Читаем Невеста конкурента онлайн бесплатно

Какого черта он идет за мной.

Ускорила шаг и оглянулась.

И этот тип в надвинутом на лоб капюшоне тоже ускорился.

Улица освещена фонарями. Но глубокая ночь, и машин нет совсем, я забралась в отдаленный район города.

И у меня сел сотовый. Даже такси не вызвать.

А он идет за мной.

Свернула на пустую в это время остановку и снова оглянулась.

Тип в серой толстовке поперся следом.

Господи, да что ему надо.

Поправила рюкзак на плече. Там у меня только учебники, пособия, флакончик духов и немного денег.

Сходила в библиотеку, называется.

Но город новый, незнакомый, а я плохо ориентируюсь. А завтра мой первый рабочий день в универе, и это настоящее счастье, что меня взяли под конец года. У них на днях уволилась препод по психологии.

Мне это место просто необходимо, но если я утром не приду на свою первую пару потому, что меня сейчас убьют…

Оглянулась — не отстает. И расстояния между нами еще меньше стало, к моему ужасу. Захотелось достать кошелек и швырнуть в него.

И побежать.

Но, может, я нагнетаю? И нам в одну сторону, только и всего.

Прошла остановку и заплеванную урну, майский ветерок подхватил пустую упаковку из-под чипсов, и она зашуршала по асфальту.

Приглушила шаги этого типа в капюшоне.

Или он отстал, наконец?

Обернулась.

Идет.

Черт бы его побрал, мне ведь страшно.

Прошла мимо дома с огромным граффити голубого сердца во всю стену. Миновала отдел ЗАГСа, закрытый алкомаркет, пивнушку.

И вдоль низкого заборчика, за которым высажены молодые деревца, почти побежала к светофору.

И услышала — он тоже побежал.

Заткнула себе рот ладонью, подавилась визгом. Пролетела по пешеходному переходу к мигающему светофору, на другую сторону улицы.

И с облегчением увидела светящуюся вывеску какого-то ночного бара. У дверей собралась толпа — в основном парни, и с ними пара размалеванных девчонок. Громко разговаривают, весело смеются.

И раньше я бы поспешила обойти нетрезвую компанию стороной.

Но только не сейчас.

Метнулась прямиком к ним.

— Пожалуйста, — ухватила за рукав рубашки одного из парней. Он что-то рассказывал и прервался. Повернулся на меня. И медленно выпустил сизый дым уголком губ.

— Да? — голос бархатный, глубокий, совсем взрослый, мужской. А сам парень — типичный мажор, что днями спит, а ночами пропадает в клубах. В ухе крупная серьга, рукава рубашки закатаны и открывают обзор на цветные татуировки. Джинсовая куртка повязана на бедрах.

Темные волосы зачесаны назад, висок выбрит.

Разговоры смолкли, и все уставились на меня, но момент, чтобы стесняться — неподходящий.

— Можно одолжить у вас телефон позвонить? — посмотрела через плечо. — Мой сел. И меня преследуют.

Тот тип в толстовке неторопливо перешел дорогу. Надвинул капюшон еще ниже на лоб и двинулся в противоположную от бара сторону.

И остановился под козырьком магазина цветов.

— Кто преследует? Вон тот говнюк? — мой спаситель затянулся сигаретой. Выпустил дым и сощурился. — Пацаны, я отойду, — бросил он своей компании.

— Макс, ты серьезно что ли? — визгливо возмутилась одна из девиц. — Куда ты пошел, эй!

Макс, не обращая на нее внимания, шагнул в сторону магазина.

— Не надо, не надо туда идти, — удержала парня за джинсовую куртку, что болтается на бедрах. — Просто дайте телефон. Или вызовете такси.

Он послушно остановился, повернулся на меня. И с интересом оглядел мое черное строгое платье с глухим воротником.

Обычные туфли без каблуков.

И светлые волосы, собранные в старомодную шишку на затылке.

Небо и земля между мной и теми девицами, с которыми он тусовался у бара. Мои мысли подтвердила его улыбка — кривоватая, изогнутая.

— Ты на училку похожа.

Какое точное наблюдение. Я и есть училка. И мой первый рабочий день начнется уже через несколько часов.

Если я все-таки доберусь этой ночью домой.

— Вы вызовете такси?

