Читаем Клятва гор онлайн бесплатно

КЛЯТВА ГОР

ГЛА­ВА 1 Кав­каз­ские го­ры, веч­ные и непри­ступ­ные. Что жда­ло Али­ну в до­ме ее му­жа зна­ли толь­ко они. Аслан Ба­ри­гов— на­след­ник мо­гу­ще­ствен­но­го кла­на, кра­си­вый, стат­ный, с го­ря­щи­ми ка­ри­ми гла­за­ми – при­е­хал в Моск­ву по де­лам се­мьи. Он при­вык к вни­ма­нию жен­щин, но ни од­на не тро­га­ла его серд­це… по­ка он не встре­тил Али­ну. Она бы­ла рус­ской, с зо­ло­ти­сты­ми во­ло­са­ми и гла­за­ми, как небо пе­ред рас­све­том. Де­вуш­ка при­шла на ве­чер со сво­ей стар­шей сест­рой и ее му­жем, при­ле­тев­шим на два дня из Стам­бу­ла, с ко­то­рым у Ала­на бы­ли де­ла по биз­не­су. Их встре­ча на свет­ском ра­у­те пе­ре­вер­ну­ла все. Аслан, вос­пи­тан­ный в стро­гих тра­ди­ци­ях, впер­вые по­чув­ство­вал та­кую страсть, что за­был о всех услов­но­стях. Их ро­ман был стре­ми­тель­ным, как гор­ный по­ток. Отец Асла­на, Рустам Ба­ри­гов был про­тив. Он уже при­смот­рел сы­ну неве­сту из знат­но­го кав­каз­ско­го ро­да. Асла­ну бы­ла нена­вист­на од­на толь­ко мысль, что он дол­жен бу­дет жить с жен­щи­ной, ко­то­рую не лю­бит. И Аслан, впер­вые в жиз­ни, ослу­шал­ся от­ца. – Я вы­бе­ру ту, ко­го люб­лю, – ска­зал он, гля­дя в гла­за ста­рей­ши­нам. Аслан сто­ял пе­ред со­ве­том ста­рей­шин, сжав ку­ла­ки. Гул го­ло­сов, пол­ных недо­воль­ства, за­пол­нял ком­на­ту. – Ты хо­чешь же­нить­ся на рус­ской? – ста­рей­ши­на Ру­стем, его дя­дя, уда­рил по­со­хом о пол. – Ты по­зо­ришь наш род! Аслан не опу­стил взгля­да. – Она до­стой­ная де­вуш­ка. Я люб­лю ее. – Лю­бовь? – за­сме­ял­ся дру­гой ста­рец.– А где твой долг пе­ред се­мьей? Пе­ред тра­ди­ци­я­ми? – Долг пе­ред се­мьей и тра­ди­ци­я­ми дать на­след­ни­ков! Во все вре­ме­на на­ши пред­ки бра­ли в же­ны жен­щин, ко­то­рые бы­ли чи­сты­ми и это глав­ное! Спо­ры дли­лись не один час. На­ко­нец, гла­ва со­ве­та, дед Исма­ил, под­нял ру­ку. – Пусть при­мет ис­лам. То­гда – раз­ре­ша­ем. Аслан за­мер. Он знал, что Али­на не ре­ли­ги­оз­на. Как она от­ре­а­ги­ру­ет? Аслан при­ле­тел в Моск­ву и сра­зу же на­пра­вил­ся к Алине. Она встре­ти­ла его с ра­до­стью. А Аслан был на­пря­жен. Его паль­цы сжи­ма­ли под­ло­кот­ник крес­ла. – Али­на… ста­рей­ши­ны со­глас­ны. Но…Но с од­ним усло­ви­ем. Она при­сталь­но по­смот­ре­ла на него. – Ка­ким? – Ты долж­на при­нять ис­лам. Ти­ши­на. Аслан ждал гне­ва, слез, от­ка­за. Он стро­ил план, ес­ли Али­на от­ка­жет­ся, как ему по­сту­пить? От­ка­зы­вать­ся от сво­ей лю­би­мой он не со­би­рал­ся. – И это все? Он не по­ве­рил сво­им ушам. – Ты… со­глас­на? – Ес­ли это сде­ла­ет нас му­жем и же­ной – ко­неч­но. Аслан схва­тил ее в объ­я­тия, при­жи­мая к ши­ро­кой гру­ди. – Ты не пред­став­ля­ешь, как я те­бя люб­лю. А ве­че­ром…на­ча­лось их та­ин­ство. Алан был нежен, но в его гла­зах чи­та­лась жаж­да. Он снял с нее пла­тье, це­луя каж­дую но­вую от­кры­вав­шу­ю­ся часть те­ла. Гу­бы сколь­зи­ли по шее, пле­чам, гру­ди…Али­на вздрог­ну­ла, ко­гда его паль­цы кос­ну­лись са­мых со­кро­вен­ных мест. – Рас­слабь­ся, – про­шеп­тал он. Боль бы­ла ко­рот­кой, но Аслан тут же при­жал ее к се­бе, це­луя в гу­бы, что­бы от­влечь. – Те­перь ты моя. На­все­гда. Страсть раз­го­ра­лась с каж­дой ми­ну­той. Аслан, обыч­но, та­кой сдер­жан­ный, по­те­рял кон­троль. Он брал ее сно­ва и сно­ва, по­ка она не за­кри­ча­ла его имя в экс­та­зе. Утром они ле­жа­ли, об­няв­шись. – Я ни­ко­гда не от­пу­щу те­бя, – ска­зал Аслан. Али­на неж­но улыб­ну­лась и про­шеп­та­ла: – Я и не про­шу. Отец по­тре­бо­вал от Асла­на, что­бы он с мо­ло­дой неве­стой при­е­хал в се­ло, для празд­но­ва­ния сва­дьбы по всем тра­ди­ци­ям и… и за­хва­тил про­сты­ню с до­ка­за­тель­ством невин­но­сти неве­сты. Али­на просну­лась от лег­ких по­це­лу­ев на пле­че. Аслан, уже оде­тый в празд­нич­ный чер­кес­ский ко­стюм с се­реб­ря­ны­ми га­зы­ря­ми, сто­ял у кро­ва­ти, дер­жа в ру­ках чаш­ку аро­мат­но­го гор­но­го чая. – Се­год­ня ты ста­нешь мо­ей же­ной, – про­шеп­тал он, про­во­дя паль­цем по ее гу­бам. Она по­тя­ну­лась к нему, но он со сме­хом укло­нил­ся: – Не смей со­блаз­нять ме­ня сей­час. У те­бя се­го­дня бу­дет столь­ко глаз, что да­же моя страсть долж­на по­до­ждать. В до­ме уже ца­ри­ло ожив­ле­ние. Род­ствен­ни­цы Асла­на, сна­ча­ла хо­лод­ные к Алине, те­перь су­е­ти­лись во­круг нее, по­мо­гая об­ла­чить­ся в тра­ди­ци­он­ное сва­деб­ное пла­тье – бе­лое, рас­ши­тое зо­ло­ты­ми ни­тя­ми, с длин­ным шлей­фом, ко­то­рый нес­ли две де­воч­ки из ро­да Ба­ри­го­вых. – Ты вы­гля­дишь как ца­ри­ца, – вос­хи­щен­но ска­за­ла стар­шая из те­ту­шек, по­прав­ляя на го­ло­ве неве­сты на­кид­ку из тон­чай­ше­го шел­ка. Али­на ло­ви­ла свое от­ра­же­ние в зер­ка­ле и не ве­ри­ла, что это про­ис­хо­дит с ней. Пло­щадь пе­ред ро­до­вой саклей Ба­ри­го­вых бы­ла за­пол­не­на го­стя­ми. Ко­гда Али­на по­яви­лась в со­про­вож­де­нии жен­щин, в тол­пе про­нес­ся ше­пот. – Она как снеж­ная вер­ши­на при луне… Аслан ждал ее у ка­мен­но­го ри­ту­аль­но­го стол­ба, где со­бра­лись ста­рей­ши­ны и мул­ла дол­жен был со­вер­шить ни­ках. Его гла­за го­ре­ли, ко­гда он уви­дел Али­ну. – Ты пре­крас­на, – толь­ко и смог вы­дох­нуть он. Об­ряд на­чал­ся. – Отре­ка­ешь­ся ли ты от преж­ней ве­ры? – спро­сил мул­ла. – Да, – твер­до от­ве­ти­ла Али­на и про­из­нес­ла ша­хаду. – Бу­дешь ли чтить за­ко­ны это­го до­ма и му­жа сво­е­го? – Бу­ду. Аслан сжал ее ру­ку. – А ты, – мул­ла по­вер­нул­ся к нему, – кля­нешь­ся ли за­щи­щать ее, по­ка Ал­лах не раз­лу­чит вас смер­тью? – Кля­нусь кро­вью пред­ков, что бу­ду за­щи­щать ее, лю­бить и не брать дру­гой же­ны, по­ка Ал­лах не ра­зу­чит нас! – го­лос Асла­на про­зву­чал так гром­ко, что эхо от­ра­зи­лось от гор. Сна­ча­ла на­сту­пи­ла ти­ши­на, по­том про­шел­ся ше­по­ток. Мул­ла кряк­нул в ку­лак. Аслан на­дел коль­цо с ру­би­ном на па­лец Али­ны и про­из­нес: «Ма­шал­лах!». Тол­па на­ча­ла вто­рить ему. Сва­деб­ный стол ло­мил­ся от яств: го­ря­чие ле­пеш­ки из тан­ды­ра, ба­ра­ни­на с гра­на­то­вым со­усом, сла­до­сти с ро­зо­вой во­дой. – Те­перь ты долж­на по­про­бо­вать каж­дое блю­до, – шеп­нул Аслан на ухо Алине, – ина­че оби­дишь хо­зя­ек. Она по­слуш­но кив­ну­ла, но ко­гда по­да­ли хал­ву с оре­ха­ми, сде­лан­ную по ре­цеп­ту его по­кой­ной ба­буш­ки, Аслан неожи­дан­но взял ку­со­чек паль­ца­ми и под­нес ко рту Али­ны. – Это… слиш­ком ин­тим­но для всех, – сму­ти­лась она, но он толь­ко усмех­нул­ся: – Пусть ви­дят, как я люб­лю свою же­ну. Тан­цы дли­лись до утра. Аслан, обыч­но сдер­жан­ный, кру­жил Али­ну в лез­гин­ке так страст­но, что да­же ста­рей­ши­ны одоб­ри­тель­но ки­ва­ли. Ко­гда го­сти ста­ли рас­хо­дить­ся, Аслан вне­зап­но под­хва­тил Али­ну на ру­ки и по­нес че­рез весь двор. – Ку­да мы? – ис­пу­ган­но вскрик­ну­ла она. – Ту­да, где на­чи­на­ет­ся на­ша на­сто­я­щая жизнь. Он при­нес ее не в об­щую спаль­ню, а в тай­ную ком­на­ту на тре­тьем эта­же баш­ни, где на по­лу ле­жа­ли де­сят­ки по­ду­шек и шку­ра мед­ве­дя. – Здесь спал мой пра­дед в первую ночь по­сле сва­дьбы, – ска­зал Аслан, опус­кая Али­ну на мяг­кий ко­вер. – И здесь… Его паль­цы раз­вя­за­ли по­яс ее пла­тья. – …я на­учу те­бя, что зна­чит быть же­ной гор­ца. Их страсть в эту ночь не зна­ла гра­ниц. Аслан, днем – об­ра­зец сдер­жан­но­сти, те­рял го­ло­ву от ее те­ла. Ко­гда Али­на впер­вые са­ма про­ве­ла ру­кой по его шра­му от кин­жа­ла на жи­во­те, он за­ры­чал, как зверь, и при­жал ее так силь­но, что она за­дох­ну­лась от вос­тор­га. – Моя, – по­вто­рял он меж­ду по­це­лу­я­ми. – Моя на­все­гда. Ты – един­ствен­ная, кто бу­дет де­лить со мной ГЛА­ВА 2 Пер­вые лу­чи солн­ца, про­би­вав­ши­е­ся че­рез рез­ные став­ни, раз­бу­ди­ли Али­ну. Она по­тя­ну­лась к Асла­ну, но ме­сто ря­дом бы­ло пу­сто – про­сты­ни со­хра­ни­ли лишь теп­ло его те­ла да терп­кий аро­мат гор­ных трав. Дверь скрип­ну­ла. В ком­на­ту во­шла по­жи­лая жен­щи­на с се­реб­ря­ны­ми ко­са­ми Ма­та­ни, стар­шая же­на по­кой­но­го дя­ди Асла­на. В ру­ках она дер­жа­ла сло­жен­ную про­сты­ню с алы­ми пят­на­ми. – Вста­вай, неве­ста. Те­бя ждут в глав­ном за­ле, – ее го­лос зву­чал хо­лод­но, но в гла­зах мельк­ну­ло что-то по­хо­жее на одоб­ре­ние. Али­на вспых­ну­ла. «Они бу­дут по­ка­зы­вать это всем?» В за­ле, где на сте­нах ви­се­ли кин­жа­лы и шку­ры бар­сов, со­бра­лись муж­чи­ны ро­да. Аслан сто­ял у ка­ми­на, скре­стив ру­ки. Его отец, Рустам, си­дел в цен­тре, по­ло­жив ла­до­ни на рез­ные руч­ки крес­ла. Ма­та­ни раз­вер­ну­ла про­сты­ню пе­ред со­ве­том. – Дев­ствен­ность под­твер­жде­на, – объ­яви­ла она. Ти­ши­ну на­ру­шил ста­рей­ши­на Ха­джи­му­рат: – Но бу­дет ли она пло­до­род­на? Рус­ские жен­щи­ны сла­бы для на­ших кро­вей. Аслан шаг­нул впе­ред, гла­за ме­та­ли мол­нии: – Моя же­на не об­суж­да­ет­ся. Клят­ва да­на, об­ряд со­вер­шен. Рустам под­нял ру­ку: – Есть еще один обы­чай. Он кив­нул слу­ге. Тот под­нес де­ре­вян­ный ла­рец. Внут­ри ле­жал изо­гну­тый кин­жал с ру­би­ном в ру­ко­я­ти. – Кров­ный обет. Ес­ли че­рез год она не ро­дит на­след­ни­ка… – Я не на­ру­шу клят­ву! – го­лос Асла­на про­гре­мел, как об­вал. – Ты бу­дешь обя­зан взять вто­рую же­ну, – за­кон­чил Рустам. В за­ле по­вис­ло мол­ча­ние. Али­на жда­ла в их по­ко­ях, об­хва­тив ко­ле­ни. Ко­гда Аслан во­шел, она уви­де­ла тень в его гла­зах. – Что слу­чи­лось? Он сел ря­дом, сжи­мая ее паль­цы так, что ко­сти хруст­ну­ли: – Они да­ли нам год… – Я… я по­ста­ра­юсь, – про­шеп­та­ла она, но Аслан рез­ко встал: – Нет! Ты не долж­на ста­рать­ся. Это мое бре­мя. Он схва­тил ку­бок с ви­ном и швыр­нул его в сте­ну. Крас­ные брыз­ги на­пом­ни­ли Алине о про­стыне. – Я убью лю­бо­го, кто по­сме­ет усо­мнить­ся в те­бе. Аслан был в не се­бя. Ему ка­за­лось, что все нор­маль­но. Али­ну при­ня­ли. Но отец устро­ил ему под­вох. И в этом Аслан уви­дел скры­тую угро­зу. Но пу­гать свою же­ну он не хо­тел. Для нее он был те­перь на­деж­да, опо­ра, дом, се­мья. Весь ее мир. У Али­ны ни­ко­го не бы­ло кро­ме стар­шей сест­ры. Ека­те­ри­на ее не бро­си­ла, ко­гда де­воч­ка оста­лась од­на. Да­ла ей все. Но те­перь она жи­ла в Тур­ции со сво­им му­жем. Там у нее был дом, де­ти. Она из­ред­ка бы­ва­ла в Москве по де­лам биз­не­са му­жа. Али­на ро­ди­лась в Москве, в се­мье успеш­но­го ар­хи­тек­то­ра и пре­по­да­ва­тель­ни­цы му­зы­ки. Ее отец Ан­дрей Вол­ков – был че­ло­ве­ком жест­ких прин­ци­пов: дис­ци­пли­на, по­ря­док, ни­ка­ких сла­бо­стей. Мать, Еле­на, смяг­ча­ла его су­ро­вость, но и она ве­ри­ла, что до­че­ри долж­ны быть «иде­аль­ны­ми». Стар­шая сест­ра Ка­тя – гор­дость се­мьи. От­лич­ни­ца, за­кон­чи­ла ин­сти­тут меж­ду­на­род­ных от­но­ше­ний, скри­пач­ка, за­тем – же­на вли­я­тель­но­го биз­не­сме­на. А Али­на… Али­на бы­ла дру­гой. Она нена­ви­де­ла но­ты, ко­то­рые мать за­став­ля­ла ра­зу­чи­вать ча­са­ми. Не­на­ви­де­ла хо­лод­ные взгля­ды от­ца, ко­гда она по­лу­ча­ла «чет­вер­ку» вме­сто «пя­тер­ки». Един­ствен­ным спа­се­ни­ем бы­ли кни­ги – в них су­ще­ство­ва­ли страсть, сво­бо­да, лю­бовь. Но в се­мье слу­чи­лась тра­ге­дия, ро­ди­те­ли еха­ли с да­чи и по­па­ли в ава­рию. Ка­тя за­бра­ла сест­ру к се­бе в се­мью. Али­на за­ры­лась в уче­бу. За­кон­чи­ла шко­лу и по­сту­пи­ла на жур­на­ли­сти­ку, пи­са­ла о куль­ту­ре Кав­ка­за. Ей бы­ло ин­те­рес­но по­смот­реть на ис­тин­ных пред­ста­ви­те­лей гор. Эти ста­тьи и при­ве­ли ее на тот ро­ко­вой при­ем, где она встре­ти­ла Асла­на. Он был всем, че­го она бо­я­лась и же­ла­ла од­но­вре­мен­но. Силь­ный. Власт­ный. Не­пред­ска­зу­е­мый. – Ты