Читаем Илона и Чародей онлайн бесплатно

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Очень маленькая каморка, не больше четырёх шагов в длину и трёх в ширину. В ней едва умещаются небольшая кровать и почти игрушечный стол. На нём стоит большая чернильница, лежит стопка бумаги, и рядом с нею аккуратно разложены штук десяток гусиных перьев. В каморке живёт учёный писарь. Он худенький и небольшого роста, как четырнадцатилетний подросток. На его голове ёжик коротких толстых волос. Его зовут Вульф. К нему приходят разные люди. У них одна надобность. Всем нужно письмо, чтобы отправить его в другие края друзьям или родственникам. Написать его может только учёный писарь. Иногда он читает и ответные послания. Вульф беден, как церковная крыса. Платы за его работу едва хватает на приобретение бумаги и чернил. Заказчики писем сами не много богаче Вульфа, долго копят монеты для отправки послания. Иногда, что бывает редко, приходит богатый человек и требует, чтобы писарь под его диктовку написал письмо. Он оплачивает работу значительно большей денежной суммой, что является для Вульфа праздником. Такие дни бывают не часто, поэтому Вульф, кроме редко покупаемых продуктов, использует бесплатные дары природы, которые находит в лесу. Скудно и одеяние Вульфа. Оно состоит из полотняных штанов и длинной, до колен, рубашки. На его ногах штопаные перештопанные сандалии, которые, возможно, много старше своего хозяина. Гордостью Вульфа является пояс с медной застёжкой в виде орла, готовящегося взлететь. Пояс придаёт бедному одеянию учёного некоторую респектабельность. Вульф каждое утро полирует застёжку маленьким кусочком шерстяной ткани, который подобрал в куче мусора. Перед этим он наносит на медь слой красной глины с мыльной пеной, тщательно растирает, смывает водой и насухо вытирает обратной стороной подола своей рубашки. Застёжка всегда блестит, как золото невысокой пробы. Каморка Вульфа не отапливается, поэтому в зимнее время он отчаянно мёрзнет. Иногда замерзают чернила, приходится отогревать их дыханием.

Внезапно каморка затряслась и заскрипела, как лёгкое судно на море во время свирепого шторма. Дверь с треском распахнулась, чуть не слетев с петель. В каморку протиснулся высокий мужчина с копной мохнатых волос на голове. Его огромный живот, размером с пивную бочку, едва не разломал дверной проём.

– Ты, учёный грамотей будешь? – Его мощный бас, возможно, был слышен на другом конце города.

– Да, господин. Я учёный писарь. Вам нужно написать письмо?

Посетитель критическим взглядом оглядел Вульфа: – Небось шарлатан и обманщик? Деньги получишь, а на бумаге нарисуешь не буквы, а просто закорючки? Поэтому к тебе не идут с заказами писем? Выглядишь ты, как нищий, просящий подаяние на перекрёстке дорог.

– Господин, испытайте меня.

– Хорошо. Пиши, только на хорошей бумаге.

– У меня лучшая бумага.

– Пиши, грамотей. «Кант, ослиная башка, жирная свинья, крокодильи какашки. Получил твою бочку пива, разрази тебя гром. Она немногим меньше твоего брюха, полного требухи. Шли ещё, ослиная задница».

Когда перо закончило скрипеть по бумаге, посетитель выхватил лист из рук писца, внимательно рассмотрел его: – Написано справно. Теперь прочитай, что ты там накалякал.

– Слушай. – Вульф бережно взял лист обеими руками и негромким голосом прочитал: – Милостивый Государь, Кант. Получил присланную тобой бочку пива. Оно отменного качества и очень хорошего вкуса. Благодарю тебя, и жду следующей поставки. С уважением…

Писарь поднял глаза на заказчика: – Господин. Скажи, как тебя зовут. Имя твоё нужно проставить в конце послания, чтобы оно имело законченный вид.