— Вызову, — он лениво пошарил в кармане черных джинсов и вытянул сотовый последней модели в строгом мужском чехле. — А ты меня на чай к себе позовешь? — спросил, не поднимая головы от экрана, на котором высветилось приложение.

Свет упал на его лицо, и я увидела — он еще моложе, чем показался вначале. Наверняка недавно отпраздновал совершеннолетие. Максимум — первокурсник.

Студент, к каким я с утра приду на пару.

— Ну так что на счет чашечки чая? — он вызвал такси. И поднял голову. Обаятельно подмигнул — от таких приемчиков его малолетние девицы штабелями под ноги укладываются, точно.

— Чай как-нибудь в другой раз, — сдержанно отказала. — Уже поздно, и я устала. Просто хочу скорее добраться домой.

— Я ненадолго.

— Зачем. Тебя ждут, — кивнула в сторону бара, на девиц, что насмешливыми презрительными взглядами сверлят во мне дыру.

— Эти? — Максим оглянулся. — Нет. С ними скучно.

— Со мной тоже веселого мало, — поправила на плече рюкзак с учебниками. Покосилась в сторону цветочного, где до сих пор околачивается тип в капюшоне.

Рядом с нами затормозила такси.

— Прошу, — Максим первым шагнул к машине и распахнул для меня дверь.

— Спасибо, спасибо, — пробормотала, забираясь в салон.

И повернулась, пораженная, когда парень подтолкнул меня по сиденью дальше. И уселся рядом.

— Я же сказала, — качнула головой, когда он хлопнул дверью. — Чаем не угощу.

— Я просто провожу. Мало ли, — с невозмутимым видом он откинулся на спинку.

Заиграл музыкой его телефон — девицы потеряли кавалера. Максим кинул взгляд на экран и сбросил вызов.

— Как тебя зовут? — повернулся на меня. — Спаситель заслуживает узнать имя?

— Эмма, — помедлила. И добавила отчество, — Эдуардовна.

— О как, — парень хмыкнул. И протянул мне ладонь. — Максим. Макарович. Шварц, — добавил с ухмылкой. — Ты бы понравилась моему отцу, Эмма Эудардовна.

Сделала вид, что не вижу его руки с черной татуировкой на кисти и отвернулась к окну.

Пока ехали начало светать, и город перестал казаться чужим и страшным, тот тип в серой толстовке — он как из кошмара, с рассветом из памяти стерся.

Машина остановилась возле старой пятиэтажки, в которой я на днях сняла квартиру. Нашарила ключи в боковом кармашке рюкзака и вышла на улицу.

— Спа… — начала, наклонившись в салон.

Но Максим вышел следом за мной, обошел авто.

— До двери провожу, — заявил.

— Это лишнее.

— А если опять кто-нибудь начнет преследовать?

— Не начнет.

— Уверена? — он шагнул ближе, вплотную ко мне и за талию притянул к себе. — Ладно, — не успела вырваться, как он наклонился к моему лицу. — Тогда вместо чая мне полагается поцелуй.

И его губы впечатались в мои. В мои, в удивлении приоткрытые, и горячий язык беспрепятственно скользнул в рот.

Опомнившись, уперлась ладонями в твердые плечи и невольно поразилась, какой этот парень крепкий, он мое сопротивление одним движением сломал.

Вжал в себя.

Язык столкнулся с моим, рот наполнил вкус мятной жвачки, алкоголя и табака. Непривычно, странно.

Дернулась.

И укусила его за губу.

— Черт, Эмма, зачем кусаться-то, — бормотнул парень и ослабил хватку. Пальцами потрогал губы, я вырвалась.

И не дожидаясь дальнейших приставаний рванула к двери, брякнула магнитным ключом по замку домофона.

— До встречи, Эмма. Эдуардовна, — послышался за спиной его насмешливый голос.

Хлопнула дверь.

Дома после душа забралась в постель и поставила будильник — три часа сна осталось.

И я проспала.

В окно уже солнце ярко светило, когда я металась по квартире и собирала сумку. Снова пришлось вызвать такси, чтобы успеть хотя бы на второй час пары, по коридору универа летела ракетой.

В аудиторию вошла медленно, с достоинством, с трудом скрывая рваное дыхание.

— Извините за опоздание, я Эмма Эдуардовна, до конца года веду у вас психологию, — протараторила, не глядя по сторонам, дошла до стола и остановилась, поставила сумку.

— Ну здрастье, Эмма Эдуардовна, — с притихших рядов раздался единственный голос. Знакомый голос.

