Читаем Коррекция судьбы (СИ) онлайн бесплатно
Коррекция судьбы
Если твоя судьба не вызывает у тебя смеха, значит, ты не понял шутки. Г.Д. Робертс
Природа дышала смертью. Любой пробившийся сквозь пыль и асфальт росток пробуждал мысли не о вечности жизни, а именно о конечности бытия: если заморозки не убьют, то люди затопчут. Вся полуторачасовая дорога была занята все теми же мыслями. Она пропускала вперед немолодых красномордых мужиков, потому что хорошо знала - каждый день, прожитый мужчиной после сорока, подарок судьбы, особенно при скачущем давлении. Может быть, это его последний день. Столетний старик, ввинтившийся в переполненный автобус, затеял ссору с водителем и петушился до тех пор, пока не понял, что это экспресс. Тогда послышался жалобный голосок: "Сынок, останови у дома N9, мне в собес". На что сынок ответил ему вежливо, не отнюдь не утешительно. А впереди пробка, автобус идет до метро без остановок, да ладно бы идет - тащится. А у деда мочевой пузырь слабый. Катерина, притиснутая к стеклу кабины водителя, слушала их дискуссию, и обоих было жалко до слез. Дед, возможно, склеит ласты у своего собеса, а водитель - весь красный, с лишним весом, курильщик - самая группа риска.
В метро нарядная и причесанная дама сильно за шестьдесят, водрузив на нос модные очки, читает книжицу под названием "Семь ступеней на пути к счастью и богатству". Да, самое время! Но более всего Катерину удручала судьба бездомных собак. Как они переходят дорогу, как они кормятся, как они зимуют. Из окон автобуса она нервно оборачивалась на всякое размазываемое колесами пятно или тряпку - ей все казалось, что это сбитое животное. Каждое утро Катерина смотрела, в полном ли составе стая возле работы. Один кобель был на трех ногах, за него переживала особенно - ему прокормиться труднее, от машины увильнуть, в теплое местечко пролезть. Живой. Вздохнула. А вот у этой псины щенки. И новое расстройство, чуть не до слез: что с ними будет? Ну да, зима прошла, но разве мало несчастий кроме зимы? Машины, голод, но главное - люди. Чудовища. Живое рождается для смерти. Все мы - лишь пища для червей.
Ладно, на работу можно немножко опоздать, а пока зайти купить сосисок для собак. За спиной послышался скрип тормозов и звон стекла. Она обернулась. Так и есть, поцеловались два шумахера. Обоих Катерина знала довольно близко и когда-то мечтала именно об этой сцене, но теперь никакой радости происшествие ей не доставило. Почти окончательно облысевший Стасик ждал ГИБДД. Ему в зад въехал джип. За рулем джипа нервно курил Тарас. "Боже, какие они все несчастные!" И только жалость, только сострадание.
На рабочем столе Катерина обнаружила стопку бумаг, но отодвинула в сторону. Сначала чай и контрольный звонок в голову - с мамой нужно было уточнить детали юбилея.
- Мариванна! Какие дела?
- Сюрприз! Никогда не угадаешь, кто обещал прийти! Тетя Даша с Элей!
- О, вот как! - деланно бодрым голосом сказала Катя. - Значит, я на этот день совершенно свободна?
- Катя... Мы же с ней всю жизнь вместе, прятки-скакалки, и вообще из одного ануса... Сестра ведь. Сто лет уж не виделись. И ты с Элькой совсем не общаешься! C чего вдруг такая нелюбовь? Ведь мы родственники, она тебе двоюродная сестра.
- Мама, если будет тетя Даша, то я не приду. А когда я в последний раз видела Эльвиру, она осыпала меня проклятиями так, что хватит на всю оставшуюся жизнь.
- Но ты не хотела ее брать в свою компанию...
- В моей компании она один раз была, после чего Анька Рунда чуть не покончила с собой.
Катерина, обычно спокойная, как стадо удавов, вдруг встала в позу и напомнила еще много чего неприятного про тетю и кузину, поставила перед выбором.
- Ладно, убедила. Приезжай до Дарьи, в выходные. У тебя что нового?
- Я только что видела, как Йоська VIII въехал в зад Йоське VII.
- О, как символично!..
