Читаем Лекарь Алхимик онлайн бесплатно

— Нулевой ранг мастерства, — послышался сухой мужской голос. — Даже не ученик, — на меня взглянули равнодушные чёрные глаза, тщательно скрывающие разочарование. — Тебе есть что сказать перед тем, как покинуть клан навсегда, Алексей? — спросил говорящий, сидя прямо и сцепив руки в замок перед собой.

Глава клана Лекарей и по совместительству отец парнишки, в теле которого я оказался — Сергей Лазарев, мужчина средних лет с чёрными волосами, одетый в чёрный костюм-тройку, вынес приговор, глядя мне прямо в глаза.

Всё происходило в небольшом зале для совещаний. За длинным столом сидели главы четырёх Родов, а во главе — лидер клана с тремя жёнами. Высокие окна пропускали ровный дневной свет, на лакированной поверхности стола отражались лица присутствующих, и от этой тишины зал казался ещё холоднее.

Мда-а. Может, этот суровый взгляд и пробирал до костей предшественника этого тела, но для меня это так, баловство. Вердикт мне ясен. Всё шло к этому с самого начала, так что смысла задерживаться здесь я не вижу.

— Сказать? — я спокойно и даже скорее отрешённо посмотрел на главу Рода, потому что мои мысли сейчас занимало совсем другое. — Я принимаю ваше решение.

В этом мире я всего несколько месяцев, а уже успел нажить себе неприятностей. Оно и понятно: у парня «неожиданно» исчез талант к магии, да и своих проблем хватает.

— Мальчишка! — один из глав Родов, входящих в клан, Платонов, мужчина лет сорока в сером деловом костюме, ударил ладонью по столу. — Как ты смеешь дерзить главе⁈ — возмутился он, вскочив с места.

Несколько человек повернулись в его сторону. Кто-то нахмурился, кто-то остался безразличен.

— Довольно, — произнёс Лазарев, и от его слов комната едва ощутимо вздрогнула.

Платонов тут же остыл. Его пальцы сжались на краю стола, но он всё-таки сел на место.

— Больше никто не хочет ничего добавить? — глава клана смерил взглядом всех присутствующих. — Прекрасно. Тогда мы приступим к…

— Я хочу высказаться, — неожиданно произнесла женщина, сидевшая рядом с ним.

Она поднялась с места. Чёрное платье подчёркивало прямую осанку, а длинные тёмные, как смоль, волосы спадали по плечам.

— Пользуясь своим положением третьей жены главы клана Лекарей, я, Светлана Михайловна Лазарева, прошу изменить решение в отношении моего сына, Алексея Сергеевича Лазарева, на более снисходительное, — она слегка опустила взгляд, а затем посмотрела на своего мужа. — Смиренно прошу, глава и мой муж. Это наш сын.

Женщина прямо взглянула ему в глаза, но тот не спешил отвечать на просьбу Светланы. Его лицо оставалось спокойным, почти каменным.

— Никто не может просить такого, — подал голос старик справа от главы клана, лидер Рода Беляевых. — Всё-таки это решение выносил не только он. И неважно, кто и о чём просит, — старик провёл рукой по своей длинной бороде.

— Вот именно! — Платонов не скрыл радости и тут же поддержал его. — Я прекрасно понимаю, что дело касается вашего сына, и жёны могут высказываться. Но при всём уважении, это собрание глав Родов!

— Прошу вас сохранять спокойствие, Платонов, — Сергей Лазарев посмотрел на пылкого мужчину.

Тот вновь замолчал, только его губы недовольно поджались.

— Я не стану менять решение, — без эмоций добавил Лазарев. — Даже ради тебя, Светлана. Закон един для всех.

— Тогда… — она тяжело вздохнула и прямо посмотрела сначала на меня, затем на своего мужа. — Я уйду вместе со своим сыном! — произнесла женщина настолько громко, что её голос эхом разошёлся по залу.

Главы Родов лишь мельком переглянулись между собой, а лидер клана едва заметно нахмурился. Кажется, эта ситуация отчасти его забавляла, но лицом он этого не показывал.

