Читаем Хранительница мира (СИ) онлайн бесплатно

Сотни лет назад

Мир Грамм

Ответы приходят тем,

кто задает вопросы

— Луноликая! Великая Богиня, дарующая жизнь! Почему я не такой как они? В чем смысл моей жизни? Для чего я пришел в этот мир? Каково мое предназначение? Череда вопросов, терзавших юношу, раздалась в тишине храма. Он жалобно всхлипнул и медленно опустился на холодный пол. Его голова печально повисла, по щекам покатились крупные капли. Он сидел, обессиленный от своего горя и даже звук падающих на камни слез не волновал его. Наконец он поднял свою поникшую голову и посмотрел на полную луну. Её хорошо было видно в узких окнах, расположенных под потолком. Голубоватые лучи серебристой дорожкой проходили через них, падая возле ног мальчика.

“Все они считают, что я буду бесполезен в этом мире, — думал он. — Все! Даже отец! А я не виноват, что во мне нет магии!”

— Так не честно, — в отчаянии, выкрикнул он.

Его голос, отразившись от стен, разнесся по всему залу.

— Что не честно? — из ниоткуда послышался женский голос.

Юноша вздрогнул, он не ожидал услышать здесь кого-либо в столь поздний час.

— Кто здесь? — он резко встал сжимая ладони в кулаки, готовясь защищаться от всего чего угодно.

— Это я, та к которой ты так жалобно взывал, твоя Богиня. Ты же звал меня?

Юноша еще раз громко всхлипнул и провел кулаком по щеке утирая слезы.

— Я не верю, это все снова проделки ребят!

— Странно, — ответил задумчиво женский голос, — чего же ты взываешь если не веришь?

Неожиданно в храме загорелся свет, на верхнем ярусе зажглись все свечи одновременно, озаряя каменные стены зала.

— И сейчас не веришь?

— Нет, это обычная магия.

— Обычная магия, — пропел голос, вторя мальчишке, усмехаясь, — какой ты забавный. — И добавил уже серьёзно, — но вместе с тем, я вижу в тебе храбрость, Одриан.

— Откуда ты знаешь мое имя? — хлопая глазами спросил он.

— Я наблюдаю за тобой с твоего рождения. Как ты правильно сказал, ты не такой как они. Ты справедливый, добрый. В тебе есть сила духа. И мне понравились вопросы, которые ты задавал здесь, поэтому я покажусь тебе.

В лучах голубоватого лунного света зародилась маленькая желтая звезда. Она начала потихоньку увеличиваться, переплетаясь с сиянием луны. Еще мгновение и перед юношей стояла прекрасная девушка. От нее исходил золотистый приятный свет. Рядом, у ее ног сидела собака. Точнее, нет, для собаки этот зверь был слишком большой, это был волк. В левой руке она держала факел, поднимая его над головой, а в правой длинное копье, наконечник которого устремлялся ввысь. Платье ее, словно сотканное из золота и серебра, лежало мягкими складками и красиво очерчивало фигуру. Ее легкие локоны обрамляли нежное лицо и голову венчал полумесяц.

Юноша замер в изумлении от такого ослепительного великолепия.

— Ну, а теперь? Веришь? — в голосе Богини звучали веселые нотки.

— Не знаю, — протянул мальчишка.

Богиня громко расхохоталась:

— Какие же вы странные люди! — она подошла к нему чуть ближе, — ну что расскажешь мне, в чем твое горе? Расскажешь, я тебе помогу, а нет уйду и больше никогда не откликнусь на твой призыв.

— А ты правда Богиня? — тихо, не веря своим глазам, произнес Одриан.

— Да.

— Луноликая?

— Да.

Мгновение и юноша уже стоял на коленях. Пусть он будет выглядеть глупо если это снова розыгрыш его сверстников. Он понимал, что

— Луноликая! Великая Богиня, дарующая жизнь! Почему я не такой как они? В чем смысл моей жизни? Для чего я пришел в этот мир? Каково мое предназначение? Череда вопросов, терзавших юношу, раздалась в тишине храма. Он жалобно всхлипнул и медленно опустился на холодный пол. Его голова печально повисла, по щекам покатились крупные капли. Он сидел, обессиленный от своего горя, и даже звук слез, падающих на мокрые от вечерней росы камни, не волновал его. Наконец он поднял свою поникшую голову и посмотрел на полную луну. Её хорошо было видно в узких окнах, расположенных под потолком. Голубоватые лучи серебристой дорожкой проходили через них, падая возле ног мальчика.

