Читаем Истории грядущего онлайн бесплатно

Изобретая Иблиса.

(Акмал, Захид).

Акмал возвращался домой после суточного дежурства в больнице ранним утром, но воздух в пластиковой трубе перехода между зданиями уже сильно нагрелся — система кондиционирования не справлялась. Ближе к обеденному времени здесь станет просто невыносимо жарко. Когда-то, лет тридцать назад, система работала идеально, но времена былого величия города давно прошли. Райский уголок в пустыне на берегу моря оставался раем не очень долго — чуть больше десяти лет, и этот период выпал на то время, когда Акмал рос совсем в другом месте. Затем появились более интересные локации, да и никогда нельзя упускать из виду и такое явление, как мода.

Однако Акмал не гневил Господа нытьем и сожалением, а благодарил его за то, что он имеет возможность потерпеть теплый воздух минут десять, а потом зайти в прекрасно охлажденное помещение квартиры, которое называл домом, хотя в этом было некоторое лукавство. Арендное жилье вряд ли можно искренне считать домом, но он прожил в этой квартире уже четыре года, так что в мыслях называл ее домом. А что есть дом? Место, где ты можешь отдохнуть в комфорте и безопасности. Многие назовут его жилищем, но это все игра понятиями.

При приближении Акмала двери вестибюля открылись. Система домового контроля считала его показатели через сканеры и приветствовала надписью на экране перед лифтом. Многие жильцы отказались от такой функции, но для него создавалось впечатление, что его кто-то ждет. Хотя и без системы в квартире его точно ждал Захид. В том, что двоюродный брат точно находится дома, он не сомневался. Он уже месяц не выходил наружу. И Акмала это начало беспокоить. То, что брат с причудами, он знал давно, но проявлялись они раньше менее явно.

Уже в вестибюле его порадовала прохлада — переход между станцией и домом являлся досадным исключением из превосходного состояния инфраструктуры города. Неом пока еще оставался самым современным и технологичным городом на Ближнем Востоке. А если принять во внимание масштаб, то и во всем мире. Даже австралийцам и индонезийцам не удалось превзойти его. Туристы и экспаты.

Лифт доставил его на седьмой этаж. По ковровому покрытию коридора деловито сновали боты-уборщики, бесшумно и эффективно втягивая в свое нутро пыль. Перед входом в квартиру Акмал с удивлением обнаружил пару незнакомых мужских сандалий из натуральной кожи. Значит, у них гость. Удивительное дело.

Замок разблокировался при его приближении, он снял свои кеды и зашел внутрь. В нос ударил резкий аромат дыни: с ярким химическим оттенком. Недавно курили кальян. Он покачал головой. Курили долго, если вытяжка не справилась с избавлением от запаха.

Он прошел в свою комнату и снял с плеча сумку, в которой носил комм, сменную футболку и защитные кремы. Иногда во время дежурств ему приходилось днем подниматься на крышу больницы, чтобы проверить оборудование или встретить вертолет. Солнце в Неоме безжалостно к тем, кто является ему без защиты на продолжительное время.

В открытую дверь заглянул Захид. Жидкая черная бородка на бледном лице выглядела жалко:

- Вернулся?

- Вернулся, - пробурчал Акмал. - Всю ночь курили?

- Почти, - зевнул брат, не прикрыв рот рукой. - Ахмед- хороший человек и добрый друг, а еще он поможет нам решить проблему с финансированием.

- Конечно, конечно, - с издевкой согласился Акмал. Таких помощников за последний год Захид нашел уже с пару десятков. Но дальше слов и нелепых обещаний дела не шли, и он подумал, что вовсе не зря устроился на работу в больницу. Это позволяло не лезть в остатки бюджета их проекта. И все же эти остатки тоже уменьшались: аренда мощностей в дата-центре и оплата услуг трех системных администраторов каждый месяц сокращали цифры на приличную сумму. А еще год назад он даже не замечал этих расходов.

Но чуть больше года назад инвестиции в проект остановились. Сначала прекратили финансирование китайцы, у которых начались проблемы с государственными органами, а затем во время падения остатков орбитальной станции на Каир погиб основной инвестор — египетский магнат. И теперь проект остановился. Захид, как основной разработчик, что-то пытался продолжить, но без команды продвижение забуксовало, а услуги хороших специалистов стоили дорого.

Большие и известные компании не хотели инвестировать в проект, так как смысла в нем не видели. У крупных корпораций и правительств имелся доступ к уже существующим ИскИнам, а некоторые вообще владели собственными. И мощность этих комплексов на порядок превосходила ту, которую планировали получить в итоге Акмал и Захид. Учитывая мощную пропускную способность каналов связи и полное покрытие поверхности Земли, потребности в автономном ИскИне у них не было. А если нет потребности, то нет и желания инвестировать. Акмал рассчитывал, что проект в случае успешной реализации станет интересен прежде всего не самым богатым странам, а также компаниям с приличными, но не гигантскими оборотами. Тем, кому часто нужно моделирование и кто хочет на этом экономить.