Недоверчиво повернулась.

И обреченно выдохнула.

Да, это он. Наглый ночной спаситель, что на чай напрашивался и целовал меня у подъезда.

Мой студент.

Максим Шварц.

Макар

— Компания зарегистрирована на Бермудах, так что расслабься. Концов не найдут, — протянул партнеру зажигалку, когда он выщелкнул сигарету из жестяной коробки. — И хватит делать мне мозг.

— А этот твой? — Данил прикурил и крутанулся в кресле. — Слухи дошли, что под нас копают. ОБЭП.

— Они под всех финансистов копают, — усмехнулся и закрыл ежедневник. Сосредоточиться не могу. — Данил, езжай отдохни, что ли. К морю. На недельку.

— А ты?

— А у меня развод.

— Макар Александрович занят, к нему нельзя, — послышался из приемной нервный голос помощницы.

Которую мой сын проигнорировал, как всегда.

— Мне можно, — нагло заявил Максим и дверь распахнулась.

Лениво откинулся в кресле и с ног до головы оглядел свое отродье.

В последнюю неделю работы было дохрена, мы не пересекались почти. И у Макса словно еще больше татух стало за это время.

— Еще одна, и будешь похож на конченого зека, — поприветствовал сына.

— Я мнение динозавров не спрашивал, — он прошелся по кабинету и плюхнулся в кресло напротив Данила. — Здарова, Даня.

— Максим, — отдернул его. — Не зарывайся.

— Я, вообще, по делу, — сын бросил рюкзак под ноги и наступил на него белой кроссовкой. — Пять минут, пап.

— Ладно, на связи, — Данил поднялся, со спинки стянул пиджак.

— На счет отдыха подумай, — напомнил ему вслед. И когда дверь за партнером закрылась, уставился на сына. — Ну? Слушаю.

— Подарок хочу девушке купить, — Максим лопнул пузырь жевательной резинки. Придвинулся к столу и пальцем провел по уложенным в коробке сигаретам. Вытянул одну. И щелкнул зажигалкой.

— Ты совсем обнаглел, — кивнул на сигарету, зажатую у него в зубах. — Потуши.

— А что на счет подарка?

— Сколько?

Он неспеша затянулся. Красный уголек затрещал, сын стряхнул пепел в стальную пепельницу и нарочито медленно потушил сигарету.

— Машину хочу ей подарить, — он поднялся.

Я засмеялся.

— Машину? Соплюхам твоим? Не жирно, Макс? Купи колечко какое-нибудь и отвали от меня, работы сегодня выше головы, — придвинул к себе ежедневник.

— Она не соплюха, — сын уперся ладонями в стол, навис надо мной. — Новая училка.

— Вон оно что. Красивая? — изогнул бровь. — Как зовут?

— Какая разница. Дашь или нет? В долг.

— А вернешь через пять лет, когда на работу устроишься? — хмыкнул и пролистнул странички на сегодняшнюю дату.

— Ты же знаешь, я работаю. Пап. Срочно надо.

Ручкой постучал по столу.

Работает, конечно. К сыну у меня претензий минимум, он вундеркинд. Гений. Школу окончил экстерном и в пятнадцать поступил в институт, сейчас ему восемнадцать, и Макс на стажировке в какой-то крутой фирме, давно себя обеспечивает сам.

И я сквозь пальцы смотрю на его ночные клубы и вечно упоротых дружков, на шлюхастых девиц и безмерную наглость в общении со мной.

На фоне всего этого училка — не так уж плохо.

Но тачку ей дарить?

— Максим, — положил ручку поверх страниц. — Ты же у меня умный парень. Спортивный. Кроме бабла эту твою преподшу взять нечем? Давай так, — тоже поднялся. — Я пробью ее. И если…

— Я уже пробил, — Максим оттолкнулся от стола и прошелся по кабинету. С высоты седьмого этажа глянул в панорамное окно. — Не замужем, детей нет. Неделю назад переехала из другого города, снимает квартиру…

— Ну ясно, — перебил его и усмехнулся. — Провинциалка, не озабоченная моралью. Денег захотелось. Слушай, ну, шустрая училка. Неделю назад приехала. И уже тачку требует.

— Пап, да почему, — сын обернулся, поддернул рукав рубашки. — Не требует. Я сам хочу.