дро­жишь, – за­ме­тил он то­гда, по­да­вая в ее ру­ки бо­кал. – Хо­лод­но, – со­лга­ла она. – Лжешь. И этот взгляд – буд­то он ви­дит все… Ко­гда Аслан ска­зал об ис­ла­ме, она не ко­ле­ба­лась. Не по­то­му, что ве­ри­ла в дог­мы, а по­то­му что он – был ее но­вой ре­ли­ги­ей. – Ты не бо­ишь­ся? – спро­сил он, ко­гда она впер­вые про­из­нес­ла ша­хаду. – Бо­юсь толь­ко по­те­рять те­бя. Все это про­нес­лось в го­ло­ве Асла­на. Он по­смот­рел на ис­пу­ган­ную же­ну. – Не бой­ся ме­ня. – Аслан опу­стил­ся на ко­ле­ни пе­ред же­ной. По­гла­дил ее по ще­ке. – У нас все бу­дет хо­ро­шо. Во дво­ре, пря­чась за ко­лон­на­ми, сто­я­ла За­ли­на, мать Лей­лы, де­вуш­ки, ко­то­рую про­чи­ли в же­ны Асла­ну. Ее чер­ные гла­за сле­ди­ли за ок­на­ми спаль­ни мо­ло­дых. Аслан при­ста­вил к Алине слу­жан­ку. Че­рез неде­лю Али­на на­шла мерт­вую змею в сво­ем сун­ду­ке с бе­льем. – Это пре­ду­пре­жде­ние, – ска­за­ла Ба­ну, де­вуш­ка при­став­лен­ная к Алине. Она убра­ла туш­ку. – За­ли­на…она не про­сти­ла вам сва­дьбы. Ба­ну до­ло­жи­ла хо­зя­и­ну о слу­чив­шем­ся. Аслан, узнав об этом, не ска­зал ни сло­ва. Но той же но­чью пять всад­ни­ков из его лич­ной охра­ны ис­чез­ли в го­рах. А утром муж За­ли­ны был най­ден у ру­чья с пе­ре­ре­зан­ным гор­лом. Али­на, дро­жа, вце­пи­лась в ру­кав Асла­на: – Это ты? Он по­вер­нул­ся к ней. В его взгля­де не бы­ло рас­ка­я­ния. – В го­рах за­кон один: ли­бо ты, ли­бо те­бя. Али­на впер­вые ис­пу­га­лась. – Ты ду­ма­ла, я толь­ко лю­бов­ник в шел­ко­вых про­сты­нях? – Аслан про­вел паль­цем по ее шее, оста­нав­ли­ва­ясь на пуль­се. – Я Ба­ри­гов. Моя лю­бовь — это меч. И он за­щи­тит те­бя…да­же от ме­ня са­мо­го. Те­перь, стоя над те­лом му­жа За­ли­ны, она по­ни­ма­ла. Ее Аслан не ге­рой ро­ма­на. Он – го­рец, для ко­то­ро­го честь важ­нее ми­ло­сер­дия. – Ты мог бы про­сто на­пу­гать их, – про­шеп­та­ла Али­на. – А они ис­пу­га­лись бы? – он по­вер­нул к ней ли­цо. – Ты до сих пор ве­ришь в доб­ро­ту, сол­ныш­ко? Она не от­ве­ти­ла. Каж­дую ночь Аслан уво­дил Али­ну в вы­со­кую баш­ню, где их ни­кто не мог услы­шать. Ком­на­та, осве­щен­ная лишь све­том лу­ны и пла­ме­нем оча­га, ста­но­ви­лась их свя­ти­ли­щем. – Ты моя, – шеп­тал он, сры­вая с нее одеж­ду, слов­но шел­ко­вые око­вы. Его ла­до­ни ис­сле­до­ва­ли каж­дую ли­нию ее те­ла, мед­лен­но, по­чти му­чи­тель­но, как буд­то он бо­ял­ся что-то упу­стить. Али­на за­ки­ды­ва­ла го­ло­ву на­зад, ко­гда его гу­бы сколь­зи­ли по жи­во­ту, остав­ляя ожо­ги от по­це­лу­ев. – Аслан… – она хва­та­ла его за во­ло­сы, но он лишь усме­хал­ся и при­жи­мал ее к ко­в­ру силь­нее. Ино­гда он был нежен, как гор­ный ве­те­рок. Ино­гда груб и неудер­жим, слов­но ла­ви­на. Од­на­ж­ды, ко­гда Али­на по­пы­та­лась взять ини­ци­а­ти­ву, он рез­ко пе­ре­вер­нул ее, при­ку­сив пле­чо: – Ты за­бы­ва­ешь, кто здесь хо­зя­ин. Но в его гла­зах го­ре­ла не зло­ба, а ди­кая, все­по­гло­ща­ю­щая страсть. Али­на просну­лась с тош­но­той. Гор­ный воз­дух, обыч­но бод­ря­щий, се­го­дня ка­зал­ся уду­ша­ю­щим. Она ед­ва успе­ла до­бе­жать до мед­но­го та­за, преж­де чем же­лу­док со­кра­тил­ся спаз­мом. – Ба­ну! – по­зва­ла она слу­жан­ку. Та во­шла, взгля­ну­ла на блед­ное ли­цо гос­по­жи и вдруг улыб­ну­лась: – Гос­по­жа… ко­гда у вас по­след­ний раз бы­ли ме­сяч­ные? Мир пе­ре­вер­нул­ся. Аслан мо­лил­ся в ро­до­вой сак­ле, ко­гда Ба­ну во­рва­лась без сту­ка: – Гос­по­дин! Же­на… она… Он уже бе­жал. Али­на си­де­ла у ок­на, при­жи­мая ла­до­ни к жи­во­ту. Уви­дев му­жа, за­пла­ка­ла: – У нас бу­дет ре­бе­нок. Аслан упал пе­ред ней на ко­ле­ни, при­жал ли­цо к ее жи­во­ту: – Спа­си­бо, – его го­лос со­рвал­ся. – Спа­си­бо, сол­ныш­ко. В тот же ве­чер он при­нес в их ком­на­ту ста­рин­ный Ко­ран и кин­жал пред­ков: – Кля­нусь. Ес­ли это де­воч­ка – она бу­дет на­шей ра­до­стью. Ес­ли маль­чик – на­след­ни­ком. Но ни­кто не по­сме­ет тро­нуть вас. Аслан уси­лил охра­ну же­ны. Он по­ни­мал, что род из ко­то­ро­го про­ис­хо­дил муж За­ли­ны, мо­жет на­вре­дить и Алине, и его еще не рож­ден­но­му ре­бен­ку. Он да­же по­ду­мы­вал, а не уехать ли до рож­де­ния ре­бен­ка по­даль­ше от до­ма. Го­нец при­ска­кал но­чью. – Гос­по­дин… ваш отец… Рустам Ба­ри­гов умер во сне. Серд­це. По­хо­ро­ны дли­лись три дня. Аслан сто­ял непо­движ­но, ко­гда те­ло опус­ка­ли в ро­до­вой склеп. Но ко­гда по­след­ний ка­мень лег на пли­ту, он по­вер­нул­ся к кла­ну… И все уви­де­ли но­во­го гла­ву. – С се­го­дняш­не­го дня, – его го­лос ре­зал, как сталь. – Моя же­на, ва­ша гос­по­жа. Ее сло­во, за­кон. Кто ослу­ша­ет­ся, от­ве­тит мне. За­ли­на, сто­яв­шая в тол­пе, сжа­ла ку­ла­ки. ГЛА­ВА 3 С то­го мо­мен­та, как бе­ре­мен­ность Али­ны под­твер­ди­лась, весь дом Ба­ри­го­вых пре­вра­тил­ся в кре­пость. И в этой кре­по­сти бы­ла хо­зяй­ка. Мать Асла­на. Мол­ча­ли­вая, в чер­ных одеж­дах, с прон­зи­тель­ным, чер­ным взгля­дом она не спус­ка­ла с Али­ны глаз. – Ни од­на му­ха не про­ле­тит ми­мо те­бя без мо­е­го ве­до­ма, – Аслан лич­но рас­ста­вил во­ору­жен­ную охра­ну у каж­дой две­ри, под каж­дым ок­ном. Де­вуш­ки из слу­жа­нок бы­ли пе­ре­смот­ре­ны и за­ме­не­ны – те­перь за Али­ной уха­жи­ва­ли толь­ко про­ве­рен­ные жен­щи­ны из даль­них аулов, лич­но пре­дан­ные Асла­ну. Да­же еду для нее го­то­ви­ли в от­дель­ной кухне, про­буя каж­дое блю­до пе­ред по­да­чей. Аслан не раз­ре­шил Алине ез­дить на при­ем к ги­не­ко­ло­гу. Вра­ча при­во­зи­ли в дом. Он ка­те­го­ри­че­ски за­пре­тил де­лать жене УЗИ. – Ты де­ла­ешь из ме­ня хру­сталь­ную ва­зу, – сме­я­лась Али­на, ко­гда он за­во­ра­чи­вал ее в ме­ха пе­ред вы­хо­дом во двор. – Ты до­ро­же всех со­кро­вищ Кав­ка­за, – от­ве­чал он, це­луя ее паль­цы. Ро­ды на­ча­лись в гро­зо­вую ночь. Аслан, не в си­лах оста­вать­ся за две­рью, во­рвал­ся в ком­на­ту, несмот­ря на про­те­сты по­ви­тух. – Вый­ди! – кри­ча­ла ста­рая Ма­та­ни. – Муж­чи­нам не ме­сто здесь! Но ко­гда раз­дал­ся пер­вый крик мла­ден­ца, все за­мол­ча­ли. – Сын, – про­шеп­та­ла Али­на. – Твой сын, Аслан. Он взял ре­бен­ка на ру­ки кро­шеч­ное су­ще­ство с чер­ны­ми, как смоль, во­ло­са­ми и го­лу­бы­ми гла­за­ми. – Адам, – на­звал он его, при­жи­мая к гру­ди. – Пер­вый че­ло­век. На­ше на­ча­ло. Сле­ду­ю­щие ме­ся­цы ста­ли са­мы­ми свет­лы­ми в их жиз­ни. Аслан но­сил Али­ну на ру­ках, не поз­во­ляя ей да­же встать с по­сте­ли без по­мо­щи. – Я не ин­ва­лид, – вор­ча­ла она, ко­гда он кор­мил ее ви­но­гра­дом с се­реб­ря­но­го под­но­са. – Ты – мать мо­е­го на­след­ни­ка,– от­ве­чал он. – Заслу­жи­ва­ешь цар­ско­го об­ра­ще­ния. Но в те­ни это­го сча­стья уже ко­по­ши­лись про­бле­мы. Пер­вым под­нял го­ло­ву род За­ли­ны. – Ты про­лил на­шу кровь из-за рус­ской дев­ки, – Ах­мат, ее брат, бро­сил пер­чат­ку к но­гам Асла­на на со­ве­те ста­рей­шин. – И те­перь ду­ма­ешь, что мы сми­рим­ся? Аслан да­же не на­кло­нил­ся, что­бы под­нять вы­зов. – Твоя сест­ра по­ку­ша­лась на мою же­ну. Она мог­ла убить мо­е­го сы­на. Ты хо­чешь той же уча­сти? В за­ле за­зве­не­ли кин­жа­лы, но преж­де чем кто-то успел дви­нуть­ся, лю­ди Асла­на пе­ре­кры­ли вы­хо­ды. – Я ваш гла­ва, – его го­лос ре­зал, как сталь. – Кто про­тив, вы­хо­дит ко мне. Здесь и сей­час. Ни­кто не по­ше­ве­лил­ся. На сле­ду­ю­щее утро на пло­ща­ди се­ла по­явил­ся столб с при­гвож­ден­ным к нему вол­чьим че­ре­пом. – Это по­след­нее пре­ду­пре­жде­ние, – ска­зал Аслан кла­ну. – Я – го­ра. Кто уда­рит в ме­ня – разо­бьет­ся. Но са­мое страш­ное жда­ло его до­ма. Али­на, кор­мя­щая Ада­ма, на­шла зме­и­ную ко­жу в его ко­лы­бе­ли. – Они не оста­но­вят­ся, – Ба­ну, ее вер­ная слу­жан­ка, за­дро­жа­ла. – Это про­кля­тие гор­ных ведьм. Аслан не ска­зал ни сло­ва. Про­сто взял сы­на на ру­ки и про­вел клин­ком по соб­ствен­ной ла­до­ни. – Моя кровь, его за­щи­та, – он окро­пил ре­бен­ка. – Пусть по­про­бу­ют те­перь. Той но­чью, при­жи­мая к се­бе Али­ну, он впер­вые за­го­во­рил о стра­хе: – Ес­ли что-то слу­чит­ся с ва­ми… Она за­кры­ла ему рот паль­ца­ми: – Мы силь­нее их. Аслан уехал по де­лам. В ком­на­ту во­шла мать Асла­на. Али­на по­ба­и­ва­лась эту мол­ча­ли­вую жен­щи­ну. Све­кровь по­до­шла к кро­ват­ке сво­е­го вну­ка. По­гла­ди­ла его по щеч­ке. Али­на сто­я­ла у ок­на и смот­ре­ла на вер­хуш­ки гор, ко­гда по­чув­ство­ва­ла на пле­че жен­скую ру­ку. – По­го­во­рить на­до, доч­ка. Али­на обер­ну­лась на све­кровь. Иль­на­ра Ба­ри­го­ва го­во­ри­ла бар­хат­ным го­ло­сом. Али­на очень уди­ви­лась. Мать Асла­на ред­ко го­во­ри­ла. Вер­нее го­во­ри­ла толь­ко то­гда, ко­гда от­да­ва­ла рас­по­ря­же­ния. Ее го­лос был власт­ным и хо­лод­ным. А сей­час она го­во­ри­ла мяг­ко, тя­гу­че: – Пой­дем, при­ся­дем. Жен­щи­ны при­се­ли на ди­ван­чик. Иль­на­ра взя­ла ру­ку Али­ны и по­гла­ди­ла: – Спа­си­бо те­бе, де­воч­ка, за сы­на и за вну­ка… Ме­ня вы­да­ли за­муж без люб­ви. С от­цом Асла­на мы про­жи­ли мно­го лет. И друг дру­га не лю­би­ли. Я ро­ди­ла ему се­ме­рых де­тей. Но я бы­ла не един­ствен­ной же­ной. Хоть и не бы­ло люб­ви, но мне бы­ло боль­но, ко­гда муж уез­жал в дом к дру­гой жене, лю­би­мой. Он ме­ня ува­жал, как мать бу­ду­ще­го гла­вы кла­на. Но ко мне в ком­на­ту он при­хо­дил толь­ко то­гда, ко­гда нуж­но бы­ло сде­лать оче­ред­но­го ре­бен­ка… Али­на бы­ла шо­ки­ро­ва­на от­кро­ве­ни­ем жен­щи­ны. Иль­на­ра по­мол­ча­ла и про­дол­жи­ла: – Я очень ра­да, что мой стар­ший сын по­знал лю­бовь…вза­им­ную лю­бовь. Толь­ко не да­дут вам здесь жить счаст­ли­вой жиз­нью. Все­гда, ко­гда ме­ня­ет­ся гла­ва кла­на на­сту­па­ют смут­ные вре­ме­на. Аслан дол­жен быть силь­ным, дол­жен удер­жать власть. Ина­че все рух­нет. Рух­нет ве­ка­ми вы­стро­ен­ный по­ря­док. Мой сын по­лю­бил те­бя, а ты из дру­го­го ми­ра. И ты его сла­бость. – Что вы хо­ти­те ска­зать? – дрог­нув­шим го­ло­сом спро­си­ла Али­на. – Ты с сы­ном долж­на ис­чез­нуть на вре­мя. Я те­бе по­мо­гу с мо­им вну­ком сбе­жать. Я хо­чу, что­бы вы жи­ли. Ес­ли вас ре­ши­ли убрать, эти змеи не пе­ред чем не оста­но­вят­ся…И еще…Ес­ли Аслан узна­ет, что я те­бе пы­та­лась по­мочь, он за­бьет ме­ня пле­тью у по­зор­но­го стол­ба. Али­на не сра­зу по­ня­ла, слы­ша­ла ли она пра­виль­но. Мать Асла­на, та са­мая мол­ча­ли­вая, стро­гая Иль­на­ра, ко­то­рая с пер­во­го дня смот­ре­ла на нее с хо­лод­ной от­стра­нен­но­стью, пред­ла­га­ла ей бе­жать? – Вы… хо­ти­те, что­бы мы уеха­ли? – про­шеп­та­ла Али­на, сжи­мая ру­ки в ку­ла­ки. Иль­на­ра кив­ну­ла. Ее чер­ные гла­за, так по­хо­жие на гла­за Асла­на, бы­ли пол­ны неожи­дан­ной неж­но­сти. – Ты не зна­ешь на­ших за­ко­нов до кон­ца. Ес­ли вра­ги кла­на ре­шат, что че­рез те­бя мож­но сло­мать мо­е­го сы­на… – Она рез­ко обер­ну­лась к две­ри, при­слу­ши­ва­ясь к ша­гам в ко­ри­до­ре, за­тем про­дол­жи­ла ти­ше: – Они не убьют те­бя сра­зу. Сна­ча­ла убьют ре­бен­ка. На его гла­зах. По­том те­бя. И то­гда Аслан… – Гу­бы Иль­на­ры дрог­ну­ли. – Он со­жжет весь Кав­каз. И сго­рит сам. План был про­стым и безум­но опас­ным. – Че­рез три дня мой брат при­е­дет с гор, – шеп­та­ла Иль­на­ра, по­прав­ляя по­кры­ва­ло в ко­лы­бе­ли Ада­ма, буд­то про­сто бол­та­ла о хо­зяй­стве. – Он от­ве­зет те­бя в Да­ге­стан, в се­ло, где да­же Ба­ри­го­вы не до­ста­нут. Там ты бу­дешь ждать. – Ждать че­го? – По­ка Аслан не раз­да­вит всех, кто про­тив него. Брат Иль­на­ры при­е­хал но­чью, как и обе­ща­ла све­кровь. Ха­сан вы­со­кий, се­дой го­рец с ли­цом, из­ре­зан­ным шра­ма­ми, сто­ял у по­тай­ной ка­лит­ки (о ко­то­рой зна­ла лишь Иль­на­ра), ожи­дая