Читаем Магл онлайн бесплатно

Вот стоило сдохнуть в своём мире, чтобы попасть в мир Роулинг?! За что?! Попадают в Поттера, Уизли, в Малфоя наконец. А я? А я МАГЛ! Я попал в самого настоящего магла. Я Дадли Дурсль. Канон? Дамблдор? Идите в жо... в тайгу к тигру! Я жить хочу долго и счастливо! Предпочту выстроить жизнь подальше от этой волшебства и обнести его трехметровым забором под напряжением. А то вдруг, какая волшебная пакость заведется. Вот только меня не спрашивают...

Попаданец в Дадли Дурсля, в 8 лет. Русский, магических способностей нет, не сквиб – магл, хорошо знает канон. Не желает встревать, хочет просто жить. Мечтает о сцене. Влияет на Поттер.

Здесь нет супер экшена и кучи магии с артефактами. Задача - выжить и прославиться.

Произведение будет интересно, в первую очередь, тем кто взаимодействует с музыкой и музыкантами. Если вы не любите рок - лучше не читайте.

Фандом: Гарри Поттер

Персонажи: Дадли Дурсль

Категория: Джен

Рейтинг: R

Жанр:

Размер: Макси

Статус: Закончен

События: Чужая душа в теле героя Поттерианы, Магл в главных ролях, Путешествие во времени, Распределение в другие факультеты

Предупреждения: AU, Мэри Сью, Нецензурная лексика, ООС, От первого лица (POV)

Комментарий автора: Есть еще здесь

https://ficbook.net/readfic/5224725

Страница произведения: https://fanfics.me/fic101807

— Игорь, у нас опять принтер сломался, а мне отчёт сдавать послезавтра, — в дверях стояла полная женщина лет сорока пяти и нервно перебирала в руках ключи от кабинета. — Посмотри, пожалуйста, ну очень надо! — протягивает та.

— Сейчас подойду, — отвечаю я, нехотя отрывая себя от стула, и плетусь за Еленой Васильевной, нашим главным бухгалтером, изучать несчастную технику.

Старенький «Canon» ломался часто. Ну как ломался, бедному принтеру всегда кто-то помогал. Скрепки, следы кофе, блёстки от хлопушки (в Новый год) — это неполный перечень того, что я находил в принтере бухгалтеров. Елена Васильевна, Светлана Дмитриевна и Ольга Антоновна, наши работницы отдела, всё доблестно отрицали. Не они это, оно само. Да-да. Так я и поверил. Само оно, как же!

Тяжёлые берцы громко топают по серому кафельному полу. Поворот, ещё один и тяжёлая металлическая дверь. «Бухгалтерия», чуть ниже «Часы работы с 9.00 до 18.00». Если бы это было правдой, в полпятого все по домам разбегаются быстрее, чем напуганные лани! Мне б так работать! А я? А что я! Хрен уйдёшь раньше конца рабочего времени, а лучше и задержаться на полчасика — иначе шеф весь мозг вынесет!

— Здравствуйте, девочки, что случилось? — ага, девочки. Это не девочки, это акулы финансового мира, сожрут и не поморщатся. Падки на красивые слова и лесть. Очень полезное знакомство. Эти тётеньки знают, как оформить документы, как не платить налог, как засудить соседей за потоп и многое-многое другое. Так что с ними надо дружить — конфетки и цветочки дарить, девочками называть, ну, и желательно глазки состроить.

— Принтер опять не работает! — жалобно выдохнула Ольга Антоновна.

— Ща, сделаю, — открываю крышку и начинаю вынимать всё последовательно. Как я и предполагал — это очередная скрепка. Вот чем люди думают? Чем??? Ох, я бы сказал! Блять, вот так сложно проверить десять листочков на наличие скрепок, раз ты черновики пихаешь? — Готово! Пустите что-то на печать?

— Ой, работает! Ты просто волшебник, Игорь! Спасибо! — говорит Елена Васильевна, вытаскивая распечатку из принтера. — Что бы мы без тебя делали?!