— Максим, нет, — поднял с пола его рюкзак и пересек кабинет, распахнул дверь. — Заработаешь — купишь. И машину, и дом, и остров. Подождет, если ты ей нравишься. Ты ей нравишься?

— Просто можешь дать денег в долг?

— Просто не могу.

Сын сузил глаза. Как перед дракой. Будто навалять мне собрался за эту ушлую бабу. Но нет у меня времени.

Вразумлять его сейчас.

— Максим, станешь старше — поймешь. Что подарками ты можешь купить женщину, ее тело. Но любить тебя за машину никто не будет. Давай, всё. Мне некогда.

Кинул рюкзак в приемную.

Сын поперся за вещичками. На выходе наградил меня таким взглядом, словно я у него эту училку уже вот прямо сегодня отбивать собрался.

От души хлопнул дверью.

Дурак.

Вернулся за стол и нажал кнопку вызова помощницы.

— Дарья Сергеевна? У Максима в универе новая преподаватель. На днях, как я понял, устроилась. Узнайте по ней, что там, как. Информацию к вечеру жду.

Эмма

Следующим утром услышала будильник вовремя, и даже позавтракать времени хватило. Проехала на маршрутке несколько остановок до универа.

И, набрав в грудь воздуха, прошла в открытые ворота.

Стоянка забита дорогими машинами. Тепло, и студенты тусят на улице, двинулась к крыльцу и вздохнула.

Я ведь точно такой же была.

Любимой папиной дочкой, которой покупали всё по первому требованию, стоило лишь пальцем ткнуть.

И папа, словно волшебник, бежал исполнять желания.

А потом я влюбилась. Уже на пятом курсе. Он перевелся к нам из филиала, спортсмен и умница, окруженный поклонницами — он сразу обратил внимание на меня.

Казалось, это у нас с первого взгляда и до старости, в богатстве и бедности.

Казалось.

Бедность его не привлекала, зато богатство моего отца очень даже.

Это случилось перед сессией. Я приехала к нему в общагу и выклянчила у вахтерши ключи от его комнаты, сюрприз хотела сделать.

Не вышло.

Он ввалился в комнату в обнимку с рыжей одногруппницей, они обо мне говорили, пока я стояла за шторой.

Что ему сейчас главное жениться на мне. И чтобы мой папа взял зятя в свой бизнес. А через годик-другой он заработает на собственное жилье.

И они с этой рыжей стервой, наконец, будут вместе.

Сил не хватило выйти из укрытия и пройти к двери, и вот я стояла и слушала. Как он ее трахает на старой продавленной кровати.

Как потом сессию сдавала — не помню, те недели прошли в тумане сплошном. Сразу, едва получила диплом — легла в клинику.

Они долго меня лечили. Но врачам ведь не объяснить, что таблетки тут не спасут, мне бы время назад уметь поворачивать.

И не быть такой доверчивой идиоткой.

А потом жила у родственников заграницей. Перестала краситься и покупать красивые вещи, в настоящую мышь превратилась, синий чулок.

Все это время я пряталась. Но не от него, от себя. Почти придумала ему оправдание, так легче гораздо — когда оно есть.

Оно правду прикрывает, ту самую, неприятную — сама по себе ты ничего не стоишь, тебя любят за деньги отца, Эмма.

Сейчас я заново могу все начать. В новом городе. Сама.

И никаких больше мужчин.

Ни за что и никогда.

— Эмма Эдуардовна!

Обернулась на окрик.

И сильнее сжала в пальцах ремешок сумки. Захотелось подняться скорее на крыльцо и сбежать. Но на парковке полно преподавателей, и вот потеха для них будет смотреть, как новая училка улепетывает от студента.

— Доброе утро, Максим, — поздоровалась, когда парень поравнялся со мной.

С утра он сияет, словно солнце, на щеках и подбородке щетина — она делает его старше. Через плечо перекинут спортивный рюкзак, на пальце брелок с ключами от дорогой тачки.

— Я пропустил вчера, когда вы ушли, — он шагнул к крыльцу, вместе со мной поднялся по ступенькам. — Хотел до дома подвезти. А то вдруг. Кто-то будет преследовать.

— Максим, давай забудем про тот случай, — прошла в холл, когда парень открыл для меня дверь.

— Как забудем? — он усмехнулся. — Может, я впервые в жизни влюбился, Эмма Эдуардовна.

— Может, не будем говорить глупости? — отрезала.

— Моя любовь — не глупость.