Читаем Идеальные разведенные онлайн бесплатно

1. Леон

– Добрый день! Меня зовут Леон Игнатов и я… алкоголик! Черт! – уже четвертый раз мы с фотографом-оператором пытаемся записать приветственную речь, и именно в этом месте я начинаю ржать.

На самом деле я – руководитель компании в области IT-технологий. И в данный момент мы с командой готовим видео-приветствие на Ежегодный Международный IT-форум.

Алина, моя незаменимая помощница, пытается сдержать рвущуюся наружу улыбку, но у нее это плохо получается, и она хрюкает в кулак. В самом прямом смысле!

– А можно как-то изменить начало без вот этого всего? – отсмеявшись, устало потираю переносицу я. – И давайте уже побыстрее закончим с этим.

Понимаю, что по моей вине все мы здесь торчим и перезаписываем чертово приветствие, но с начальством, как говорится, не спорят.

Смотрю на часы.

Вот черт, времени в обрез.

В этот самый момент звонит мой мобильный. Я смотрю на экран и … ну конечно!

– Игнатов, если через полчаса ты не притащишь свою айтишную задницу, я не дам тебе развод! – рычит в трубку моя жена, которая вот уже через полчаса должна стать бывшей.

Угроза выглядит вполне себе реальной, поэтому я не могу позволить себе опоздать на собственный развод.

Следующий дубль мы записываем без проблем и с первого раза. Вот, что значит мотивация!

Я прилетаю за пять минут к назначенному времени. Жена ходит туда-сюда около кабинета с папкой в руках. На ней черная коротенькая кожаная курточка нараспашку, а под ней неприлично короткое белое платье. На стройных худых ножках массивные тяжелые ботинки смотрятся грубо, но стильно. У жены всегда был прекрасный вкус и безупречное чувство стиля. Кстати, любовь к шмоткам она привила и мне. Не скажу, что я отпетый модник, но стараюсь выглядеть современно и достойно руководителя некрупной компании.

Она оборачивается и видит меня. Разглядывает мой прикид, всматривается, хмурит брови. Не узнает?

– Ты…

– Это тебе! – перебиваю ее и протягиваю букет из нежно-розовых пионов. Ее любимые цветы. – Прекрасно выглядишь!

–Эээ…спасибо! – она опускает голову к цветам и вдыхает их аромат, прикрывая при этом глаза.

Мы не успеваем обменяться фразами, как дверь резко открывается и оттуда выглядывает женщина с медными волосами и оранжевой помадой на губах.

– Игнатовы! Вы?

– Мы! – отвечаем хором и смотрим друг на друга.

Я пропускаю вперед пока еще супругу, и мы вместе направляемся к большому столу в центре кабинета.

Две пары глаз смотрят на нас в недоумении.

– А вы точно пришли разводиться? – спрашивает рыжая женщина.

Я понимаю ее, со стороны мы, наверное, смотримся как молодожены: супруга в белом платье, с цветами в руках и я – в свадебном костюме, кстати, в том самом, в котором женился. Чем не повод выгулять второй раз в жизни костюмчик от китайского Диор. Признаться, за эти годы я стал крупнее и крепче, поэтому свадебный пиджак стал узковат в плечах, а короткие брюки облепили мой зад и смотрятся, как от долгов.

– Присаживайтесь, – говорит вторая женщина, более приятной внешности. – Супруги Игнатовы…– она листает какие-то документы, вчитывается в них и перекладывает с места на место. – Детей нет, имущественных претензий нет… – замолкает, вглядываясь в документы. – Ничего нет. Скучно с вами!

Это у нее профессиональный юмор такой, ага!

– Агата Давидовна, фамилию менять будете или оставляете мужа? – обращается оранжевогубая к жене.

– Мужа я оставлять не буду, вы и так нам давали месяц на раздумывания! Мы все решили, – возмущается Агата, гордо задрав подбородок.

Меня потрясывает от беззвучного смеха, а оранжевогубая усиленно старается переварить услышанное. Агата, Агата, моя ж ты хорошая!

– Агата, эта милая женщина спрашивает, ты планируешь менять фамилию или оставишь мою? – еле сдерживаю улыбку.

– Ох… – жена смущенно отводит глаза в сторону. – Оставляю фамилию мужа.