Лицо посетителя покраснело, и стало похоже на спелый помидор. Глаза налились кровью. Он пару минут не мог вымолвить ни слова. Его рот беззвучно открывался и закрывался, как у рыбы, вытащенной из воды и брошенной на берег. Он не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть, словно находился в жестоком приступе астмы. Выйдя из оцепенения, он трахнул лапищей по столу, отчего он разлетелся на мелкие осколки, а чернильница взлетела к потолку, залив чернилами всю каморку, в том числе одежду писаря и заказчика. Окрестности взорвались диким рёвом, словно ревело огромное стадо буйволов: – Паршивый обманщик, лживый негодяй, шаромыжник. Совсем не то написал, что я диктовал. Кант не узнает меня, подумает, что письмо поддельное.

– Господин, позволь пояснить тебе. – Писарь нашёл лазейку в потоке брани и повысил голос до возможного уровня: – Говорить ты можешь всё, что пожелаешь. Произнесённые слова – это просто сотрясения воздуха. С письмом всё иначе. Бумага не может запечатлеть брани и оскорблений. Она или скукоживается, или не принимает чернил. Прочитать написанное будет невозможно. Кроме того, твой друг обязательно узнает тебя по имени в конце письма. Он будет очень довольный, что ты шлёшь ему вежливое послание. Он поймёт, что ты уважаешь его. По этой причине он может сделать тебе скидку на пиво. Подумай.

Детина успокоился, перестал сотрясать каморку громовым басом. На его лице отобразилось, как в голове медленно, словно мельничные жернова, ворочаются мысли: – Наверное, ты прав, писарь. На то ты и учёный. Меня зовут Бартан. Напиши это имя.

– Ты разломал мой стол и разлил чернила. Как теперь я могу дописать письмо?

– Не знаю, как, но письмо ты должен закончить. Мне нужно сегодня его отправить, скоро караван отправляется в путь. Как хочешь, но допиши. За стол и чернила я тебе заплачу.

В это время небосвод прорезала яркая стрела. Метеорит попал в гравитационную ловушку Земли. Раздался оглушительный грохот взрыва. Земля застонала и затряслась в конвульсиях агонии. За пределами городка, на месте большого холма образовался огромный кратер. Миллионы тонн камней, песка и земли взлетели в воздух и закрыли солнце. В каморку, пробив соломенную крышу, влетел осколок космического гостя и упал в груду остатков разбитого стола. Камень испускает потоки света, отчего в каморке стало светло, как на улице при ярко сияющем солнце.

– Да ты волшебник, писарь. Век бы тебя не видеть. Проклятье тебе и всему твоему роду. – Взревел Бартан и выскочил из каморки, так хлопнув дверью, что она слетела с петель.

Вульф взял космического гостя в руки. Он совсем не походит на осколок метеорита. В руках Вульфа произведение искусства гениального ювелира. Какая-то чудовищная сила заключила его в каменный метеорит, тем самым обрекая на вечное скитание в глубинах космоса. Почти прозрачный шар диаметром около десяти сантиметров, на нём расположены шесть подобных шаров, только они в три раза меньше диаметром. Они сделаны, словно из стекла, внутри них заметно движение белесоватых пятен разного размера и конфигурации. Эти пятна очень похожи на кучевые облака, плавающие по небосводу.

Вульф почувствовал нечто необычное, в его тело начала вливаться какая-то непонятная могучая энергия. Прилив чудовищной силы кардинально изменил ход его мыслей и их содержание: – Всё. Хватит писать письма для таких остолопов, как этот кретин Бартан. Моё призвание повелевать ничтожными людишками. Я рождён, чтобы быть владыкой мира.

Вульф бросил прощальный взгляд на каморку с её содержимым, где прожил много лет, испытал нужду, лишения и изнуряющий холод. Он взмахнул рукой. Из её ладони выпорхнул луч ослепительно белого пламени, от него загорелись обломки стола. Не обращая внимания на начинающийся пожар, Вульф через свободный дверной проём навсегда покинул хижину.

В мануфактурной лавке Вульфа встретил её хозяин, здоровенный детина под два метра ростом. В плечах косая сажень, огромные бугры мышц на руках и груди стремятся порвать прочную материю рубашки.

– А, учёный писарь. – Расплылся лавочник в улыбке: – Пришёл за бумагой и чернилами?

