Читаем Игрушка Дьявола онлайн бесплатно

– О, боже! Я действительно не сплю и вижу то, что вижу? – Окси остановилась посреди танца, или скорее притормознула, одной из первых, устремив свой завороженный взгляд в дальний конец танцевальной площадки.

Так что и мне пришлось волей-неволей соскочить с несущей нас сумасшедшей волны энергичных телодвижений и проследить за взглядом почти остолбеневшей подруги.

Несколько порций крепких алкогольных коктейлей, несколько часов в шумной компании полупьяных сокурсников и близких друзей в одном из популярных ночных клубов столицы, и тебя уже не по-детски ведёт от нехилой эйфории на грани неизбежного срыва. И, похоже, я только что наткнулась на один из возможных песцов, которые, как правило, любят подкрадываться незаметно в самый непредвиденный для этого момент. А, ещё точнее, встретиться взглядом со знакомым Дэна, который вдруг, ни с того, ни с сего соизволил выползти к простым смертным из своей элитной вип-кабинки.

И в этом плане я готова была поддержать Оксанку Фролову, как никто другой в окружающем нас зале. Я сама чуть было не тряхнула головой, едва поверив собственным глазам. Одно дело, пытаться рассмотреть этого… медведя за стеклянными бусами декоративной «занавески», отделявшей его кабинку от всего помещения, и совсем другое – впериться в него округлившимися глазёнками всего в каких-то пяти-шести шагах от нашего местоположения.

Он и сидя на низком диване выглядел весьма впечатляющих размеров, а сейчас… Мама дорогая. Разве такое возможно? Разве люди бывают такими в действительности – таких необъятных габаритов и реально пугающей комплекции? Метр девяносто – не меньше, с размахом плеч и пугающе мощным торсом, которые я едва ли сумею хотя бы на треть обхватить своими цыплячьими ручонками. И это он ещё стоит на небольшом от нас расстоянии, возвышаясь практически на целую голову над каждым из танцующих на танцполе. И ладно только лишь одна фигурка.

Теперь его внешку не скрывали никакие бусы с более дальним расстоянием. А там на самом деле было над чем залипнуть и с куда большей натяжкой поверить увиденному. Тёмная, почти чёрная грива густых волос обрамляла вместе с чуть более светлой бородой будто лепное из матовой бронзы лицо-маску сущего Дьявола. По-другому этого жуткого красавца уж точно никак не назовёшь. Жуткого, потому что такой взгляд угольно-чёрных глаз, под грузной сенью не менее контрастных бровей может принадлежать только какому-нибудь одержимому психопату или смертельно опасному киллеру. И это он ещё стоял в показательно расслабленной позе, прислонившись спиной к ближайшей к нам колонне и скрестив свои богатырские ручонки у гладиаторской груди, прикрытой белой безрукавкой с целой связкой из шнурков и цепей под всевозможные амулеты и полудрагоценные кулоны. На запястьях, кстати, тоже внушительные «наручи» из ряда плетёных фенечек и браслетов, как и на некоторых пальцах то ли серебряные, то ли платиновые перстни.

В общем… Впечатлиться там было чему, особенно, когда эти пристальные глазища (способные буквально физически добраться своим пронизывающим насквозь взглядом до самого основания чужой души) смотрели ни куда-то в сторону, а именно на тебя. Причём, в прямом смысле этого слова! Не на кого-то, кто находился за мной или рядом, а в моё лицо!

– Я думала ты его знаешь.

Кстати, да. Я так и порывалась как минимум за последний час расспросить Окси про этого подозрительного незнакомца. Как раз после того, как Денис, отпочковавшись от нашей компашки, вдруг направился прямиком в одну из вип-кабинок зала, где и сидел со своими более взрослыми дружками и подругами вот этот вот… смуглый Дьявол во плоти. И, если судить по первым визуальным действиям Дэна, пошёл он на ту встречу отнюдь не по собственной воле, резко вдруг изменившись и в поведении, и в когда-то привычных для него расслабленных жестах. Мне даже сперва подумалось, что у меня что-то не то со зрением, когда я впервые увидела своего парня настолько зажатым и едва не вытянутым по стойки смирно перед развалившимися на диванах, будто прайдом пресыщенных львов и львиц, абсолютно незнакомыми мне людьми.

