Читаем Кремлевское золото онлайн бесплатно

Вопрос о конфликте между телесным и духовным представляется мне бесконечным. Любому, кто бы ни задавался им, на первый взгляд, кажется, что ответ на него лежит на поверхности и что он так же прост, как и очевиден. Должна признаться, что я тоже так считала. До тех пор, пока не задумалась над проблемой всерьез и не увидела, насколько она в действительности сложна и практически неразрешима.

Поначалу все складывалось хорошо — срабатывали заложенные в сознание еще в детстве, а затем и приобретенные впоследствии с опытом, штампы. Понятие «телесное» отлично укладывалось в рамки сугубо-личных ощущений и воспринималось, как то, чего желаю я. Область «духовного» являлась своего рода регулятором этих желаний, их сдерживающим фактором. В первую очередь, я имею в виду страх перед судом Божьим, страх перед судом общественного мнения и, наконец, страх между телесным и духовным — желаниями и возможностями осуществления — становился вполне понятным.

Такое положение вещей, однако, сохранялось до тех пор, пока я от размышлений на частные темы не перешла к обобщениям. Вот тут-то и начала разрушаться стройная система, а потом и вовсе лопнула, как мыльный пузырь. А всякие новые доводы казались уже малоубедительными.

К примеру, у кого возникнут сложности, чтобы ответить на простейший вопрос: что есть добро и что есть зло? Или что такое хорошо и что такое плохо? Представление об этих понятиях складывается у нас еще в самом младенчестве. Но, опять-таки, обобщая эти понятия, разве можно однозначно утверждать, что существует чистое, без всяких примесей, зло или безусловное добро? Любовь, милосердие, сострадание — с этим, понятно, сомнений не возникает, что это и есть добро. Эгоизм, алчность, чрезмерная жажда обогащения — и тут все ясно, эти человеческие пороки и есть зло. Богатства, какими бы они ни были — материальными или культурными — добро; чем больше их, тем лучше. Но все они вместе взятые при духовной скудности — бесполезны. А если все они сосредоточены в руках немногих, которые, к тому же, не понимают их ценности, то могут оказаться даже вредными для меньшинства.

С понятиями «хорошо» и «плохо» тоже не все гладко. Придерживаться всех христианских заповедей, которые составляют основу нашей общественной морали, любить ближнего, трудиться и совершенствоваться — безусловно, это хорошо. И, наоборот, руководствовать ся только личными инстинктами и амбициями, прислушиваться только к личным желаниям, напролом идти к достижению своей цели — плохо.

Но так ли это плохо — целеустремленность? И что плохого в том, когда человек ясно представляет себе, чего ждет от жизни? Древняя мудрость гласит: цель оправдывает средства.

Инстинкты, как мне представляется, тоже не всегда играли только отрицательную роль в истории развития человечества. Общеизвестно, что труд сделал из обезьяны человека. Спорить не буду, но я все же думаю, что первотолчком к подобному превращению был инстинкт — желание покушать.

Вот что думает по этому поводу Ф. Хайек: «Человечество создало цивилизацию, развивая определенные правила поведения и приучаясь следовать им (сначала на территории племени, а затем и на более обширных пространствах). Зачастую эти правила запрещали индивиду совершать поступки, диктуемые инстинктом, и уже не зависели от общности восприятия. Образуя фактически новую и отличную от прежней мораль (и, будь моя воля, я именно к ним — и только к ним — применял бы термин «мораль»), они сдерживают и подавляют «естественную мораль», т. е. те инстинкты, которые сплачивали сотрудничество внутри нее, блокируя и затрудняя этим ее расширение». И далее: «Однако, решающим в превращении животного в человека оказалось именно обуздание врожденных реакций, обусловленное развитием культуры».

Как бороться с несправедливостью и искоренять пороки? Не теми ли силовыми методами, которыми и устанавливалась эта несправедливость? Но пока еще никто не выдумал других, более эффективных способов, нежели запреты и силовое вмешательство. И, в конце концов, так ли это необходимо, если сама организация общества требует элитарности и закономерно воспроизводит ее?

