Читаем Интересное проклятие онлайн бесплатно

Эта битва для объединенного войска девяти родов оказалась последней, великий полководец Ынходын, который за пять лет завоевал половину мира, потерпел сокрушительное поражение. И кто бы мог подумать, что несметные войска, собранные с бескрайних степей, окажутся слабее стаи Идрумских собак, а ведь их даже в расчет не принимали, рассматривали как досадную помеху на пути к богатствам запада. К самим воинам претензий не было, каждый из них сражался как буйвол, и Ынходын тоже не допустил ни одной ошибки, под его командованием отряды теснили противника на всех направлениях, но когда в бой вмешались Идрумские маги, шаманы степей никого защитить от них не смогли. Магов оказалось на удивление много, они объединили свои усилия, и обрушили на наступающих такую мощь, что ни один шаман не мог противостоять этой силе. Итог плачевный, верховный шаман видел, как вскипевшая земля поглощает один отряд за другим, но ничем не мог помочь погибающим соотечественникам. Последним разверзшееся чрево земли поглотило и самого великого полководца. Это было тяжелым ударом для верховного шамана, проиграна была не битва, проиграна была жизнь многих родо́в, теперь в сте́пи снова придет междоусобная война, сильные будут добивать слабых. Что ж настало время уйти мир духов… или… пусть ему не занять достойного места в мире предков, но он может еще отомстить коварному врагу, немного поколебавшись, верховный шаман принял последнее в своей жизни решение.

Победа! Все легионеры ликовали, еще пару тэн (тэн — 8 минут) назад они не надеялись остаться в живых, и вдруг отряды степняков полностью повержены мощной магической атакой, подумать только десятки тысяч степняков нашли здесь свою смерть. И пусть никто из обычных людей по-прежнему не доверял колпачникам, которых небеса щедро одарили способностью управлять потоками силы, сегодня нельзя не признать, что только благодаря им одержана победа. Высший маг первого круга Кополоптус, уставший, но довольный, сидя на своем гроне (смесь лося и лошади), сопровождал полководца Гендиона и наслаждался всеобщим обожанием. Он прекрасно понимал, что уже завтра, никто не вспомнит заслуг высших магов, силами которых была выиграна война со степью, но пока еще радость не покинула восторженных сердец, можно было купаться в бушующем море людских эмоций. Только ради этого момента стоило совершить невозможное. Гендион со своим сопровождением, не торопясь поднялся на холм к юрте верховного шамана, не удержался от соблазна удовлетворить свое любопытство и взглянуть на того, кто смог сокрушить магическую мощь многих стран.

— И что здесь произошло? — Задал полководец вопрос магу, когда рассматривал странный знак, обозначенный телами степняков, в центре которого застыл сам верховный шаман.

— Трудно сказать, — пожал плечами Кополоптус, — двойная шести грамма с жертвоприношением, по всему выходит, что шаман решил обратиться за помощью к духу духов и для этого расплатился жизнью своих учеников.

— А почему учеников? — Хмыкнул Гендион. — Своей не хватило?

— Он заплатил своей душой, — пояснил маг, — обрек ее на вечные страдания.

— Интересно, — задумался командующий, — за что конкретно он решил заплатить такую высокую цену?

Ответить на этот вопрос никто не смог, да и никого это не интересовало, главное победа!!!

Вопреки опасениям верховного мага первого круга, о заслугах одаренных не забыли, казна щедро поделилась с ними доходами, теперь денег на безбедное существование хватало, хотя и до этого маги не бедствовали. Однако время шло, и радость побед постепенно забывалась, люди возвращались к привычной жизни, но что-то изменилось в стране. Что конкретно никто сказать не мог, однако на следующий год в королевстве не родилось ни одного мальчика. Жители страны всполошились и обратились за помощью к магам, однако те им ничем помочь не могли, любая попытка вмешаться в зачатие, что бы контролировать пол ребенка заканчивалась выкидышем, а то и смертью женщины. Второй год тоже не принес счастья семьям, лишь только на третий год на всю огромную страну родилось пять младенцев мужского пола, еще через год появились на свет уже сотни, через пять — тысячи. Однако спустя какое-то время соотношение полов перестало изменяться и остановилось, на семь девочек стало рождаться три мальчика. Это привело к тому, что через несколько поколений изменились общественные отношения в стране, роль женщин в обществе претерпела некоторые изменения.