Али­ну с ре­бен­ком. – Ре­шай­ся быст­ро, де­вуш­ка, – его го­лос зву­чал су­ро­во, но без зло­бы. – У нас ма­ло вре­ме­ни. Али­на за­мер­ла на по­ро­ге, сжи­мая в ру­ках спя­ще­го Ада­ма. – Я… не мо­гу, – про­шеп­та­ла она. – Ес­ли мы сбе­жим, Аслан со­жжет весь аул в по­ис­ках нас. И то­гда те, кто хо­чет его смер­ти, вос­поль­зу­ют­ся этим. Ха­сан кив­нул, слов­но ожи­дал имен­но это­го от­ве­та. – Ты ис­кренне лю­бишь мо­е­го пле­мян­ни­ка и у те­бя слиш­ком доб­рое серд­це. Жаль. Он уехал так же ти­хо, как и по­явил­ся. Че­рез неде­лю по­сле это­го раз­го­во­ра Али­на по­чув­ство­ва­ла стран­ное жже­ние по­сле ду­ша. Сна­ча­ла она не при­да­ла это­му зна­че­ния, но к ве­че­ру ко­жа по­кры­лась крас­ны­ми пят­на­ми, а ды­ха­ние ста­ло пре­ры­ви­стым. – Ба­ну! – она еле успе­ла по­звать слу­жан­ку, преж­де чем пол по­те­рял чет­кие очер­та­ния. Ана­фи­лак­ти­че­ский шок. Аслан во­рвал­ся в ком­на­ту, ко­гда врач вво­дил ад­ре­на­лин. – Что с ней?! – его го­лос зву­чал хрип­ло, слов­но он за­ды­хал­ся вме­сте с ней. – Отрав­ле­ние, – ко­рот­ко от­ве­тил ста­рик-ле­карь. – Что-то в ге­ле для ду­ша. Нуж­но сдать гель и фла­кон на экс­пер­ти­зу. Пусть сни­мут от­пе­чат­ки. На ва­шу же­ну по­ку­ша­лись. Ко­гда при­шли ре­зуль­та­ты экс­пер­ти­зы, Аслан лич­но обыс­кал все жен­ские ком­на­ты в до­ме. – Где Фа­ти­ма? – спро­сил он у охран­ни­ков. Де­вуш­ку из даль­не­го аула на­шли в кла­до­вой – она дро­жа­ла, как лист, и твер­ди­ла, что по­лю­би­ла Асла­на всем серд­цем и хо­те­ла за­нять ме­сто его же­ны. – Го­во­ри, – Аслан при­жал ее к стене, и в его гла­зах не бы­ло ни­че­го че­ло­ве­че­ско­го. – Или я сло­маю те­бя по кус­кам. Кто те­бя по­слал? Но Фа­ти­ма лишь пла­ка­ла, по­вто­ряя од­но: – Хо­зя­ин, я люб­лю вас. Шай­тан по­пу­тал. Она не на­зва­ла име­ни За­ли­ны, да­же ко­гда кну­том со­дра­ли с нее ко­жу на спине. Фа­ти­ма ви­се­ла у по­зор­но­го сто­ла еще несколь­ко дней, как на­по­ми­на­ние о том, что по­ща­ды не бу­дет ни­ко­му, кто при­кос­нет­ся к Алине. ГЛА­ВА 4 Али­на оч­ну­лась на тре­тий день. Пер­вое, что она уви­де­ла, ли­цо све­кро­ви. – Вы… пре­ду­пре­жда­ли, – про­шеп­та­ла она. Иль­на­ра креп­ко сжа­ла ее ру­ку. Рас­ска­за­ла о по­след­стви­ях по­ку­ше­ния. И Алине ста­ло по на­сто­я­ще­му страш­но. Страш­но за жизнь ре­бен­ка, за свою жизнь и за Асла­на. Ее лю­би­мый муж пре­вра­щал­ся в зве­ря. – Те­перь ты по­ни­ма­ешь. – По­мо­ги­те нам уехать, – сле­зы ка­ти­лись по ще­кам Али­ны. – По­жа­луй­ста. – Те­перь это сде­лать бу­дет слож­нее. Мой сын об­ло­жил особ­няк со всех сто­рон. Всех жен­щин обыс­ки­ва­ют. Ста­рей­ши­ны недо­воль­ны. Но я по­пы­та­юсь те­бе по­мочь. Иль­на­ра дей­ство­ва­ла быст­ро и без лиш­них слов. – Слу­шай вни­ма­тель­но, – шеп­та­ла она, по­прав­ляя по­кры­ва­ло на Алине. – Зав­тра но­чью в до­ме слу­чит­ся по­жар. Охран­ни­ки от­вле­кут­ся. Али­на сжа­ла ру­ки в ку­ла­ках, гля­дя на спя­ще­го Ада­ма. – А ес­ли Аслан… – Он бу­дет жив. А это глав­ное. Иль­на­ра до­ста­ла из скла­док одеж­ды ма­лень­кий кин­жал в се­реб­ря­ных нож­нах. – Возь­ми. На вся­кий слу­чай. Ба­ну раз­ли­ла го­рю­чую жид­кость на пол в жен­ской по­ло­вине. – По­жар! – за­кри­ча­ла она, и охран­ни­ки бро­си­лись ту­шить пла­мя. Али­на, за­вер­нув Ада­ма в шер­стя­ное оде­я­ло, про­кра­лась че­рез по­тай­ную дверь в стене кла­до­вой. Ее серд­це ко­ло­ти­лось так гром­ко, что ка­за­лось, его слыш­но за вер­сту. Ха­сан ждал у ска­лы, вер­хом на во­ро­ном коне. – Са­дись, – бро­сил он, про­тя­ги­вая ру­ку. Ко­гда они тро­ну­лись в путь, Али­на обер­ну­лась – ок­на до­ма Ба­ри­го­вых пы­ла­ли в но­чи, как гла­за разъ­ярен­но­го зве­ря. – Где она?! – его крик разо­рвал ти­ши­ну. Двор за­мер. Да­же ве­тер не смел ше­ве­лить ли­стья. – Мы ищем, гос­по­дин, – стар­ший охран­ник опу­стил го­ло­ву. Аслан вы­хва­тил кин­жал и вон­зил его в столб у во­рот. – Най­ти. Или умре­те все. Он не за­по­до­зрил мать. Да­же ко­гда про­шел ми­мо нее, его взгляд скольз­нул по ней, как по стене. Иль­на­ра сто­я­ла непо­движ­но, но в гла­зах у нее го­ре­ло что-то, по­хо­жее на по­бе­ду. В ее го­ло­ве бы­ла толь­ко од­на мысль: «Сла­ва Ал­ла­ху! У ме­ня по­лу­чи­лось. Про­кля­тая За­ли­на, не до­ста­нет­ся вам мой Аслан. По­ка я жи­ва я смо­гу за­щи­тить сво­е­го сы­на и вну­ка». Ха­сан вел ко­ня уз­ки­ми тро­па­ми, где не сту­па­ла но­га чу­жа­ка. – Ку­да мы? – спро­си­ла Али­на, при­жи­мая к гру­ди Ада­ма. – Ту­да, где да­же тень не най­дет. Они спус­ка­лись в уще­лье, где ре­ка вы­мы­ла пе­ще­ру. Внут­ри ждал ста­рик с фо­на­рем и связ­кой клю­чей. – Доб­ро по­жа­ло­вать в кре­пость мол­ча­ния, – про­хри­пел он. Пе­ред тем, как уй­ти, Ха­сан су­нул Алине свер­ток. – От сест­ры. Где-то да­ле­ко Аслан ру­бил ство­лы сто­лет­них ду­бов, кля­нясь най­ти их. А его лю­ди ры­ли зем­лю, обыс­ки­ва­ли окрест­но­сти. Али­ну не на­шли. Не на­шли да­же в Тур­ции, у ее сест­ры. Про­шел по­чти год. Год, в ко­то­ром Аслан Ба­ри­гов фак­ти­че­ски пе­ре­стал быть гла­вой кла­на. Он за­пер­ся в ком­на­те Али­ны, где все оста­ва­лось так, буд­то она вы­шла на ми­нут­ку. Ее ду­хи еще ви­та­ли в воз­ду­хе, ее кни­ги ле­жа­ли на тум­боч­ке, а на по­лу ва­лял­ся ма­лень­кий пи­не­ток Ада­ма, по­те­рян­ный в спеш­ке. Аслан но­сил с со­бой но­со­вой пла­ток Али­ны – бе­лый, с кру­же­ва­ми, най­ден­ный у ска­лы. Ино­гда он при­жи­мал его к ли­цу, вды­хая еле уло­ви­мый аро­мат жас­ми­на, и за­кры­вал гла­за, пред­став­ляя, что она вот-вот вой­дет в дверь. А он сно­ва осып­лет ее ле­пест­ка­ми роз, кос­нет­ся ее бе­лой ко­жи… и услы­шит свое имя, сле­тев­шей с ее уст, ко­гда он бу­дет пуль­си­ро­вать в ней. Они сно­ва бу­дут вме­сте на краю без­дны, и сно­ва их серд­ца бу­дут бить­ся в уни­сон. Аслан очень жа­лел о том, что не по­ста­вил в ее ком­на­те про­слуш­ку, не уста­но­вил в ее коль­це дат­чик. На тот мо­мент он счи­тал уни­зи­тель­ным для се­бя по­сту­пить так с лю­би­мой жен­щи­ной. За­ли­на бы­ла за­клю­че­на в даль­нем ауле под стра­жу. Но ее дя­дя Ха­джи­му­рат, один из ста­рей­шин про­дол­жил му­тить во­ду. – Ты пре­дал нас! – Ха­джи­му­рат уда­рил по­со­хом о пол. – Клан без гла­вы, как те­ло без го­ло­вы! Аслан под­нял гла­за. За год он по­ху­дел, его ску­лы за­ост­ри­лись, а во взгля­де не оста­лось ни­че­го, кро­ме ле­дя­ной пу­сто­ты. – У вас есть Ти­мур. Его млад­ший брат, до это­го быв­ший лишь те­нью Асла­на, те­перь управ­лял де­ла­ми. Но да­же он не смел пе­ре­чить ста­рей­ши­нам. – Они тре­бу­ют, что­бы ты же­нил­ся на Лей­ле – Ти­мур сто­ял у две­ри, не ре­ша­ясь по­дой­ти бли­же. – Тре­бу­ют от­дать долг кро­ви. Аслан мед­лен­но по­вер­нул­ся. В его ру­ке сверк­нул кин­жал. – Я дал сво­ей жене клят­ву и не на­ру­шу ее. Ни од­на жен­щи­на боль­ше не ля­жет в мою по­стель! По но­чам Аслан кри­чал во сне. – Али­на! – его го­лос раз­ры­вал ти­ши­ну, и слу­ги бо­я­лись по­дой­ти. Он ви­дел ее блед­ную, с рас­пу­щен­ны­ми во­ло­са­ми, зве­ня­щую це­пя­ми в ка­кой-то тем­ной яме. – Я иду, – шеп­тал он, про­сы­па­ясь в хо­лод­ном по­ту. – Я най­ду те­бя. Серд­це Иль­на­ры об­ли­ва­лось кро­вью, гля­дя на сво­е­го уга­са­ю­ще­го стар­ше­го сы­на. Ста­рей­ши­ны при­шли всем со­ве­том. – Ес­ли че­рез ме­сяц ты не при­мешь ре­ше­ние, мы от­ре­чем­ся от те­бя, – дед Исма­ил бро­сил крас­ный шелк к его но­гам. – Это по­след­няя нить. Крас­ный шелк – знак из­гна­ния. Аслан встал. – Хо­ро­шо. Они об­ра­до­ва­лись ду­мая, что он со­гла­сен на брак. Но он уже знал, что сде­ла­ет. Ха­сан при­шел в пе­ще­ру мол­ча­ния с ли­цом, по­хо­жим на ка­мен­ную глы­бу. – В до­ме Ба­ри­го­вых го­то­вят­ся к сва­дьбе, – бро­сил он, не гля­дя Алине в гла­за. Ее паль­цы впи­лись в край кро­ват­ки Ада­ма. – Чьей? – Асла­на и Лей­лы. Мир пе­ре­вер­нул­ся. Али­на не пла­ка­ла. Она си­де­ла у ог­ня, сжи­мая в ру­ках коль­цо с ру­би­ном. – Он пре­дал нас, – про­шеп­та­ла она. Ха­сан рез­ко по­вер­нул­ся: – Ты ду­ма­ешь, он сде­лал это доб­ро­воль­но? – Не­важ­но. Клят­ва да­на. Я не вер­нусь ту­да, где мо­е­му сы­ну бу­дут ука­зы­вать на дверь, и го­во­рить, что в нем те­чет моя кровь. – За­чем ты вы­шла за него? – спро­сил Ха­сан. – Я люб­лю его боль­ше жиз­ни. Но де­лить с дру­гой я его не бу­ду. Я то же да­ла клят­ву. Я бу­ду вер­на ему, но уж ес­ли так слу­чи­лось, что его за­ста­ви­ли, пусть жи­вет с но­вой же­ной и даст необ­хо­ди­мо­го на­след­ни­ка кла­ну. Ха­сан ни­че­го боль­ше не ска­зал, сжал ку­ла­ки и вы­шел за дверь. А ма­лень­кий Адам, вы­тер со ще­ки сво­ей ма­те­ри сле­зин­ку и ти­хо ска­зал: – Ма…пачь. Утром Али­на раз­бу­ди­ла Ха­са­на. – От­ве­зи нас в Моск­ву. Ста­рый го­рец за­мер. – Ты с ума со­шла? Там те­бя пер­вым де­лом об­на­ру­жат и при­ве­зут в дом Ба­ри­го­вых. – У ме­ня есть у ко­го спря­тать­ся. Они вы­еха­ли но­чью. Сна­ча­ла на ко­нях, по­том пе­ре­се­ли во вне­до­рож­ник. Адам спал, за­вер­ну­тый в чер­ный плащ Ха­са­на. Али­на смот­ре­ла на ис­че­за­ю­щие в тем­но­те го­ры и чув­ство­ва­ла, как что-то в ней уми­ра­ет. – Про­щай, – шеп­ну­ла она вет­ру. ГЛА­ВА 5 Тем вре­ме­нем в до­ме Ба­ри­го­вых бу­ше­вал не сва­деб­ный пир, а на­сто­я­щий ад. – Где неве­ста? – орал Ха­джи­му­рат. Аслан сто­ял в цен­тре за­ла, оде­тый в сва­деб­ный чер­кес­ский ко­стюм, но с кин­жа­лом в ру­ке. – Вот она, – он уда­рил клин­ком по сто­лу. – Моя же­на Али­на. Дру­гой не бу­дет. Лей­ла, оде­тая в бе­лое, за­ры­да­ла. – Ты опо­зо­рил наш род! – взре­вел Ха­джи­му­рат. Аслан шаг­нул к нему: – А ты пре­дал ме­ня. Ты знал, что твоя пле­мян­ни­ца по­ку­ша­лась на мою же­ну и мол­чал. Не­уже­ли Лей­ла так пло­ха, что ей не най­дет­ся му­жа? – про­гре­мел в на­сту­пив­шей ти­шине го­лос Асла­на. И вдруг в зал во­шел Ти­мур, а с ним Иль­на­ра. Ти­мур по­до­шел к бра­ту, по­смот­рел на ста­рей­шин и гром­ко про­из­нес: – Я возь­му на се­бя долг кро­ви и же­нюсь на Лей­ле! В за­ле по­вис­ла гне­ту­щая ти­ши­на. Аслан за­крыл гла­за. Ха­джи­му­рат крик­нул: – Нет! И тут дед Исма­ил стук­нул по­со­хом в пол. – Ха­джи­му­рат, ес­ли ты не пре­кра­тишь, то ты не ста­рей­ши­на, а дам­ский угод­ник! По ли­цу Ха­джи­му­ра­та по­шли крас­ные пят­на, но он про­мол­чал. Дед Исма­ил про­дол­жил: – Мо­ло­дец Ти­мур, ты на­сто­я­щий муж­чи­на! В ту же ночь, ко­гда Ти­мур объ­явил о сво­ем ре­ше­нии же­нить­ся на Лей­ле, Ха­джи­му­рат со­брал сво­их лю­дей в тай­ном ме­сте. Его гла­за го­ре­ли яро­стью. – Ба­ри­го­вы по­сме­ли опять на­сме­хать­ся над на­шим ро­дом! – про­ши­пел он, сжи­мая ку­бок с ви­ном так, что стек­ло трес­ну­ло. – Аслан от­ка­зал­ся, а его брат взял Лей­лу, как по­дач­ку! Один из его при­бли­жен­ных, низ­ко­рос­лый муж­чи­на с шра­мом че­рез глаз, на­кло­нил­ся бли­же: – Что при­ка­жешь, ста­рей­ши­на? Ха­джи­му­рат ух­мыль­нул­ся: – Под­го­товь­те на­па­де­ние на Ти­му­ра. Пусть сва­дьба не со­сто­ит­ся. А по­том… – его го­лос стал ле­дя­ным, – мы устро­им несчаст­ный слу­чай для Асла­на. Утром Ти­мур с неболь­шой охра­ной от­пра­вил­ся за по­дар­ка­ми для неве­сты. До­ро­га про­ле­га­ла че­рез уз­кое уще­лье. Имен­но там их под­жи­да­ли лю­ди Ха­джи­му­ра­та. Пер­вая пу­ля вон­зи­лась в пле­чо бли­жай­ше­го охран­ни­ка. – За­са­да! – крик­нул Ти­мур, вы­хва­ты­вая ору­жие. Но преж­де чем он успел что-то пред­при­нять, со скал по­сы­па­лись кам­ни, а из-за по­во­ро­та вы­ско­чи­ли всад­ни­ки в чер­ных баш­лы­ках. Ко­гда Ти­мур уже при­го­то­вил­ся к смер­ти, раз­дал­ся гром­кий свист. Свер­ху, с гор­ных скло­нов, по­сы­па­лись кам­ни и по­слы­ша­лись вы­стре­лы. Но те­перь пу­ли ле­те­ли