– Нет. С писаниной я покончил навсегда. Подбери мне самый дорогой костюм, который найдётся в твоей жалкой лавчонке.

– Костюм стоит много серебра. Ты не забыл, что в прошлый раз, при покупке чернил и бумаги остался должен две медные монеты? Плати долг и убирайся, не морочь мне голову.

– Ты, жалкий мелкий лавочник. Об уплате забудь навсегда. Принеси самый дорогой костюм по моей комплекции. Иначе, будешь долго-долго жалеть.

– Ах ты, ублюдок, жалкий недомерок. – Взревел лавочник: – Я оторву тебе нос и скормлю его собакам.

Лапища верзилы потянулась к носу Вульфа. Она не достигла цели, упала и бессильно повисла. Какая-то неведомая сила сдавила горло лавочника, он захрипел, лицо налилось пурпурно-ядовитым цветом, глаза начали вылезать из орбит. Рот беззвучно открывается и закрывается, словно что-то хочет вымолвить. Вульф убрал хватку: – Будешь дело делать, или продолжить эксперимент?

– Не надо. Немного отдышусь и принесу твой заказ. Не поверил я Бартону, а зря. Он прибегал ко мне и что-то мычал о волшебнике.

Костюм Вульфу понравился, его не постеснялся бы надеть и самый знатный человек Средиземья.

– Будь здоров, лавочник. Отныне будешь платить налоги мне. – Прошелестел голос Вульфа.

Дверь таверны открыта. Оттуда доносится гул множества голосов, некоторые из них звучат на повышенных тонах. Раньше Вульф обходил эту таверну стороной. В ней по вечерам собирается со всей округи преступный люд разного пошиба. Здесь частой гостьей приходятся склоки и драки с применением оружия. Здесь нередко случаются убийства. Владеет таверной бывший грабитель и убийца Баск. Он награбил значительное количество серебра, решил уйти на покой и за бесценок купил таверну. При этом старый владелец таверны куда-то канул. Жители города шёпотом делились друг с другом слухом, что Баск убил его, чтобы не платить деньги.

Вульф вошёл в открытую дверь. В таверне повисла тишина, стал слышен писк комара, летающего под потолком. Вульф понял, что в таверне шёл разговор о нём и недавних событиях в городе. Слухи разносятся чрезвычайно быстро. Вульф отыскал взглядом стол, за которым сидел Баск в компании трёх посетителей, вид которых не внушал доверия, и не обещал мирной беседы, и зашагал в их сторону. Трое собутыльников Баска поспешили пересесть за другой стол.

– Я уже наслышан о тебе, писарь, и твоих способностях. – Затараторил скороговоркой хозяин таверны: – Я готов платить тебе налог, только чтобы не вылететь в трубу.

– Ты, Баск, никуда не денешься, будешь мне платить налог, который я назначу. В трубу вылететь я тебе не дам, даже не надейся. Сейчас мне нужен приличный номер.

– У меня есть лучший номер во всём Средиземье. Располагайся в нём.

– И ещё. Найди мне сотню отчаянных головорезов, готовых на самые безрассудные поступки.

– Как пожелаешь, учёный писарь. Завтра перед тобой предстанет сотня молодцов, удаль которых ты можешь оценить сам. Они лучшие во всей округе.

– Ты вот что, Баск. Не называй меня писарем, мне это не нравится. Обращайся ко мне – мой повелитель.

На следующий день перед таверной многолюдно и шумно. Там топчется сотня богатырей в разномастных одеждах. Вульф вышел к ним, внимательно оглядел. Мужики статные, на их лицах запечатлены следы былых жестоких драк. Руки бугрятся большими комками мышц. В глазах светится жестокость безжалостных убийц. Мирные горожане подобных типов обходят стороной, предпочитают не встречать их на своём пути.

– Отныне я ваш повелитель. – Вульф говорил громко и отчётливо, чеканя каждое слово, чтобы смысл сказанного дошёл до их сознания: – Вы будете основой, костяком моей регулярной армии. Ваша задача – беспрекословно, чётко и быстро выполнять мои приказы.