К тому же, когда Дэн вернулся к нашему столику, попытавшись с переменным успехом вернуть себе прежнее лицо, то на мой вполне предсказуемый вопрос о том, куда, зачем и к кому он только что ходил, попросту отмахнулся и тут же перевёл разговор в более приемлемое для него русло.

И теперь вот это.

– Откуда? – удивление Окси оказалось таким же неподдельным, как и её недавний восклик после встречи со взглядом брутального мачо. – Он же явно не из студенческой тусы, хотя и выглядит смутно знакомым.

Насчёт «смутно знакомым» не уверена, а вот по возрасту, да. Слишком взрослый и едва ли будет смотреть в сторону таких прыщавых сосок, вроде меня и Оксанки Фроловой без видимой на то причины. А, если вспомнить, какие шикарные крали сидели рядом с ним в вип-кабинке, вопросов по нынешнему повороту событий начинало вдруг множиться в геометрической прогрессии всё больше и больше.

Ну, а когда он приподнял над грудью правую руку и поманил меня (МЕНЯ???) к себе указательным пальчиком, в моей голове так и вовсе перегорели все последние здравомыслящие «транзисторы» и «системные процессоры». Да и Окси рядом так громко ахнула, будто это её только что подозвал не совсем красивым жестом сам Киану Ривз.

– Мне это не привиделось? Он это сделал? Глядя на нас?

Действительно, вопрос на миллион долларов. Так кого же он пытался к себе поманить? Меня? Окси? Кого-то другого? Хотя, проверить не так уж и сложно. Что я и сделала, практически мало задумываясь над тем с какого вдруг перепугу и на кой. А именно, приподняла свою руку почти до уровня глаз и, подобно легендарной Тосе Кислициной из «Девчат», едва ли соображая, что творю, отзеркалила наглый жест незнакомца. И, честно признаться, сама не ожидала, что сработает. Что этот самодовольный Дьявол осклабится в ответ хищным оскалом и… всего через пару секунд оттолкнётся от колонны, чтобы направиться неспешной походочкой сытой пантеры в мою сторону. Даже нет. Прямо на меня!

– А ты, как я погляжу, на редкость смелый Воробушек.

Я всё ещё не могла поверить ни своим глазам, ни чувствам собственного тела, отреагировавшим на приближение этого пугающе огромного верзилы бурным фейерверком подкожного жара, подрезающей в коленках дрожью и надрывным стуком растревоженного сердечка. Причём, при каждом неспешном шаге, он становился ещё больше, чем казался до этого, и угрожающе опаснее. А потом и вовсе перекрыл собой практически всю панораму клуба или даже всего мира, нависнув надо мной будто гора или коршун над зазевавшимся кроликом.

В этот момент я не то что враз протрезвела и каким-то чудом не отшатнулась на несколько шагов назад, а, наверное, ещё больше отупела, оцепенела и нешуточно так подвисла. Потому что смотреть в лицо этого скалящегося нахала со столь близкого расстояния и ощущать его близость всеми рецепторами кожи, вставшими дыбом волосками и сотнями мурашками это, скажу я вам, то ещё впечатление – не для слабонервных. Даже захотелось на что-нибудь присесть, а лучше провалиться сквозь пол или вовсе бесследно испариться. Поскольку ничего подобного я ещё никогда раньше не испытывала рядом с кем бы то ни было вообще. Ведь дело ни сколько в физических размерах, а в том, сколько на самом деле скрывалось в этом Дьяволе истинного потенциала, способного задавить или подмять под себя любого, кто рискнёт стать на его пути. А я не то что с дуру рискнула, так ещё и не сразу осознала, чем данное знакомство мне могло грозить в самые ближайшие минуты всей моей непутёвой жизни.