- Захид, - позвал он брата, когда направлялся в душевую комнату.

- Да?

- Не курите больше в квартире, есть же лаунж-зона. Нам опять прилетит штраф от арендодателя, а с деньгами не очень.

- Хорошо, - быстро ответил Захид, и Акмал понял, что ничего не изменится.

Он покачал головой. С каждым днем росло раздражение: на брата, на тупую работу, где он просто выполнял роль статиста. Инженер по наладке оборудования — звучало прилично, оплачивалось средне, а на деле представляло собой бесцельное шатание по больничным коридорам на случай, если вдруг автоматика откажет, и автоматизированная система ремонта и диагностики не справится с проблемой самостоятельно. Но проектировщики Неома и конкретно больничного комплекса подошли к задаче ответственно, так что за полгода работы его вмешательство потребовалось всего три раза, да и то, потому что он мог устранить неполадку быстрее, чем ждать ремонтных ботов. Дублер. Элемент дублирующей страховочной системы.

У такого подхода имелся плюс: в случае отказа систем или проблем со связью должны быть люди, которые смогут справиться с ситуацией. Это положение, кстати, обеспечивало рабочими местами приличное количество людей, но Акмалу не нравилось чувствовать себя на вторых ролях. В собственном проекте он принимал все решения самостоятельно, а не ждал в стороне. Но собственный проект — собственный проект, а в больнице — он просто наемный работник и играет по правилам руководства.

Акмал разделся и встал под душ: мог бы, конечно, сделать это и на работе, экономя воду, но он, признаться, брезговал общественными душами. Он смыл с себя не так уж и много грязи: вспотел только на пути от транспортного терминала до дома, вытер тело мягким полотенцем и почистил зубы. Затем натянул чистые трусы, накинул халат и вышел из душевой.

Брат и Ахмед совершали утренний намаз, читая фаджр. Акмал же прошел в гостиную, совмещенную с зоной для готовки. Он никак не мог понять, как Захид, человек с огромным без преувеличения математическим талантом, прекрасно разбирающейся в машинной логике, мог с неподдельным рвением следовать религиозным заповедям, причем Акмал точно знал, что брат не играл на публику, а верил искренне, он бы даже сказал, неистово. Они изредка спорили из-за этого, но обоим хватало разума не углубляться в противостояние. Первое время их сотрудничества Захид пытался приобщить его к вере, вернуть на правильный путь, но успеха не добился и отступил.

Акмал признавал, что если бы не способности двоюродного брата, если бы не его несомненный талант в программировании и проектировании машинной логики, то он вряд ли бы связался с ним. До начала проекта их общение ограничивалось редкими семейными встречами, так как никакой потребности поддерживать тесные отношения с Захидом он не видел. Слишком разные жизненные позиции. Однако проект, который он начал, нуждался в том, кто сможет не только осуществлять общее руководство, чем он и занимался, но также непосредственно участвовать в разработке. И, желательно, чтобы таким человеком являлся тот, кому можно доверять. Захиду он доверял. Доверял, невзирая на его религиозность. Ведь в ней есть и положительная сторона: такой человек не станет обманывать близкого.

Когда гость и брат закончили молитву, то переместились в гостиную. Акмал сидел в кресле и неторопливо пил крепкий кофе из маленькой чашки. Ахмед, на удивление, приятно удивил его – среднего роста, худощавый, смуглый, короткая борода ухожена, двигался плавно и очень уверенно. Ему показалось, что гость когда-то служил в армии, а, может, и сейчас служит. Но по обычной одежде определить это не представлялось возможным.

- Приветствую, брат.

- И я тебя, - Акмал кивком головы показал на столик с кофе-машиной и чашками, - кофе?

- Пожалуй.

- Захид сказал, что ты можешь помочь с инвестициями, - он решил сразу определить, имеет ли смысл их дальнейшее общение.

- Возможно, - Ахмед воспользовался предложением и нажал кнопку для приготовления напитка.

- Брат обозначил тебе потребность?

- Да. Думаю, что мы сможем договориться.

- Буду откровенен, - Акмалу совсем не хотелось строить из себя дипломата, - за последнее время Захид часто приводил людей, которые хотели инвестировать, но только на словах. Поэтому я задаю прямой вопрос – есть ли у тебя такие деньги?

- У моей организации есть, - Ахмед сел на табурет.

- Я не стану принимать деньги от военизированных организаций. Местное законодательство такое не позволяет, да и мой личный принцип – никаких денег от военных или иных силовых структур. Это – гражданский проект, и я против того, чтобы им пользовались для причинения ущерба.

- «Братство Джихада», которое я представляю, очень далеко от насилия. На противоположной стороне.