Почему? Зачем? Как?.. Все эти и другие вопросы вставали передо мной всякий раз, когда я работала над материалами своей новой книги. Те, кто уже знакомы с моими предыдущими работами, знают, что я руководствуюсь только реальными фактами, свидетельствами очевидцев происходившего, мемуарами. Но, даже имея перед собой столь неоспоримые документы, я так и не смогла найти ответы на многие мучившие меня вопросы. Признаюсь, что и сейчас я испытываю некоторый дискомфорт, так как такая ситуация неопределенности выбивает из колеи. Пробуя разобраться, почему истина ускользает именно в тот момент, когда, казалось бы, все становится на свои места, я нахожу некоторые оправдания тому. Возможно, однозначные ответы на все эти вопросы не удастся отыскать никогда, потому что даже в свидетельствах очевидцев всегда есть место для версий и предположений. А, возможно, и потому, что структура человеческого общества несовершенна и противоречива сама по себе. Судите сами: если программа всеобщего благополучия так доступна, то почему за столь долгую историю мы так и не сумели воспользоваться ею разумно?

В одной народной мудрости говорится о том, что человек приходит в этот мир со сжатыми кулаками, как будто хочет показать, что готов взять все, что только будет способен унести, а уходит — с распрямленными ладонями, показывая, что ничего не прихватил с собой. Эта идея перекликается с высказыванием Марциала: «Грабь, хватай, копи, владей — все придет-ся оставить». Это так же верно, как то, что богатств никогда не бывает слишком много, и как то, что алчность ослепляет людей.

В чем заключается магическая притягательность золота? Может быть, в том, что золото и власть — два неотделимых и взаимодополняющих друг друга понятия? Мы знаем много примеров, когда жажда владения золотом и жажда его приобретения оставляли кровавый след в судьбе не только одного конкретного человека, но и целых цивилизаций.

Я попробую разобраться в проблеме спокойно, без эмоций, а для этого должна прибегнуть к точным данным и обратиться к истории.

Из энциклопедического справочника: «золото — мягкий ярко-желтый тяжелый металл; обладает исключительной химической инертностью. Это единственный металл, на который не действуют разбавленные и концентрированные кислоты. Обладает самыми высокими по сравнению с другими металлами пластичностью и ковкостью. Легко расплющивается в тончайшие пластинки. Легко полируется. Устойчив к действию атмосферной коррозии и различных видов природных вод.

Относительное содержание на Солнце на порядок выше, чем в породах Земли. В природе золото, главным образом, встречается в виде Золота Самородного, а также в виде твердых растворов с серебром, медью, висмутом, иридием и платиной (платиновое золото)».

Экономическое значение золота определяется его ролью основного валютного металла. Помимо того, оно используется в авиации и космической технике — для изготовления некоторых отражателей, электрических контактов и деталей проводников. Находит применение в радиоаппаратуре и медицине — радиоактивное золото помогает диагностировать опухоли. Но большое количество этого металла идет, конечно, на изготовление ювелирных изделий.

С того момента, как только люди начали разбираться в уникальных свойствах золота, и до сих пор они не переставали испытывать необычайного тяготения к нему. Но во все времена неизменным было одно: золотом могли владеть безраздельно те, кто обладал властью.

Этот металл известен человечеству несколько тысячелетий. Об этом свидетельствуют изделия, найденные в древних захоронениях. Резиденции владык микенских государств располагали немалым количеством золота. В гробницах умерших также имелись золотые украшения. В послемикенское время золото практически не использовалось. Но в 7 и 6 вв. до н. э. ионийские греки познакомились с золотыми изделиями через своих соседей — лидийских, фригийских и карийских царей, которые применяли его не только для изготовления украшений, но и чеканили из него монеты.

Месторождения золота в Греции были открыты на Фасосе и Сифносе. Северные соседи греков, фракийцы, добывали много золота путем промывки песка на фракийских реках и переправляли его на переработку в Афины. Во всех случаях цари претендовали на исключительное право пользования этим металлом.

Изделия из золота обнаружены при раскопках наиболее древних цивилизаций эпохи неолита в горах Франции, в кельтских могильниках, в додинастических памятниках Египта, среди наиболее древних культурных слоев Индии и Китая. Рафинирование золота и отделение его от серебра началось во 2-й половине 2-го тыс. до н. э. Первые его исследования связаны с развитием алхимии, главной целью которой было создание золота из неблагородных металлов. Иллюзорные попытки сотворить подобное чудо не привели к желаемому результату. Однако, эта затея длительное время будоражила умы ученейших людей той эпохи и выкачивала немалые средства из тех, кто, мечтая о быстром обогащении, поддерживал затею финансово и материально.