Ну еще бы! Игнатова Агата Давидовна куда лучше Анакохер Агаты Давидовны.

В первые годы нашего знакомства я прикалывался над ее фамилией, а она обижалась. Мне всегда хотелось произносить ее фамилию с вопросительным знаком на конце.

Видимо, не только мне, потому что во время нашего бракосочетания, очаровательная женщина-регистратор с натянутой улыбкой на лице торжественно спросила:

– Игнатов Леон Борисович, готовы вы взять в жены А – на – кой- хер Агату Давидовну?

Я не суеверный и не фаталист, но скорее всего судьба уже тогда спрашивала меня – а на кой хе* мне это надо?

Оранжевогубая забирает наши паспорта и громко шлепает в них печати. Я вижу, как вздрагивает Агата и на секунду прикрывает глаза. Мы поочередно расписываемся в документах, и нам выдают свидетельство о расторжение брака.

Ну вот и все. Свободен.

2. Агата

Свободна. Я свободна.

Когда эта мерзкая женщина грохнула печатью в мой паспорт, меня словно ударило током. Я даже вздрогнула, насколько болезненно ощутила разряд. Я была готова, но в тот момент понимание того, что это конец, обрушилось на меня ледяной лавиной.

Я свободна.

– Что за костюм, Игнатов? В таких сейчас даже не хоронят, – мы выходим на улицу. Сейчас в моих руках паспорт, свидетельство о расторжении брака и мое будущее. Будущее без мужа.

– Все-таки не узнала? – прищуривается Леон и довольно улыбается. – Это мой свадебный костюм.

– Серьезно? А я думала ты его продал.

– Как видишь. Наверное чувствовал, что он мне еще пригодится!

– Хаха, смешно. Ну тогда и не продавай. Может второй раз женишься, а костюмчик есть!

Мы стоим на парковке у Загса. Теплый майский ветер треплет его отросшие темные волосы. Он всегда бесится, когда они непослушно падают ему на лоб. Вот и сейчас, он рукой пытается зачесать их назад, но тщетно, ветер задорно играет с ними. Я слежу за его движениями и вижу поблескивающее на солнце обручальное кольцо. Почему он его не снял? Забыл?

– Тебе надо подстричься, – смотрю на него и чувствую, как в горле образуется ком.

– Знаю. Некогда, – он нервно смотрит на часы и всегда куда-то торопится. – Ладно, Агат! Поздравляю! Мне пора.

– Ага, взаимно.

Он, то ли по привычке, то ли на прощание, обнимает меня и уходит к своей машине. Его белый седан и мой черный кроссовер стоят рядом. Леон открывает дверь, забрасывает на заднее сидение пиджак и свидетельство, садится в салон и срывается с места.

Смотрю ему в след и бреду к своему немцу. Сажусь за руль и ощущаю дикую потребность выговориться, поэтому набираю свою лучшую подругу. Сашка поднимает трубку сразу, будто ждала моего звонка. Да скорее всего так и есть.

– Агат?

– Всё, – еле слышно говорю я и начинаю реветь.

Я ведь была готова. Сотни раз прокручивала в голове этот эпизод, проработала с подругой-психологом каждую деталь, настроилась и …не справилась.

Мой рев превращается в вой, слезы обжигают лицо и оседают на моем новом белом платье. Я до хруста сжимаю руль и не могу заставить себя успокоиться. Саша молчит. Я знаю, она на проводе, слушает и молчит, а мне большего и не надо. Просто, чтобы кто-то был рядом…

***

– Ты забудешь обо мне, на сиреневой луне

Может только на мгновенье

Оставляя для меня только тоненькую нить

Только каплю сожаленья… (Л.Агутин «Ты забудешь обо мне»)

Орем в три голоса, сидя у меня дома на ковре перед телевизором. Три коробки пиццы, легкая закуска и моооре вина – я то ли праздную развод, то ли поминаю свой брак.

После истерики в машине, Сашка обещала провести этот вечер пятницы со мной, но с ней не напьешься, подруга на восьмом месяце беременности, поэтому я пригласила еще и Юльку, мою институтскую подругу.