Рядом с матерью встала стройная красивая женщина с длинными светлыми волосами в белом платье. Она аккуратно приобняла Светлану за плечи и попыталась её успокоить. Вторая жена главы клана, Ирина Лазарева.

Хорошая женщина. С матерью они неплохо ладят.

— Прошу, сядь. Ты разве не слышала, что тебе сказал муж? Не стоит спорить, — вполголоса посоветовала она.

Но мать лишь отмахнулась, не отводя взгляда от Лазарева.

— Сергей! Я не разбрасываюсь своими словами! — запротестовала женщина.

Её логику понять можно. В этом мире одному сложно выжить, и главы Родов тоже прекрасно это понимают. Но если они думают, что для меня изгнание — конец, то глубоко заблуждаются.

— Сядь, — уже с силой в голосе произнёс глава клана.

Едва заметная зелёная волна прошла по залу и заставила женщину опуститься на место. Вместе с ней успокоились и остальные. Даже воздух в комнате стал ровнее.

— Больше никто не хочет высказаться? — мужчина оглядел зал.

— Разрешите мне, глава, — старик Беляев поднялся с места и, приложив руку к груди, слегка поклонился.

Лазарев кивнул, и старик заговорил:

— Я не могу противиться вашему решению. И не буду, — Беляев выдержал паузу, внимательно посмотрев на остальных. — Но я могу смиренно просить вас о том, чтобы мальчику была выдана последняя милость клана?

Сергей Лазарев если и удивился, то совсем незаметно. Затем он задумался и через пару мгновений кивнул, соглашаясь первым.

— Другие главы Родов не против этого? — старик огляделся.

— Род Ядовых не против, — лениво махнул рукой молодой мужчина в тёмно-зелёном пальто.

— Род Солнцевых тоже не против, — произнёс плечистый мужчина в золотых доспехах.

Только один Платонов молчал. Его лицо перекосилось, но спорить сразу он не стал.

— Платонов? — спросил старик Беляев, явно пытаясь смотреть на него свысока и давить своим возрастом.

В этом вопросе важно единодушие. Если хоть кто-то из глав, входящих в клан, откажется участвовать, последняя милость не будет выполнена.

— Чёрт с вами, — Платонов махнул рукой. — Род Платоновых не против.

А старик Беляев молодец. По памяти тела парнишки я помню, что относился он к Алексею почти как к родному. Так что смягчение жизни в изгнании для него — знак доброй воли.

Я добро помню. Если однажды этому старику понадобится помощь, я её окажу.

— Единодушно, — произнёс глава клана и махнул рукой.

К каждому из глав Родов подлетела небольшая коробочка, куда они и сложили свои «дары».

Всё прошло в течение нескольких минут. Главы Родов переглянулись, и каждый быстро решил, что готов положить от себя.

Дары должны быть плюс-минус одного достоинства. Иначе человек, который положил недостойный дар в последнюю милость, окажется приниженным перед остальными.

Сергей Лазарев снова махнул рукой, и коробки выстроились в одну линию передо мной. Все выставили по коробке. Все, кроме главы клана.

— Всё, что у тебя имеется, ты и так обязан мне, — спокойно произнёс он.

Вот только как бы спокойно Лазарев ни говорил, надменность так и сквозила в его словах. На мгновение стало тошно. Не потому, что мне есть до него дело, а потому, что часть души прежнего владельца тела слилась с моей.

Нет, он уже не жив и даже не понимает слов, произнесённых его отцом, но горечь я ясно ощущаю. Память и эмоции, хранящиеся в душе парня, теперь стали моими.

— Так что сильно не удивляйся моему дару… — добавил Лазарев, чуть наклонив голову.

— Поверь мне, я ничуть не удивлён, — усмехнулся я и, не взглянув на коробки, сделал шаг назад. — Если ты настолько жаден, то забирай все дары. Мне они ни к чему.

Такого он точно не ожидал. В зале на миг повисла тишина. Я не стал дожидаться его реакции, развернулся и пошёл к выходу.

— Ты лишаешься своего титула и фамилии, — холодно произнёс Лазарев.