“Все они считают, что я буду бесполезен в этом мире, — думал он. — Все! Даже отец! А я не виноват, что во мне нет магии!”

— Так не честно, — в отчаянии, выкрикнул он.

Его голос, отразившись от стен, разнесся по всему залу.

— Что не честно? — из ниоткуда послышался женский голос.

Юноша вздрогнул, он не ожидал услышать здесь кого-либо в столь поздний час.

— Кто здесь? — он резко встал сжимая ладони в кулаки, готовясь защищаться от всего чего угодно.

— Это я, та к которой ты так жалобно взывал, твоя Богиня. Ты же звал меня?

Юноша еще раз громко всхлипнул и провел кулаком по щеке утирая слезы.

— Я не верю, это все снова проделки ребят!

— Странно, — ответил задумчиво женский голос, — чего же ты взываешь если не веришь?

Неожиданно в храме загорелся свет, на верхнем ярусе зажглись все свечи одновременно, озаряя каменные стены зала.

— И сейчас не веришь?

— Нет, это обычная магия.

— Обычная магия, — пропел голос, вторя мальчишке, усмехаясь, — какой ты забавный. — И добавил уже серьёзно, — но вместе с тем, я вижу в тебе храбрость, Одриан.

— Откуда ты знаешь мое имя? — хлопая глазами спросил он.

— Я наблюдаю за тобой с твоего рождения. Как ты правильно сказал, ты не такой как они. Ты справедливый, добрый. В тебе есть сила духа. И мне понравились вопросы, которые ты задавал здесь, поэтому я покажусь тебе.

В лучах голубоватого лунного света зародилась маленькая желтая звезда. Она начала потихоньку увеличиваться, переплетаясь с сиянием луны. Еще мгновение и перед юношей стояла прекрасная девушка. От нее исходил золотистый приятный свет. На плече у нее сидел филин, рядом, у ее ног сидела собака. Точнее, нет, для собаки этот зверь был слишком большой, это был волк. В левой руке она держала факел, поднимая его над головой, а в правой длинное копье, наконечник которого устремлялся ввысь. Платье ее, словно сотканное из золота и серебра, лежало мягкими складками и красиво очерчивало фигуру. Ее легкие локоны обрамляли нежное лицо и голову венчал полумесяц.

Юноша замер в изумлении от такого ослепительного великолепия.

— Ну, а теперь? Веришь? — в голосе Богини звучали веселые нотки.

— Не знаю, — протянул мальчишка.

Богиня громко расхохоталась:

— Какие же вы странные люди! — она подошла к нему чуть ближе, — ну что расскажешь мне, в чем твое горе? Расскажешь, я тебе помогу, а нет уйду и больше никогда не откликнусь на твой призыв.

— А ты правда Богиня? — тихо, не веря своим глазам, произнес Одриан.

— Да.

— Луноликая?

— Да.

Мгновение и юноша уже стоял на коленях. Пусть он будет выглядеть глупо если это снова розыгрыш его сверстников. Он понимал, что если это действительно так, то над ним просто в очередной раз посмеются. Это не будет значить ровным счетом ни-че-го. Но, если же это Богиня! В глубине его юной души теплилась вера.

Он начал свой рассказ. Поведал о том, что родился в семье великого правителя, был старшим сыном и однажды он вынужден будет принять престол. Но… в нем нет магии, нет ее совсем. Отец разочарован, все над ним смеются.

— То есть у тебя есть семья, дом, еда. Но тебя никто не воспринимает всерьез? — уточнила Луноликая.

— Да, я недостойный, я не такой как они, — еле слышно, сжимая ладони в кулаки произнес он.

— Я тебя поняла, — сказала она твердо, — посмотри на меня. Если ты не такой как все, не значит, что ты недостойный. Это значит, что ты уникальный, особенный, выдающийся, исключительный!