Мы сидим по-турецки в обнимку с Юлькой и раскачиваемся в такт мелодии, пьяные вдрызг. Я реву и засовываю холодный кусок пиццы в рот, размазывая слезы по щекам. Сашка сидит в кресле, естественно трезвая, но тоже ревет.

– А ффсе-таки твой Леон – нормальный мужжжик, – пьяным голосом еле выговаривает Юлька. – И кваррртиру тебе оставил, и машшину. А сам он где живет теперь?

– Он уже не мой, – вскидываю подбородок. – Не знаю, вроде снимает, – моя речь мне кажется более внятной. Ну мне хотелось бы так думать.

– Воот, говорю ж не козел, – смотрю ошарашенно на подругу и свожу брови вместе. Юлька хоть и пьяная, но пока еще помнит, для чего все мы здесь сегодня собрались, поэтому спешит скорее исправиться. – Ну в смысле козззел конннечно, ну такой, нормальный козззел.

Нормальный козел? Пробую на вкус это выражение и понимаю, что меня оно устраивает. Довольно улыбаюсь, а Сашка тихонько хихикает.

– Дддевочки, а поедем в клуб? – вдруг заявляет Юлька. – Танцеваать хочетсяааа! – она пытается встать, но заваливается обратно на ковер, смеясь над собой.

–А действительно! – я встаю и подаю руку Юле. – ТАНЦЕВАТЬ! – кружусь в мнимом танце.

– Девочки, а может не надо? – встревает беспокойная Сашка. – Вам и так хорошо.

– Санек, ты едешь домой, – указываю на нее пальцем, – а мы с Юлькой-танцевать.

Я бегу в гардеробную, Юлька тащится за мной. Переворачиваю вещи, выискивая подходящий наряд для себя и подруги. Нахожу черное короткое платье в пайетках с глубоким декольте – то, что нужно для сегодняшнего вечера, а Юльке к ее кожаным шортам мы подбираем атласный топ рыжего оттенка.

Иду в прихожую за своим рабочим чемоданчиком и достаю из него весь свой арсенал косметики.

***

– Девочки, может все-таки останемся дома? – Сашка поочередно смотрит то на меня, то на Юльку.

Я попыталась нас накрасить так, насколько позволили покачивающееся от алкоголя тело и моя координация. В целом, мы с Юлькой остались довольны, но почему-то глядя на жалостливое и слегка пораженное лицо Сашки, этого не скажешь.

Мы топчемся в прихожей и пытаемся обуться, пихая друг друга и весело щебеча. Внизу нас ожидают два такси: в бар для меня и Юльки, домой- для Сашки.

Выходим из подъезда, спотыкаясь и держа друг друга под руки. Садимся с Юлей на задние кресла, и наше такси уже готово сорваться с места, когда резко открывается передняя дверь, и Сашка запрыгивает на пассажирское сидение. Мы с Юлькой непонимающе смотрим на нее, открыв рты.

– Я не могу вас бросить в таком состоянии. Я еду с вами, девочки, – уверенным голосом отвечает Санька, развернувшись к нам.

В такси повисает молчание.

– Ндаа…Ну и компашка собралась: одна сегодня развелась, другая глубоко беременная… – перечисляю я.

– У третьей не было секса уже полгода, да я практически девственница! – продолжает за меня Юлька.

Мы начинаем истерически ржать! Обожаю своих шальных подруг! Водитель косится на нас, но выворачивает руль и мчит нас в «Галактику».

3. Леон

Я заранее забронировал столик, потому что просто так попасть сюда пятничным и субботним вечерами невозможно. «Галактика» – популярный бар в городе с приличной музыкой, неслабым баром и кусачим ценником, поэтому всякий сброд сюда не сунется.

Вадим вальяжно развалился на диванчике и облизывает глазами извивающихся красоток. Макс весь вечер сидит в телефоне, переписываясь со своей беременной женой Сашей. Макс и Саша – наши с Агатой друзья, даже скажу больше, они нам как родственники, потому что Агата – крестная старшего сына Сашки, а я, вроде как, планирую стать крестным для малышки, которая вот-вот должна родиться.

– Ну, брат, как оно? – спрашивает Вадим, разливая коньяк.

– Что? -переспрашиваю его.

– Ну, в смысле, холостым и свободным.

– Ааа, не знаю, еще не понял.