Мариванна решила не спорить, Катька никогда родню не любила, а в детстве даже предпочитала играть одна, чем с подходящей по возрасту Эльвирой. Потом Мариванна и вовсе списала дочкину строптивость на то, что в эти окрашенные молодой зеленью деньки у Катерины умер единственный друг - кот. Но это правда лишь отчасти, потому что в предыдущие десять лет Катерина только и делала, что теряла всех своих "Йосек", всех, кто был ей дорог. Кот был последним и, видя, как он с каждым днем усыхает, она испытывала почти физические мучения. Старый (если проводить аналогии с людьми, ему перевалило за сотню лет), с белыми усами, прошедший вместе с ней огни и воды, не умеющий разве что разговаривать, он потерял за полгода три четверти веса. Катерина надеялась, что, дожив до седин, он умрет тихо, во сне, не страдая, и только замершее дыхание будет отличать его от живого. Как бы не так. Кот страдал. И Катерина вместе с ним. Вчера после работы она дошла до ветеринарки, потопталась у порога - зайти узнать стоимость усыпления. Не зашла. Медленно, не спеша, дошла до дома. Собственно, нравственные муки были и дома, и вне дома. Смотреть, как товарищ страдает, было больно, а гулять по цветущей весне, зная, что он страдает, было еще больнее. Она брала его на руки, и они вместе плакали.
***
Была Катька и пионеркой, и комсомолкой, и декабристкой стала бы при необходимости, потому что идеалы добра и справедливости не вбивались в нее учителями и родителями, но скорее росли из нее. Слабых поддерживала (безногий котенок, лысая подружка, городской сумасшедший) и в школе всех аутсайдеров вокруг себя собирала из сострадания. Потом все это плавно перешло во взрослую жизнь, и когда брак со златоглазым Йоськой распался, а с любовниками как-то не заладилось, ее познакомили с человеком, которому хронически не везло. Со Стасиком, рано начавшим лысеть гномиком. Характер мягкий, как какашка. Кот не одобрял. Когда Стасик стал оставлять носки на диване, метил и носки и диван - я тут хозяин! Свое образование Катерине пришлось отодвинуть на потом, а пока работать, работать и работать, как учил нас не помню кто, но нового мужа надо поддержать - он иголка, ты нитка. Муж, окончив институт, затеял бизнес с армейским другом; друг вскоре кинул. Снова деньги. Чьи? Катькины, конечно. Отправила его за едой на оптовый рынок, так он припарковался в неположенном месте, машину менты на штраф-стоянку уволокли - сэкономил, называется. На перекрестке стоял, об него затормозили, машина всмятку, хорошо хоть сам живой, - снова нужна поддержка жены, которая по две смены в ателье впахивает, да еще и на дом шитье берет. А как откажешь? Он же самый близкий человек на этом свете. Когда после взрыва жилых домов начался шмон, его офис, помещавшийся в полуподвале, временно опечатали "до выяснения", и перебрался Стасик со своими делами в квартиру. А квартира новая, телефона еще нет. Коммерческая установка, та, что срочная, больших денег стоит. Так быстро Катька заработать не могла никаким шитьем - предложила заведующей серьги с брюликами. Та купила, но не без комментариев:
- Не понимаю, Катька, куда ты деньги деваешь. Так работая, ты уже должна бы виллу на Лазурном Берегу прикупить. У тебя же муж бизнесмен.
- Угу, - кивнула Катерина. Именно поэтому и денег-то не хватает. И хоть особой любви она к нему не испытывала (ее первая любовь не сложилась, и она решила просто быть полезной - вот ему, например), но в семье видела прежде всего долг. Потом случился дефолт - и снова всё то же самое. У Катьки в ее цветущие годы появились непроходящие круги под глазами. Мысли о смене работы появлялись время от времени, но как можно пойти учиться, когда такие трудные времена? А между тем от выпускного ее отделяли уже десять лет, и вероятность поступления в вуз становилась все более призрачной.
Но случилось чудо. Фирма Стаса расплатилась с долгами, дела пошли, на ежегодной выставке образовался свой стенд и даже конкуренты стали завидовать: такой молодой, успешный, костюмы итальянские, носки из бутика и жена сильфида. Тогда-то в романтичной атмосфере ужина со свечами Катька и сообщила дорогому супругу о своем уходе из ателье. Она устроилась в библиотеку, чтобы в ее тиши готовиться к институту. Зарплата - ровно цена проездного. Не увидела она радости на лице мужа, но значения этому не придала. Он вежливо ее поздравил и о планах порасспросил. Все путем, все как у людей. Правда, мрачен стал. А к новому году вовсе загрустил и со слезами в голосе сказал, что им лучше расстаться.
- Понимаешь, ненастоящая у нас семья. Я очень люблю нашего кота, но он не унаследует мою фирму. Дом пуст без ребенка.