в на­па­дав­ших. Лю­ди Ха­джи­му­ра­та ста­ли па­дать с ло­ша­дей один за дру­гим. Аслан по­явил­ся как гром сре­ди яс­но­го неба. Его чер­ный конь встал на ды­бы, а кли­нок сверк­нул в воз­ду­хе. – Ха­джи­му­рат! – про­гре­мел его го­лос. – Ты за­был, с кем име­ешь де­ло! В схват­ке Аслан лич­но взял в плен од­но­го из на­па­дав­ших. Под пыт­ка­ми тот при­знал­ся: – Это… Ха­джи­му­рат… Он хо­тел убить Ти­му­ра… а по­том и вас… Ко­гда Аслан с людь­ми во­рвал­ся в дом Ха­джи­му­ра­та, ста­рей­ши­на пы­тал­ся бе­жать че­рез зад­ний двор. Но его пой­ма­ли. – По за­ко­ну гор, – хо­лод­но про­из­нес Аслан, – пре­да­тель уми­ра­ет. Кли­нок сверк­нул – и го­ло­ва Ха­джи­му­ра­та по­ка­ти­лась по зем­ле. Ве­че­ром, ко­гда все за­кон­чи­лось, Иль­на­ра при­шла к сы­ну. Она сто­я­ла пе­ред ним, гор­дая и пря­мая, несмот­ря на страх в гла­зах. – Я долж­на ска­зать те­бе прав­ду, – на­ча­ла она. – Это я по­мог­ла Алине сбе­жать. Аслан рез­ко под­нял го­ло­ву. Его гла­за вспых­ну­ли яро­стью. – Ты… что?! Но Иль­на­ра не от­сту­пи­ла: – Я ви­де­ла, как ты по­ги­ба­ешь. Ви­де­ла, что клан раз­ва­ли­ва­ет­ся. Али­на и Адам – твоя жизнь. Я не мог­ла поз­во­лить им по­гиб­нуть. Ярость на ли­це Асла­на сме­ни­лась стран­ным спо­кой­стви­ем. Он дол­го смот­рел на мать, по­том неожи­дан­но опу­стил­ся пе­ред ней на ко­ле­ни и при­жал­ся лбом к ее ру­ке. – Спа­си­бо, – про­шеп­тал он. – Ты спас­ла их. Где они? – По­ез­жай в Да­ге­стан, к дя­де Ха­са­ну, он зна­ет, где они! На сле­ду­ю­щее утро Аслан со­брал вер­ных лю­дей. – По­сле сва­дьбы мы едем к дя­де Ха­са­ну. – объ­явил он. Ти­мур кив­нул: – Я по­за­бо­чусь о де­лах здесь. Иди за сво­ей се­мьей. Аслан до­стал из кар­ма­на но­со­вой пла­ток Али­ны и по­це­ло­вал его. – Я иду за то­бой, сол­ныш­ко. И на этот раз ни­кто не раз­лу­чит нас. Двор до­ма Ба­ри­го­вых был укра­шен алы­ми шел­ка­ми и зо­ло­ты­ми лен­та­ми. Го­сти в празд­нич­ных чер­кес­ках и рас­ши­тых пла­тьях за­пол­ни­ли пло­щадь пе­ред саклей. Ти­мур, в бе­ло­снеж­ной чер­кес­ке с се­реб­ря­ны­ми га­зы­ря­ми, сто­ял у ри­ту­аль­но­го стол­ба, а ря­дом, под гу­стой фа­той, Лей­ла. Ее ли­цо бы­ло скры­то, но по дро­жа­щим ру­кам бы­ло вид­но, как она нерв­ни­ча­ет. Аслан, как гла­ва кла­на, вос­се­дал на по­чет­ном ме­сте. Его взгляд был хо­ло­ден, а паль­цы сжи­ма­ли ру­ко­ять кин­жа­ла. Он не хо­тел этой сва­дьбы, но долг пе­ред ро­дом был важ­нее лич­ных ам­би­ций. Ко­гда мул­ла на­чал об­ряд, Аслан ме­ха­ни­че­ски ки­вал, но мыс­ли его бы­ли да­ле­ко – в мос­ков­ских пе­ре­ул­ках, где на­ча­лась его лю­бовь. – Ты со­гла­сен взять эту жен­щи­ну в же­ны? – спро­сил мул­ла у Ти­му­ра. – Да, – от­ве­тил млад­ший Ба­ри­гов, бро­сая быст­рый взгляд на бра­та. Аслан не ше­вель­нул­ся, но его гла­за мет­ну­ли мол­нию в сто­ро­ну ста­рей­шин. Он сжал ку­ла­ки. Он по­знав­ший лю­бовь, не хо­тел сво­е­му бра­ту жиз­ни с нелю­би­мой жен­щи­ной. Но сей­час, эта сва­дьба бы­ла един­ствен­ным спо­со­бом пре­кра­тить вой­ну меж­ду ро­да­ми. По­сле ни­ка­ха на­чал­ся пыш­ный пир. Сто­лы ло­ми­лись от ба­ра­ни­ны с гра­на­то­вым со­усом, слад­ких ле­пе­шек, гор­но­го ме­да, сла­до­стей, фрук­тов и ово­щей. Аслан не при­тра­ги­вал­ся к еде. Он на­блю­дал, как Лей­ла роб­ко под­но­сит ку­бок Ти­му­ру, как ста­рей­ши­ны пе­ре­шеп­ты­ва­ют­ся, бро­сая на него ко­сые взгля­ды. – Ты вы­гля­дишь, как волк на при­вя­зи, – Иль­на­ра се­ла ря­дом, по­да­вая ему ча­шу креп­ко­го чая. – Я дол­жен при­вез­ти их сю­да, – про­шеп­тал он так ти­хо, что толь­ко мать мог­ла услы­шать. – По­ез­жай немед­лен­но к Ха­са­ну, сы­нок. Аслан ушел с пи­ра рань­ше всех. Он от­пра­вил­ся ту­да, где жил Ха­сан. Ста­рый го­рец си­дел у ко­ст­ра, чи­стил кин­жал, ко­гда тень Асла­на упа­ла на него. – Я знал, что ты при­дешь, – Ха­сан да­же не под­нял го­ло­вы. – Где она? – Аслан сто­ял непо­движ­но, но гла­за го­ре­ли. Вся его сущ­ность бы­ли в пред­вку­ше­нии встре­чи с же­ной и сы­ном. По­ка он до­би­рал­ся до Ха­са­на, пред­став­лял, как встре­тит его Али­на, как он при­жмет ее к сво­ей гру­ди, как возь­мет под­рос­ше­го сы­на на ру­ки и вдох­нет его мо­лоч­ный за­пах… Ха­сан вздох­нул: – По­сле ве­сти о тво­ей сва­дьбе… она по­про­си­ла от­вез­ти ее в Моск­ву. Аслан стис­нул зу­бы: – Ты от­вез? – Да. Она ска­за­ла… что не вер­нет­ся, ес­ли ты на­ру­шил клят­ву и пре­дал ее. Ти­ши­на. Толь­ко треск ко­ст­ра на­ру­шал ее. Аслан рез­ко раз­вер­нул­ся, но Ха­сан оклик­нул его: – Она лю­бит те­бя. Гор­дость – это про­кля­тие на­ше­го ро­да. Аслан вер­нул­ся в дом. Ком­на­та Али­ны бы­ла по-преж­не­му нетро­ну­та. Ее ду­хи, кни­ги, да­же дет­ские ве­щи Ада­ма ле­жа­ли на сво­их ме­стах. Он сел на кро­вать, взял в ру­ки ее ноч­ную ру­баш­ку и вдох­нул за­пах жас­ми­на. – Я не пре­да­вал те­бя, лю­бовь моя, – про­шеп­тал он. – Но най­ду… да­же ес­ли при­дет­ся сжечь пол-Моск­вы. На сле­ду­ю­щее утро Аслан со­брал вер­ных лю­дей. – Го­товь­тесь к до­ро­ге, ска­зал он. – Мы едем в Моск­ву. Ти­мур кив­нул: – При­ве­зи их до­мой. ГЛА­ВА 6 Али­на сто­я­ла на по­ро­ге сво­ей ста­рой квар­ти­ры, ко­то­рую не ви­де­ла боль­ше двух лет. Пыль се­реб­ря­ным сло­ем ле­жа­ла на ме­бе­ли, а воз­дух пах­нет затх­ло­стью и оди­но­че­ством. Ма­лень­кий Адам креп­ко сжи­мал ее ру­ку, его го­лу­бые гла­за ши­ро­ко рас­кры­лись при ви­де незна­ко­мо­го ме­ста. Он что-то ле­пе­тал на сво­ем дет­ском язы­ке, сме­ши­вая рус­ские и кав­каз­ские сло­ва. – Сол­ныш­ко, это… был наш дом, – про­шеп­та­ла Али­на, чув­ствуя, как ко­мок под­сту­па­ет к гор­лу. Она быст­ро на­бра­ла но­мер Ка­ти дро­жа­щи­ми паль­ца­ми. По­сле трех гуд­ков раз­дал­ся взвол­но­ван­ный го­лос сест­ры: – Али­на?! Ал­ло?! Это ты?! – Кать… это я, – го­лос Али­ны пре­рвал­ся. Она за­кры­ла гла­за, чув­ствуя, как по ще­кам ка­тят­ся го­ря­чие сле­зы. – Я не знаю, с че­го на­чать… – Где ты?! Я уже год те­бя ищу! Весь от­дел му­жа ра­бо­та­ет над этим! – Ка­тя по­чти кри­ча­ла в труб­ку. – Аслан при­слал лю­дей, они обыс­ка­ли весь Стам­бул! – Я… я сбе­жа­ла. С Ада­мом. Это дол­гая ис­то­рия… Кать, они пы­та­лись убить нас. Тра­ви­ли, под­бра­сы­ва­ли змей… – Али­на рез­ко обер­ну­лась, услы­шав шум на лест­нич­ной пло­щад­ке, но это ока­за­лись со­се­ди. На дру­гом кон­це про­во­да на­сту­пи­ла ти­ши­на, за­тем Ка­тя ска­за­ла твер­до: – Слу­шай вни­ма­тель­но. Че­рез два­дцать ми­нут за то­бой при­е­дет чер­ный Mercedes с то­ни­ро­ван­ны­ми стек­ла­ми. Это мои лю­ди. Са­дись и ни­ко­му не от­кры­вай, по­ка они не ска­жут па­роль "Бе­лая си­рень". По­ня­ла? – По­ня­ла, – кив­ну­ла Али­на, хо­тя сест­ра не мог­ла это­го ви­деть. – Я пе­ре­ве­ду те­бе день­ги. Уез­жай в ба­буш­кин до­мик в Твер­ской об­ла­сти, в глу­хой де­ревне. Там ни­кто те­бя не най­дет. Али­на… – го­лос Ка­ти дрог­нул, – ты же по­ни­ма­ешь, что он те­бя ищет? Что он с ума схо­дит? Али­на по­смот­ре­ла на Ада­ма, ко­то­рый увле­чен­но иг­рал сво­ей мяг­кой иг­руш­кой, остав­шей­ся с про­шлой жиз­ни. – Он же­нил­ся, Ка­тя. На той, ко­го для него вы­бра­ли. Я не мо­гу… я не вер­нусь к нему те­перь, – она сжа­ла те­ле­фон так, что ко­стяш­ки паль­цев по­бе­ле­ли. Ка­тя тя­же­ло вздох­ну­ла: – Ты все узна­ла? Али­на, там не все так… Гром­кий стук в дверь пре­рвал ее сло­ва. Али­на рез­ко обер­ну­лась, серд­це бе­ше­но за­ко­ло­ти­лось. – Кать, кто-то при­шел…, – про­шеп­та­ла она. – Не от­кры­вай! Мои бу­дут че­рез пят­на­дцать ми­нут! Спрячь­ся! Али­на схва­ти­ла Ада­ма на ру­ки и бро­си­лась в спаль­ню, ко­гда раз­дал­ся но­вый стук – бо­лее на­стой­чи­вый. Че­рез дверь про­зву­чал низ­кий муж­ской го­лос: – Али­на Ан­дре­ев­на? От­кры­вай­те, мы от Ка­те­ри­ны. Она за­мер­ла, при­жи­мая сы­на к гру­ди. Это бы­ло слиш­ком быст­ро… Как они мог­ли при­е­хать за пять ми­нут? Адам ис­пу­гал­ся, за­хны­кал, пря­ча ли­цо у нее на пле­че. – Все хо­ро­шо, сол­ныш­ко, – она це­ло­ва­ла его во­ло­сы, ли­хо­ра­доч­но со­об­ра­жая. Вдруг в окне мельк­ну­ла тень – кто-то был на по­жар­ной лест­ни­це. – Кать, здесь кто-то есть! За ок­ном и у две­ри! – сдав­лен­но про­шеп­та­ла она в те­ле­фон. – Бо­же… Это не мои! Али­на, бе­ги… Но бы­ло уже позд­но. Дверь с трес­ком рас­пах­ну­лась, и в квар­ти­ру во­шли трое муж­чин в чер­ном. Пер­вый снял тем­ные оч­ки, и Али­на узна­ла Руста­ма – дво­ю­род­но­го бра­та Асла­на. – Не бой­ся, Али­на. Мы не при­чи­ним те­бе вре­да. Аслан ско­ро бу­дет в Москве, – он сде­лал шаг впе­ред. Али­на от­сту­па­ла, по­ка не по­чув­ство­ва­ла за спи­ной сте­ну. Она креп­ко об­хва­ти­ла Ада­ма, го­то­вясь за­щи­щать его до по­след­не­го. Но вдруг раз­дал­ся рез­кий звук тор­мо­зов под ок­ном, и че­рез мгно­ве­ние в квар­ти­ру во­рва­лись еще лю­ди – эти бы­ли в по­ли­цей­ской фор­ме. – Ру­ки за го­ло­ву! Все! Это спе­цо­пе­ра­ция! – раз­да­лась ко­ман­да. Рустам и его лю­ди за­мер­ли. Один из «по­ли­цей­ских»по­до­шел к Алине: – Али­на Ан­дре­ев­на, нам ска­за­ли, что вы пред­по­чте­те на­шу за­щи­ту. «Бе­лая си­рень». По­е­ха­ли? Али­на кив­ну­ла, все еще дро­жа. «По­ли­цей­ский» взял из рук Али­ны те­ле­фон: – Она у нас. Ко­гда они вы­хо­ди­ли Рустам крик­нул ей в след: – Он от­рек­ся от все­го ра­ди те­бя! Но этих слов Али­на уже не слы­ша­ла. Адам от ис­пу­га пла­кал. Ма­ши­на мча­лась по мос­ков­ским ули­цам, уво­зя ее и Ада­ма прочь – в глухую де­рев­ню, где, воз­мож­но, на­ко­нец мож­но бу­дет пе­ре­ве­сти дух… Ма­ши­на мча­лась по трас­се, уво­зя Али­ну все даль­ше от Моск­вы, от про­шлой жиз­ни, от Асла­на. Она си­де­ла на зад­нем си­де­нье, креп­ко при­жи­мая к гру­ди спя­ще­го сы­на. В го­ло­ве кру­ти­лись мыс­ли о том, что ждет ее впе­ре­ди. Ка­тя пред­ло­жи­ла дом в Твер­ской об­ла­сти – уют­ный, спря­тан­ный от по­сто­рон­них глаз. Но Али­на уже зна­ла: она ту­да не по­едет. Страх сжи­мал серд­це. «А вдруг Аслан най­дет ее?» Он не раз по­вто­рял, что не от­пу­стит ее ни­ко­гда. А она сбе­жа­ла с его сы­ном! Кав­каз­ские муж­чи­ны остав­ля­ют де­тей в сво­их се­мьях. Раз от него по­тре­бо­ва­ли что­бы он же­нил­ся, зна­чит, мо­гут по­тре­бо­вать отобрать ее сы­на и вы­бро­сить ее из его жиз­ни. Аслан был на­стой­чив, упрям, а его свя­зи про­сти­ра­лись да­ле­ко. Ес­ли он до­га­да­ет­ся, что Ка­тя по­мог­ла ей, то ра­но или позд­но про­ве­рит все ее вла­де­ния. Нет, она не мог­ла рис­ко­вать. До­став те­ле­фон, Али­на на­бра­ла но­мер сест­ры. Та от­ве­ти­ла по­чти сра­зу. – Ты где? Все в по­ряд­ке? – тре­вож­но спро­си­ла Ка­тя. – По­ка да. Но я не по­еду в тот дом. – По­че­му?! Там без­опас­но! – Для те­бя – да. Для ме­ня – нет. Ес­ли он нач­нет ис­кать, то пер­вым де­лом про­ве­рит на­ши ме­ста. Ка­тя за­мол­ча­ла на се­кун­ду, за­тем ти­хо ска­за­ла: – Хо­ро­шо. У ме­ня есть день­ги. Я пе­ре­ве­ду те­бе. Ты смо­жешь снять жи­лье где-то еще, по­даль­ше. Али­на за­кры­ла гла­за. Она не хо­те­ла вновь быть обя­зан­ной сест­ре, но вы­бо­ра не бы­ло. – Спа­си­бо. Че­рез несколь­ко ча­сов на ее кар­ту упал круп­ный пе­ре­вод. Во­ди­тель, по ее прось­бе, свер­нул в сто­ро­ну неболь­шо­го го­род­ка, где Али­на сня­ла квар­ти­ру на окра­ине. Не рос­кош­ную, но чи­стую, без лиш­них во­про­сов. Аслан сто­ял на по­ро­ге мос­ков­ской квар­ти­ры, ко­то­рую ко­гда-то де­лил с Али­ной. Все бы­ло пу­сто. Ни на­ме­ка на то, где она мог­ла быть. Он сжал ку­ла­ки. «Как она по­сме­ла?» Но гнев быст­ро сме­нил­ся хо­лод­ной ре­ши­мо­стью. Он най­дет ее. И сы­на. Пер­вым де­лом он про­ве­рил все воз­мож­ные ме­ста: род­ствен­ни­ков, дру­зей, да­же даль­них зна­ко­мых. Но сле­дов не бы­ло. – Ка­тя, – про­шеп­тал