Если друг думает, что я вырвался из оков гнетущего меня брака, то он глубоко заблуждается. Это было лучшее время, где я был счастлив, по крайней мере первые четыре года.

Но и беспомощным я себя в одночасье не стал ощущать: я давно забочусь о себе сам, последние два года так уж точно. Ухмыляюсь, когда ненароком вспоминаю слова моей уже бывшей жены: «Милый, погладь себе в конце концов рубашку, а то люди подумают, что я у тебя ничего не делаю». Или ее фирменные завтраки…единственный несгоревший омлет до сих пор мне снится в кошмарах. У меня не было другого варианта, как научиться готовить самому, чтобы прокормить себя и свою Богиню.

– Таак, а эти что здесь забыли? – мой поток мыслей прерывает Макс.

Он смотрит куда-то вперед, и на его лице начинают играть желваки. Прослеживаю за ним взглядом и натыкаюсь на занимательную картину: беременная Сашка ведет под руки с одной стороны мою бывшую, с другой – подругу Агаты. Я ее знаю, но не помню, как ту зовут. Девчонки выглядят экстравагантно и ярко: рыжая Сашка с огромным животом, белокурая Агата, худая как селедка, и темноволосая подружка с выдающимися нижними «глазами», выпрыгивающими из маленького лоскутка кофточки. Так себе косплей на «Виагру». Эта «святая троица» направляется прямо к барной стойке, у которой толпится возбужденный народ.

Максим, открыв рот, наблюдает за своей женой, которая старательно пытается взобраться на высокий барный стул со своим огромные беременным животом. Сашка единственная присаживается, когда оставшиеся две стоят по разные от нее стороны.

Мне до колик в животе смешно. Это выглядит настолько комично, что мне не удается сдержать хохот. Максим смотрит на меня злобным взором, только я не могу понять, на кого он сейчас больше злится: на меня, или на свою жену.

– Ты стуканул, где мы? – спрашиваю Макса уже серьезно.

Друг отрывается от созерцания своей жены и поворачивается ко мне.

– Я, по-твоему, на стукачка похож? – Макс вспыльчивый и довольно быстро заводится. Он откидывает от себя стакан и тот катится по столу, ударяясь о бутылку коньяка.

– Ладно, понял, – выставляю ладони вперед в примирительном жесте. Стычка с другом сегодня не входила в мои планы.

– Мужики, я не понял, там за баром ваши жены что ль? – Вадим только сейчас замечает девушек.

– Ага, – одновременно с Максом говорим мы.

– А кто темненькая с ними?

– Подружка Агаты. Не помню, как зовут, – пожимаю плечами.

Макс вскакивает с места и направляется уверенной походкой в сторону девушек. Он подходит и аккуратно касается плеча своей жены, Сашка вздрагивает и оборачивается, а потом с огромной улыбкой до ушей повисает у него на шеи. Освободившись от объятий жены, Максим обнимает Агату и целует ее в щеку, кивая третей подружке.

Наверное, в этом момент Макс говорит обо мне, потому что 4 пары глаз устремляются в мою сторону. Саша машет мне рукой и посылает воздушный поцелуй, а я салютую ей стаканом виски. Агата тут же отворачивается, поджав губы и задрав свой аккуратный носик. Друг что-то оживленно говорит своей жене, а Сашка спрыгивает с барного стула, складывает руки под грудью и отрицательно крутит головой. Тогда Макс ударяет ладонью по барной стойке и направляется к нашему столику.

– Ненормальная! – бубнит, протискиваясь к своему месту и шаря по дивану в поисках своего телефона.

Смеюсь. Эта парочка удивительным образом подходит друг другу. Сколько помню, эти двое постоянно соревнуются в словесной перепалке, и я даже не могу сказать, у кого это получается лучше.

– Я собирался отвезти ее домой, – сокрушается друг. – Так эта ненормальная отказывается, ты прикинь? Говорит, не бросит своих девочек. – Разводит руки в стороны.

– Согласен. Здесь не место беременным, – поддерживаю друга.

Смотрю в сторону девушек. Саша все так же сидит на стуле и периодически посматривает в нашу сторону, а Агата с подружкой уже долгое время пытаются дозваться бармена, который почему-то их игнорирует.