– Я… я… Просто пошутила! – я же реально понятия не имела, что он это сделает! Подойдёт именно ко мне!

– Да неужели? А я вот нисколько не шутил. И, надо отметить, теперь то уж я на все сто утвердился в своём выборе.

– В выборе?.. К-каком выборе?..

Я метнулась было паническим взглядом к рядом стоящей Оксанке, видимо, в слабой надежде найти в её лице мнимую подстраховку или спасительную группу поддержки. Но, похоже, ждать от Фроловой помощи ещё бредовей, чем от разговора с незнакомцем – непринуждённых тем о погоде и ценах на бензин. Особенно, когда он вдруг приподнял одну из своих внушительных лапок и собственническим жестом (не иначе!) провёл кончиками расслабленных пальцев по контуру овала моего лица, соскользнув впоследствии в гущу распущенных волос и подцепив пару прядей, будто проверяя их на натуральность или природную шелковистость.

Меня от таких прикосновений буквально прошибло насквозь примораживающим к полу шоком. И не только от прикосновений. Казалось, он вытеснил своей близостью всё, что нас до этого окружало, смяв и окутав едва не физически удушающим коконом своей сумасшедшей энергетики.

Господи, что ему в действительности стоило переломать меня прямо сейчас, как хрупкую соломинку? Я ведь и пикнуть при этом не успею.

Даже вот теперь… Тупо обомлела и ни черта не делала, прекрасно при этом зная, что в нашу сторону прямо в эти самые минуты, возможно, смотрит мой парень! И не только он, но и все наши друзья, оставшиеся за нашим зарезервированным столиком и, как минимум, половина клуба. А может и весь клуб!

– В выборе – оттянуться сегодня по полной с подходящей для этого сучкой.

Ей богу… Я даже не заметила когда и КАК он это сделал! Как его лапища вдруг обхватила мой затылок, а вторая легла всей пятернёй на мои ягодицы и… Я оказалась внутри этой живой, раскалённой смертельной мощью клетке невероятно огромного тела, зажатой чуть ли не со всех сторон тисками больших мужских рук и практически впечатанной намертво в грудь, живот и бёдра этого вконец охреневшего исполина.

Это точно какой-то сон! Это не может быть взаправду!

Только в снах ТАК не чувствуют кого-то! Особенно, если этот кто-то мнёт через джинсовую ткань мои ягодицы и громко “дышит” на ушко звериным рыком самодовольного самца. И… и кажется, вжимается в мой живот своим выпирающим и очень твёрдым пахом.

– Говоришь, пошутила? – нет, он не усмехнулся, а именно опалил мне ухо и не менее девяносто процентов моего здравого рассудка своим сиплым смешком и убийственными откровениями. – Тогда попробуй объяснить суть своей шутки Ему. Поскольку я уже не меньше минуты мечтаю о том, чтобы тебя буквально вспороть и отъебать вдоль и поперёк, не только во все дырки, но и во все дыхательные.

Ему – это, судя по всему, эрегированному до каменного стояка члену, которым этот… ненормальный не просто в меня впечатался, а уже без намёка на хоть какое-то чувство стыда тёрся о мой собственный лобок, пока второй рукой сминал и массировал мои ягодицы, то и дело намереваясь достать до промежности.

Я не то что остолбенела и в прямом смысле подвисла в этих убийственных ощущениях и зашкаливающем шоковом состоянии, казалось, ещё немного и меня точно куда-нибудь вынесет за пределы окружающей реальности. Это не могло быть правдой! Я точно сплю. Или не заметила, когда вырубилась, после энного коктейля. Но это всё не по-настоящему в любом случае!

Хотя кто мне скажет, почему я ТАК его чувствую, если всё мне это снится?