он. Се­ст­ра Али­ны. Ес­ли кто и мог по­мочь ей скрыть­ся, то толь­ко она. Но ко­гда он при­ле­тел к Ка­те, та лишь хо­лод­но по­смот­ре­ла на него. – Я не знаю, где Али­на. Аслан стис­нул зу­бы. – Ты по­ни­ма­ешь, что это не за­кон­чит­ся, по­ка я их не най­ду? Ка­тя по­жа­ла пле­ча­ми. – По­про­буй. Да­же Ка­тин муж не смог убе­дить ее, ска­зать, где на­хо­дит­ся Али­на. – Аслан, пой­ми, я дей­стви­тель­но не знаю где Али­на. Он уле­тел до­мой, но не сдал­ся. По­ис­ки толь­ко на­чи­на­лись. Али­на устро­и­лась на ра­бо­ту в мест­ный дет­ский сад ня­неч­кой. В эту же груп­пу устро­и­ла Ада­ма. Все бы­ло скром­но, без лиш­не­го вни­ма­ния. Она сме­ни­ла но­мер, уда­ли­ла соц­се­ти, жи­ла ти­хо, как тень. Но каж­дую ночь ей снил­ся Аслан. Его гла­за, пол­ные яро­сти. Его го­лос, шеп­чу­щий: – Я най­ду те­бя. И она зна­ла – это лишь во­прос вре­ме­ни. А Аслан вер­нул­ся до­мой. Он по­шел к ска­ле, где по­след­ний раз сту­па­ли но­ги же­ны. Он смот­рел на вер­ши­ны гор, а они в от­вет смот­ре­ли чер­но­той и ему ка­за­лось, что они ему го­во­ри­ли и упре­ка­ли: – Ты не смог за­щи­тить ее и сы­на. Ты не смог убе­речь свою лю­бовь. Ты не смог за­щи­тить свою жен­щи­ну, гор­дую и лю­бя­щую! Не смог! И от это­го у Асла­на на­чи­на­лась лом­ка. И толь­ко мать и Ти­мур все­ля­ли на­деж­ду: – Ты ее най­дешь. Обя­за­тель­но най­дешь. В клане по­сте­пен­но на­сту­пил мир. Аслан по­ни­мал, что как гла­ва кла­на он не име­ет пра­ва бро­сить лю­дей на про­из­вол судь­бы. Лю­ди Асла­на не пре­кра­ща­ли по­ис­ки Али­ны. В ско­ром вре­ме­ни Ти­мур при­нес весть, что ско­ро ста­нет от­цом. Аслан за­ме­тил, что Ти­мур с теп­ло­той го­во­рит о сво­ей жене. И кто зна­ет мо­жет у них… ГЛА­ВА 7 Про­шел еще один год. Али­на при­вык­ла к ти­шине. Она жи­ла в неболь­шом го­род­ке, где все зна­ли друг дру­га в ли­цо, но ни­кто не за­да­вал лиш­них во­про­сов. Ее на­зы­ва­ли «мо­ло­дой вдо­вой» – так бы­ло про­ще объ­яс­нить от­сут­ствие му­жа. Лю­ди ки­ва­ли с со­чув­стви­ем, но не лез­ли в ду­шу. Адам под­рос. Его кав­каз­ские чер­ты ста­но­ви­лись все за­мет­нее – тем­ные во­ло­сы, упря­мый под­бо­ро­док, жи­вые гла­за, так по­хо­жие на от­цов­ские, толь­ко го­лу­бые. Он бе­гал по дво­ру, сме­ял­ся, иг­рал с дру­ги­ми детьми, но каж­дый раз, ко­гда ви­дел муж­чи­ну вы­со­ко­го ро­ста, нена­дол­го за­ми­рал, всмат­ри­ва­ясь – не па­па ли это? Али­на за­ме­ча­ла это. Серд­це сжи­ма­лось, но она мол­ча­ла. Она ра­бо­та­ла в дет­ском са­ду по­мощ­ни­цей вос­пи­та­те­ля. День­ги бы­ли скром­ные, но хва­та­ло на еду и арен­ду. Те сред­ства, что пе­ре­ве­ла Ка­тя, Али­на сня­ла и спря­та­ла. И бра­ла из них немно­го. Бы­ло страш­но дер­жать день­ги в до­ме. Для нее это бы­ли нема­лые день­ги. Но све­тит­ся, где-ли­бо еще Али­на не хо­те­ла. Ве­че­ра­ми, уло­жив Ада­ма спать, она са­ди­лась у ок­на с чаш­кой чая и смот­ре­ла на звез­ды. Ино­гда ей ка­за­лось, что где-то там, за сот­ни ки­ло­мет­ров, Аслан то­же смот­рит в ноч­ное небо и ду­ма­ет о них. Но по­том она вспо­ми­на­ла его сва­дьбу. «Он же­нил­ся. На той, ко­го вы­бра­ли за него. Зна­чит, он сдал­ся. Зна­чит, он не так си­лен, как ка­за­лось.» Или… Или он сде­лал это, что­бы за­щи­тить их? Но нет. Она не мог­ла поз­во­лить се­бе та­кие мыс­ли. На­деж­да – это сла­бость. Каж­дую ночь ей снил­ся один и тот же сон. Она бе­жит по тем­но­му ле­су, дер­жа Ада­ма за ру­ку. За ни­ми – всад­ни­ки в чер­ных баш­лы­ках. Она спо­ты­ка­ет­ся, па­да­ет, и в этот мо­мент пе­ред ней вы­рас­та­ет Аслан. Он про­тя­ги­ва­ет ру­ку, но вме­сто по­мо­щи его паль­цы сжи­ма­ют ее гор­ло. – Ты пре­да­ла ме­ня. Она про­сы­па­лась в хо­лод­ном по­ту, серд­це ко­ло­ти­лось, как пти­ца в клет­ке. Адам ино­гда бу­дил ее по но­чам: – Ты плачешь? – Нет, сол­ныш­ко, это про­сто дождь за ок­ном. Она на­учи­лась жить без него. На­учи­лась чи­нить кра­ны, за­би­вать гвоз­ди, га­сить свет в ко­ри­до­ре, что­бы не бо­ять­ся те­ней. На­учи­лась улы­бать­ся вос­пи­та­те­лям в са­ди­ке, но не под­пус­кать их слиш­ком близ­ко. На­учи­лась го­во­рить Ада­му: – Па­па на небе. Он нас охра­ня­ет. Но од­на­жды, ко­гда они гу­ля­ли в пар­ке, Адам вдруг ука­зал на муж­чи­ну в чер­ной курт­ке и ра­дост­но за­кри­чал: – Па­па! Али­на рез­ко обер­ну­лась – серд­це прыг­ну­ло в гор­ло. Но это был не Аслан. Про­сто незна­ко­мец. Адам разо­ча­ро­ван­но на­дул гу­бы. – Я хо­чу па­пу. Али­на не от­ве­ти­ла. Она про­сто креп­че сжа­ла его ру­ку. Ес­ли он их най­дет, боль­ше она сбе­жать не смо­жет. Ее серд­це сно­ва и сно­ва об­ли­ва­лось кро­вью, ко­гда она пред­став­ля­ла, что у Асла­на есть вто­рая же­на. Ско­рей все­го у него уже есть еще ре­бе­нок. Ти­хий ве­чер. Али­на си­де­ла на кухне, пи­ла чай с мя­той и смот­ре­ла, как за ок­ном мед­лен­но па­да­ют пер­вые сне­жин­ки. Адам уже спал, укры­тый теп­лым оде­я­лом, его тем­ные рес­ни­цы тре­пе­та­ли во сне. И вдруг – за­пах. Тон­кий, ед­ва уло­ви­мый аро­мат до­ро­го­го муж­ско­го пар­фю­ма с нот­ка­ми ко­жи и пря­но­стей. Тот са­мый. Тот, что но­сил он. Серд­це Али­ны сжа­лось, и пе­ред гла­за­ми, буд­то ки­но­лен­та, по­плы­ли вос­по­ми­на­ния… Москва. Свет­ский ра­ут в од­ном из са­мых за­кры­тых клу­бов сто­ли­цы. Али­на не лю­би­ла та­кие ме­ро­при­я­тия, но Ка­тя уго­во­ри­ла ее пой­ти. «Ты слиш­ком мно­го ра­бо­та­ешь, нуж­но раз­ве­ять­ся! Там бу­дут кав­каз­ские муж­чи­ны. Ты же пи­шешь о Кав­ка­зе. Мо­жет под­черп­нешь что-то ин­те­рес­ное для се­бя». Она сто­я­ла у ба­ра, сжи­мая в ру­ках бо­кал с шам­пан­ским, ко­гда по­чув­ство­ва­ла его взгляд. Тя­же­лый. Го­ря­чий. Го­лод­ный. Обер­ну­лась… и встре­ти­лась гла­за­ми с вы­со­ким муж­чи­ной в иде­аль­но си­дя­щем чер­ном ко­стю­ме. Аслан Ба­ри­гов. Его тем­ные гла­за изу­ча­ли ее с та­кой ин­тен­сив­но­стью, буд­то он уже раз­де­вал ее взгля­дом. Али­на рез­ко от­вер­ну­лась, но че­рез мгно­ве­ние он уже сто­ял ря­дом. – Вы здесь од­на? – его го­лос был низ­ким, с лег­ким кав­каз­ским ак­цен­том, от ко­то­ро­го по спине по­бе­жа­ли му­раш­ки. – Нет, – от­ве­ти­ла она, ста­ра­ясь зву­чать хо­лод­но. – Со мной моя сест­ра. Он улыб­нул­ся – мед­лен­но, как хищ­ник, чув­ству­ю­щий сла­бость до­бы­чи. – То­гда я дол­жен по­зна­ко­мить­ся и с ней. Али­на не зна­ла, как от­ка­зать, и че­рез ми­ну­ту Ка­тя уже бол­та­ла с ним о биз­не­се, а он… смот­рел толь­ко на Али­ну… Он не про­сил. Он за­яв­лял: – Ты бу­дешь ужи­нать со мной зав­тра. Али­на хо­те­ла от­ка­зать­ся, но что-то в его взгля­де за­ста­ви­ло ее кив­нуть. Ре­сто­ран. По­лу­мрак. Ви­но, ко­то­рое ка­за­лось слиш­ком креп­ким. – Ты не та­кая, как дру­гие, – ска­зал он, про­во­дя паль­цем по краю бо­ка­ла. – Ты не иг­ра­ешь. – А ты слиш­ком уве­рен в се­бе, – па­ри­ро­ва­ла она. Он рас­сме­ял­ся глу­бо­ко, му­же­ствен­но, и Али­на по­чув­ство­ва­ла, как теп­ло раз­ли­ва­ет­ся по жи­во­ту. – Я про­сто знаю, че­го хо­чу. – И че­го же? Он на­кло­нил­ся бли­же, и его ды­ха­ние обо­жгло ее ко­жу. – Те­бя. Он не скры­вал сво­их на­ме­ре­ний. Его ру­ки бы­ли гру­бы­ми и уве­рен­ны­ми, ко­гда он при­жал ее к стене в ее квар­ти­ре, ко­гда про­во­дил ее до до­ма. Его гу­бы же­сто­ко за­хва­ти­ли ее рот, не остав­ляя шан­са на со­про­тив­ле­ние. Али­на го­ре­ла. Она ни­ко­гда не чув­ство­ва­ла ни­че­го по­доб­но­го. Но ко­гда его паль­цы скольз­ну­ли под по­дол ее пла­тья, она за­мер­ла. – Стой. Он от­стра­нил­ся, ды­ха­ние пре­ры­ви­стое, гла­за тем­ные от же­ла­ния. – Что? – Я… – она опу­сти­ла гла­за. – Я ни­ко­гда… Он за­мер. – Ты дев­ствен­ни­ца? – Она кив­ну­ла, ожи­дая на­смеш­ки, гру­бо­сти, разо­ча­ро­ва­ния. Но Аслан вздох­нул и… от­сту­пил. – То­гда не се­го­дня. Али­на удив­лен­но под­ня­ла на него гла­за. – Ты… не хо­чешь? Он рас­сме­ял­ся, но те­перь в его сме­хе не бы­ло же­сто­ко­сти, толь­ко теп­ло. – Я слиш­ком хо­чу. Но не так. Он про­вел паль­цем по ее ще­ке. – Ко­гда-ни­будь, но не сей­час. Про­шло три ме­ся­ца. Три ме­ся­ца по­це­лу­ев, при­кос­но­ве­ний, но­чей, ко­гда он укла­ды­вал ее спать, но не брал. Три ме­ся­ца встреч и рас­ста­ва­ний. Али­на схо­ди­ла с ума. И вот од­на­жды, ко­гда он сно­ва по­явил­ся на по­ро­ге ее квар­ти­ры… Аслан при­ле­тел в Моск­ву и сра­зу же на­пра­вил­ся к Алине. Она встре­ти­ла его с ра­до­стью. А Аслан был на­пря­жен. Его паль­цы сжи­ма­ли под­ло­кот­ник крес­ла. – Али­на… ста­рей­ши­ны со­глас­ны. Но…Но с од­ним усло­ви­ем. Она при­сталь­но по­смот­ре­ла на него. – Ка­ким? – Ты долж­на при­нять ис­лам. Али­на за­сты­ла. В гла­зах Асла­на она уви­де­ла страх. Страх от­ка­за. Ее это по­ра­зи­ло. – И это все? Ви­ди­мо он не по­ве­рил сво­им ушам. С дро­жью в го­ло­се спро­сил: – Ты… со­глас­на? – Ес­ли это сде­ла­ет нас му­жем и же­ной – ко­неч­но. – От­ве­ти­ла Али­на. Аслан схва­тил ее в объ­я­тия, при­жи­мая к ши­ро­кой гру­ди. – Ты не пред­став­ля­ешь, как я те­бя люб­лю. А ве­че­ром…на­ча­лось их та­ин­ство. Алан был нежен, но в его гла­зах чи­та­лась жаж­да. Он снял с нее пла­тье, це­луя каж­дую но­вую от­кры­вав­шу­ю­ся часть те­ла. Гу­бы сколь­зи­ли по шее, пле­чам, гру­ди…Али­на вздрог­ну­ла, ко­гда его паль­цы кос­ну­лись са­мых со­кро­вен­ных мест. – Рас­слабь­ся, – про­шеп­тал он. Боль бы­ла ко­рот­кой, но Аслан тут же при­жал ее к се­бе, це­луя в гу­бы, что­бы от­влечь. – Те­перь ты моя. На­все­гда. Страсть раз­го­ра­лась с каж­дой ми­ну­той. Аслан, обыч­но, та­кой сдер­жан­ный, по­те­рял кон­троль. Он брал ее сно­ва и сно­ва, по­ка она не за­кри­ча­ла его имя в экс­та­зе. Утром они ле­жа­ли, об­няв­шись. – Я ни­ко­гда не от­пу­щу те­бя, – ска­зал Аслан. Али­на неж­но улыб­ну­лась и про­шеп­та­ла: – Я и не про­шу. То­гда он лю­бил ее так, как она не мог­ла да­же пред­ста­вить. Мед­лен­но. Бе­реж­но. Страст­но. Он шеп­тал ей на ухо сло­ва на род­ном язы­ке, це­ло­вал каж­дую сле­зу, дер­жал ее так креп­ко, буд­то бо­ял­ся, что она ис­чез­нет. А ко­гда все за­кон­чи­лось, он не от­пу­стил ее. – Ты те­перь моя. Снег за ок­ном уси­лил­ся. Али­на вздрог­ну­ла, ко­гда Адам за­во­ро­чал­ся во сне. Она вы­тер­ла сле­зы, ко­то­рых да­же не за­ме­ти­ла. «Где он сей­час? С кем? Пом­нит ли их первую ночь так же яр­ко, как она?» Но от­ве­та не бы­ло. Толь­ко ти­ши­на. Толь­ко оди­но­че­ство. И вос­по­ми­на­ния, ко­то­рые го­ре­ли в гру­ди, как неза­жи­ва­ю­щая ра­на. ГЛА­ВА 8 Год. Еще це­лый год без нее. Год, в ко­то­ром каж­дый день на­чи­нал­ся с од­но­го и то­го же во­про­са: – Где они? Аслан сто­ял на краю ска­лы, сжи­мая в ру­ках фо­то­гра­фию – ту са­мую, где Али­на сме­я­лась, при­жав к гру­ди ма­лень­ко­го Ада­ма. Ве­тер рвал ли­сток из паль­цев, но он не от­пус­кал. – Я най­ду те­бя, – шеп­тал он в пу­сто­ту. Но Москва мол­ча­ла. Боль­ше он не мог поз­во­лить кла­ну уви­деть его сла­бость. Каж­дое утро со­ве­ты ста­рей­шин, пе­ре­го­во­ры, раз­бор­ки. Каж­дый ве­чер от­че­ты лю­дей, ис­кав­ших Али­ну. – Ни­че­го, – до­кла­ды­ва­ли они, опус­кая гла­за. Аслан стис­ки­вал зу­бы, но мол­чал. Толь­ко Ти­мур ви­дел, как тем­не­ют его гла­за. – Брат, ты сго­ра­ешь. – Я не сго­рю, по­ка не най­ду их. Сны пре­сле­до­ва­ли его. Ее го­лос. Ее смех. Ее крик, ко­гда уви­де­ла змею. Он про­сы­пал­ся в хо­лод­ном по­ту, сжи­мая ку­ла­ки. – Про­сти… Но ни­кто не слы­шал. Иль­на­ра на­блю­да­ла. Она ви­де­ла, как сын мед­лен­но уга­са­ет. Од­на­ж­ды но­чью она во­шла в его ком­на­ту. – Ты не най­дешь ее, – ска­за­ла она ти­хо. Аслан вздрог­нул, как буд­то его уда­ри­ли. – Что? – По­ка За­ли­на хо­дит по зем­ле… По­ка страх жи­вет меж­ду ва­ми, ты не най­дешь свою же­ну. Ти­ши­на. Аслан