Я остановился прямо у выхода и обернулся, глядя не на него, а в сторону матери.

— Беляев выдаст тебе новые документы. У тебя час, чтобы собрать вещи. Собрание окончено, — глава клана встал с места.

За ним поднялись остальные главы Родов и его жёны. Стулья тихо скрипнули по полу, кто-то поправил рукава, кто-то сделал вид, что меня уже нет в этом зале.

Мать смотрела на меня взволнованным взглядом, не решаясь пойти за отцом. Я улыбнулся и слегка кивнул, давая ей понять, что всё будет нормально. Она ответила дрожащей улыбкой, затем прикрыла глаза, принимая моё решение и прощаясь со мной.

Благо, что это наконец закончилось. А теперь осталось только собрать свои вещи и отправиться подальше отсюда.

Я развернулся и направился в сторону своей комнаты, которая находилась на втором этаже поместья.

Изгнание из-за нулевого ранга? Да как бы не так. Это лишь отмазка, скрывающая реальную причину. А она такова: телом, в которое я вселился, когда-то владел тот ещё балбес. И это ещё мягко сказано.

Отчаявшись из-за того, что «слабый», парень начал вести разгульный образ жизни. Всех членов главной семьи после совершеннолетия, даже если они слабые, пристраивают работать на Род. И чтобы паренёк, которому из-за права рождения должны были выдать какую-то высокую должность, в дальнейшем не натворил дел, от него решили избавиться.

Чтобы, так сказать, не портил имидж клана и Рода.

Войдя в комнату, я подошёл к комоду и, отодвинув его, простукал заднюю стенку, открывая потаённый схрон. Небольшая предосторожность от возможных проблем. Всё-таки рассказывать, что это и откуда взялось, не входит в мои планы.

В этой комнате никто, кроме меня и прислуги, не бывает. Да и не то чтобы они стали рыться в моих вещах. Но я давно понял, что искушать судьбу хоть и приятно, но лишний раз не стоит.

Под одеждой в комоде лежали несколько пробирок. Я взял их, поставил на стол и разлил по ним в равном количестве яд из пузырька, который сделал ещё месяц назад. Нужно же мне хоть как-то обороняться в условиях, близких к полному отсутствию энергии.

Взболтал одну пробирку ещё раз, проверяя качество яда уже на свету. Качество средненькое, но для моих целей сгодится.

Можно использовать как средство для нанесения на оружие, метательные ножи или иглы. Вот только этого яда вряд ли хватит, чтобы быстро убить цель, а вот ослабить — здесь проблем возникнуть не должно.

Я проявил зелёное лекарское пламя на ладони. Добавил в пробирку недостающий ингредиент и слегка подогрел смесь. Не алхимическое пламя, температура нагревания у него ни к чёрту, но хоть что-то.

Таким только средненькие зелья делать, и то с непомерными усилиями. При случае нужно будет заиметь вариант получше, а пока выбирать особо не приходится.

Реакция не заставила себя долго ждать. Яд из тёмно-зелёного стал изумрудным.

Я посмотрел на смесь «алхимическим зрением». Особой техникой, которой когда-то поделился мой учитель. Проявляется она в виде едва заметного позеленения зрачков и для неопытного глаза почти незаметна.

Обнаружил равное количество эссенций, что свидетельствовало об успехе. Губы сами собой растянулись в небольшой улыбке. Радует, что я всё ещё на что-то способен.

Но осталась ещё одна небольшая хитрость.

Я добавил заранее приготовленный растёртый белый камень. Теперь при вливании энергии зелье не только взорвётся, но и при попадании на кожу начнёт быстро испаряться, шипеть, въедаться в кожу и раздражать слизистую парами, попадая в организм ещё и воздушно-капельным путём.

Будет полезно, если кто-то захочет напасть на меня. Я не настолько наивный, чтобы полагаться на то, что никто не захочет избавиться от хоть и изгнанного, но сына главы сильнейшего целительского Рода и клана Лекарей.

В самой семье Рода Лазаревых однозначно есть мои недоброжелатели. А это значит, что у меня просто нет права на ошибку. Любая оплошность может стоить мне жизни.