И не помогло ни то, что хозяйкой Катька была идеальной, ни талия ее 25 дюймов, ни глазки-звездочки, за которые ее приглашали в кино сниматься. Упрекал он ее тем единственным, что от нее никак не зависело и о чем он знал с самого начала. Но особенно не помогли все те усилия, затраченные на выведение в люди этого ничтожества. Оказанная услуга недорого стоит. Она его за муки полюбила, а он ее за что-то там укусил. Да нет, конечно, не любила она его ни одного дня, но женой была честной, а теперь ей 27 лет, и он вроде как партнерство их предал. В некоторых кругах такого назвали бы крысой. Ну или хорьком в лучшем случае. Однако друзья-знакомые, да и подруги заклятые тоже Стасика оправдывали: почему бы, в самом деле, человеку не завести наследника? Естественное желание, ты понимать должна.
Первые полгода в Катерине просто клокотала злость, безуспешно борясь с отчаянием. Но эмоции мешают здраво мыслить. А вот когда все это слегка улеглось, в институт приняли, декан подмигнул, стало ясно, что жизнь рано или поздно наладится. И встретив как-то старых знакомых, сохранивших отношения с экс-супругом, она узнала замечательную новость: Стасик купил квартиру в элитных "Алых парусах". Тот самый Стасик, которому хронически не везло и у которого за все годы их совместной жизни денег не водилось. Однажды даже ее день рожденья прошел без цветов и подарков - так все плохо было. К изумлению приятеля сильфида смачно выругалась и сплюнула на асфальт. Тогда и родился план мести.
Сидя у Анки-художницы на кухне под привезенную с дальних рубежей самогонку, смеялись и шутили на тему ушедшего Стасика.
- На себя положишь - скатывается, под себя положишь - задыхается, на ноги поставишь - уйдет.
- Там, где этот напиток произвели, стасиками тараканов зовут, - сообщила Анка.
- Да, похож, - согласилась брошенка, вспомнив его малый рост и черные глазки-пуговки, и пошла фантазировать, как она закончит институт, станет уважаемой дамой, заведет богатого любовника с джипом и пистолетом, и на светофоре Стасику в зад въедет. Анка стала сюжет развивать, напились в зюзю, но Катьке надо было вернуться домой в любом состоянии - у нее кот некормленый. И вот, идя по душной, несмотря на поздний час, Москве, она увидела плакат, призывающий посетить ежегодную строительную выставку.
Да, черт возьми! Конкурент, тот, у которого на прошлогодней выставке стенд рядом был, на джипе! И вообще не слишком сложно устроенный, в начале девяностых в малиновом пиджаке ходил. Тарасом Григорьевичем зовут, а за глаза - просто Бульба. Он-то и станет моей местью! Только надо вспомнить название его фирмы.
Собеседование получилось забавное. Сначала она долго не могла найти дом 12а, ходя кругами от 10 к 14, даже хотела было плюнуть на эту безумную затею и поехать домой. Но видя ее метания, какой-то золотозубый спросил: "Девушка, что ищете?", после чего дом 12а сразу нашелся, а этот кент оказался офис-менеджером фирмы, в которую Катерина и направляла свои уставшие за последний час стопы. И теперь, сидя в кабинете директора, она не столько слушала, сколько рассматривала нового босса. Два метра, сто двадцать килограмм, кудрявый и румяный, златая цепь на дубе том. На стоянке перед окном джип. Собственно, для дела она готова была и зажмуриться, но это оказалось лишним, так как при ближайшем рассмотрении у него оказались красивые янтарные глаза ее давней, так никогда и не зажившей любви и совершенно необыкновенные длинные темные ресницы, как у принца на иллюстрации в детской книжке, ориентированной на девочек. Йоська. В том, что он на нее клюнет, Катерина не сомневалась - такие кабаны обожают трехпудовых сильфид, и она уже заметила, как он косится на ее коленки. Она никогда не работала секретарем и с компьютером знакома шапочно, в чем сразу призналась, и была принята на работу. Ей даже показалось, что он бы принял ее неграмотную и глухонемую. Играй гормон! Да и она тоже не карьеру пришла строить, но месть.
Библиотека была брошена и новый шеф очарован. Через две недели он пригласил ее в ресторан, где, засадив литр водки, пел под караоке "Скажите, девушки, подружке вашей", чем сразил Катьку наповал.
Бульба садился пьяным за руль, и она ездила с ним, надеясь когда-нибудь подрезать Стасика, но этот говнюк все никак не попадался. Потом началась выставка, и Катерина с двухметровым боссом под руку дефилировала по павильону, впервые в жизни гордо и высоко держа голову: мало того, что конкурент, да еще и вот какой гренадер. Она прекрасно понимала, что мелкому мужчинке больнее всего - мужчинка крупный! Лысому - кудрявый, бледно-гнойному - румяный, и т.д. Но Стасика на выставке не было, и хотя его менеджеры, конечно, всё ему расскажут, но эффект снизится. Это уже не то, вот если б он прямо тут встретился с этой сладкой парочкой!.. А смотреть свысока она уже научилась, и знала, как посмотрит, и как челюсть у него отвиснет.
