше не было спешки — только открытый, сбивающий с толку интерес.

— Вы замерзли и промокли. Примите горячую ванну и выпейте чай, — он на секунду помедлил, а затем достал из кармана пальто стильную визитку из плотной тёмной бумаги и протянул её мне. — Это мой личный номер. Если пакеты промокли и что-то порвалось, или если просто… захотите выпить кофе в сухую погоду — напишите.

Я замерла, глядя на лаконичные серебряные тиснёные буквы:«Марк. Автоспортивный клуб» .

— Я не… — замялась я, но под его прямым взглядом слова застряли в горле.

— Напишите, Маша. Мне бы очень этого хотелось, — тихо, но чертовски убедительно произнёс он.

Марк ещё мгновение смотрел на меня, затем едва заметно улыбнулся, повернулся и вышел на улицу, оставив после себя лишь легкий шлейф дорогого парфюма.

Я поднялась на свой этаж, словно во сне.

В квартире было тихо и темно. Зайдя в прихожую, я увидела полоску света под дверью кабинета. Вадим даже не вышел встречающе щелкнуть замком — он был поглощен отчётами.

Я разулась, сняла насквозь мокрое пальто и прошла на кухню. Разложила покупки, поставила минеральную воду в холодильник и сжала в ладони маленькую тёмную карточку. Пальцы до сих пор помнили тепло руки Марка.

— Маш, ты пришла? — из кабинета донесся сухоховатый голос мужа. — Положи воду на стол, я позже заберу. И сделай чай, если не сложно.

Я стояла посреди идеальной, стерильной кухни, смотрела на карточку с номером Марка и впервые за долгие годы четко осознала: в этом доме я действительно невидима. Но где-то там, за пределами этой квартиры, есть человек, который заметил меня даже сквозь стену проливного дождя.

Глава 5. Первые искры

Два дня пролетели как в тумане. Визитка Марка лежала под чехлом моего телефона — твёрдая, тёмная, словно маленькая тайна, о которой никто не должен был знать.

Вадим все эти дни жил в своём привычном ритме: уходил до того, как я просыпалась, и возвращался ближе к полуночи, пахнущий офисным кофе и усталостью. Он был всё так же вежлив, всё так же далёк. За ужином он рассеянно слушал мои редкие фразы, кивал в экран ноутбука и ни разу не спросил, как прошёл мой день.

В субботу днем, когда Вадим уехал на очередной внеплановый осмотр объекта, в квартире воцарилась звонкая, давящая тишина.

Я сидела у окна, крутя в руках телефон. Пальцы сами достали визитку. Сердце колотилось где-то в горле.«Что я делаю? Мне тридцать два, я замужем…» — шептал голос разума. Но следом всплыло другое чувство — воспоминание о том, как Марк смотрел на меня под дождём. Не как на функцию, не как на тень, а как на красивую, живую женщину.

Сжав зубы, я открыла мессенджер и набрала номер.

«Здравствуйте, Марк. Это Маша. Вы предлагали кофе… Предложение ещё в силе?»

Ответ пришёл мгновенно, буквально через полминуты:

«Здравствуйте, Маша! Очень рад. Предложение более чем в силе. Буду у вашего подъезда через тридцать минут. Подойдёт?»

У меня перехватило дыхание. Никаких «посмотрим», «я занят», «давай потом». Просто и без колебаний.

Через полчаса я спустилась во двор. Дождь прекратился, но город оставался сырым и прохладным. У тротуара уже стоял всё тот же чёрный автомобиль. Завидев меня, Марк тут же вышел из машины.

Сегодня на нем был тёмно-серый кашемировый свитер с высоким горлом и куртка. Без строгого пальто его атлетическая, мощная фигура казалась ещё более впечатляющей — широкая грудь, разворот плеч, подтянутый и статный силуэт. Он улыбнулся — открыто, белозубо — и шагнул навстречу.

— Прекрасно выглядите, Маша, — произнёс он вместо сухого приветствия, и от его низкого голоса у меня по спине пробежали мурашки.

— Спасибо… — я слегка смутилась, поправляя волосы.

Он плавно отворил для меня дверцу, а когда я садилась, на мгновение задержал руку у меня за спиной — не касаясь, но создавая то самое ощущение тепла и защиты, от которого замирало сердце.

Мы поехали в небольшую, скрытую от посторонних глаз кофейню в центре. Марк сам сделал заказ, запомнив из нашего первого разговора под дождём, что я предпочитаю капучино без сахара.

Когда нам принесли кофе, он скрестил пальцы на столе, подался чуть вперёд и посмотрел мне прямо в глаза:

— Ну, расскажите о себе, Маша. Чем вы живёте? О чём мечтаете?

Я замерла с чашкой в руках. Этот простой вопрос прозвучал так искренне, что у меня сжалось горло. Вадим не спрашивал меня о мечтах уже лет пять.

Глава 6. Чужое внимание

Разговор в уютном полумраке кофейни завязался удивидельно легко. Без натянутых пауз, без изнурительного подбора слов. Марк умел слушать — внимательно, почти не моргая, поглощая каждую мелкую деталь.

— Я раньше много училась, хотела развиваться в дизайне, — призналась я, крутя в руках тёплый бокал. — А потом… погрузилась в быт. Семья, дом, поддержка мужа. И незаметно для самой себя просто растворилась. Знаешь, это ощущение, когда ты вроде бы делаешь всё правильно, а тебя самой в этой жизни больше нет?

Марк чуть нахмурился, в его тёмных глазах проскользнула тень понимания. Он накрыл мою ладонь своей — крупной, горячей и надёжной. От этого простого, но такого откровенного жеста по коже пробежал электрический ток.

— Это не норма, Маша, — тихо, но твёрдо сказал он. — Ты слишком живая, слишком красивая, чтобы быть чьим-то фоном. Человек, который рядом, должен видит тебя. Каждую секунду.

От этих слов у меня перехватило дыхание. Я смущённо опустила взгляд на наши сцепленные руки и решила перевести тему:

— Марк, а сколько тебе лет? Ты держишься так уверенно, но…

— Двадцать пять, — легко улыбнулся он, совершенно не смутившись. — Тебя смущает разница?

— Мне тридцать два, — честно выдохнула я, ожидая увидеть в его лице хоть каплю замешательства.

Но Марк лишь чуть приподнял бровь, и его улыбка стала ещё теплее: