Читаем Гостиница онлайн бесплатно
Конни Уиллис
Гостиница
Пер. - Н.Магнат.
Служба в канун Рождества. Прозвучали последние аккорды хорала "Приди, приди, Еммануил", и хор сел. Преподобный Уолл заковылял к кафедре, сжимая в руке пачку пожелтевших машинописных листков.
В хоре Ди повернула голову к Шерон и прошептала:
- Поехали! Двадцать четыре минуты по часам.
Сидящая справа от Шерон Вирджиния пробормотала:
- "И пошли все записываться, каждый в свой город" [Евангелие от Луки, глава 2, стих 3].
Преподобный Уолл пристроил листки на кафедре, слезящимися глазами посмотрел на свою паству и заговорил:
- "И пошли все записываться, каждый в свой город. Пошел также и Иосиф из Галилеи, из города Назарета, в Иудею, в город Давидов, называемый Вифлеем, потому что он был из дома и рода Давидова. Записаться с Мариею, обрученною ему женою, которая была беременна" [Евангелие от Луки, глава 3, стих 3].
Преподобный Уолл умолк.
- Мы ничего не знаем об этом путешествии из Назарета, - прошептала Вирджиния.
- Мы ничего не знаем об этом путешествии из Назарета, - нетвердо продолжал преподобный Уолл, - какие испытания выпали на долю молодой четы, на каких постоялых дворах они останавливались по дороге. Нам известно лишь, что в такой же вечер, как сейчас, прибыли они в Вифлеем и не хватило им места в гостинице.
Вирджиния что-то быстро писала на полях программки. Ди закашлялась.
- У тебя есть леденцы от кашля? - шепотом спросила она у Шерон.
- А куда ты дела те, что я дала тебе вчера? - прошептала в ответ Шерон.
- Хотя нам ничего не известно об их путешествии, - говорил преподобный Уолл, его голос набирал силу, - мы много знаем о мире, в котором они жили. Это был мир воинов и сборщиков податей, мир бюрократов и политиканов, мир, озабоченный вопросами собственности и власти, мир, занятый своими делами...
Ди опять закашлялась. Порывшись в папке для нот, вытащила леденец от кашля в бумажной обертке. Развернула и сунула в рот.
- ...мир, слишком занятый своими делами, чтобы обратить внимание на неприметную пару, пришедшую издалека, - произнес нараспев преподобный Уолл.
Вирджиния передала программку с каракулями Шерон. Ди наклонилась, ей тоже хотелось прочитать. На программке было написано: "Что случилось вчера вечером после репетиции? Когда я ехала домой с ярмарки, тут были полицейские машины".
Ди схватила программку и снова начала рыться в папке. Нашла карандаш, нацарапала: "Кто-то забрался в церковь" - и передала программку Шерон и Вирджинии.
- Ты шутишь, - прошептала Вирджиния. - Их поймали?
- Нет, - ответила Шерон.
Двадцать третьего числа репетиция должна была начаться ровно в семь. Но без пятнадцати восемь хор все еще ждал, когда можно будет петь гимн, пастухи и ангелы прыгали вдоль стен, а преподобный Уолл клевал носом позади кафедры. Второй священник, преподобная Фаррисон, передвигала цветы в горшках на ступенях алтаря, чтобы освободить место для яслей, регент Роза Хендерсон, стоя на коленях, прикрепляла фанерные стволы к картонным пальмам. Пальмы уже два раза падали.
- Пожалуй, так мы проторчим здесь до завтрашней предрождественской службы. - Шерон прислонилась к двери.
- Я не могу задерживаться, - взглянув на часы, сказала Вирджиния. - Мне до девяти нужно попасть на ярмарку. Миген вдруг объявила, что хочет "Барби на школьном балу".
- Горло болит жутко, - пожаловалась Ди. - Здесь жарко или у меня поднимается температура?
- Жарко в этих балахонах, - ответила Шерон. - Зачем мы их надели? Это же репетиция.
- Роза хочет, чтобы все было в точности так же, как завтра во время службы.
- Если завтра я буду себя чувствовать в точности так же, я умру, пытаясь откашляться, заметила Ди. - Мне нельзя болеть. У меня подарки не завернуты, и я еще даже не думала, что приготовить к Рождеству на обед.
