Читаем Малфой онлайн бесплатно

Россия. Приморский край. Деревня Иннокентьевка.

Вы смотрели сериал «Кадеты»? В одной из первых серий Макаров на экзамене по русскому языку сдал работу на тему «Утро в осеннем лесу», где было одно слово «Хреновое». Так вот, я категорически не согласен — утро в осеннем лесу замечательное! Чистый воздух, багряные листья, синее небо. Тайга осенью — это прекрасно. Прохладный воздух бодрит, опавшие листья шуршат под ногами, слышится стук дятла, сидящего на дереве. Я иду по всему этому великолепию с корзинкой и палкой, в резиновых сапогах, собирая все попадающиеся мне на пути грибы и ягоды.

Моя «грибалка» - это только повод улизнуть из дома и не помогать невестке по хозяйству. Мне нравится бродить по осенней тайге, вдыхать чистый воздух, смотреть на белок и бурундучков. Иногда на кедрах можно заметить висящие скелеты. Это собиратели шишек, которые сорвались и погибли. Высота дерева не позволяет добраться до тела. Труп обгладывают хищные птицы и медведи. Особенно гималайские мишки этим «балуются». Интересное наблюдение — медведь, вкусивший человеческого мяса, начинает отдавать предпочтение человечине. У таких мишек «крыша» немного съехала, и, вместо того, чтобы убегать от охотника, они наоборот пытаются его догнать и сожрать (как правило, Потапыч, догнав и убив человека, его не ест).

А вот тигр — киска умная, лишний раз на глаза не показывается. Увидеть можно только следы. Я встречал несколько раз тигра в тайге и видел в цирке и зоопарках. Ну, что могу сказать — в цирке им лучше. Шерсть лоснится, сами холеные, ленивые. А вот зоопарковые несчастные. Взгляд затравленный, шерсть тусклая, когтей нет. Таежные же кошки гордые, умные и хитрые. Но вечно голодные. Срок их жизни лет восемь-десять максимум. Хотя сейчас, когда защитники животных взялись за дело, стало лучше — дольше тигры живут, да и питаются неплохо. Каждый зверь на счету. Меня всегда мучил один вопрос — почему в тайге у тигра усы черные, а в зоопарках и цирках белые?

А вот леопарда я ни разу не видел. Только следы на снегу, когда они у деревенских повадились скотину воровать. Так жителям за скот приплачивали, лишь бы дальневосточного леопарда не трогали. На волков я и сам охотился. У меня даже волчья шкура есть! Защитники животных не понимают, что волков надо периодически уничтожать. Если их слишком много, то они отбирают кормовую базу у тигра и леопарда. Мои студенты меня за эти охоты ненавидят, кличку мне придумали «живодер». Было немного обидно, потом привык. Ну нет мозгов у нынешнего поколения! Хоть объясняй, хоть не объясняй про целесообразность той охоты.

Впереди показался ручей. Вода ледяная, вкусная! Младшая внучка Илона любит это место. Представляет себя волшебницей, а тайгу — запретным лесом. Насмотрелась этой муры про мальчика-который-не-сдохнет, теперь играет. В ее возрасте это простительно, ей всего десять. Хочет получить письмо из Хогвартса-Шмогвартса. Пришлось нам с сыном пересмотреть фильмы и найти в интернете умельцев, которые такие письма рассылают. Заказали для ребенка, пусть порадуется. Я был удивлен тем, сколько людей в эту чушь верят — пишут продолжение истории, покупают мантии, делают палочки. Бред-бредом! Внуки для сестренки собираются сделать палочку и купить принадлежности к школе. Ну, а кто главный спонсор? Конечно деда! Я хоть и кандидат экономических наук, но не миллионер! Не потяну весь этот «магический скарб». Так что, пусть старшие братья копят со стипендии.

По ту сторону ручья находится большая поляна. На ней много чего можно найти — грибы, ягоды, кабана, растерзанного медведем, остатки зайца или лисы. Хорошая полянка — «хлебная». Летом здесь были останки молодого кабанчика, видимо тигр или медведь задрали, я в следы не всматривался. Пособирал то, что продать можно населению поднебесной, да и ушел. А сегодня нет ничего.

Я присел на поваленную ель у края поляны.

В голове раздался звон и весь мир заполнила боль. Я упал, но каким-то образом смог обернуться. Последнее, что я увидел в этой жизни — огромная медвежья лапа с большими черными когтями. Последние мои мысли были не о жизни, а о том, что внучке письмо из Шмогвартса не передал. Темнота…

Школа чародейства и волшебства «Хогвартс». Урок ухода за магическими существами.

 — Да ты просто тупое животное! — сказал Драко Малфой, глядя в глаза огромному гиппогрифу.

Полуразумное существо не стерпело оскорбления. Гиппогриф встал на дыбы. Сверкнули когти. Подросток закрыл половину лица рукой. Клювокрыл стал наносить удары огромными когтями.

Хагрид опоздал всего на три секунды. Этого оказалось достаточно, чтобы животное распороло грудную клетку и оставило многочисленные порезы на теле ребенка. Лесничий подхватил мальчика и бегом направился в сторону замка…

Когда я открыл глаза первое, что я подумал: «БОЛЬНО»!