Что уж говорить, ведь я абсолютно уверен: после изгнания меня точно попытаются убить. Парня уже кто-то незаметно травил на протяжении длительного времени, пока у тела ещё был другой владелец.

А всё почему? Потому что парень-то был гением. Ну, по крайней мере когда-то. Я выяснил это не сразу, но потом, когда осознал, крепко призадумался.

Мальчишка определённо был талантлив. Очень способным практиком, подающим большие надежды. А затем произошло странное: парень начал терять все свои способности. После попыток вернуть силы на него напала глубокая апатия, а потом пришла смерть при «случайных» обстоятельствах.

Я положил пробирки в чёрную набедренную сумку, а оставшуюся половину яда в пузырьке убрал в рюкзак. Возможно, потом он пригодится и в других целях.

Также положил в рюкзак небольшое слабое зелье восстановления жизненной силы, а после продолжил сбор всего, что может пригодиться в пути. Грубо говоря, забрал всё, что плохо лежит: одежду, пару личных вещей, телефон и ингредиенты по мелочи.

Закончив, огляделся. Кажется, этого момента я ждал слишком долго. Теперь меня уже ничего не держит.

Главное, что оружие есть, а противоядие — моё собственное лекарское пламя. Единственное, что беспокоит, так это малое количество энергии, но и это со временем получится решить.

Я вышел из комнаты и по пути зашёл в общий зал, который, в отличие от моей комнаты, выглядел в разы богаче: дорогая мебель, картины стоимостью в целое состояние, тяжёлые шторы и гладкий каменный пол. Вот уж где Лазарев точно не экономил.

Прошёл чуть дальше, где у самого выхода меня уже дожидался старик Беляев с новыми документами. Он стоял с удручённым видом и держал в руках тонкую папку.

С того момента, как я оказался в этом теле, он был одним из немногих людей, кто относился ко мне по-человечески, с добротой и заботой. В отличие от отца, старик всеми силами помогал проходить восстановление. Но не срослось, а результат он с тяжестью на душе видит прямо сейчас.

— Я и не думал, что ты будешь смотреть на меня настолько тяжёлым взглядом, — с лёгкой улыбкой произнёс я, подходя к старику Беляеву.

— А лично я не думал, что твой отец пойдёт на такие меры, чтобы преподнести тебе урок, мальчик мой, — он с тоской посмотрел на меня, а затем вздохнул. — Мне не хотелось бы отпускать тебя за пределы земель клана, но сделанного не исправишь. Надеюсь, в твоей новой жизни всё будет не так шатко. Но ты мальчик сообразительный… Не пропадёшь.

— Хорошо произнёс, старик, — я похлопал его по плечу. Беляев протянул мне новые документы, и пальцы его чуть задержались на папке. — Не забудь напомнить об этом матери, — добавил я, забирая документы.

— Увы, мальчик, но здесь я бессилен, — старик покачал головой. — Какая мать не волнуется за судьбу своего дитя? И я ведь говорил, чтобы ты больше не называл меня стариком.

— Тут уж ничего не поделаешь, — я пожал плечами. — Ты ведь старый.

— Где ваши манеры, молодой человек, — тепло улыбнулся Беляев.

От этого у меня самого появилась улыбка на лице.

— Лёша, прошу, не забывай, что здесь у тебя осталась семья, и я всегда готов помочь, — он понизил голос. — Тебе необязательно тянуть эту ношу в одиночку.

— Ничего не нужно, дед, — спокойно произнёс я. — Ты ведь сам сказал: я парень сообразительный. Не пропаду.

Я едва заметно склонил голову, благодаря его за помощь и прощаясь. Не хватало, чтобы из-за излишне тёплого прощания старика Беляева как-то наказали. Он и так в последнее время слишком часто заступался за этого паренька, ещё до того, как я попал в это тело.

Хоть он и отец одной из жён главы Рода, провоцировать главу клана не стоит. Ровно как и привлекать излишнее внимание к моей персоне. Сейчас это может выйти для меня боком.

Я развернулся и пошёл к выходу из поместья.