- У тебя хотя бы подарки есть, - отозвалась Вирджиния. - А мне еще надо купить что-нибудь для восьми человек. Не считая "Барби на школьном балу".
- У меня ничего не готово. Нужно написать рождественские открытки, сходить в магазин, завернуть подарки, испечь пирог. Да еще родители Билла придут, - сказала Шерон. - Ну скорей, пора начинать представление.
Роза и ангел из младшей группы хора поднимали пальмы. Деревья сильно клонились вправо, будто над Вифлеемом несся ураган.
- Так прямо? - обернувшись, крикнула Роза.
- Да, - сказала Шерон.
- Ложь в церкви, - съехидничала Ди. - Нехорошо.
- Хорошо, - взяв в руки программку, сказала Роза. - Слушайте все. Богослужение пойдет в таком порядке. Входная песнь в исполнении духового квартета, гимн, вступительная молитва, объявления; преподобная Фаррисон, здесь вы собираетесь говорить о начинании "Для малых сих"?
- Да, - ответила преподобная Фаррисон. - А можно сделать короткое объявление прямо сейчас? - Она повернулась к хору: - Если кто-нибудь хочет пожертвовать что-то еще, приносите ваши дары в церковь завтра до девяти утра. В девять мы будем раздавать подарки бездомным. Нам нужны еще одеяла и консервы. Пожертвования приносите в зал общины.
Преподобная Фаррисон прошла в дальний конец храма, а Роза продолжала:
- Объявления, "Приди, приди, Еммануил", проповедь преподобного Уолла...
Услышав свое имя, преподобный Уолл проснулся.
- А! - Он потащился к кафедре с пачкой пожелтевших машинописных листков в руке.
- Ну нет, - возмутилась Шерон. - И рождественское представление, и проповедь. Мы не уйдем отсюда до скончания века.
- Не просто проповедь. А та же самая проповедь, - сказала Вирджиния. Двадцать четыре минуты. Я ее наизусть знаю. Он читает ее каждый год с тех пор, как появился у нас.
- Он читает ее всю жизнь, - прошептала Ди. - Могу поклясться, в прошлом году я слышала, как он что-то говорил о первой мировой войне.
- "И пошли все записываться, каждый в свой город, - бубнил преподобный Уолл. - Пошел также и Иосиф из Галилеи, из города Назарета..."
- Ну, это уж слишком, - прошипела Шерон. - Он что, все целиком читать собирается?
- Мы ничего не знаем об этом путешествии из Вифлеема, - продолжал старик.
- Спасибо, преподобный Уолл, - сказала Роза. - После проповеди хор поет "О город Вифлеем", и Мария с Иосифом...
- Чему учит нас история их путешествия? - все больше воодушевлялся преподобный Уолл.
Роза заспешила по проходу и поднялась на ступени алтаря.
- Преподобный Уолл, сейчас нет необходимости читать проповедь целиком.
- О чем эта история говорит нам теперь, когда мы стремимся оправиться от последствий мировой войны? - вопросил священник.
Ди пихнула локтем Шерон.
- Преподобный Уолл. - Роза подошла вплотную к кафедре. - К сожалению, у нас сейчас нет времени, чтобы выслушать вашу проповедь целиком. Нам нужно сделать прогон представления.
- А! - Преподобный Уолл собрал свои бумажки.
- Итак, - продолжала Роза. - Хор поет "О город Вифлеем", и Мария с Иосифом идут по центральному проходу.
Мария с Иосифом в купальных халатах и носках в крапинку встали в дальнем конце храма и пошли между рядами по центральному проходу.
- Пожалуй, нет, Мария и Иосиф, - передумала Роза. - По центральному проходу пойдут волхвы с Востока, а вы идете из Назарета. По боковому проходу.
Мария с Иосифом послушно пустились рысцой по боковому проходу.
- Нет, нет, помедленнее. Вы устали. Весь долгий путь из Назарета вы проделали пешком. Попробуйте еще раз.
Они отбежали назад и снова пошли, сначала неторопливо, потом опять заспешили.
- Паства их не видит, - покачала головой Роза. - Нужно освещение. Преподобная Фаррисон, мы можем осветить боковой проход?
- Ее здесь нет, - сказала Ди. - Она за чем-то пошла.
- Я ее позову. - Шерон вышла в коридор.
Мириам Берг как раз входила в комнату, где размещалась воскресная школа для взрослых, с бумажной тарелкой глазированного печенья.