– А не много ли ты на себя берёшь, малыш? – Высоченный детина, играя мышцами, сделал шаг вперёд, нагло разглядывая маленькую фигуру Вульфа: – Посмотри на меня. Я могу перешибить тебя одним плевком.

– Как зовут тебя?

– Меня зову Стан. И что?

Внезапно, невесть откуда взявшиеся, ремни опоясали тела всей группы у таверны, плотно припечатав к ним руки. Шея Стана начала удлиняться, отчётливо прозвучал хруст рвущихся шейных позвонков, и голова безжизненно упала на грудь. Громадное тело по инерции несколько секунд находилось в вертикальном положении, затем с грохотом рухнуло наземь. Скованный ужасом, привычный к жестокостям, разбойный люд взирает на скорую расправу.

– Есть вопросы ко мне?

В ответ могильная тишина, не слышно даже сопения носов, наполняющих лёгкие живительным кислородом.

– Кому-нибудь из вас приходилось принимать участие в сражениях регулярных армий?

Вперёд шагнул громила лет двадцати пяти, кроме жестокости в его глазах видны признаки ума и умения мыслить: – Меня зовут Брант. Я служил несколько лет в королевской армии.

– Слушайте все. – Вульф повысил голос: – Будете выполнять приказы Бранта, как мои собственные. Пытающихся сбежать неминуемо настигнет кара, как эту падаль. – Вульф указал пальцем на распростёртое тело Стана.

Неожиданно для Вульфа, Брант оказался хорошим командиром. За две недели из сброда насильников, грабителей и убийц, не подчиняющихся никаким нормам и правилам, он сумел сколотить дисциплинированное армейское подразделение, боевую сотню умелых бойцов. Он одел их в жёлто-зелёные с белыми пятнами комбинезоны. Такая одежда почти не заметна в зелёных летних зарослях, и осенью среди пожухлой травы и пожелтевшей листвы кустарников.

Столичный город Харон охраняет огромная королевская гвардия численностью десять тысяч воинов, имеющих богатый опыт ведения боевых действий. Атаковать его сотней бойцов было бы настоящим безумием. Бойцы Бранта поодиночке вошли в город. Оружие пришлось сдать страже городских ворот. Такое правило издавна заведено в Хароне. Оно строго выполняется всеми стражниками.

Брант нашёл в городе оружейного мастера Рикса. На стук в ворота долго никто не отзывался, затем открылся глазок, в который не протиснется даже кулак подростка.

– Чего стучишь? – отозвался хриплый голос без ноток гостеприимства.

– Меня зовут Брант. Мне нужен Рикс, я принёс ему привет от Тирика.

– Откуда ты знаешь Тирика?

– Мы вместе служили в отряде Бальтазара.

Тяжёлая, окованная железом, калитка со скрипом открылась.

– Входи, Брант. Друзья моего сына – мои друзья.

Глаза Бранта увидели маленького старичка с многодневной седой щетиной на лице, одетого почти в лохмотья.

– Ты ли это, Рикс? – удивлённо спросил Брант: – Мне Тирик много рассказывал о своём отце, гениальном оружейном мастере.

– Был мастер, да весь вышел. Ты разве не знаешь, что мой сын, Тирик, погиб?

– Прости, отец. Я этого не знал. Мы долго не виделись. Богатырь Тирик не мог погибнуть в случайной схватке. Как это произошло?

– Не сыпь мне соль на незаживающую рану, Брант. Я не знаю, что и как случилось. Если бы и знал, не стал бы вспоминать, мне это невыносимо. Через месяц после гибели Тирика умерла жена. Я остался один одинёшенек на всём белом свете. Мне жить не хочется. Каждый день жду смерть, а она, проклятая, не приходит. Впрочем, не слушай жалоб старого хрыча, заходи в дом. Только кроме вина мне нечем угостить тебя. Не обессудь.

Вытерев губы шейным платком после кружки вина, Брант проговорил негромким голосом: – Погоди умирать, отец. Я пришёл к тебе за помощью. Нужно вооружить небольшой отряд численностью сто человек. Ты лучший мастер оружейник во всём Средиземье.