– Вы с ума сошли! Отпустите меня! Сейчас же! – не знаю, где я набралась сил и смелости, чтобы всё это выдавить из себя через немогу. Но я даже сумела упереться ладошкам о его каменную грудь в безуспешной попытке оттолкнуть от себя эту невероятно огромную глыбу из бугрящихся мышц и нереальной физической мощи. Всё равно, что попытаться сдвинуть с места здоровенный валун или скалу.

– Если вы не прекратите я… я завизжу!

Я бы и рада его отпихнуть, ударить, сделать хоть что-то, чтобы привести это чудовище в человеческие чувства, но… Мне было настолько страшно, что холодели не только спина и конечности, но и даже сердце. Потому что ничего подобного я раньше не испытывала, когда тебя подминают и физически, и ментально, и буквально на молекулярно-клеточном уровне. Что в какой-то момент перестаёшь вообще что-либо ощущать, кроме этого сумасшедшего прессинга из сжигающей до костного мозга паники и чужой, окутывающей с головы до ног смертельной близости. Казалось, я теперь и чувствовала не сколько себя, а именно его. Этого беспринципного подонка. Исчадие Ада, которому вдруг приспичило выбрать в свои жертвы меня.

Но я хотя бы ещё продолжала что-то понимать, более-менее сносно соображая. Понимать, что ничего с ним я сделать не сумею. В лучшем случае, поранюсь об него или отобью себе руки и коленки, в худшем – самоубьюсь.

– С чего это вдруг? Разве я что-то делаю не так? Или нашему гордому Воробушку что-то не нравится? – он определённо издевался и определённо не торопился меня отпускать, без каких-либо усилий продолжая удерживать меня едва не на кончиках своих хватких пальцев. Таких сильных, больших и невероятно осязаемых. А выкрутится из них или как-то с себя сбросить – это же вообще что-то на грани фантастики. Казалось, я чувствовала их не только на своём скальпе у корней волос и на слишком чувствительных ягодицах, а уже чуть ли не в костях, до которых он сумел добраться своим насильственным вторжением будто насквозь – через кожу и мышцы. Не помогали даже попытки стиснуть со всей дури ноги. Да вообще ни черта не помогало! Если только захочет, раздвинет мне бёдра без особого на то труда и доберётся туда, куда хочет в любой из ближайших моментов.

– С того, что вы мне отвратительны! – мой голос не просто дрожал, ещё чуть-чуть и точно разревусь. – Да что вы о себе возомнили? Сейчас же отпустите!..

– Отвратителен? Да неужели? Ещё скажи, что ты у нас никем не тронутая целочка. Почти святая невинность.

А вот это уже вообще ни в какие ворота не лезло. Он точно сумасшедший! Наглый, бесстыжий и сумасшедший!

– К вашему сведенью, у меня есть парень! И если он это сейчас видит, то…

– Дай угадаю. Мне не поздоровится, да?

А тут я окончательно охренела, чуть было не зависнув надолго от брошенной мне в лицо издёвки и нависшего надо мной ухмыляющегося лика самого что ни на есть реального Дьявола. Разве что без рогов, копыт и красной кожи.

– Вы… ВЫ!..

– Тише-тише-тише! – зачастил и ещё наглее осклабился, но хотя бы наконец-то убрал руку с моих ягодиц. Правда легче мне от этого совершенно не стало. Потому что я всё ещё продолжала ощущать оставленный им там след, отзывавшийся теперь фантомной пульсацией глубоко в мышцах, будто реальными прикосновениями.

Но самое худшее при всём при этом – это смотреть в его лицо и чернющие глазища бездушного демона. Поскольку иного выбора у меня нет. Потому что этот монстр держит меня мёртвой хваткой и явно не собирается отпускать, пока сам этого не захочет. Держит теперь за лицо обоими лапищами и типа успокаивает взбрыкнувшуюся добычу, чтобы та, не дай бог, не переломала себе чего-нибудь при попытке выкрутиться и сбежать.