- Ты не знаешь, где преподобная Фаррисон? - спросила Шерон.
- Минуту назад была в канцелярии, - ответила Мириам.
Шерон отправилась в канцелярию. Преподобная Фаррисон стояла у письменного стола и разговаривала по телефону.
- Когда приедет фургон? - Она кивнула Шерон, давая понять, что сейчас освободится. - Вы не можете выяснить?
Шерон смотрела на стол и ждала. Около телефона стояло стеклянное блюдце с леденцами от кашля в бумажных обертках, а рядом банка копченых устриц и три банки чилима. Вероятно, "для малых сих", уныло подумала Шерон.
- Через пятнадцать минут? Хорошо. Спасибо. - Преподобная Фаррисон повесила трубку. - Минуточку, - сказала она Шерон и пошла к входной двери.
Преподобная Фаррисон открыла дверь и высунула голову наружу. Шерон обдало холодным воздухом. Наверное, пошел снег.
- Фургон придет через несколько минут, - сказала кому-то преподобная Фаррисон.
Шерон через витражное стекло пыталась рассмотреть, кто там, на улице.
- Я отправлю вас в приют, - сказала преподобная Фаррисон. - Нет, вам придется подождать на улице. - И закрыла дверь. - Ну, так что вы хотели? поворачиваясь к Шерон, спросила она.
Все еще глядя в окно, Шерон сказала:
- Вас просят зайти на репетицию.
Начинался снег. Сквозь стекло хлопья казались синими.
- Сейчас приду. Тут бездомные, о них нужно позаботиться. За сегодняшний вечер это уже вторая пара. Они всегда приходят на Рождество. А в чем дело? Что-то с пальмами?
- Что? - Шерон как завороженная смотрела на падающие хлопья.
Преподобная Фаррисон проследила за ее взглядом:
- Через несколько минут за ними приедет фургон из ночлежки. Мы не можем оставить их здесь без надзора. За последний месяц было два ограбления методистской церкви, а у нас тут все пожертвования "Для малых сих".
Она показала в сторону зала общины.
"А мне казалось, что подарки именно для бездомных", - подумала Шерон.
- Они не могут подождать в храме или где-нибудь еще? - спросила она.
Преподобная Фаррисон вздохнула:
- Если их впустить, это не пойдет им на пользу. Они приходят сюда, а не в ночлежку, потому что в ночлежке у них отбирают спиртное. - Она направилась в коридор. - Зачем я нужна?
- А, это насчет света. Роза спрашивает, можно ли осветить боковой проход для Марии и Иосифа.
- Не знаю. - Преподобная Фаррисон пожала плечами. - Здесь со светом такая неразбериха. - Она остановилась около распределительного щита, рядом с лестницей, которая вела вниз, в комнаты для занятий воскресной школы и хора. - Скажите мне, где зажжется свет.
Щелкнул выключатель. Свет в коридоре погас. Преподобная Фаррисон снова включила его. Попробовала другой рубильник.
- Это свет в канцелярии, - сказала Шерон, - и в нижнем коридоре, где занимается воскресная школа для взрослых.
- А этот?
Хористы взвизгнули. Дети завопили от радости.
- Подходит, - сказала Шерон. - Вот и освещение бокового прохода. - Она крикнула вниз: - Ну как?
- Прекрасно, - ответила было Роза. - Нет, подождите. Орган отключился.
Преподобная Фаррисон нажала еще какую-то кнопку, и орган со стоном проснулся.
- Теперь погасли лампы в боковых проходах, - заметила Шерон, - и на кафедре.
- Я говорила, что с этим светом одна морока. - Преподобная Фаррисон щелкнула еще одним выключателем. - А сейчас?
- Потух фонарь на крыльце.
- Хорошо. Так и оставим. Может, это отпугнет бездомных. На прошлой неделе преподобный Уолл разрешил бездомному подождать в помещении, а тот помочился на ковер в воскресной школе для взрослых. Ковер пришлось сдать в чистку. - Она с укором посмотрела на Шерон. - С этими людьми нельзя поддаваться состраданию.
"Нельзя, - подумала Шерон. - Иисус поддался состраданию, и смотрите, что с ним сделали".