Одриан поднял голову, устремляя взор на Богиню, в его глазах блеснула надежда, а она тем временем продолжала:

— Я подарю тебе кое-что. Но ты должен обучиться и соблюдать одно важное правило. Ты согласен?

Мальчик закивал, очень уж он хотел быть под стать своему роду.

Богиня смолкла, пауза затягивалась, ничего не происходило и не выдержав, он спросил:

— Что, что ты мне подаришь? Я ничего не вижу!

— А ты закрой глаза, загляни в себя.

Юноша так и сделал. Перед его взором возник небольшой волк. От неожиданности мальчик резко открыл глаза.

— Что это? — ошеломленно произнес он.

— Это твой зверь. Он будет помогать тебе. Слышать его — это слышать себя. Он часть твоей души. Он — это твоя мудрая половина. У вас с ним одно тело на двоих, ты сможешь превращаться в него. А еще ты станешь сильнее, выносливее и будешь жить намного дольше. Твой род отныне будет наследовать эту особенность. Но, — Богиня сделала паузу, — если ты перестанешь прислушиваться к нему, он станет слабее и исчезнет. Слушай его и все у тебя получится!

Смятение поднялось в душе юноши, он ничего не понимал.

"Верь Луноликой, она плохого не посоветует" — раздался незнакомый голос в сознании мальчика. Он звучал по-звериному грубо, с рычанием.

Немного подумав, мальчик кивнул.

— Молодец, — улыбнулась ему Богиня, — а теперь я хочу получить от тебя клятву. Клянись, что будешь верно служить всем народам мира Грамм: людям, магам и тем, в ком появится зверь. Будешь справедливым и беспристрастным, решительным и терпеливым, мужественным и ответственным.

— Клянусь, — не задумываясь выпалил Одриан.

По его запястьям заструился жёлтый свет. Когда же он развеялся, юноша обнаружил рисунок на своих руках. Его запястья обвивали стебли не известного ему растения.

— Приходи сюда снова в следующее полнолуние, я помогу тебе обернуться в твоего зверя. А сейчас мне пора. И не забывай слушать его.

В течение месяца юноша следовал подсказкам своего волк. И все у него стало получаться. Ежедневные поединки, которые устраивал отец, он выигрывал не магией, как все остальные, а стратегией и выносливостью. Сверстники не понимали, что изменилось в Одриане и по-прежнему считали его не таким как все, но они начали уважать его.

В следующую встречу с Богиней мальчик научился перевоплощаться. Это был для него новый потрясающий опыт. Сначала, когда он почувствовал себя в теле зверя, он начал баловаться и радостно прыгать. Но Луноликая остановила его предостережением:

— Зверь — не игрушка, ты должен научиться управлять им и быть с ним заодно.

Под ее бдительным руководством, он подружился со своим волком и мало помалу они стали единым целым.

Также Богиня рассказала, что полюбить он сможет лишь раз и ту, которая ему предначертана.

— Зверь подскажет, кто эта девушка, он не ошибется, — уточнила Луноликая, — ее душа будет родственна твоей, вам будет хорошо вместе и вы будете дополнять друг друга. Но это позже. Сейчас тебе надо вырасти и стать правителем этих земель.

С того дня прошли годы, юноша повзрослел и стал тем, кем ему было предназначено стать по рождению. Мир Грамм увидел правителя, какого еще не было никогда, сильного, мудрого, справедливого. Наступило золотое время.

Столетия спустя..

Мир Грамм

Верк

На землю, не спеша, кружась большими хлопьями, падал снег. Глядя в окно, на медленный танец снежинок, я размышлял о своём новом пациенте. Мальчишку нашли в лесу, на берегу реки, замерзающего. Сколько времени он провел так, неизвестно. Он сидел там, обняв свои коленки и спал, еще несколько часов и этот сон мог стать для него последним. Он умирал. Слуги принесли его в дом. Согрев, мы восстановили его энергетическое состояние и уже на вторые сутки он очнулся. И казалось бы, все хорошо, но мальчик отказывался есть и пить.

Сейчас он сидел в том же положении в котором был найден, подтянув колени к себе и обнимая их руками. Взгляд был пустой, его необычайно ясные, фиолетовые глаза смотрели в никуда. Я пытался задавать ему разные вопросы, но ни на один так и не получил ответа, ребенок никак не реагировал. Если мы не сможем вывести его из этого состояния, он тихонько угаснет.