Что делали, что делали? Платили бы мастеру по ремонту!

— В кадрах новенькая девочка на работу пришла! — о, эти чёртовы намёки, я их уже с первых слов узнаю. — Молоденькая, такая хорошенькая! — приторно-сладким голосом произнесла Светлана Дмитриевна. — Ты бы сходил, познакомился.

— Молодой я ещё, не нагулялся.

Каждый раз заводят тётеньки эту волынку! Пора мне жениться, детишек растить, сколько можно — тридцать два годика уже. Не хочу! Да и моё хобби, рок-музыка, к кабинетным девочкам не располагает. А ещё тело в татуировках… Не, я лучше на те деньги, которые все на семью-детей спускают, куплю билет на «Арию» или новую татуировку сделаю, как у Роулинг в книжке — змея из черепа! Да и какая обычная девчонка захочет встречаться с длинноволосым крашеным рокером в тяжёлых ботинках?! Рокером, у которого любимая женщина — гитара, а лучший друг — мотоцикл?! Рокером, который боготворит мамочку и обожает её готовку?! Дурочек нет? Вряд ли есть именно такие!

Я и в компанию эту устроился благодаря брату. Вот он у нас гордость семьи! Окончил медицинский и уехал в Германию, там женился и взял фамилию жены, он теперь герр Крауфф! Крауфф типа круче звучит, чем Соболев. Хирург в Дрезденской больнице, уважаемый дядька! По его просьбе меня и взяли в эту контору программистом. Кое-как, но я закончил универ, хоть диплом и синий, но есть. Не скажу же я матери, мол, я своей гитарой и байком больше заработаю! Старенькая она, нельзя её волновать. А что до размножения — у меня племянники есть, маме хватит! Да и благодаря брату я сносно говорю на немецком и английском, или благодаря «Metallica» и «Rammstein»? Да какая разница?! Главное, говорю и понимаю, но плохо! Но понимаю же! Брат у нас молодец! Это он меня, непутёвого, научил (любимая мамина фраза!).

Я вообще главное разочарование в жизни моей мамы, не то, что брат. Димочка окончил школу с отличием, Димочка окончил медицинский с красным дипломом, Димочка работает в Германии, Димочка женился, у Димочки жена мальчишек-близнецов родила! Нет, я не завидую (ну, может чуть-чуть), я рад за брата. Реально рад! Он молодец, добился признания сам, работает, маме деньги отсылает, квартиру купил нам. Но я другой. Другой! Димка, уезжая, строго-настрого запретил мать волновать. Маму я люблю и боготворю. Она уже смирилась с моим «варварским» прикидом, но всё ещё надеется меня женить. Я одно из самых главных её разочарований. Высокий, с длинным чёрным волосом (крашеные, это Димка в отца пошел — черноволосый, а я русый), в чёрных тяжёлых ботинках, чёрных джинсах, заправленных в ботинки и тёмно-синей (под цвет глаз) рубашке, с цепями на джинсах и руках. А ещё куча татуировок.

Какой был скандал, когда я первую тату сделал! У-у-у! Брат мне хорошо вломил — фингал был знатный! Мама хотела тихого домашнего мальчика, а получился я. Вечно в синяках, в порезах, с кучей замечаний в дневнике, стоящий на учете в милиции, еле-еле поступивший в ВУЗ (и то, спасибо брату), и работающий тоже благодаря брату. Не сын, а ужас. Мама часто причитала, что был бы жив отец, я бы так себя не вёл. Наверное, она права. Папу я не помню. Он погиб в первую чеченскую, офицером был. Так что вся надежда на Диму и его сыновей — Александра и Артура.

— Игорь, ты уже здоровый мужчина, пора определяться!

— Ладно-ладно, зайду! Только за конфетами схожу, а то негоже к девушке с пустыми руками.

— Правильно, — сказала Елена Васильевна. — Нам тоже к чаю что-нибудь возьми!

— Коньяк подойдет?

— К коньяку подходит кофе, а кофе у нас нет! — смеясь, сказала Ольга Антоновна.