Графиня Виграна Оспорона Горчес Контепрон возвращалась в свой замок из поездки в Менферо, в городе она посетила банк и произвела кое какие изменения в счетах, последнее время ей не понравилось как в семье тратились деньги. Если своих девочек, она воспитывало в строгости, как и было принято в благородном обществе, то по линии Полемеи творилось нечто непотребное, девчонки росли капризные и совершенно не горели желанием заниматься учебой, впрочем, как и их мать. Неделю назад между Виграной и Полемеей произошел конфликт, вторая глава семьи потребовала в очередной раз оплатить свои счета, а когда получила отказ, устроила жуткую истерику. Понятно почему, свои деньги она истратила еще два огна (огн — тридцать шесть дней) назад и надо было срочно ограничивать свои расходы, но делать этого не хотелось. Чтобы лишить Полемею возможности отслеживать размеры своих средств на счетах банка, Виграна решила перевести все свои деньги на специальный счет, а чтобы иметь свободный доступ к нему заказала чековую книжку и магическую печать. Теперь никто кроме нее не сможет воспользоваться этими деньгами.

— Ваше сиятельство, — заглянула в возок командир сопровождающего отряда, — боковое охранение обнаружило в стороне от дороги следы небольшого отряда, прошли коло пяти тэн тому назад.

— В сторону замка?

— Да, ваше сиятельство.

— Останавливаемся, разведчиц вперед, и позови ко мне Игну.

Игна это одна из доверенных лиц графини, когда-то девушка проходила обучение в закрытом военном училище, но была отчислена по неизвестным причинам, может быть для войны она и не годилась, но для хозяйки оказалась ценной находкой.

— Здесь печать, — передала Игне кожаный мешочек графиня, — бери самого лучшего грона и проберись тропой к замку. Печать передашь Антонадо, пусть хорошо спрячет ее. Если со мной что-нибудь случится, печать надо уничтожить, иначе его жизнь окажется в опасности.

Разведчицы обследовали лес с обеих сторон дороги, но никакой засады не обнаружили, и Виграна решила рискнуть продолжить движение. Это было ее ошибкой, атаковали их именно в том месте, которое разведчицы особенно тщательно проверяли. Нападавшие выпрыгнули из кустов и кинулись в атаку, нападение оказалось настолько неожиданным, что охранение не успело отреагировать и сразу лишилось половины своего состава. А потом вообще началось что-то непонятное, то одна, то другая защитница теряла концентрацию, и попадала под удар нападавших, не минуло и трети тэна как все охранницы оказались убиты. Такое могло быть только в том случае, если где-то рядом находился маг, а защитницы забыли взять с собой медальоны, защищающие от атак разума… или еще в одном случае. Графиня тяжело вздохнула, вытащила золотую заколку из волос, и переломила ее, на конце одного из обломков высунулась тонкая игла с темной капелькой жидкости, это алхимический яд, действует он небыстро, зато надежно. Медлить женщина не стала, игла сразу погрузилась в плоть, десяток ударов сердца и спасти ее невозможно, даже если отсечь руку. Все, теперь можно взглянуть в глаза убийцы, графиня не торопясь выбралась из возка на дорогу, как она и подозревала, нападать не нее никто не стал, только внимательно отслеживали каждое движение.

— Выходи Клегистар, я знаю, это все твоих рук дело, — повернувшись к кустам, громко крикнула Виграна.

В том, что ее враг не откажется покуражиться, она была уверена, и именно на это был расчет.

— Как хочешь, — раздался голос мага, он шагнул из тени кустов, и неспешно направился к жертве, — ты умная Виграна, я не боюсь в этом признаться, даже немного жалко, что моя сестра не такая. Хотя нет, с ней лучше, она никогда не следит за деньгами.

— Вот от того, что не следит у нее их и нет, на мои позарилась.

— А где она еще их может найти? — Пожал плечами Клегистар. — Только я ей говорил, что поздно спохватилась, ты не зря ездила в Менферо, наверняка перевела их на другой счет или оговорила дополнительные условия, чтобы их никто не мог снять. Я прав?

— Прав, — не стала скрывать очевидное графиня, — кроме меня теперь никто не сможет снять эти деньги. А я согласия не дам.

— Ты так думаешь? — Удивился маг. — Могу поспорить, что через две недели ты сама подтвердишь в присутствии представителя банка, что передаешь все деньги на счет Полемеи.

— Ты так же как и твоя сестра не блещешь умом Клегистар, — усмехнулась Виграна, — иначе должен был бы догадаться, что я могла предусмотреть такое развитие событий.