Я закрыл глаза и открыл их снова. Опять БОЛЬНО!

Закрыл глаза. Открыл. Да БОЛЬНО ЖЕ, МАТЬ ВАШУ!

Вновь темнота. Ну, хоть болеть перестало.

Сквозь сон доносился разговор. Причем говорили явно не на русском. На английском! Меня нашли в тайге и отправили в Англию? На какие шиши? Ничего не понимаю. А раз не понимаю, то послушаю.

 — Поймите же, раны от магических существ неизлечимы. Это на всю жизнь. Со временем они станут не такими яркими, — говорил мужской голос.

 — Какие мази и зелья будут нужны для скорейшего заживления? — спросил другой голос.

 — Я напишу список. В аптеке такого не купить, только на заказ. Ищите хорошего мастера.

Нихрена не понял. Ну, суть разговора мне понятна, а вот такие слова как «зелья», «магическое существо» меня напрягают. Я прислушался к дальнейшему диалогу.

 — Очень повезло, что ребенка сразу отправили к нам, а не в больничное крыло. Вы же знаете Альбуса — он не выносит проблемы на всеобщее обозрение. Залечили бы там, как сумели, да и отправили бы парня в класс. Не понимаю, чем он думал, когда назначал полувеликана без палочки профессором?!

 — Этот вопрос решается. Полукровка отстранен от преподавания. Под Альбусом шатается кресло.

Не понял?! Какой нахрен Альбус? Полувеликан?

Я резко открыл глаза, попытался подняться. Ребра и грудная клетка заныла. Я со стоном повалился на подушку.

 — Мистер Малфой, вам нельзя вставать! — сказал полноватый мужчина в лимонной мантии, второй человек, с белой шевелюрой, только покачал головой.

 — Зеркало! Дайте зеркало! — повысив голос произнес я.

Черт, голос не мой. У меня прокуренный бас, а этот совсем детский еще.

 — Мистер…

 — ЗЕРКАЛО! — кричал я.

Блондин взмахнул рукой, в которой была зажата палочка. Из нее стали выстреливать металлические полоски. Через пять секунд передо мной висело зеркало.

Б*ять! Б*ять! Б*ять! Где я??? Не мое тело! Не мое лицо! Я впал в ступор.

Из зеркала на меня смотрел… худенький мальчик лет тринадцати с белыми волосами, серыми глазами. Его верхняя часть туловища и левая рука были замотаны в бинты. Через правую половину лица проходил страшный шрам. Вы сериал про «Физрука» видели? Там у главного героя шрам на щеке. Вот удлините его, чтобы проходил через бровь, сделайте толстым в полтора сантиметра и красным. Вот такую «красоту» теперь мне носить.

 — Сын?

Так, соображай Володя — палки, зелья, мантии… Похоже я в мире Гарри Поттера. Вот не думал, что у меня такое посмертие будет. Идиотизм! Это же бред, детская сказка. Я пару раз натыкался в интернете на, так называемые, фанфики. Дурость откровенная, а вот, поди же ты, сам попал в такую ситуацию. Белыми там были Малфои. Они слуги безносого. Мда-а, видимо, я за «темных» играю.

 — Да, — сказал я севшим голосом.

 — Все хорошо?

 — Да.

 — Может зелье?

 — Какое?

 — Сна без сновидений.

 — Что со мной было? Как это убрать?

 — На вас напал гиппогриф. Раны, нанесенные магическими существами, не убираются. Это навсегда.

 — П*здец, — выругался я по-русски. — Дайте зелье.

Блондин подошел ко мне и поднес к губам какую-то склянку с сильным травяным запахом. Я послушно выпил и провалился в сон.

Я лежал на белоснежной простыне и пялился в потолок. Не понимаю — как это возможно? Меня задрал большой бурый или гималайский медведь на поляне в тайге. А теперь я здесь, в теле тринадцатилетнего пацана по имени Драко Малфой. Эту рожу украшает огромный шрам, который меня совсем не красит. Тело исполосовано когтями. Хорошо хоть, между ног все нормально.

Я все жду, что прозвенит будильник и я очнусь в родном Владивостоке, в своей высотке, а из окна будет виден Тихий океан. Все это воспринимается как игра, как сон! Я же Владимир Александрович Тенецкий, «Володя-живодер», кандидат экономических наук, преподаватель налогов и налогообложения в Дальневосточном университете, шестидесятилетний мужик, у которого трое внуков. Но никак не малолетний волшебник-недоучка по имени Драко Малфой. Верните меня обратно в мое тело!

Но сон не спешил развеиваться. Я засыпал в теле подростка и просыпался в нем. Сны не приносили блаженное забытье. В них, как в кинофильме, проходила вся жизнь мальчика по имени Драко — друзья, метлы, школа, родители, Поттер, скандалы, сплетни, деньги. Как в кино — я просто смотрел фильм о чужой жизни. Меня не трогали эмоции прежнего владельца, но и не было его умений. Я видел, как мальчик играет на рояле, фехтует, катается на лошади, учит заклинания, варит зелья и многое другое. Но это было просто «кино». Я вот смотрел фильм «Чужой», а убивать пришельцев не могу. М-да, засада.

