Читаем Клиенты онлайн бесплатно
— Да, — заявляет Том, как будто это абсолютно нормально. Но, конечно, я потрясена такой перспективой.
— Одновременно? — я чувствую, как мои глаза расширяются. — Я имею в виду, каким образом? Чисто гипотетически, конечно, — быстро говорю я. Глубокое желание моей женственности становится всё сильнее, но я также искренне смущена тем, чего они хотят.
Том слегка посмеивается, и его голубые глаза блестят. Я узнаю, что он более прямолинейный из двух братьев.
Он слегка наклоняется ко мне, понизив голос.
— Да, на все эти вопросы. Мишель, позволь мне быть откровенным. Мы купили тебя с особым намерением получить доступ к твоему телу. Целовать, облизывать, пробовать на вкус и играть с тобой, как нам заблагорассудится. Мы хотим наслаждаться каждым твоим изгибом в любое время и так, как считаем нужным, — Том откидывается на спинку стула. — Но мы также хотим, чтобы тебе было хорошо.
Я совершенно не в состоянии ответить и просто смотрю на них в потрясённом молчании.
— Что? — наконец-то мне удаётся произнести это слабым голосом.
Теперь очередь Габриеля хихикать. Он медленно качает головой.
— Я думал, прошлой ночью мы достаточно ясно дали понять, насколько привлекательной мы тебя находим.
Я не могу удержаться от лёгкого стона.
— Да, но я имею в виду... Я имею в виду...
Я перевожу взгляд с одного красивого мужчины на другого, борясь со сложными эмоциями.
С одной стороны, я потрясена тем, что они предположили, что я запрыгну к ним в постель. Но, с другой стороны, я также знаю, что хочу этого, как бы постыдно это ни звучало. Есть что-то такое дразнящее в этих могущественных мужчинах. То, как они вызывают уважение. Насколько они чертовски великолепны, и что даже их высокомерие привлекательно. Я не знаю, следует ли мне ударить их или броситься в их объятия, чтобы почувствовать обещание, написанное в этих голубых глазах.
Наконец, я нахожу слова, чтобы заговорить:
— Эм, ну, думаю, я хочу сразу прояснить одну деталь.
— Пожалуйста, разумеется, — и Том, и Габриэль откидываются на спинки стульев, выглядя удивлёнными, но внимательно слушая.
Я делаю глубокий вдох, уже смущённая тем, что собираюсь им сказать. Они должны знать, так что все карты на столе.
— Мне… Мне двадцать пять, — начинаю я и делаю ещё один глубокий вдох, чувствуя, как моё сердце бешено колотится в груди. Я делаю большой глоток дайкири, наслаждаясь его жидкой смелостью. Я начинаю снова. — Я знаю, мне двадцать пять, и я не могу поверить, что должна это говорить, но я никогда раньше не была с мужчиной. — Парни тупо смотрят на меня, не понимая. — Я девственница! — наконец, мне удаётся выдавить из себя приглушенный голос, совершенно подавленный. — Я не хочу быть такой, но это то, что есть. Я пойму, если вы захотите всё это прекратить.
Меня встречает только тишина.
Мои щёки становятся пунцовыми, а дыхание затруднённым. Я не просто смущена — я чувствую себя униженной своим признанием.
Моё сердце колотится при этой мысли. Но назвался груздем, полезай в кузов.
— И я просто не знаю... Наверное, я не уверена, что смогу справиться с вами обоими одновременно, — признаюсь я приглушённым голосом. Я опускаю взгляд на свой напиток, мои щёки пылают. Затем я украдкой бросаю взгляд на двух мужчин, пытаясь оценить их реакцию на мою ошеломляющую новость.
Они выглядят ошеломлёнными, но в то же время крайне голодными. Их голубые глаза скользят по моей фигуре, заново оценивая изгибы.
— Я в полном шоке, — Габриель смотрит на Тома.
— Знаю. Как это возможно? Ты красива и сексуальна, и живёшь в огромном городе. Тонны мужчин, должно быть, уже пытались за тобой ухаживать. Как так получилось, что ты девственница? — спрашивает Габриэль.
— Не знаю, — я немного жалко пожимаю плечами, зная, что они собираются выставить меня в любую секунду. — Просто так оно и есть.
Том смотрит на меня, и в его взгляде снова вспыхивает голод.
— Ты ведь не лжёшь нам, не так ли?
Я качаю головой, чувствуя себя ещё более смущённой, чем раньше.
— Кто бы стал лгать о чём-то подобном? Это унизительно, — выдавливаю я приглушенным голосом.
— Ты шутишь? — Габриель смеётся, демонстрируя улыбку на миллион долларов. — Тебе не из-за чего быть униженной, милая, — он проводит пальцем по моей руке, и я восхитительно вздрагиваю от его прикосновения.
— Но тебе




