Читаем Мы не всерьёз онлайн бесплатно

Его жилистые ладони, испещрённые тонкими линиями замысловатых узоров, уверенно держали руль, а глаза внимательно следили за дорогой, видимость которой каждую секунду рассекали дворники. Притаившись рядом на пассажирском сиденье, на минуточку, своей же машины, я скрестила руки на груди и периодически не сдерживала недовольные вздохи. Мой взгляд то и дело метался от стены ливня за окном к водителю.

— Ну что? — Он на секунду покосился на меня.

— Ничего, — я пожала плечами, но таранить взглядом не переставала.

— Послушай, Мария, — вздохнул Гера и, не дожидаясь ответа, продолжил. — Я не могу доверить свой молодой, красивый, успешный зад женщине за рулём, тем более в такую погоду. — Он взглядом указал на лобовое стекло, за которым сплошным водопадом лил дождь. — Ни черта же не видно...

— Как-то же я сюда доехала, Ге-ра? А если гаишники?

— Я тебя умоляю. Пятьсот рублей штраф, — усмехнулся он, не переставая вглядываться в струны воды в свете фар. — Да и по такой погоде скорее здесь увидим семейство бобров, строящих плотину, а не гаишников. Доедем до города, я выйду, а за руль сядешь ты.

Наверное, в сотый раз с того момента, как мы уехали от Киры, я вздохнула. Мне совершенно не нравилось то, что за рулём моей шустрой малышки сидит какой-то непонятный тип, напрочь исписанный странными рисунками. Я ведь и подумать не могла, что друг Егора окажется настолько оборзевшим. Мало того что он беспардонно тянулся своими разрисованными ручищами ко мне ещё в доме Киры, так потом умудрился нагло примостить пятую точку на водительское сидение моей машины, стоило только открыть её.

«Женщина за рулём априори как обезьяна с гранатой. А в жуткий ливень тем более», — вот такой ответ получила я на свои отчаянные попытки вытолкнуть наглеца с водительского места.

Его татуированная клешня борзо выдернула ключи от машины из моих рук и захлопнула передо мной водительскую дверь. А я так и осталась стоять под начинающим набирать обороты октябрьским дождём, офигевая от уровня наглости.

И теперь недовольная и промокшая, я нервно смотрела на стрелку спидометра, лихо перескочившую за цифру сто. Гера оказался водителем не из робких. Заметив, что я недружелюбно поглядывала в его сторону, он как специально, театральным жестом поправил ладонью влажные, слегка волнистые пряди цвета тёмного каштана.

«Татуированный индюк», — я отвернулась к окну, которое продолжал полировать дождь, стуча огромными каплями.

Погода пустилась во все тяжкие. Тихая морось с ночного неба сменилась беспроглядным ливнем с порывами ветра. Кто бы мог подумать, что этот день выйдет именно таким. Жутко тяжёлым и выматывающим. Пока шли поиски Киры, я успела вытрясти себе всю душу. Мысль о подруге и её проблемах тут же отозвалась протяжным вздохом.

— Что ещё? — нетерпеливо цокнул Гера.

— Мне не нравится, что мы оставили с Кирой твоего друга, будь он неладен... — пробурчала я, сильнее кутаясь в свою ветровку.

— И что? — Гера пожал плечами. — Им давно пора поговорить, а потом заняться страстным сексом.

Я поморщилась:

— Всё у тебя так просто...

— Да, — утвердительно кивнул он, внимательно смотря вперёд на дорогу. — Не люблю, когда люди что-то усложняют и не усложняю ничего сам. Разговор – залог взаимопонимания и нормальных отношений.

Я с удивлением осмотрела своего непрошеного водителя. Так он ещё и философ разукрашенный...

— Да ладно? Мужчины шарахаются при слове «разговор».

— Безответственные – да, — Гера опять кивнул и, поочерёдно, то одной, то другой ладонью, закатил к локтям манжеты синей толстовки, обнажая витиеватые линии на смуглой коже.

А мои глаза непроизвольно уставились на мужские руки. Фу... Ни одного чистого сантиметра. И кому такое нравится? Хотя... Если только ради интереса, то рассмотреть все же можно было...