На вторые сутки моего пребывания пришла красивая блондинка. Из снов я знал, что это Нарцисса Малфой — мать Драко. Она плакала, обнимала меня, что-то там говорила. А я? А меня это не трогало, сидел пришибленный и не знал, как себя вести с ней.

Дважды в сутки ко мне заглядывал целитель Сметвик. Спрашивал самочувствие, оставлял зелья на тумбочке. Я ему признался, что плохо помню прошлое, в голове туман. Он заверил, что это пройдет и память вернется. Знал бы ты, мужик, кто тут на самом деле поселился.

На третьи сутки меня посетил Малфой старший в сопровождении черноволосого мужчины с крючковатым носом. Память услужливо подсунула информацию о том, что это Северус Снейп, мой крестный, декан, лучший друг отца, зельевар и еще много чего-то там.

 — Как ты себя чувствуешь? — спросил Снейп.

 — Пока лежу все нормально. А как встану — очень грудная клетка болит и ребра. Целитель сказал, что я здоров и ничего болеть не должно.

 — Это фантомные боли, — ответил крестный. — Пройдут через дня два-три.

 — Долго я пробуду здесь?

 — Как только пройдут фантомные боли, поедешь домой, — ответил Люциус. — Сметвик сказал, что у тебя проблемы с памятью. Это правда?

 — Да, отец. В голове туман. Помню все частями. Я знаю, что умею фехтовать, но, если дать шпагу, у меня вряд ли что-то получится.

 — Нарцисса будет в ужасе, — усмехнулся Снейп, — ты не сможешь играть на рояле.

 — Смогу… наверное. Вальс смогу «На сопках Манчжурии», «полонез Огинского», вроде как «К Элизе» помню.

 — У-у-у! Люциус, можно я к тебе в гости не пойду? Мне дорога моя нервная система и мой слух.

Люциус рассмеялся. Я тоже выдавил из себя подобие улыбки. Снейп посмотрел мне в глаза, и голова заболела. Обхватив ее руками, я закрыл глаза и тихонько застонал.

 — Блок. Хороший блок. Я такого никогда не встречал.

 — Раньше ведь не было! Он как открытая книга.

 — Видимо то, что Драко чуть не погиб, сыграло свою роль. Окклюментный блок очень мощный. Это даже не щит и не стена, а просто темнота. Ничего нет. Дамблдор не сможет его ни прочитать, ни внушить что-то.

Голоса доносились как сквозь вату. Голова болела нещадно. Мне на плечи опустились чьи-то руки. Я не стал открывать глаза. Кто-то поцеловал меня в макушку и обнял.

 — Сейчас пройдет, — раздался надо мной голос… Снейпа.

 — Угу, — ответил я.

Интересно, а почему Снейп, а не Люциус? Я вроде как его сын. Это он должен тут бегать вокруг меня, а не Северус. Ладно, оставим на потом. Боль стихла, я открыл глаза и поднял голову.

 — Сегодня вечером к тебе придут авроры и директор школы, — сказал Люциус, глядя мне в глаза.

 — Что говорить?

 — Что ты помнишь?

 — Я подошел к животному, поклонился и сказал, что это животное. Все. Зверь напал.

 — Тебе рассказывали технику безопасности? Кто-то тебя страховал? Где был профессор? Что делали другие дети? Зверь был привязан?

 — Насчет привязан — не помню. Техника безопасности — сказал, что надо поклониться ему. Никто не страховал, все стояли в шагах двадцати от меня. Хагрид был с Поттером, что-то там ему рассказывал.

 — Вот это и расскажешь. Напирай на то, что профессора рядом не было и ничего тебе не объяснили.

 — Хорошо, отец.

Люциус посмотрел мне в лицо долгим задумчивым взглядом, затем развернулся и вышел. Все это время крестный меня обнимал. Малфой старший ревнует? Или просто ему плевать на сына? Ничего не понимаю. Снейп отошел от меня и направился к выходу.

 — Директор хочет поговорить с вами наедине, — неожиданно сказал он. — Не смотри ему в глаза.

Мужчина вышел за дверь, оставив меня одного. Я откинулся на подушку. Итак, Володя, думай! Что мы имеем? А имеем мы знание, хоть и весьма отрывочное, про этот мир. Я знаю, что безносый расколол свою душу на части, даже помню где, их искать. Знаю, что будет чемпионат на метлах, Барти Крауч в образе Грюма, Сириус Блэк и Петтигрю и большая змеюка. Что еще? Еще есть пророчество пьяной бабы, из-за которой все началось. Мои мысли никто не может прочитать, и никто не знает, что я не Малфой. Это огромный плюс! В остальном одни минусы — знаний нет, фехтовать не умею, заклинаний не знаю. Из прошлой жизни, пожалуй, опыт выживания в лесу, знания истории и дальнейшего развития политических событий неплохо могут облегчить мне жизнь.