- Хозяин гостиницы мог прогнать их, - нараспев читал преподобный Уолл через двадцать минут после начала предрождественской проповеди. - Он был занят, и гостиница была переполнена путешественниками. Он мог закрыть дверь перед Марией и Иосифом.
Вирджиния наклонилась к Шерон и Ди:
- Человек, который залез в церковь, взял что-нибудь?
- Нет, - сказала Шерон.
- Он написал на пол в детской, - прошептала Ди.
Преподобный Уолл смущенно умолк и взглянул на хор.
Ди громко закашлялась и закрыла рот рукой, чтобы заглушить кашель. Преподобный Уолл слабо улыбнулся ей и повторил:
- Хозяин гостиницы мог прогнать их.
Ди немного подождала, затем открыла сборник церковных гимнов на том месте, где лежала программка, и застрочила карандашом. Она передала программку Вирджинии, та прочитала и отдала Шерон.
"Преподобная Фаррисон думает, что нескольким бездомным удалось проникнуть в храм, - сообщали каракули на программке. - Еще они сломали пальмы, приготовленные для представления. Сорвали их с планок. Можете себе представить, кто на такое способен?"
- Подобно хозяину гостиницы, нашедшему место для Марии и Иосифа в тот канун Рождества, много лет назад, - закругляясь, сказал преподобный Уолл, - найдем и мы в наших сердцах место для Христа. Аминь!
Орган начал вступление к хоралу "О город Вифлеем", вдалеке в сопровождении Мириам Берг показались Мария и Иосиф. Мириам поправила белое покрывало Марии и что-то зашептала им обоим. Иосиф потрогал приклеенную бороду.
- Как они пойдут? - прошептала Вирджиния. - По боковому проходу или прямо по центральному?
- По боковому, - ответила Шерон.
Хор встал.
"О город Вифлеем, тих и сладок твой сон, - запел хор. - В вышине над тобой, храня твой покой, звезды плывут чередой".
Мария и Иосиф медленно, размеренным шагом, как учила их Роза, рука об руку двинулись по боковому проходу. "Нет, - подумала Шерон. - Это неправильно. Иосиф должен идти немного впереди, оберегая Марию, а Мария должна держать руку на животе, оберегая ребенка".
После долгих споров вопрос о том, как следует идти Марии и Иосифу, отложили до окончания репетиции, и прогон представления начался. Мария и Иосиф постучали в дверь гостиницы, и хозяин, широко улыбаясь, сказал им, что мест нет.
- Патрик, чему ты так радуешься? - спросила Роза. - Ты должен быть в плохом настроении. Ты устал, у тебя не осталось свободных комнат.
Патрик попытался нахмуриться.
- У меня нет свободных комнат, - сказал он, - но вы можете остановиться в хлеву.
Он провел их к яслям, и Мария опустилась на колени.
- Где младенец Иисус? - спросила Роза.
- Он будет готов только к завтрашнему вечеру, - шепотом ответила Вирджиния.
- У кого-нибудь есть подходящая кукла?
Ангел из младшей группы подняла руку, и Роза сказала:
- Прекрасно. Мария, сейчас просто возьми одеяло. Хор споет первый куплет гимна "Далеко-далеко, в яслях". Подойдите и встаньте с этой стороны, - показала она.
Пастухи подняли связанные по две хоккейные клюшки, швабры и палки, приладили головные уборы.
- Хорошо, начнем, - сказала Роза.
Орган взял вступительный аккорд, и хор встал.
- "Да-алеко", - пропела Ди и закашлялась, прикрываясь рукой. - Есть... леденцы... от кашля? - удалось выдавить ей между приступами.
- Я видела в канцелярии. - Шерон сбежала вниз по ступеням алтаря и заспешила по проходу мимо пастухов в коридор.
Было темно, но Шерон не хотелось тратить время на поиски нужного выключателя. Лампы, горящие в храме, слабо освещали дорогу, и ей казалось, что она помнит, где лежат леденцы от кашля.
В канцелярии тоже не было света, а фонарь на крыльце преподобная Фаррисон выключила, чтобы не привлекать бездомных. Шерон открыла дверь, ощупью пробралась к письменному столу и пошарила по нему, пока не наткнулась на стеклянное блюдо. Взяв пригоршню леденцов, она осторожно вышла в коридор.
Хор запел "В полночь на ясном небе", но после двух тактов умолк, и во внезапно наступившей тишине раздался стук.