— Будет! Будет и кофе, и коньяк, и какао с маслом, — усмехнулся я. Намёк был понят, ну, я же говорил... Пошёл в магазин.

Дойдя до своей каморки, гордо именуемой серверной, взял кожанку и направился на первый этаж. Магазин находился через дорогу. Я подошёл к автобусной остановке, напротив которой находился пешеходный переход, и сознание померкло, кто-то будто вырвал мою душу из тела, а по последнему разлилась дикая, рьяная боль… Боль.

22.00 Местные новости

«Сегодня в обед нетрезвый водитель маршрутки протаранил автобусную остановку. Погибло восемь человек, ещё четверо находятся в реанимации. Водитель заключён под стражу. Как сообщил заместитель начальника ГИБДД, водитель полностью признал свою вину и пытался покончить с собой. Власти города выражают соболезнования семьям погибших».

Великобритания, графство Суррей.

— Давай, лови его! — громко пронёсся вдоль стен старой школы мальчишеский голос.

— Скорее, уйдёт же! — вторил ему второй, не менее звонкий и высокий.

— Пирс, заходи с другой стороны! — скомандовал третий, более басистый и уверенный.

Трое ребят бежали за худеньким черноволосым мальчиком в круглых очках. Преследующая его троица была хорошо одета: дорогие форменные пиджачки, отглаженные брючки, туфли. Убегающий же мальчик был худой, в форменной одежде размера на два-три больше нужного, в старых рваных кроссовках и сломанных очках-велосипедах с заклеенной скотчем переносицей. Мажорчики загоняли свою жертву в тупик, к мусорным бакам.

— Куда он делся? Крис, ты не видел? — с азартом и недоумением спросил мальчик с ольховыми волосами.

— Нет. Наверное, в бак залез, больше некуда! Давай, большой Дэ, врежь по мусорке, чтобы у него звон в ушах стоял.

Мальчик, которого назвали «Большой Дэ», вразвалочку подошёл к мусорному баку. Бак был высокий, тёмно-синего цвета. Большой Дэ или Дадли Дурсль, размерами напоминавший крупного кабана, а повадками — свинью на ножках в белом парике, задрал голову, пытаясь заглянуть в бак.

Бум!

На землю упали две черепицы с крыши.

— Вон он! — закричал стройный мальчик по имени Пирс. — На крыше! Спускайся, тебя накажут!

Беглец помотал головой и подтянул к себе ногу. С крыши сорвался очередной глиняный черепок.

Бумс! Черепок попал прямо в голову Большому Дэ… Мальчишеское тело небрежно распласталось по асфальту, под головой стала образовываться лужица крови.

— Бежим! — крикнул рыжий Крис. И двое мальчишек бросились прочь из закоулка. Отбежав в другой конец школьного двора, Крис сказал, обращаясь к Пирсу: — Никому ни слова!

— Почему?

— Хочешь в тюрьму? Мы с тобой загнали Поттера на крышу, и он убил Даддерса, мы участвовали в этом, — объяснял Кристиан.

— А Гарри? — забеспокоился Пирс.

— Пошли к пожарной лестнице, перехватим его там, — подобно настоящему лидеру и стратегу, сказал его друг.

Обеспокоенные мальчишки побрели к школе. Гарри Поттер спускался с пожарной лестницы. Кристиан Голд и Пирс Полкисс подхватили худое тело и поставили на землю. Поттер зажмурился и втянул голову в плечи.

— Не бейте, не надо, я не хотел! — испуганно бормотал Гарри.

— Заткнись, идиот! Ничего не было! Мы гуляли на площадке, Дадли отошел выбросить фантики от конфет, а ты был с нами! Запомнил?! — угрожающе сказал рыжеволосый Кристиан.

— Но-но-но, как же… он же… — в состоянии искреннего шока поправлял его Поттер

— Ты тупой? Ты в тюрьму хочешь? Ты его убил. А мы тоже причастны! Молчи и никому не говори! Понял?

— Да, — не выражая эмоций, твёрдо, насколько позволял его дрожащий голос, ответил Гарри.