вско­чил, опро­ки­ды­вая стул. – Ты го­во­ришь, буд­то я не смо­гу за­щи­тить свою же­ну! – Ты не смог в про­шлый раз. Удар. Но не фи­зи­че­ский. Сло­во, ко­то­рое раз­ре­за­ло его гор­дость. – Ты пра­ва, – про­хри­пел он. Он под­нял го­ло­ву, и в его гла­зах вспых­ну­ло что-то страш­ное. – Те­перь я знаю, что де­лать. Она так и жи­ла в да­ле­ком ауле. Она ра­до­ва­лась, что Аслан не по­смел ее убить. Ра­до­ва­лась то­му, что Лей­ла во­шла в се­мью Ба­ри­го­вых невест­кой и уже по­да­ри­ла му­жу Ти­му­ру сы­на. Ра­до­ва­лась то­му, что рус­ская дев­ка, ро­див­шая Асла­ну сы­на ис­чез­ла. Аслан та­ет. Ско­ро его брат Ти­мур вста­нет во гла­ве кла­на. В свое вре­мя отец Асла­на от­верг За­ли­ну, как неве­сту. И она за­та­и­ла зло­бу. Она хо­те­ла вой­ти в дом Ба­ри­го­вых же­ной стар­ше­го сы­на. Но он же­нил­ся на Иль­на­ре. За­ли­на хо­те­ла быть хо­зяй­кой и гос­по­жой. Хо­те­ла де­лить ло­же с гла­вой кла­на в ро­до­вой башне. И пусть у нее са­мой не по­лу­чи­лось, но свои меч­ты она хо­те­ла ре­а­ли­зо­вать че­рез Лей­лу. И те­перь она до­би­лась сво­е­го. Пусть не Аслан, а Ти­мур стал му­жем ее до­че­ри. Она За­ли­на по­лу­чит то, что хо­те­ла для се­бя, толь­ко в те­ле до­че­ри. Но но­чью… Но­чью страх воз­вра­щал­ся. Аслан не про­стит. Ни­ко­гда. Она чув­ство­ва­ла это. Он при­шел к ней без пре­ду­пре­жде­ния. – Вы­хо­ди, – бро­сил он, стоя на по­ро­ге ее до­ма. За­ли­на за­дро­жа­ла, но под­чи­ни­лась. – Что ты хо­чешь? Аслан взял ее за под­бо­ро­док, за­ста­вив смот­реть в свои гла­за. – Ты зна­ешь, где она. – Ннет! Его паль­цы сжа­лись боль­нее. – По­шли. За­ли­на за­пла­ка­ла. Но она по­ня­ла… Боль­ше Аслан не ска­зал ни сло­ва. Он вел За­ли­ну по уз­кой тро­пе, что ви­лась над про­па­стью. Ве­тер выл, рвал на ней одеж­ду, бро­сал в ли­цо ко­лю­чий снег. За­ли­на спо­ты­ка­лась, ца­ра­па­ла ру­ки о кам­ни, но не про­си­ла по­ща­ды. Она зна­ла, что по­сяг­ну­ла на то, на что не име­ла пра­ва. Она зна­ла, ее вре­мя при­шло. Они оста­но­ви­лись на краю. Вни­зу – тьма. Без­дон­ная. Без­молв­ная. Аслан оста­но­вил­ся, шаг­нул бли­же к За­лине. За­ли­на за­ку­си­ла гу­бу. Он шаг­нул еще бли­же. За­ли­на за­кры­ла гла­за. Вс­пом­ни­ла Али­ну. Ее страх. Ее по­бег. – Ты от­ня­ла у ме­ня два го­да счаст­ли­вой жиз­ни, про­шеп­тал Аслан. – Два го­да без же­ны. Два го­да без сы­на. – Его го­лос был ти­хим, но страш­ным. – Что я дол­жен сде­лать с то­бой? За­ли­на вздрог­ну­ла. Вс­пом­ни­ла его месть. Вс­пом­ни­ла, как он каз­нил Ха­джи­му­ра­та. Без су­да. Без жа­ло­сти. – Я… Она по­смот­ре­ла в про­пасть. Тем­но­та ма­ни­ла. Ти­ши­на. По­кой. – Ты от­верг мою дочь, – про­ши­пе­ла она. – Ты не до­сто­ин убить ме­ня. – И шаг­ну­ла впе­ред. Аслан сто­ял, сжав ку­ла­ки, и смот­рел, как ее те­ло ис­че­за­ет во тьме. Без кри­ка. Без зву­ка. Толь­ко ве­тер. Толь­ко снег. Толь­ко ти­ши­на. Он вер­нул­ся в аул но­чью. Ни­кто не спро­сил, где За­ли­на. Ни­кто не по­смел. Мол­ча сел и уехал. Иль­на­ра встре­ти­ла сы­на у во­рот. Аслан про­шел мол­ча ми­мо ма­те­ри. И в этом мол­ча­нии бы­ло боль­ше слов, по­ни­ма­ния. Аслан омыл свое те­ло и от­пра­вил­ся в ро­до­вую сак­лю. Поз­же она ска­жет ему: – Сы­нок, те­перь Ал­лах сам при­ве­дет ее к те­бе. Зи­ма вы­да­лась снеж­ная и мо­роз­ная. Хо­лод­ный де­кабрь­ский ве­чер. Али­на креп­ко дер­жа­ла Ада­ма за ру­ку, по­ка они шли по уз­кой улоч­ке их ти­хо­го го­род­ка. Снег хру­стел под но­га­ми, а в воз­ду­хе ви­сел мо­роз­ный ту­ман, пре­вра­ща­ю­щий фо­на­ри в раз­мы­тые све­то­вые пят­на. – Мам, мот­ли! – Адам ра­дост­но ука­зал на огром­ную со­суль­ку, сви­сав­шую с кры­ши бли­жай­ше­го до­ма. Али­на улыб­ну­лась, но тут же на­хму­ри­лась. Кры­ша бы­ла ста­рая, на­гру­жен­ная тол­стым сло­ем сне­га. – Отой­дем по­даль­ше, сол­ныш­ко, – по­тя­ну­ла она сы­на за ру­ку. Но бы­ло уже позд­но. Раз­дал­ся глу­хой треск, и в сле­ду­ю­щее мгно­ве­ние тон­ны сне­га об­ру­ши­лись вниз. – Адам! Ин­стинкт сра­бо­тал быст­рее мыс­ли. Она рез­ко толк­ну­ла маль­чи­ка в сто­ро­ну, но са­ма не успе­ла от­прыг­нуть. Удар. Тем­но­та. Боль­ни­ца. Оч­ну­лась Али­на от рез­кой бо­ли. Бе­лый по­то­лок. Рез­кий за­пах ан­ти­сеп­ти­ка. Ти­хий го­лос вра­ча за две­рью. – Где мой сын? – пер­вое, что она про­шеп­та­ла, пы­та­ясь при­под­нять­ся. – Ти­хо, не дви­гай­тесь, – мед­сест­ра ак­ку­рат­но при­дер­жа­ла ее за пле­чо. – У вас пе­ре­лом ре­бер, со­тря­се­ние. Маль­чик в по­ряд­ке, он ря­дом, в со­сед­ней па­ла­те. Али­на за­кры­ла гла­за, чув­ствуя, как сле­зы ка­тят­ся по вис­кам. – Как я здесь? – Ско­рую вы­зва­ли про­хо­жие. Они уви­де­ли, как вас за­ва­ли­ло. В ва­шей су­моч­ке на­шли но­мер те­ле­фо­на сест­ры. Она уже в до­ро­ге. Аслан си­дел в сво­ем ка­би­не­те, раз­би­рая бу­ма­ги, ко­гда вле­тел че­ло­век из охра­ны: – Хо­зя­ин, ва­ша же­на в боль­ни­це а За­ре­чье. В но­во­стях по­ка­за­ли. Он за­мер. – Что? – Али­на Ба­ри­го­ва. Она в тя­же­лом со­сто­я­нии… Он не слы­шал осталь­но­го. Серд­це сту­ча­ло так, что глу­ши­ло все зву­ки. – Ма­ши­ну в аэро­порт. Ни снег, ни ночь, ни рас­сто­я­ние – ни­что не мог­ло его оста­но­вить. Ма­ши­на. Са­мо­лет. Ма­ши­на. Ма­ши­на ле­те­ла по трас­се, про­би­вая снеж­ную пе­ле­ну. Ти­мур зво­нил, пи­сал, пред­ла­гал по­мощь, но Аслан не от­ве­чал. Толь­ко од­но име­ло зна­че­ние сей­час. Она жи­ва. Он успе­ет. Ка­тя си­де­ла на пла­сти­ко­вом сту­ле, креп­ко сжи­мая в ру­ках те­ле­фон. Ко­гда дверь рас­пах­ну­лась, и в ко­ри­дор во­рвал­ся Аслан, она вско­чи­ла. – Она там, – кив­ну­ла Ка­тя в сто­ро­ну па­ла­ты. – Вра­чи го­во­рят, бу­дет жить. Он не ска­зал ни сло­ва. Шаг. Еще шаг. Дверь. Али­на ле­жа­ла блед­ная, в си­ня­ках, с труб­ка­ми в ве­нах. Но жи­вая. Он по­до­шел, опу­стил­ся на ко­ле­ни ря­дом с кро­ва­тью, схва­тил ее хо­лод­ную ру­ку. – Про­сти… – про­шеп­тал он, при­жи­мая ее ла­донь к гу­бам. Она от­кры­ла гла­за. Сна­ча­ла не по­ве­ри­ла. По­том сле­зы. – Ты… – Я здесь. Она за­кры­ла гла­за. Он не от­пус­кал ее ру­ку. Так и сто­ял на ко­ле­нях, ко­гда за его спи­ной от­кры­лась дверь. Аслан услы­шал го­лос Ка­ти: – Это твой па­па. Аслан обер­нул­ся. Гла­за сы­на – ее гла­за. – Я здесь, сын. Маль­чик бро­сил­ся к нему, об­хва­тил шею креп­ки­ми ру­чон­ка­ми. Аслан при­жал его к се­бе, вды­хая за­пах дет­ских во­лос. – Боль­ше я ни­ку­да не уй­ду. ГЛА­ВА 9 Али­на мед­лен­но шла на по­прав­ку. Очень силь­но кру­жи­лась и бо­ле­ла го­ло­ва. Ды­шать и ше­ве­лить­ся бы­ло боль­но. Аслан по­се­лил­ся с ней в па­ла­те. Его лю­ди при­вез­ли Иль­на­ру, что­бы та на­хо­ди­лась ря­дом с Ада­мом. Аслан уха­жи­вал за же­ной…Но меж­ду ни­ми ви­се­ло тя­гост­ное мол­ча­ние. Лишь ред­кие фра­зы. Али­на не хо­те­ла го­во­рить. Ей ка­за­лось, что го­во­рить не о чем. А Аслан, как ис­тин­ный, гор­дый, кав­каз­ский муж­чи­на то же мол­чал. За­чем го­во­рить пу­стые сло­ва, ес­ли же­на счи­та­ет, что он ее пре­дал. Он меч­тал лишь об од­ном – увез­ти же­ну с сы­ном до­мой. И там у под­но­жья ве­ко­вых гор вста­нет все на свои ме­ста. Али­на пой­мет, что пре­да­тель­ства не бы­ло. Бы­ла вер­ность, лю­бовь и на­деж­да вер­нуть же­ну на ее за­кон­ное ме­сто. А еще в его ду­ше жи­ла оби­да – как она по­сме­ла убе­жать с сы­ном от него, ес­ли кля­лась ува­жать сво­е­го му­жа. Как она по­сме­ла под­верг­нуть опас­но­сти се­бя и его на­след­ни­ка? Но…но не смот­ря на все, оби­ду и злость, его лю­бовь к Алине ста­ла еще боль­ше. Его сол­ныш­ко пе­ре­жи­ла столь­ко бед. Но и оби­да все боль­ше на­кры­ва­ла – по­че­му не до­ве­ри­лась ему, они мог­ли бы уехать хоть на край зем­ли? Ра­ди нее он го­тов был от­речь­ся от все­го! Внешне он был хо­ло­ден. Но в ду­ше ки­пе­ла рас­ка­лен­ная ла­ва. Но­ча­ми, ко­гда Али­на спа­ла, Аслан при­са­жи­вал­ся ря­дом с кро­ва­тью, смот­рел на лю­би­мое ли­цо, пе­ре­би­рал длин­ные ло­ко­ны ее во­лос. И ко­гда она от­кры­ва­ла свои по­тух­шие гла­за, от­во­ди­ла их в сто­ро­ну, что­бы не смот­реть на него, Аслан был го­тов сно­ва и сно­ва каз­нить Ха­джи­му­ра­та и при­ду­шить соб­ствен­ны­ми ру­ка­ми змею За­ли­ну. Он вста­вал и от­хо­дил от же­ны. А Али­на по­ни­ма­ла – те­перь она бу­дет жить не про­сто в зо­ло­той клет­ке. Те­перь ее муж бу­дет брать ее те­ло и ка­ле­чить ее ду­шу, ко­гда бу­дет ухо­дить ко вто­рой жене. Ко­гда вра­чи раз­ре­ши­ли пе­ре­вез­ти Али­ну, Аслан не стал ждать. Он за­брал их до­мой. В ро­до­вые го­ры. Где ни­кто боль­ше не по­сме­ет их тро­нуть. Где они на­ко­нец бу­дут вме­сте. Са­мо­лет при­зем­лил­ся позд­но ве­че­ром. За ок­ном тем­не­ло, и лишь ред­кие ог­ни аэро­пор­та про­би­ва­лись сквозь гу­стой ту­ман. Али­на си­де­ла у ил­лю­ми­на­то­ра. Адам, уку­тан­ный в теп­лую курт­ку, дре­мал у нее на ко­ле­нях. Аслан не сво­дил с них глаз. Он не знал, что ска­зать. Не знал, как на­чать этот раз­го­вор. Всю до­ро­гу они мол­ча­ли. Али­на из­бе­га­ла его взгля­да, а он не ре­шал­ся на­ру­шить эту хруп­кую ти­ши­ну. – Мы при­е­ха­ли, – на­ко­нец про­из­нес он, ко­гда са­мо­лет оста­но­вил­ся. Али­на кив­ну­ла, не гля­дя на него. – Я не хо­чу… – на­ча­ла она, но го­лос дрог­нул. – Что? – Аслан на­кло­нил­ся бли­же. – Я не хо­чу, что­бы твоя вто­рая же­на бы­ла ря­дом с мо­им сы­ном. Он за­мер. – У ме­ня нет вто­рой же­ны. Али­на мед­лен­но под­ня­ла на него гла­за. В них чи­та­лись боль и недо­ве­рие. – Ты… не же­нил­ся? – Нет. Она от­вер­ну­лась, сжав гу­бы. – Не лги мне. Аслан рез­ко встал, шаг­нул к ней, на­кло­нил­ся так близ­ко, что она по­чув­ство­ва­ла его ды­ха­ние. – Я не лгу. Ни­ко­гда не лгал те­бе. Али­на не от­ве­ти­ла. Ма­ши­на мча­лась по тем­ным до­ро­гам, пет­ляя меж­ду гор. Адам, раз­бу­жен­ный шу­мом дви­га­те­ля, при­жал­ся к ма­те­ри и смот­рел в ок­но. Ро­до­вой дом Ба­ри­го­вых встре­тил их ти­ши­ной. Толь­ко ве­тер ше­ле­стел в кро­нах ста­рых ду­бов, да где-то вда­ле­ке ла­я­ла со­ба­ка. Иль­на­ра сто­я­ла на крыль­це, за­ку­тав­шись в шаль. – Доб­ро по­жа­ло­вать до­мой, – ска­за­ла она мяг­ко. Али­на мед­лен­но под­ня­лась по сту­пе­ням, дер­жа Ада­ма за ру­ку. – Спа­си­бо, – про­бор­мо­та­ла она и про­шла ми­мо. Аслан остал­ся сто­ять ря­дом с ма­те­рью. – Она не ве­рит мне, – про­шеп­тал он. Ночь бы­ла дол­гой. Аслан си­дел в сво­ем ка­би­не­те и смот­рел в тем­ное ок­но. Он слы­шал, как Али­на укла­ды­ва­ет Ада­ма, как шеп­чет ему сказ­ку. Слы­шал, как по­том она дол­го сто­ит под ду­шем, буд­то пы­та­ясь смыть с се­бя все эти го­ды стра­ха. Он хо­тел зай­ти. Хо­тел об­нять. Хо­тел ска­зать, что ни­ко­гда не пре­да­вал. Но дверь в спаль­ню бы­ла за­пер­та. Ут­ро на­ча­лось с кри­ка. Аслан вско­чил с кро­ва­ти, схва­тил пи­сто­лет и вы­бе­жал в ко­ри­дор. – Али­на?! Она сто­я­ла по­сре­ди за­ла, блед­ная, дро­жа­щая. Пе­ред ней – Лей­ла. – Что здесь де­ла­ет она?! – про­ши­пе­ла Али­на. Лей­ла улы­ба­лась. – Я жи­ву здесь, сест­ра. Аслан шаг­нул меж­ду ни­ми. – Лей­ла, ухо­ди. – Но, Аслан… – Ухо­ди. Лей­ла на­ду­ла гу­бы, но по­кор­но вы­шла. Али­на смот­ре­ла на него с нена­ви­стью. – Ты ска­зал, у те­бя нет вто­рой же­ны. – И нет. – То­гда по­че­му она здесь?! – Она же­на Ти­му­ра. Али­на за­мер­ла. – Что? – Я не же­нил­ся на ней. Это Ти­мур… Она рез­ко рас­сме­я­лась. – О, как удоб­но! Ты не пре­дал ме­ня, про­сто от­дал мою судь­бу сво­е­му бра­ту! – Али­на… – За­ткнись! – она рез­ко шаг­ну­ла к нему. – Ты знал, что она дочь За­ли­ны! Ты знал, что они нена­ви­дят ме­ня! И ты при­вел ее в этот дом?! Аслан в яро­сти схва­тил ее за пле­чи. – Али­на, ты пе­ре­хо­дишь все гра­ни­цы. Лей­ла же­на мо­е­го бра­та. Тех, кто те­бе вре­дил нет в жи­вых! Я гла­ва кла­на! Ни­кто не по­сме­ет боль­ше те­бя тро­нуть! Ты моя же­на!