— А ты, походу, считаешь себя ответственным мужчиной? — с сарказмом улыбнулась я, переводя взгляд с рук на сосредоточенный профиль Геры.

Он позволил всего на пару секунд отвлечься от дороги и повернулся ко мне, а наши взгляды пересеклись первый раз за вечер. Я неосознанно зависла на чужих глазах с какой-то... глупой мыслью, вклинившейся в мою голову: «Ну прям как у девочки». Уж очень длинными и пушистыми оказались его тёмные ресницы, да ещё и на контрасте с янтарно-золотистыми радужками. Ему бы бантик на макушку, а не татухи по всему телу.

Гера одарил меня загадочной улыбкой, слегка приподняв уголки губ.

— Я мужчина, с которым можно и нужно разговаривать...

— А. Ясно, — хмыкнула я и, отлипнув взглядом от «девчачьих» глаз, равнодушно уставилась в окно.

Добавить мне было нечего. Как и разговаривать. Даже после такой саморекламы. Какой он там мужчина меня вообще мало волновало. Просто скорее хотелось попасть домой. Благо до города оставались считаные минуты и нужно было лишь терпеливо подождать пока Гера довезёт свой особенный зад в заданную точку.

— Тебе бы машину в сервис загнать, — вдруг задумчиво выдал он, побарабанив пальцами по рулю.

— Зачем? — нахмурилась я.

— Мне звуки не нравятся. Стук есть какой-то. И как вибрация в руль отдаёт странная. Не замечала?

Я честно попыталась прислушаться к гудению мотора через монотонное тиканье дворников, но потом отрицательно замотала головой:

— Тебя глючит.

— Ну твоя машина. Тебе решать. Женщины же шарят в тачках лучше, — ехидно выдал этот индюк.

— Тебя забыли спросить, — огрызнулась я, не выдержав очередного гендерного замечания про женщину и автомобиль. — Не нравится, высаживайся.

— Уже.

Машина плавно свернула с широкого проспекта набережной на узкую улочку, огибающую знакомое мне здание. Именно сюда я привезла Киру больше месяца назад. Именно здесь случилось то, что выбило мою подругу из колеи и аукается до сих пор. Место, которое тут же навеяло на меня неприятное чувство-клуб «Клетка».

— Что? Загнулась твоя богадельня. Что-то как-то тихо... — я нетерпеливо отстегнула ремень, готовясь чуть ли не одним прыжком снова занять свое место водителя.

Но Гера, как назло, делал все медленно: подкатил машину к «черному» входу здания, заглушил мотор, не спеша размял крепкую шею, не забыв хрустнуть затекшими позвонками. От того, чтобы двинуть с размаху друга Егора, меня отделяла ещё какая-нибудь бесящая мелочь.

— Ты не оправдано ядовита к моей «богадельне». Клуб успешно процветает. Сегодня просто выходной был. А завтра в семь утра я должен быть на работе. Если поеду сейчас домой, то хрен меня заставишь явиться сюда в такую рань вовремя, — словно не замечая, как уже нервно ерзала я на сиденье, Гера наконец отстегнул ремень безопасности.

— Я же сказала - неинтересно, — сквозь зубы процедила я, буравя глазами собеседника. — До свидания, Ге-ра.

Повернувшись лицом, он склонился ко мне ровно настолько, чтобы ненавязчиво терпкий, еловый аромат мужского парфюма заполнил молекулы воздуха вокруг меня. На секунду сознание пошло каруселью...

— Доброй ночи, Ма-ша, — передразнил Гера, широко улыбнувшись.

Я успела лишь пару раз, опешивши, хлопнуть ресницами, как он уже выскользнул из машины и, натянув капюшон толстовки на голову, шагал к запасному выходу из клуба.

— То же мне, — фыркнула, наблюдая, как высокая субтильная фигура растворяется в ливне, — мужчина, с которым можно поговорить. Вот и поговорили.

Чертыхаясь, я перелезла на водительское место, уже предвкушая, как скоро окажусь дома в тёплой кроватке и постараюсь вычеркнуть прошедший день: жуткий, сумбурный да и просто истинно дерьмовый. Но вот никак не ожидала, что все может быть ещё дерьмовее.