Основными центрами добычи золота в древности были Верхний Египет, Нубия, Испания; Колхида (Кавказ), Индия, Китай, Казахстан, Алтай, Центральная и Южная Америка. На территории России золото добывали уже в 3 тыс. до н. э. (Чудские копи). Любопытно, что только при двух общественно-экономических формациях — рабовладельческом строе и в советские времена (правда, на начальной стадии развития золотодобывающей промышленности в СССР) — использовался при этом труд рабов. В первом случае это были рабы в обычном понимании этого слова. Во втором — рабы-политзаключенные, каторжники, условия труда и бесправное положение которых мало чем отличались от условий и бесправного положения рабов в древнем мире.

Наиболее богатые месторождения золота были открыты на территории Ганы (1471), Мексики (1500), Перу, Чили (1532), Бразилии (1577), России (Урал, 1745), Канады (Квебек, 1823), США (Калифорния, 1848; Колорадо, 1858; Невада, 1859; Аляска, 1890), Австралии (1851), ЮАР (1884). Открытие этих и других золотоносных районов предопределило большой рост золотодобычи, которая составила в XVI в. — 763 тонны, в XVII в. — 914 тонн, в XVIII в. — 1890 тонн, в XIX в. — 11616 тонн, в XX в. (по 1980 г., без социалистических стран) — 65050 тонн.

На территории СССР золото периодически добывалось на Кавказе, Дальнем Востоке, Урале, в Средней Азии, Казахстане и Карпатах. Официально началом золотопромышленности в России принято считать начало XVIII в., когда на Урале было открыто Березовское месторождение. В XIX в. разрабатывались россыпи в бассейне реки Обь, Минусинской котловине, Забайкалье, бассейнах рек Лена и Амур, в Приморье. В 1830 г. по объему добычи золота Россия вышла на 1-е место в мире, обеспечивая до 1847 г. около 40,3 % мирового производства. С конца 40-х годов XIX в. доля России в совокупном мировом производстве золота начала несколько снижаться. Она заняла уже 2-е место после США в 1848 г. и 3-є — после Австралии и США с 1860 г. После 1900 г. объем производства золота в России составил 5 % мирового производства. Рудное золото в России в основном добывалось на Урале (около 10 %), а рассыпное — в Сибири (ок. 75 %). В 1910 г. в России действовало 1100 мелких рудников и приисков, где 60 % золота добывалось старателями. Золотодобывающая промышленность занимала 2-е место среди горнодобывающих отраслей по числу работающих (84 тыс. человек на 1913 г.).

В СССР начало развития золотопромышленности положено декретом СНК РСФСР от 31 декабря 1921 г. «О золотой и платиновой промышленности». Однако, в силу исторических событий в условиях неразберихи и некомпетентности кадров эта отрасль, естественно, не могла заработать на полную мощь быстро. После того, как старый мир был разрушен до основания, понадобилось долгое время, чтобы установить новые порядки и механизмы. Таким образом, только в 1927 г. были восстановлены все дореволюционные драги, позже открыты и новые золотодобывающие районы в Якутии (Алдан, золотоносные россыпи открыты в 1923 г., а коренные месторождения — в 1930 г.), Забайкалье (Дарсунское и Балейское месторождения) и Колыме.

Удивительная вещь получается: никогда не замечала за собой чрезмерного тяготения к золоту и не ощущала стремления к обогащению. Но не думать об этом презренном металле в последнее время просто не могу, эта тема навязчиво будоражит мое сознание. Россия так велика, так богата! При нормальном раскладе да при правильном устройстве наши люди могли бы не испытывать никаких значительных неудобств. По крайней мере, не было бы такого ужасающего количества нищих. Если все эти превеликие материальные блага принадлежат всему обществу, то почему тогда ими владеет его минимальная часть, а значительная вынуждена прозябать от холода и голодать, страдать от недостатка элементарных средств к существованию? Только ли потому, что организация человеческого общества вообще несовершенна?