… Гла­за Асла­на го­ре­ли ад­ским ог­нем. Он еле-еле се­бя сдер­жи­вал. Он вда­вил свои паль­цы в пле­чи же­ны так, что у нее оста­нут­ся си­ня­ки. Его тряс­ло. И вдруг он схва­тил Али­ну за гор­ло. При­пе­ча­тал ее к стене. – Се­год­ня ве­че­ром ты долж­на быть го­то­ва для ме­ня! – Ннет! – про­шеп­та­ла дрог­нув­шим го­ло­сом Али­на. – Ннет! Аслан на­кло­нил­ся к ее гу­бам, по-преж­не­му дер­жа ее гор­ло в тис­ках. – Да, Али­на! Ты уже го­то­ва при­нять ме­ня! Алине ка­за­лось, что у нее вы­рва­ли по­зво­ноч­ник. Страх ско­вал те­ло… И вдруг Аслан от­пу­стил ее гор­ло, схва­тил ее в свои же­лез­ные объ­я­тия. Его грудь хо­ди­ла хо­ду­ном, же­ла­ние упер­лось Алине в жи­вот. Он про­ры­чал ей в гу­бы: – Ты за­дол­жа­ла мне два го­да, сол­ныш­ко… И жад­ным по­це­лу­ем впил­ся жене в гу­бы. Это был ура­ган. Это бы­ло цу­на­ми. Это был ко­нец све­та. Аслан ото­рвал­ся от губ же­ны. Он смот­рел в ее го­лу­бые гла­за. А в его гла­зах бы­ли жаж­да, страсть, ярость, злость, боль и…и лю­бовь. Гре­му­чая смесь чувств в гла­зах Асла­на ли­ши­ли Али­ну сил. Она дро­жа­ла. Аслан от­пу­стил ее. Она сполз­ла по стене. А Аслан крик­нул: – Ба­ну. Де­вуш­ка мгно­вен­но по­яви­лась пе­ред Асла­ном. Вста­ла опу­стив го­ло­ву: – Слу­шаю, хо­зя­ин. – По­мо­ги гос­по­же дой­ти до ее ком­на­ты и ве­че­ром под­го­товь! Аслан раз­вер­нул­ся и ушел. Ба­ну при­се­ла пе­ред Али­ной. По­мог­ла ей под­нять­ся: – Гос­по­жа, пой­дем­те. Ваш сын зо­вет вас. Услы­шав это, Али­на на­ча­ла при­хо­дить в се­бя. В ее го­ло­ве про­нес­лась мысль: «Что это бы­ло?» ГЛА­ВА 10 Ба­ну осто­рож­но ве­ла Али­ну по длин­но­му ко­ри­до­ру, под­дер­жи­вая ее под ло­коть. Гос­по­жа все еще дро­жа­ла, ее паль­цы су­до­рож­но сжи­ма­ли склад­ки пла­тья. – Гос­по­жа, вам нуж­но успо­ко­ить­ся, – ти­хо ска­за­ла Ба­ну. – Вы блед­ны как снег. Али­на не от­ве­ти­ла. Ее мыс­ли пу­та­лись: «Что он сде­ла­ет? Как он по­смел схва­тить ме­ня за гор­ло? Он ни­ко­гда рань­ше…» Но Ба­ну слов­но чи­та­ла ее мыс­ли. – Хо­зя­ин не спал две но­чи, по­ка ле­тел к вам. Он не ел. Не пил. Толь­ко смот­рел в ок­но. Там в да­ле­ке, уха­жи­вал за ва­ми, как си­дел­ка. Али­на рез­ко под­ня­ла на нее гла­за. – Ты за­щи­ща­ешь его? По­сле то­го, что он толь­ко что сде­лал? Ба­ну опу­сти­ла го­ло­ву, но го­лос ее был тверд. – Я го­во­рю прав­ду. Он… не был та­ким, по­ка вас не бы­ло. Али­на за­мер­ла. – Ка­ким? – Жи­вым. Дверь в спаль­ню Али­ны бы­ла от­кры­та. Внут­ри пах­ло све­жи­ми ро­за­ми. Кто-то уже успел по­ста­вить ва­зу с тем­но-крас­ны­ми бу­то­на­ми на туа­лет­ный сто­лик. Адам си­дел на по­лу, окру­жен­ный иг­руш­ка­ми, ко­то­рые, ви­ди­мо, при­нес­ли слу­ги. – Ма­ма! – он ра­дост­но под­бе­жал к ней, но тут же на­хму­рил­ся. – Не пачь. Али­на быст­ро вы­тер­ла ще­ки. – Не бу­ду, сол­ныш­ко. Про­сто уста­ла. – Мой ма­лень­кий гос­по­дин, – ска­за­ла Ба­ну, лас­ко­во ка­са­ясь го­ло­вы маль­чи­ка. – Сей­час ма­ме нуж­но от­дох­нуть. Да­вай я от­ве­ду те­бя к ба­буш­ке? Адам кив­нул и креп­ко об­нял Али­ну. Как толь­ко дверь за­кры­лась за ним, Али­на опу­сти­лась на кро­вать. – Он… не же­нил­ся? – про­шеп­та­ла она. Ба­ну вздох­ну­ла и на­ча­ла на­ли­вать в чаш­ку го­ря­чий тра­вя­ной чай. – Нет. Хо­тя ста­рей­ши­ны тре­бо­ва­ли. Го­во­ри­ли, что гла­ва кла­на не мо­жет быть без же­ны. Что ну­жен на­след­ник. – А он? – Он… он сно­ва про­из­нес клят­ву. Он каз­нил Ха­джи­му­ра­та и За­ли­ну. Али­на сжа­ла чаш­ку в ру­ках. – А Лей­ла? Ба­ну на мгно­ве­ние за­мер­ла. – Она… по­яви­лась че­рез год по­сле ва­ше­го ис­чез­но­ве­ния. Ти­мур взял на се­бя долг кро­ви. – И Аслан поз­во­лил? – Он… не вме­ши­вал­ся. Но и не при­бли­жал ее…Ти­мур с Лей­лой лю­бят друг дру­га, хо­тя к люб­ви у них бы­ла труд­ная до­ро­га. Али­на за­кры­ла гла­за. – По­че­му ты мне это рас­ска­зы­ва­ешь? Ба­ну опу­сти­лась пе­ред ней на ко­ле­ни. – По­то­му что я ви­де­ла, как он уми­рал без вас. Ве­че­ром Ба­ну вер­ну­лась с кув­ши­ном ро­зо­вой во­ды и шел­ко­вым ха­ла­том. – Вам нуж­но под­го­то­вить­ся, гос­по­жа. Али­на сжа­ла зу­бы. – Я не хо­чу. – Он не спро­сит. Гла­за Али­ны вспых­ну­ли. – Он что, на­силь­ник те­перь? Ба­ну по­ка­ча­ла го­ло­вой. – Он ваш муж. И он два го­да ждал это­го мо­мен­та. Али­на хо­те­ла крик­нуть, что это не ее ви­на, что она бо­я­лась, что… Но Ба­ну уже на­ли­ва­ла во­ду в ван­ну, до­бав­ля­ла мас­ло ро­зы. – Да­вай­те я по­мо­гу вам раз­деть­ся. Во­да бы­ла теп­лой, по­чти го­ря­чей. Ба­ну осто­рож­но мы­ла Алине спи­ну, пле­чи, шею, ту са­мую, ко­то­рую все­го несколь­ко ча­сов на­зад сжи­ма­ли паль­цы Асла­на. – Он… ни­ко­гда рань­ше не был та­ким, – про­шеп­та­ла Али­на. – Он ни­ко­гда рань­ше не те­рял вас. – Он ду­мал, что я пре­да­ла его? Ба­ну за­мер­ла. – Он ду­мал, что вы мерт­вы. Али­на рез­ко обер­ну­лась, во­да плес­ну­лась на пол. – Что? – Пер­вые ме­ся­цы… он ис­кал вас вез­де. По­том… на­шли те­ло жен­щи­ны. Из­руб­лен­ное. В ва­шей одеж­де. Хо­зя­ин… он не был со­бой по­сле это­го. Но это бы­ли не вы и он сно­ва на­чал вас ис­кать. Али­на вдруг по­ня­ла, по­че­му в его гла­зах се­го­дня бы­ла та­кая боль. – Он ду­мал, что я умер­ла… Ба­ну кив­ну­ла и про­дол­жи­ла мыть ее во­ло­сы. – А по­том при­шли но­во­сти, что вы жи­вы. Он по­ехал за ва­ми, а вы сно­ва ис­чез­ли. По­том по­ка­за­ли в но­во­стях, что вы в боль­ни­це. Он сра­зу вы­бе­жал из до­ма, за­быв обо всем на све­те. Али­на за­кры­ла гла­за. – Гос­по­жа, – ти­хо и твер­до го­во­ри­ла Ба­ну, – вы не про­сто же­на Асла­на. Вы же­на гла­вы кла­на. Вы мать на­след­ни­ка. Это зна­чит, что вы стар­шая жен­щи­на в до­ме Ба­ри­го­вых. Али­на под­ня­ла гла­за. – Что это зна­чит? – Это зна­чит, что все жен­щи­ны кла­на смот­рят на вас. Ждут ва­ших ре­ше­ний, ва­ше­го сло­ва, Вы долж­ны стать муд­рой. – Муд­рой? – Али­на усмех­ну­лась. – По­сле то­го, как я сбе­жа­ла? – Вы бо­я­лись. Но те­перь страх дол­жен уй­ти. Вы вер­ну­лись. И вы силь­нее, чем ду­ма­е­те. Шел­ко­вый ха­лат сколь­зил по ко­же. Ба­ну за­пле­ла ей во­ло­сы в ту­гую ко­су. Ба­ну по­до­шла к шка­фу, до­ста­ла кни­гу в ста­рин­ном ко­жа­ном пе­ре­пле­те. Али­на взя­ла кни­гу, про­ве­ла паль­ца­ми по стра­ни­цам. – Это обы­чаи на­ше­го ро­да. Тут все: как ве­сти дом, как вос­пи­ты­вать де­тей, как го­то­вить для му­жа. – Ты хо­чешь, что­бы я ста­ла дру­гой? – Нет, гос­по­жа. Я хо­чу, что­бы вы ста­ли той, кем долж­ны быть. – Ба­ну на­кло­ни­лась, по­пра­ви­ла склад­ки ха­ла­та. – Хо­зя­ин по­лю­бил вас та­кой, ка­кая вы есть. Вы долж­ны остать­ся та­кой же, но и до­ба­вить се­бе то­го, что нуж­но для жиз­ни в на­ших тра­ди­ци­ях. Пой­ми­те лю­бовь это не толь­ко чув­ства. Это долг. И вы долж­ны на­учить­ся его ис­пол­нять. Али­на сжа­ла гу­бы. – А ес­ли я не смо­гу? – Вы смо­же­те. Ра­ди сы­на и де­тей, ко­то­рые еще бу­дут. Ра­ди се­бя. – По­че­му ты так за­бо­тишь­ся обо мне? Ба­ну улыб­ну­лась. – По­то­му что я ви­жу в вас ту, кто смо­жет из­ме­нить этот дом. Де­вуш­ка кап­ну­ла за уши Али­ны аро­мат­но­го мас­ла. – Он лю­бит этот за­пах. За две­рью по­слы­ша­лись ша­ги. Тя­же­лые. Муж­ские. Дверь от­кры­лась без сту­ка. Аслан сто­ял на по­ро­ге. Он во­шел, и воз­дух в ком­на­те слов­но сгу­стил­ся. – Вый­ди, – ска­зал он Ба­ну, не от­ры­вая глаз от же­ны. Де­вуш­ка быст­ро скло­ни­ла го­ло­ву и ис­чез­ла. Дверь за­кры­лась. Они оста­лись од­ни. Аслан мед­лен­но по­до­шел. Его гла­за го­ре­ли, но те­перь в них не бы­ло яро­сти. Толь­ко глу­бо­кая, невы­ска­зан­ная боль. – Ты пре­крас­на. Али­на не ше­ве­ли­лась. Он про­тя­нул ру­ку, кос­нул­ся ее шеи там, где оста­лись сле­ды его паль­цев. – Про­сти. Это бы­ло ска­за­но так ти­хо, что она еле рас­слы­ша­ла. По­том его гу­бы кос­ну­лись ее ко­жи. И мир сно­ва пе­ре­вер­нул­ся. Гу­бы Асла­на об­жи­га­ли ко­жу Али­ны, остав­ляя за со­бой след из му­ра­шек. Его ру­ки сколь­зи­ли под шел­ко­вым ха­ла­том, сры­вая его с плеч од­ним рез­ким дви­же­ни­ем. Ткань без­звуч­но упа­ла на ко­вер, оста­вив ее об­на­жен­ной пе­ред его пы­ла­ю­щим взгля­дом. – Ты дро­жишь, – про­шеп­тал он, про­во­дя паль­цем по ее клю­чи­це. – От яро­сти, – вы­дох­ну­ла Али­на, но те­ло ее пре­да­тель­ски ото­зва­лось на при­кос­но­ве­ние. Аслан усмех­нул­ся. – Лжешь. Его ла­донь опу­сти­лась ни­же, об­хва­ты­вая ее грудь, и Али­на не смог­ла сдер­жать стон. Два го­да. Два дол­гих го­да без его при­кос­но­ве­ний, без это­го гу­би­тель­но­го ог­ня. И Али­на по­ня­ла: они оба в клет­ке. Но ключ у нее в ру­ках…Но оби­да на му­жа и страх опять вско­лых­ну­ла ее серд­це. ГЛА­ВА 11 – Не­на­ви­жу те­бя, – про­шеп­та­ла она, впи­ва­ясь ног­тя­ми в его пле­чи. – Знаю, – он при­ку­сил ее ниж­нюю гу­бу, за­ста­вив вскрик­нуть. – Но твое те­ло пом­нит ме­ня. Он под­нял ее на ру­ки, швыр­нул на кро­вать и в сле­ду­ю­щее мгно­ве­ние был над ней, при­жи­мая к мат­ра­су всем ве­сом. Его ко­ле­но раз­дви­ну­ло ее бед­ра, и Али­на за­жму­ри­лась, чув­ствуя, как вол­на сты­да и же­ла­ния на­кры­ва­ет ее с го­ло­вой. – Смот­ри на ме­ня, – при­ка­зал он, сжи­мая ее под­бо­ро­док. – Я хо­чу ви­деть твои гла­за, ко­гда ты кон­чишь. Она по­пы­та­лась вы­рвать­ся, но он пой­мал ее за­пя­стья, при­ко­вав к из­го­ло­вью од­ной ру­кой. Дру­гой скольз­нул меж­ду ее бе­дер, и Али­на вы­гну­лась, по­да­вив крик. – Вот ви­дишь, – его го­лос зву­чал как ро­кот гро­ма, – ты уже мок­рая для ме­ня. – Это… это про­сто те­ло, – за­ды­ха­ясь, про­шеп­та­ла она. – А это? – Он рез­ко во­шел в нее паль­ца­ми, и ее но­ги са­ми об­ви­лись во­круг его та­лии. Аслан рас­сме­ял­ся – низ­ко, жи­вот­но. – Ты при­над­ле­жишь мне, Али­на. Да­же ес­ли твое упря­мое серд­це от­ка­зы­ва­ет­ся это при­знать. Он осво­бо­дил свой член от до­маш­них брюк, не от­пус­кая ее взгля­да. – Я не про­щу те­бе по­бе­га. – А я те­бе – трех лет стра­ха, – бро­си­ла она в от­вет. Он вон­зил­ся в нее од­ним рез­ким толч­ком, и Али­на вскрик­ну­ла, чув­ствуя, как ее те­ло раз­ры­ва­ет­ся меж­ду бо­лью и на­сла­жде­ни­ем. – Бо­же… – вы­рва­лось у нее. – Ты за­бы­ла, ка­ко­во это, – про­шеп­тал он, на­чи­ная дви­гать­ся. – За­бы­ла, как это быть мо­ей. Каж­дое сло­во под­чер­ки­ва­лось толч­ком, за­став­ляя ее те­рять рас­су­док. – Я… не… – Твое те­ло пом­нит, – он на­кло­нил­ся, что­бы за­хва­тить ее со­сок зу­ба­ми. – Оно ску­ча­ло. Али­на за­хле­бы­ва­лась в ощу­ще­ни­ях. Не­на­висть и страсть спле­лись в один клу­бок, и она уже не по­ни­ма­ла, где за­кан­чи­ва­ет­ся од­но и на­чи­на­ет­ся дру­гое. – Кон­чай, – при­ка­зал он, уско­ряя ритм. Она за­ку­си­ла гу­бу, пы­та­ясь со­про­тив­лять­ся, но он знал ее те­ло слиш­ком хо­ро­шо. Его паль­цы на­шли ее кли­тор, и мир взо­рвал­ся в бе­лом огне. Аслан не дал ей опом­нить­ся, пе­ре­вер­нул на жи­вот и во­шел сно­ва, глуб­же, жест­че. – Это за каж­дый день без те­бя, – про­шеп­тал он ей в ухо, сжи­мая бед­ра так, что оста­нут­ся си­ня­ки. Ко­гда он кон­чил, оба бы­ли мок­ры­ми от по­та, дро­жа­щи­ми, как по­сле бит­вы. Аслан рух­нул ря­дом, тя­же­ло ды­ша. Ти­ши­на. Али­на ле­жа­ла, уста­вив­шись в по­то­лок, чув­ствуя, как сле­зы ка­тят­ся по вис­кам. – Ты нена­ви­дишь ме­ня, – на­ко­нец ска­зал он. – Да. – Но все еще лю­бишь. Она за­кры­ла гла­за. – Да. Он пе­ре­вер­нул­ся к ней, при­жал к гру­ди. – Я ис­кал те­бя каж­дый день. – Я знаю. – Я убил бы весь мир, что­бы вер­нуть те­бя. Али­на вздрог­ну­ла. – Это пу­га­ет. Он про­вел ру­кой по ее спине. – Это прав­да. Она при­жа­лась лбом к его гру­ди. – Я