— Как ты оказался на крыше? — зло спросил рыжий.

— Я... меня... я... я... — мямлил тот.

— Заткнись, урод! — рыкнул Голд. — Не было тебя на крыше. Ты же с нами был. Всё отрицай. С нами был! Или ты хочешь закончить, как твои родители-наркоманы? — Крис явно был не в себе, его голос был горяч и холоден одновременно, он был безжалостным, насколько только может быть безжалостен голос ребёнка.

По щекам Поттера текли слёзы, он никогда не верил в историю про то, что его мама и папа были наркоманами. Гарри просто верил в лучшее, по крайней мере, он старался. Он спешно замотал головой из стороны в сторону.

— Кому скажешь, прибьём! — сказал костлявый Крис и погрозил кулаком.

Мальчики направились к детской площадке. Пирс сел на карусель, Гарри последовал его примеру. Кристиан молча стал вращать железную конструкцию, дети изо всех сил старались выглядеть как можно менее подозрительно.

— Скорее вызывайте врача! Он ещё жив, быстрее! — громкий вопль мисс Деншир доносился со стороны закоулка с мусорными баками. Дадли Дурсля нашли.

— Молчи, ты с нами играл здесь! — злобно пробормотал Крис, останавливая карусель, и посмотрел в сторону мисс Деншир.

К закоулку уже направлялись учителя и ученики. Вдалеке слышался вой сирены. Ребята встали с карусели.

— Пошли туда, как будто только что пришли.

— Ага. Дохляк, шевелись давай!

Трое мальчишек не спеша направились в сторону гудящей толпы. Вой сирены становился всё громче.

Утро следующего дня, в кабинете директора начальной школы Литлл-Уингинга.

— Как так получилось?! Мой сын!!! Вы должны были… Вы были ОБЯЗАНЫ!!!

— Успокойтесь, мистер Дурсль, это трагическая случайность, — спокойно говорила директор, потирая пальцами виски, имея навязчивое желание заткнуть беспокойного родителя.

— Успокойтесь?! Успокойтесь?! Вы издеваетесь?! Да я вас по судам затаскаю! Мой сын в коме! А вы мне тут про ветер рассказываете! — крупный мужчина в сером костюме орал и брызгал слюной. Его глаза вылезали из орбит, красное и потное лицо исказилось от гнева.

— Мистер Дурсль, мы приносим свои глубочайшие извинения, мы понимаем, что вам сложно с этим смириться, но это действительно случайность. Ваш сын отошёл к мусорке выбросить фантики, порыв ветра сбросил несколько черепиц с крыши, и одна из них угодила в ребёнка. Это страшная трагедия, но это случайность, — приговаривала директор, но это было скорее похоже на её личную мантру, чем на успокоение Вернона Дурсля.

— Ложь! Вы лжёте! Кто-то ударил моего сына кирпичом и сбежал! Где были эти паршивцы? — продолжал надрываться мужчина.

— Друзья и кузен Дадли играли на площадке, это все дети видели. Мистер Дурсль, прекратите истерику! — худая темноволосая женщина в годах встала с директорского кресла. — Думаю, вам пора к сыну и жене в больницу.

Мужчина тяжело вздохнул и пошёл к выходу из кабинета. Громко хлопнув дверью, он стал спускаться по ступенькам на первый этаж. Кругом бегали дети, стоял невообразимый гомон. Все радовались спокойному и ничем не примечательному дню. Подойдя к машине, Вернон Дурсль сел в нее и завёл двигатель. Маленький черноволосый мальчик сжался в комок на заднем сидении.

— Ну-ка, ещё раз повтори мне всё! — рявкнул Дурсль.

— Мы играли на площадке, Дадли съел конфеты и пошел выбросить фантики, а мы остались играть, — затараторил ребенок. — А потом закричала мисс Деншир, воспитательница у первого класса, и мы побежали туда, а потом приехала скорая и увезла Дадли. Дядя, а с Дадли всё будет хорошо? — спросил он и всхлипнул.

— Все будет хорошо! Хорошо! Не иначе!