Я с силой ударил кулаком о раму окна. Я всегда остро переживал, когда умирали мои пациенты, особенно дети. Внешне старался держаться и хотел казаться равнодушным и спокойным, но мое сердце волновалось о мальчике. Я повернулся и посмотрел на него, как я и предполагал ничего не изменилось, он никак не отреагировал на моё бурное проявление эмоций.

Скрестив руки на груди я в очередной раз мысленно начал перебирать все что знал об оборотнях. То что мальчик был им, не вызывало сомнений. Обычный ребенок не смог бы пережить такого длительного переохлаждения.

Оборотни — чувствительный народ. Столкнувшись с гибелью кого-то из родных, они зачастую впадают в состояние оцепенения. Поэтому я предположил, что река унесла у ребенка кого-то очень близкого. В месте, где сидел мальчик, мы заметили небольшой разлом во льду. Остается только гадать, как он не нырнул следом, за тем, кто попал в ледяной капкан.

Мои размышления прервал стук в дверь, в комнату вошла моя жена Либелия с трехлетней дочерью, Мидарой.

— Верк, мы не помешаем? Мидара настояла, чтобы мы пришли к тебе, сюда. А если она, что-нибудь придумает, то уже никто не может ее остановить, ты же знаешь.

О да, я знал, что моя дочь может быть очень упрямой.

Пройдя через всю комнату, Мидара подошла ко мне. В одной руке она держала надкусанное яблоко, а второй начала дёргать меня за штанину.

— Как его зовут? — указала она пальцем на мальчика.

— Я не знаю дорогая, он не говорит, — присел, чтобы быть ближе к дочери и нам было удобнее разговаривать.

— Почему?

— Наверное потому, что не хочет.

Мидара сморщила свой маленький лобик, не понимая, как можно не хотеть говорить. Ведь в свои четыре года, она заваливала всех вопросами и не отставала пока не получала ответы.

— Папа, можно я спрошу, как его зовут?

Я кивнул.

Не торопясь, она подошла к кровати и присела на самый ее краешек.

Я наблюдал.

Мидара явно смущалась, она не привыкла, что на нее не обращают внимания.

Посидев немного в раздумьях, она съехала на пол, встала на коленки и развернулась лицом к мальчику.

Пытаясь заглянуть в глаза, она наконец задала свой вопрос.

— Как тебя зовут?

Пару мгновений ничего не происходило, а потом мальчик повернул голову, долгим взглядом посмотрел на Мидару и наконец, охрипшим голосом, тихо произнес:

— Ты вкусно пахнешь яблоками.

Поняв мальчика по-своему, Мидара протянула, так любимый ею, фрукт.

— Оно вкусное, — украдкой проговорила она.

Не торопясь, он взял яблоко.

— Ешь, — поторопила его Мидара, — ты умеешь есть?

Взрослому человеку может показаться этот вопрос странным, но мальчик молча поднес яблоко ко рту, откусил кусочек, прожевал и проглотил. Все это он проделал, не отводя взгляда от Мидары.

— Как тебя зовут? — повторила свой первый вопрос Мидара.

— Макс.

— Ну вот, — громко проговорила моя дочь, — его зовут Макс.

Я боялся, что-то сказать или сделать, боялся, что мои действия или слова, могут повлиять на мальчишку и он опять замкнется, поэтому стоял, ничего не говоря и не двигаясь.

— А сколько тебе лет?

Теперь уже она забралась на кровать с ногами и подсела к Максу ближе. Диалог завязался, и она не чувствовала смущения.

— Семь.

— А мне вот, — и она показала четыре пальчика.

Задумавшись и решив что-то про себя, она неожиданно спрыгнула с кровати и выбежала из комнаты. Либелия вышла следом, мы снова с мальчиком остались вдвоем.

Не торопясь и не делая резких движений, я подошел к кровати, присел на корточки.

— Если я попрошу принести тебе мясной бульон, ты поешь? — спокойно произнес я свой вопрос.

Главной моей целью было, накормить ребенка.

— Да, если только она будет рядом.

Я кивнул, понимая кого Макс имеет в виду.

— Как ее зовут? — спросил мальчик.