Повернув ключ зажигания, я услышала лишь унылые попытки мотора завестись. Один. Два. Три. Пять... Без толку. Моя машинка и не думала заводиться.

— Нет. Да не может быть... — заскулила я, понимая, что это не просто минутная проблема. — Ты же только что... Вот дерьмо! Гера!

Гневно стукнув кулаком по рулю, пулей вылетела из машины в сторону двери в клуб. Это точно он виноват! Как чувствовала, что моей малышке не понравятся эти изрисованные чёрт-те чем мужские ручищи. Пусть теперь и разбирается. Звуки ему не такие...

С боевым настроем я быстро проскочила через поток капель к той двери, где буквально только что исчез мой татуированный попутчик.

— Гера! — Мои кулаки с силой забарабанили по монолитному железному полотну.

Но никто и не спешил открывать дверь. Начиная уже пританцовывать от порывов сырого ветра, я снова что есть сил пустила в ход кулаки. И ногу. С размаху. Пару раз.

— Да какого хрена? — Дверь резко распахнулась, едва не прибив мою прозябшую фигуру к стене.

Угрожающе появившись в открывшемся проходе, Гера раздражённо уставился на меня, но приглядевшись, удивлённо поднял брови. — А ты чего не уехала?

— Что ты сделал с машиной? — я с ходу накинулась на него, а из моих глаз едва не сыпались искры.

— Я? В смысле?

— В коромысле! Она не заводится!

— Ясно. А я причём? — оторопел Гера.

Да он что? Издевается?

— Ты последний был за рулём, — меня уже начинало трусить и от холода, и от спокойной физиономии Геры. — Вот, — я раздраженно отлепила от лица свои спутавшиеся пряди волос, пропитанные дождём, и хмуро всучила ему в руки ключи от машины, — сделай что-нибудь. Я домой хочу.

Округлив глаза, он ещё раз осмотрел меня перед собой.

— Слушай, вот ты на вид такая маленькая, симпатичная, безобидная Маша, но сколько гонора-то... Ладно, — Гера со вздохом накинул капюшон толстовки на макушку. — Идём посмотрим...

Но машина так и не завелась. Как я не прыгала и не крутилась под дождем вокруг неё с причитаниями «Ну прошу... Ну, пожалуйста...» под хмурые попытки Геры оживить мотор. Без толку.

— Я же сказал, что тебе надо в сервис, — он наконец отдал ключи от авто мне, хлопнув водительской дверью.

А я растерянно уставилась на свою крошечную машинку и развела руками:

— Что это может быть? И как мне теперь?

— Всё что угодно: погнуло о поршни клапана или порвался ремень ГРМ...

Из всего сказано я не поняла ничего. Да и что нужно было понимать, стоя у поломанной машины в двенадцать ночи под проливным дождём рядом с совершенно незнакомой мне татуированной особью мужского пола. Дикое чувство беспомощности и усталости просто рухнуло на меня, тяжело придавливая собой.

— Думала, что дерьмовее сегодня уже быть не может... — простонала я, прикрывая глаза и чувствуя, как солёные слезы вот-вот смешаются с мокрыми каплями.

— Ой, нет. Только не реви. — Твёрдо раздалось рядом.

Я вздрогнула от неожиданности, когда мои плечи крепко обхватили ладони Геры, а саму меня уверенно подтолкнули вперёд.

— Куда? — встрепенулась я, пытаясь притормозить.

— На горячий кофе и сухой воздух. Такси домой вызовешь в клубе.

Первым моим желанием было отказаться от затеи тащиться с ним внутрь тет-а-тет, но мысль о согревающем напитке и месте, где не идёт дождь, сработали дополнительным пинком последовать за Герой. Я продрогла настолько, что даже терпкий запах его парфюма вдруг казался чем-то тёплым и успокаивающим.

«Если сегодня случиться ещё какая-нибудь дребедень... А вообще уже, наверное, плевать... Хотя бы кофе попью...».

— Американо, капучино, эспрессо?

— Кофе. Просто кофе, — выдохнула я, усаживаясь за барную стойку на высокий стул. — И покрепче.