Акмал не смог скрыть раздражения: очередная группа фанатиков под громким названием. Их задача – не столько борьба за души людей, а сколько убийства и насилие, прикрываемое знаменем борьбы за истинную веру.

- Ты зря так скривился, брат, - Ахмед верно прочитал его мысли, - моя организация оказывает медицинскую помощь мусульманам по всему миру. Повторяю, медицинскую помощь, и наше финансирование исключительно от гражданских источников. Основатели и члены «Братства» не принимают насилия ни в каком виде. Мы в этом похожи.

Сказанное гостем нуждалось в проверке, и он демонстративно достал комм, система которого уже подготовила список материалов по «Братству». Не надо стесняться показать людям свое недоверие. В мире тысячи групп и сект, однако они все оставляют за собой информационный след. Полученная информация удивила Акмала: благотворительная организация «Братство Джихада» действительно занималась оказанием медицинской помощи в самых неблагополучных уголках планеты, преимущественно в Африке и Юго-Восточной Азии. Организация существовала почти двадцать лет, и он не увидел ни одного упоминания о ее связи с экстремистами или террористами. Финансирование получали из нескольких источников: добровольные пожертвования, субсидии от государств и компаний. «Братство» оказалось также в списке организаций, сотрудничающих с ООН. Однако не обошлось без негативной информации: «Братство» оказывало помощь только мусульманам-суннитам. Исключительно. Ему стало интересно, как подобное выглядело в реальности, но вопрос Ахмеду он задавать не стал. И, конечно, несколько ожидаемых скандалов, связанных с расходованием средств. Но любая общественная организация, существующая на пожертвования, сталкивается с подобным.

- Убедился, брат, что мы не убийцы?

- Да, - кивнул Акмал, - но почему тогда с предложением не официально? Почему через Захида?

- Твой родственник солидарен с нами по общим вопросам, он – хороший мусульманин.

- Но не я, - усмехнулся Акмал.

- Не ты, но это никак не влияет на ситуацию, - подтвердил Ахмед. – Завтра днем с тобой свяжется наш юридический и бюджетный отделы, и вы сможете заключить сделку.

- Зачем медикам автономный ИскИн? – поинтересовался он. – Вы же не производители?

- Все просто. Нам приходится часто сталкиваться с новыми инфекциями, а в последнее время большая часть из них – рукотворные, так что в полевых условиях от скорости разработки вакцины или антидота зависят жизни сотен, а то и тысяч людей. Биологическое оружие стало доступно очень многим, а наши полевые команды не всегда находятся в местах с доступом к мощным экспертным системам, да и не всегда в бюджете достаточно средств. Услуги полноценных ИскИнов обходятся дорого. Ждать, пока разработчики получат деньги и приступят к работе, означает обрекать десятки, а то и сотни людей на смерть.

- Ясно, - ответил Акмал: объяснение показалось ему разумным. Заключить договор с теми, кто спасает жизни других – хорошее дело.– Будет замечательно, если мы начнем сотрудничать.

- Вот и славно.

Они закончили с кофе, а затем к разговору присоединился Захид.

- Знаете, я тут подумал, почему неверные живут лучше нас, почему они сильнее, и пришел к выводу, что все дело в джиннах.

- В ком? – чуть ли не одновременно поинтересовались его собеседники.

- В джиннах, - ответил Захид, а Акмал подумал, что начинкой для кальяна служил не простой табак.

- Поясни, брат, - миролюбиво попросил Ахмед.

- ИскИны – самые настоящие джинны, могучие и мудрые существа из иной материи, и у неверных они в помощниках и слугах, так как большинство джиннов подчиняется Иблису. Шайтан потворствует несправедливости, которую творят неверные и крестоносцы.

- Но ведь джинны могут быть и праведными, по некоторым хадисам, - возразил Ахмед.

- Могут, но мы не пользуемся их помощью. И поэтому борьба за веру идет так трудно, и поэтому умма терпит такие лишения.

- Почему же не пользуемся? – возразил Акмал. – Даже этот город управляется с помощью ИскИна. А Неом все же мусульманский город.

- Купленного у американцев, - парировал Захид, - немного своих доработок, но аппаратное и программное ядра созданы крестоносцами. А их души забрал шайтан.

- Захид, ты же разработчик и понимаешь, как функционирует эта система. Какие джинны, какой шайтан, какой Иблис? – Акмал поверить не мог, что его брат может рассуждать об ИскИнах подобным образом.

- Именно поэтому я и утверждаю, что ИскИны неверных – дети Иблиса.

- Ты видишь это в программном коде? – уже с издевкой спросил Акмал.

- Я чувствую это, мне трудно объяснить вам это, но, ничего, теперь мы сделаем своего джинна. Праведного. Брат Ахмед поможет нам закончить начатое. А Аллах привечал праведных джиннов, ибо он создал их раньше людей, а потом Иблис отвратил их от праведности.