— К сожалению не я ставил тебе защиту, — скривился маг, — поэтому не могу прямо сейчас определить, правду ты говоришь или лжешь, но времени у нас впереди много, у меня хватит сил сломать твой разум.

— Да, впереди у тебя много времени, буду надеяться, что ты успеешь осознать свою ошибку. Прощай, позор своего рода.

— Что? — Клегистар силился понять от чего Виграна так уверена в том, что ей ничего не грозит. Но пристальней взглянув в глаза родственницы, понял, что она его сумела переиграть. — Отрыжка бездны, и не побоялась отравить себя.

Трупы убитых стащили с дороги и раздели до гола, не пощадили даже тело графини, потом вывели из леса трех степняков, которые находились в невменяемом состоянии и убили их тут же рядом с дорогой — пусть все думают, что это разбойничья банда позарилась на богатую добычу. Всем известно, что разбойники убитых с собой не забирают.

— Полемея, перестань кричать на меня, — Клегистар морщась, массировал виски, — я сделал все так, как ты требовала, не моя вина, что Виграна оказалась настолько предусмотрительна. Она заложила свои земли, взяв банковский заем, и отдельно оговорила содержание детей в случае своей смерти, теперь весь доход будет отходить напрямую банку до тех пор, пока заем не будет погашен.

— Но есть же еще ее выродок, — зарычала графиня, — надо оформить над ним опекунство и восстановить контроль над деньгами.

— Ничего не получится, — тяжело вздохнул маг, — Деньги были переведены на специальный счет, в случае утери печати, все, что там есть, будет считаться подарком к свадьбе Антонадо, то есть станет частью его приданного. Деньги в любом случае для нас потеряны.

— Раз так, убей выродка.

— Вот уж чего я делать не буду, — зло посмотрел Клегистар на сестру, — все видели как я забрал мальчишку с собой, и если что-то с ним произойдет, судейские знают, где искать, теперь он считается под моей защитой.

— Тогда вырежи родовую печать и отправь его к смердам.

— Вырезать родовую печать можно, — согласился маг, — вот только смерд из него не получится, да и род без печати определят, а дальше опять будут вопросы. Нет, это не выход.

— Если нельзя лишить его жизни — прокляни.

— Чтобы мне приписали использование магии проклятий и отправили в серый дом? — Приподнял брови в удивлении Клегистар и тут же замер пораженный догадкой. — Магия проклятий, отрыжка бездны, вот как можно решить вопрос.

— Что, — не поняла графиня, — что ты имеешь ввиду?

— Готовь два золотых сестрица, — усмехнулся маг, — после того как я поработаю с его мозгами, мы сможем легко избавиться от мальчишки и больше никогда его не увидим.

Щелчок, в голове возникает противный звук с постоянно изменяющейся тональностью, а во рту чувствуется запах горелой резины — это опять «лекарь» решил применить новомодное средство, электротерапию. Третий раз уже, за месяц, он бы и чаще его использовал, но прибор очень несовершенен, не может точно регулировать силу тока, плюс-минус километр, так как зарядка конденсатора разрядника производится по количеству оборотов рукояти, электростатического генератора. Хорошо хоть не использовался полный заряд, опасались, что пациент может не выжить, были уже случаи. Мне пока везет, возможно, это вызвано индивидуальной особенностью организма, другие после подобной процедуры дня три в себя приходят, а мне пары часов достаточно, однако показывать это нельзя, иначе снова добро пожаловать на процедуру. Потом меня два здоровенных бугая в кожаных фартуках, перекидывают на носилки и тащат в плату, на тридцать — сорок мест, где сгружают на двойной топчан, высокими бортами, дабы «больной», пока приходит в себя, не оказался на полу. Впечатление такое, да и ощущение не отстает, что в гроб кладут. Еще и матрас там не предусмотрен, от того, что доски прикрыты толстым сукном толку мало, но это никого не напрягает, бугаи с грохотом перекидывают мою тушку на топчан и с чувством качественно проделанной работы, отправляются за следующим телом. Сегодня, таких как я, будет еще с десяток, насколько серебряной фольги в приборе хватит. Противно, дело в том, что здесь нет индивидуальных мест «больного», куда сгрузили, там и лежишь эти дни, что кто-то до тебя здесь успел полежать в непотребном виде, никого не волнует. А ведь это еще не все, через неделю снова начнут кормить чем-то типа аминазина, ну и аналог инсулиновых шоков тоже не забываем, для полноты ощущений. Вот такая жизнь в сером доме, не в желтом, который в моем мире называется «Дурдом», а именно в сером.