Кивнув, Гера отвернулся к огромной кофемашине, стоящей у стены за баром, начиная то чем-то греметь, то шуршать. Чувствуя, как промокшая тонкая ткань ветровки запускает под кожу липкий холод, я стянула с себя курточку, бросив её на соседний стул, оставшись в одной чёрной футболке. А вот от влажных, спутавшихся волос было избавиться не так-то просто: ни расчески, ни фена. Поэтому кое-как отлепив пряди от шеи и лица, скрутила их в тугой хвост и закинула за спину. Но и это не помогло избавиться от мелкой дрожи, начавшей пробивать каждую клетку тела.

Обхватив себя за плечи, я постаралась расслабиться и отвлечься, начиная осматриваться вокруг, если это можно было назвать таковым. В огромном помещении клуба, где глухим эхом отзывались все манипуляции Геры у кофе машины, царила темнота. Лишь белая диодная подсветка бесконечно длинных полок с разносортным спиртным вылавливала общие очертания бара: широкая столешница из серого матового камня, ряды массивных стульев на длинных ножках, искрящееся стекло начищенных бокалов, и высокая фигура Геры, ловко справляющаяся с готовкой кофе.

— Стран-н-но так находится в к-к-лубе, где никого нет, да еще и т-т-емно. — Я промерзла так, что уже не контролировала стук собственных зубов.

— А мне очень нравится. В этом есть что-то притягательное, — Гера осторожно развернулся с чашкой в руках, медленно приближая ко мне пряный аромат кофе.

— Скорее жут-т-кое, — усмехнулась я, гипнотизируя чашку в татуированных ладонях... Или сами ладони. Чёрные линии ярко выделялись на фоне кипенно- белой посудины.

— Держи, — он аккуратно поставил передо мной дымящийся напиток, — это тебе кофе, а это... — подмигнув, Гера достал откуда-то из-под бара пухлую бутылку и, под мой вопросительный взгляд, щедро плеснул янтарных капель в чашку, — это погорячее. Как заказывала.

Успев рассмотреть название коньяка, я округлила глаза и неодобрительно покачала головой:

— Нет-нет, я за такой кофе не расплачусь... Знаю цену такой бутылочки...

— Я что? Не могу рисануться перед девушкой? Хозяин я этой богадельни или нет... — ехидно улыбнувшись, Гера закупорил коньяк и отставил его в сторону. Облокотившись на столешницу, он придвинул чашку ещё ближе ко мне и сам подался торсом чуть вперёд, а янтарных радужках заискрилась хитринка. — Да и оплату натурой ещё никто не отменял.

— Ага, вот, — я ткнула кукиш прямо в нос Гере.

— Жаль... — вздохнул он, не переставая лукаво пронизывать меня взглядом.

Пришлось сделать вид, что я даже не расслышал в его голове откровенные нотки разочарования. Обхватив горячую чашку замерзшими ладонями, сделала долгожданный глоток кофе и снова вздрогнула от непокидающего ощущения холода в конечностях:

— Черт, хоть бы не заболеть.

Нахмурившись, Гера вдруг оттолкнулся от столешницы и резко потянул свою толстовку за ворот, стаскивая её с себя. А я так и застыла с чашкой кофе в теплеющих ладонях, настороженно наблюдая за внезапным решением Геры устроить стриптиз.

Но красиво и эффектно снять вещи не вышло. Запутавшись в тесемках от капюшона, он на какое-то время завис с поднятыми руками и задравшейся белой футболкой, оголившей его сухой рельеф мышц. Мои глаза, даже не спрашивая надо мне это или нет, уставились на кусочек голого мужского тела перед собой. Взгляд непроизвольно замер на двух чётких линиях тату, идущие по обе стороны из-за спины к прессу. Тёмный рисунок стремился по животу вниз под пояс джинсов. У меня резко пересохло в горле, несмотря на только что сделанный глоток горячего кофе. Я отвела глаза в сторону, а дрожь, только в этот раз тёплая, расползлась по венам и застыла в самом низу моего живота, растворившись тянущим напряжением.

«Вот тебе и коньяк...» — одернула я сама себя, заерзав на стуле.

— Держи. Это тебе вместо твоей сырой футболки.