Читаем Кубинец онлайн бесплатно
— Если ты о том, чтобы продавать лекарства, то я только «за», — подтолкнул я ее к решению. — Смешать могу что угодно. Прибыль — пополам.
Когда там еще власти начнут разбираться с аптекой? Если что, дадим на карман чиновнику из муниципалитета. И полицейскому. И пожарному. И еще кому надо. Думаю, им всё равно, от кого получать бакшиш.
— Ну… не знаю, — протянула Люсия, но уголки губ уже дрогнули. — Да что там! Я согласна.
Люсия опустилась в полукресло у кассы — то самое, которое раньше знало только вес аптекарского зада. И тут уж не разберёшь: то ли она так демонстрирует свои новые права, то ли действительно тяжело стоять со сломанными рёбрами. Хотя, если вспомнить, какое расстояние она сегодня прошагала… Сила воли у девчонки железная. Но подушечку-то перевернула, чтоб было мягче. Значит, всё-таки больше желание самоутвердиться.
Невольно я сравнил ее со Сьюзи. Нет, даже рядом ставить… Американка, конечно, посимпатичнее, поизящнее. Люсия чуть тяжеловата в бедрах, и голос не такой нежный. Но если рассматривать долгую дистанцию, то передо мной намного более надежный вариант. Потому что для Сьюзи я — просто забавный парень, с которым можно повеселиться. И в постели покувыркаться. А как вспомню, когда в самый первый день здесь Люсия меня на себе домой тащила… А потом еще и подкармливала, хотя и ей туго приходилось. Так что пускай сидит на троне, заслужила.
— Раз договорились, то располагайся, принимай рецепты. Пойду за стекольщиком, картонка — дело ненадежное, — кивнул я на наспех прикрытое окно.
— Подожди, Луис. Не спеши. Успеем. Что с деньгами? Альварес давал мне на компоненты. Где теперь брать? Пока мы протянем неделю-две на старых запасах, но они не очень большие, ходовые материалы придется скоро покупать.
— Сколько в неделю примерно выходило?
— Когда сотня, а когда и полторы.
— Найдем, — кивнул я. — Из кассы возьмем, за неделю точно наторгуем нужную сумму.
В этот день в аптеку пришло двенадцать покупателей. Люсия каждого записывала в книгу, не ошибешься. Рецепты были простые, типа утреннего. В бедном районе трудно ожидать чего-то дорогого. Врачи в государственных больницах понимают: эти деньги пациенты отщипнут из расходов на самое необходимое, вот и стараются выписать соответствующие лекарства.
Думаю, когда люди узнают, что мы работаем, пойдут обильнее. Никуда не денутся, другие аптеки далеко, не набегаешься. А мне пора на тренировку.
Я подходил к спортзалу в некотором нетерпении. Даже ладони вспотели от волнения. Что скажет Сагарра? Вдруг он подумал и решил не связываться? Хотя обещанный куш в виде комиссии… Он тоже в старых брюках ходит. Доходы от занятий небольшие, сильно не разгуляешься. А мне эти деньги нужны. Я сгоряча потратился — на одежду, гулянку. Теперь начал жалеть, что поддался соблазну.
Житьё в аптеке — тоже дело временное. Наступит день, когда и оттуда придется убираться. И куда я со своим костюмом и часами? Под забором ночевать? А удастся продать серьги — можно и снять квартирку. Или даже небольшой дом купить — я один, мне много не надо.
Сагарра уже был на месте, кивнул, увидев меня. Я подошел и поздоровался.
— Узнал я. Порекомендовали мне одного ювелира, вроде надежный. После тренировки пойдем. У тебя всё с собой?
— Нет, но я сбегаю, тут недалеко.
— Давай, переодевайся.
Занимался я ни шатко, ни валко. Не о том думал. Бездумно повторял упражнения, бегал, лупил грушу. Даже когда Раульо что-то спросил, я не сразу услышал.
— Луис, ты, похоже, влюбился, — сказал он. — Третий раз спрашиваю, где капы лежат, а ты в облаках витаешь.
— Да за перчатками коробка, — буркнул я.
В конце тренировки Сагарра меня отпустил, чтобы я сбегал за серьгами.
Нужный адрес мы нашли не сразу. Пришлось спрашивать у местных, и они показали на трехэтажный дом с двумя подъездами. В полуподвале первого мастерская и находилась. Мы спустились по темной лестнице, Сагарра толкнул дверь, и я услышал звон колокольчика. И тут же увидел негра, дремлющего в углу на стуле. И только посмотрев налево, заметил сидящего за столом пожилого человека. Он что-то внимательно рассматривал. Как две капли воды похож на моего одесского соседа Соломона Моисеевича, только тот был настройщиком роялей и умер перед войной. И Моня носил очки, а этот — нет. Рядом с ним стоял молодой, рыжий парень в ермолке. Ну, здравствуйте, древнейший народ мира.
— Ола, — поздоровался Сагарра. — Вы дон Хосе? Вас рекомендовал сеньор Касарес.
Старик поднял голову. Его глаза, глубокие и темные, посмотрели на тренера, потом на меня.
— Он самый, — сказал он с сильным немецким акцентом. — Чем могу помочь?
Я, не дожидаясь приказа тренера, достал мешочек с серьгами, выудил одну, и подал. Он взял ее, положил на бархотку под лампой.
— Так, что тут у нас? — пробормотал он, и начал отгибать лапки, державшие камень.
А я наблюдал за молодым, который, в отличие от деда, эмоций сдержать не смог, и только что не подпрыгнул.
Старик взял лупу, начал разглядывать изумруд. Потом сказал на идише рыжему:
— Скажи, Давид, откуда хоть эти дураки берут такие хорошие камни?
— Это всё? — спросил он меня через минуту.