бо­я­лась, что от­дашь Ада­ма ей. Аслан на­пряг­ся. – Ни­ко­гда. – Но ты мог… – Нет, – он рез­ко под­нял ее под­бо­ро­док. – Ты моя же­на. Мать мо­е­го сы­на. Ни­кто не за­ме­нит те­бя. Ни­ко­гда. Али­на рас­сме­я­лась – горь­ко, уста­ло. – А ес­ли бы я дей­стви­тель­но умер­ла? Он по­мрач­нел. – То­гда я бы по­сле­до­вал за то­бой. – В его гла­зах не бы­ло лжи. Она при­жа­лась к нему, вды­хая зна­ко­мый за­пах. – Я все еще злюсь на те­бя. – Я знаю. – И ты на ме­ня. – Да. – Но… – Но мы вме­сте, – за­кон­чил он за нее. За ок­ном бу­ше­ва­ла ме­тель, но здесь, в его объ­я­ти­ях, бы­ло теп­ло. А Али­на ле­жа­ла и ду­ма­ла: «Ба­ну пра­ва. Мне при­дет­ся на­учить­ся все­му, что­бы стать хо­зяй­кой это­го ми­ра». Зи­ма сме­ни­лась вес­ной, а за­тем и жар­ким кав­каз­ским ле­том. Али­на по­сте­пен­но вхо­ди­ла в ритм жиз­ни кла­на Ба­ри­го­вых. Не ло­мая се­бя, но и не со­про­тив­ля­ясь то­му, что те­перь бы­ло ее ми­ром. Она учи­лась. Учи­лась го­то­вить хин­кал так, что­бы ста­рей­ши­ны, про­буя, одоб­ри­тель­но ки­ва­ли. Учи­лась го­во­рить на род­ном язы­ке Асла­на. Сна­ча­ла роб­ко, с ошиб­ка­ми, а по­том все уве­рен­нее, за­став­ляя его улы­бать­ся в бо­ро­ду, ко­гда она в серд­цах ру­га­лась на кухне. Учи­лась ве­сти хо­зяй­ство так, что­бы да­же стро­гая Иль­на­ра не на­хо­ди­ла по­во­да для упре­ка. Но глав­ное, она оста­ва­лась со­бой. Той, ко­то­рая мог­ла рас­сме­ять­ся гром­че всех на празд­ни­ке, об­нять слу­жа­нок, как по­друг, и поз­во­лить Ада­му бе­гать бо­си­ком по лу­жам, не смот­ря на воз­му­щен­ные взгля­ды. Аслан на­блю­дал и тос­ко­вал. Осо­бен­но сей­час, ко­гда ее жи­вот уже округ­лил­ся, а врач стро­го-на­стро­го за­пре­тил лю­бую бли­зость до ро­дов. Он си­дел за сто­лом, раз­би­рая бу­ма­ги, но мыс­ли бы­ли да­ле­ко. В со­сед­ней ком­на­те Али­на при­ни­ма­ла ван­ну. Он слы­шал, как пле­щет­ся во­да, как она что-то на­пе­ва­ет се­бе под нос. Его паль­цы сжа­ли руч­ку так, что она сло­ма­лась. Два ме­ся­ца. Два ме­ся­ца с тех пор, как врач про­из­нес этот про­кля­тый за­прет. Аслан от­ки­нул­ся на спин­ку крес­ла, за­крыв гла­за. Его ру­ка са­ма по­тя­ну­лась вниз, к рем­ню. Он нена­ви­дел это. Не­на­ви­дел вы­хо­дить из-под кон­тро­ля. Но те­ло не слу­ша­лось. Али­на вы­шла из ван­ной, за­ку­тан­ная в лег­кий ха­лат, и оста­но­ви­лась в две­рях ка­би­не­та. Аслан си­дел, от­ки­нув го­ло­ву на­зад, его ру­ка мед­лен­но дви­га­лась под рас­стег­ну­тым по­я­сом. Он не за­ме­чал ее. Гу­бы его бы­ли сжа­ты, на лбу вы­сту­пи­ли кап­ли по­та. Али­на за­мер­ла. Она мог­ла уй­ти. Но вме­сто это­го ти­хо ска­за­ла: – Поз­воль мне. Аслан рез­ко от­крыл гла­за. Его ру­ка за­мер­ла. – Ты не долж­на… – Я хо­чу. Она по­до­шла, опу­сти­лась пе­ред ним на ко­ле­ни и мяг­ко от­ве­ла его ру­ку в сто­ро­ну. – Врач за­пре­тил од­но, – про­шеп­та­ла она, ка­са­ясь его жи­во­та гу­ба­ми. – Но не все… Она взя­ла в ру­ку его воз­буж­ден­ный член, про­ве­ла вдоль ство­ла…А по­том сво­и­ми гу­ба­ми об­хва­ти­ла его го­лов­ку. Аслан из­дал стон. За­пу­стил в ее рас­пу­щен­ные во­ло­сы ру­ки и стал на­прав­лять так, как ему на­до… Аслан ле­жал, при­жи­мая осто­рож­но Али­ну к се­бе, что­бы не да­вить жи­вот. – Ты…– он про­вел ру­кой по ее во­ло­сам. – Не пе­ре­ста­ешь удив­лять ме­ня. – Это пло­хо? – Нет. Он пе­ре­вер­нул ее на спи­ну, лас­ко­во про­вел паль­цем по ще­ке. – Ты ста­ла силь­нее. – Я ста­ла тво­ей,– по­пра­ви­ла она. – Она взя­ла его ру­ку, при­жа­ла к жи­во­ту. – Я вы­бра­ла те­бя. Этот дом и на­ших де­тей. Под ла­до­нью что-то сла­бо толк­ну­лось. Аслан за­мер. Че­рез ме­сяц, ко­гда на­ча­лись схват­ки, Аслан не пу­стил в ком­на­ту да­же мать. Он дер­жал Али­ну за ру­ку, по­ка она кри­ча­ла. И ко­гда раз­дал­ся пер­вый крик до­че­ри, упал пе­ред кро­ва­тью на ко­ле­ни. – Спа­си­бо, – про­шеп­тал он, це­луя ее ру­ки. Про­шло три го­да с то­го дня, как Али­на вер­ну­лась в дом Ба­ри­го­вых. Три го­да, на­пол­нен­ных страст­ны­ми но­ча­ми, жар­ки­ми спо­ра­ми и неж­ны­ми при­ми­ре­ни­я­ми. Аслан сто­ял у ок­на спаль­ни, на­блю­дая, как Али­на иг­ра­ет во дво­ре с Ада­мом и их млад­шей до­че­рью – ма­лень­кой Лей­лой, на­зван­ной в честь… Да, в честь той са­мой Лей­лы, ко­то­рая те­перь ста­ла ча­стью их се­мьи. – Па­па! – Адам ма­хал ему ру­кой. – Смот­ри, как я на­учил­ся стре­лять! Маль­чик дер­жал в ру­ках ма­лень­кий лук – по­да­рок от­ца на день рож­де­ния. Аслан улыб­нул­ся и кив­нул. – Я ви­жу, сын. Ты ста­но­вишь­ся на­сто­я­щим во­и­ном. Али­на под­ня­ла го­ло­ву, и их взгля­ды встре­ти­лись. В ее гла­зах уже не бы­ло стра­ха – толь­ко теп­ло и та са­мая ис­кор­ка, ко­то­рую он так лю­бил. – Идешь к нам? – крик­ну­ла она. – Сей­час, – от­ве­тил он, но не спе­шил вы­хо­дить. Ему нра­ви­лось на­блю­дать за ней – за тем, как она сме­ет­ся, как лов­ко уво­ра­чи­ва­ет­ся от ша­ло­стей де­тей, как ее во­ло­сы раз­ве­ва­ют­ся на вет­ру. Они про­шли че­рез ад. Но вы­шли из него вме­сте. Аслан Ба­ри­гов смот­рел на свою един­ствен­ную же­ну и де­тей, и вспо­ми­нал. Пер­вые ме­ся­цы по­сле воз­вра­ще­ния бы­ли тя­же­лы­ми. Али­на не до­ве­ря­ла ему, а он не мог про­стить ей по­бег. Но од­на­жды но­чью, ко­гда она пла­ка­ла в по­душ­ку, Аслан не вы­дер­жал. – Хва­тит, – ска­зал он, са­дясь ря­дом. – Мы оба ви­но­ва­ты. Но я не хо­чу боль­ше те­рять те­бя. – Я то­же, – про­шеп­та­ла она. И то­гда они на­ча­ли за­но­во. Сна­ча­ла – осто­рож­ные при­кос­но­ве­ния. По­том – дол­гие раз­го­во­ры но­чью, ко­гда все спа­ли. Али­на рас­ска­зы­ва­ла о сво­их стра­хах, а Аслан – о той яро­сти, ко­то­рая по­жи­ра­ла его, ко­гда он ду­мал, что по­те­рял ее на­все­гда. И од­на­жды… – Я бе­ре­мен­на, – ска­за­ла она утром, по­ло­жив ру­ку на еще плос­кий жи­вот. Аслан за­мер. По­том схва­тил ее на ру­ки и за­кру­жил по ком­на­те, сме­ясь, как маль­чиш­ка. – Ты счаст­лив? – спро­си­ла она, ко­гда он на­ко­нец по­ста­вил ее на пол. – Я счаст­лив толь­ко то­гда, ко­гда ты ря­дом. От­но­ше­ния с Лей­лой на­ла­ди­лись не сра­зу. Али­на дол­го не мог­ла за­быть, чья это дочь. Но од­на­жды Лей­ла са­ма при­шла к ней. – Я не мать, – ска­за­ла она ти­хо. – И я не хо­чу, что­бы меж­ду на­ми бы­ла враж­да. – По­че­му? – спро­си­ла Али­на. – По­то­му что я люб­лю Ти­му­ра. И по­то­му что… я ви­де­ла, как Аслан стра­дал без те­бя. Это ста­ло на­ча­лом их друж­бы. Те­перь они ча­сто си­де­ли вме­сте, пи­ли чай, об­суж­да­ли де­тей. Ма­лень­кая Лей­ла ро­ди­лась креп­кой и здо­ро­вой. Аслан не от­хо­дил от же­ны ни на шаг, по­ка та ро­жа­ла. – Ты еще по­да­ришь мне де­ся­ток де­тей, – шу­тил он, ко­гда Али­на, из­му­чен­ная, но счаст­ли­вая, ле­жа­ла в по­сте­ли. – Толь­ко по­про­буй, – угро­жа­ю­ще про­шеп­та­ла она, но в гла­зах све­ти­лась ра­дость. Адам обо­жал сест­рен­ку. Он це­лы­ми дня­ми но­сил ее на ру­ках, гор­до де­мон­стри­руя всем, ка­кой он уже боль­шой. Сей­час, гля­дя на свою се­мью, Аслан по­ни­мал – они про­шли че­рез слиш­ком мно­гое, что­бы сло­мать­ся. Али­на по­до­шла к нему, об­ня­ла сза­ди. Вы­дер­ну­ла его из вос­по­ми­на­ний. – О чем ду­ма­ешь? – О том, как мне по­вез­ло, – от­ве­тил он, це­луя ее в ма­куш­ку. – Это вза­им­но, – улыб­ну­лась она. ЭПИ­ЛОГ Про­шло де­сять лет с тех пор, как Али­на вер­ну­лась в дом Ба­ри­го­вых. Де­сять лет, за ко­то­рые их се­мья ста­ла ле­ген­дой сре­ди гор­ных кла­нов. Аслан сто­ял на ка­мен­ном бал­коне ро­до­вой баш­ни, на­блю­дая, как вни­зу, на тре­ни­ро­воч­ном по­ле, его стар­ший сын Адам учит млад­ших бра­тьев вла­деть кин­жа­лом. Их бы­ло трое – кро­ме Ада­ма, еще двое маль­чи­шек, креп­ких и упря­мых, как их отец. – Смот­ри, па­па! – крик­нул сред­ний, Руслан, лов­ко пе­ре­хва­ты­вая ору­жие. – Я уже по­чти как Адам! Та­гир вто­рил ему: – И я бу­ду, как Адам, па­па! – Еще ра­но, – рас­сме­ял­ся Аслан, но гор­дость теп­ли­лась в его гла­зах. За эти го­ды он стал не про­сто гла­вой кла­на – он стал его сим­во­лом. Силь­ным, непре­клон­ным, но спра­вед­ли­вым. Его сло­во зна­чи­ло боль­ше, чем за­кон, а его се­мья бы­ла его кре­по­стью. И все это бла­го­да­ря ей. Али­на вы­шла на бал­кон, неся на ру­ках их млад­шую дочь, кро­шеч­ную За­ри­ну, на­зван­ную в честь рас­све­та, ко­то­рый ко­гда-то по­да­рил им на­деж­ду. – Опять за­ду­мал­ся? – улыб­ну­лась она, при­сло­ня­ясь к его пле­чу. – Вс­по­ми­нал, – от­ве­тил он, об­ни­мая ее за та­лию. – Что имен­но? – Как ты кри­ча­ла на ме­ня, ко­гда я ска­зал, что у нас бу­дет вто­рой ре­бе­нок. Али­на фырк­ну­ла. – По­то­му что ты за­явил об этом пе­ред всем кла­ном, как буд­то это твой лич­ный по­двиг! – А раз­ве нет? – он на­халь­но под­нял бровь. Она толк­ну­ла его в бок и за­сме­я­лась. За эти го­ды они про­шли че­рез все. Че­рез недо­ве­рие, че­рез оби­ды, че­рез страх. Но их лю­бовь не про­сто вы­жи­ла, она рас­цве­ла, как гор­ный эдель­вейс, про­би­ва­ю­щий­ся сквозь ка­мень. Али­на не ста­ла по­кор­ной, му­суль­ман­ской же­ной. Она ста­ла хо­зяй­кой его до­ма и его серд­ца. И ему это нра­ви­лось. Но на лю­дях Али­на на­де­ва­ла хи­джаб, бы­ла мол­ча­ли­ва. Она по­ка­зы­ва­ла ува­же­ние к сво­е­му му­жу. А до­ма она бы­ла ис­крен­ней, страст­ной, лю­бя­щей и взрыв­ной. Ста­рая и мол­ча­ли­вая Иль­на­ра украд­кой смот­ре­ла на Али­ну, в ее гла­зах све­ти­лось обо­жа­ние. Каж­дое утро и ве­чер Иль­на­ра бла­го­да­ри­ла Ал­ла­ха за то, что ее стар­ший сын встре­тил свою лю­бовь. Бла­го­да­ри­ла за то, что Али­на ста­ла на­сто­я­щей хо­зяй­кой до­ма Ба­ри­го­вых. Пусть в ней тек­ла не кав­каз­ская кровь, но она су­ме­ла стать же­ной гор­до­го гор­ца. Те­перь Иль­на­ре бы­ло не страш­но оста­вить сво­их сы­но­вей на этом све­те, ко­гда ее при­зо­вет Ал­лах. Они бы­ли в на­деж­ных и лю­бя­щих ру­ках. Клан Ба­ри­го­вых стал мо­гу­ще­ствен­нее, чем ко­гда-ли­бо. Аслан не про­сто пра­вил – он стро­ил. Но­вые до­ро­ги, шко­лы, боль­ни­цы. Да­же ста­рей­ши­ны, ко­то­рые ко­гда-то тре­бо­ва­ли, что­бы он взял вто­рую же­ну, те­перь мол­ча­ли. – Ты до­ка­зал, что си­ла, не в ко­ли­че­стве жен, а в муд­ро­сти, – как-то ска­зал ему ста­рый Ма­го­мед, са­мый ува­жа­е­мый из со­ве­та. Аслан лишь кив­нул. Он и сам это по­нял. Един­ствен­ная жен­щи­на. Един­ствен­ная лю­бовь. Един­ствен­ная страсть. И она по­да­ри­ла ему не толь­ко де­тей, но и ту са­мую опо­ру, ко­то­рой ему так не хва­та­ло. От­но­ше­ния с Лей­лой ста­ли не про­сто дру­же­ски­ми. Лей­ла ста­ла по­чти сест­рой для Али­ны. Их де­ти рос­ли вме­сте, а Ти­мур, хоть и был вто­рым в клане, ни­ко­гда не оспа­ри­вал власть бра­та. – Ты зна­ешь, – как-то при­зна­лась Лей­ла, си­дя с Али­ной за чаш­кой чая, – я ра­да, что все сло­жи­лось имен­но так. – По­че­му? – уди­ви­лась Али­на. – По­то­му что Аслан ни­ко­гда не лю­бил бы ме­ня так, как лю­бит те­бя. А Ти­мур… – она улыб­ну­лась, – он смот­рит на ме­ня так, как твой муж смот­рит на те­бя. Али­на то­гда ни­че­го не от­ве­ти­ла. Но в тот ве­чер, ко­гда Аслан об­нял ее пе­ред сном, она про­шеп­та­ла: – Спа­си­бо. – За что? – уди­вил­ся он. – За то, что сдер­жал сло­во. Он по­нял. И про­сто креп­че при­жал ее к се­бе. Аслан Ба­ри­гов боль­ше не был тем ярост­ным зве­рем, ко­то­рый ко­гда-то схва­тил же­ну за гор­ло в по­ры­ве гне­ва. Те­перь его си­ла бы­ла в спо­кой­ствии. В уве­рен­но­сти. В том, что он знал – его се­мья неру­ши­ма. Али­на по­да­ри­ла ему трех сы­но­вей и двух до­че­рей. Его клан про­цве­тал. Его сло­во бы­ло за­ко­ном. И ни ра­зу за эти го­ды он не по­жа­лел о той клят­ве, ко­то­рую дал ко­гда-то у под­но­жия гор. Од­на же­на. Од­на лю­бовь. Од­на жизнь на дво­их. Ко ­нец