Читаем Горы морских волков онлайн бесплатно

Глава 1. Знакомство с конунгом

Ингвар Нордхеймский

– Конунгу не перечь, иначе голова – с плеч, – с какой-то радостной ехидцей практически пропел тот, кого тут все звали конунгом. И фраза, которую я всю жизнь считал детской страшилкой, вдруг обернулась вполне себе даже реальным действием. К ярлу Эймунду, что стоял сейчас в центре трапезной залы и державшему перед конунгом ответ, со спины шустро подскочили три воина. Два схватили мощного ярла за руки, а третий – за шею, по которой буквально спустя мгновение чиркнул ножом.

Отец не сопротивлялся воинам конунга Ормарра, наверно оттого, что и подумать не мог, что его воины исполнял слова-приговор. Всё произошло так быстро, что за отца даже никто вступиться не успел. Или не захотели?

Сделав дело, воины-охранники отпустили ярла, заливающего пол своей кровью всего лишь за то, что посмел перечить конунгу. А я, глупец, так радовался этой поездке! Впервые отец взял меня на тинг [собрание ярлов], показать другим ярлам как своего наследника, а мне – показать тех из ярлов, с которыми мы не пересекаемся в походах, и не видимся как соседи по занимаемым островам. И вот этот радостный для меня день всего лишь за пару мгновений стал чернее ночи, когда тучи закрывают свет луны и звёзд. Я хотел было броситься к отцу, осевшему мешком на пол, но ярл соседнего острова, Йон Континорский, удержал за плечо, не давая подняться на ноги. И мне только и оставалось – видеть и молча наблюдать, как вокруг умершего отца на полу разрастается лужа его же собственной крови. Нашей общей с ним крови. И из-за чего? Из-за какой-то глупости!

После того, как все прибывшие друг другу поприветствовали, конунг, как гостеприимный хозяин, дал своим гостям время насытиться и выпить. Уж в чём-чём, а в браге недостатка не было. На столах стояли графины, полные хмельным напитком, а у стены в ряд стояло ещё семь бочек с тем же содержимым. Да и еды было тоже предостаточно. Некоторые из фруктов я лично видел впервые и, конечно же, не удержался от того, чтобы попробовать их. Отец посмеивался в усы, когда я скривился от жёлтого фрукта, который Йон назвал лимоном, и посоветовал попробовать другой, тоже жёлтый, но длинный фрукт. Банан пришёлся мне по вкусу.

Дождавшись, когда стук ложек сменится стуком кружек с брагой и разговорами со взрывами смеха или брани, конунг взял слово и объявил, что отныне он лично будет подбирать жён ярлам. На выбор будут предоставлены по три девушки и таким образом свобода воли, вроде как, будет соблюдена, но зато недостойных жён у его наместников-ярлов, не будет.

– Несправедливый ты закон придумал, конунг, – вышел из-за стола мой отец, ярл Эймунд. Насколько я знал, он всегда говорил то, что думал, в глаза. И этот раз исключением не стал. – Сперва ты решил, что на каждом острове обязательно должна быть ирли [жена ярла]. Тут треть ярлов – вдовцы. Лет-то нам уже не мало, а жизнь у нас сам знаешь, сурова. Так что обязательная ирли в нашем-то возрасте…

– Вот как раз и помолодеем с юными ирли, – грубым басом расхохотался Хьяльв, ярл острова Мангус. Отец рассказывал как-то, что он ни одной юбки не пропускает, но никогда не насильничает, уговорами и лаской берёт.

– Но это бы ладно, – отмахнулся от ходока рукой отец, – жениться – не врагов бить. Но не по указке же?! Нет уж, не согласен! Я первый раз по велению сердца ирли себе выбирал и, если нужно жениться, то и во второй раз буду действовать так же. И если сын мой, чьё сердце глубоко ещё ни одна чаровница не затронула, может и пойти на договорной брак, то те, кто жил с ирли в любви, ни за что на такое не пойдут.

– Значит, ярл Эймунд Нордхеймский, ты отказываешься исполнять волю своего конунга? – уточнил Ормарр. И, снова получив утвердительный ответ, конунг практически пропел страшный приговор, и велел стражникам схватить смутьяна на и укоротить его на голову.

Не успел я толком осознать, что лишился отца, как конунг уже обратился ко мне:

– Теперь ярлом Нордхейма, по праву наследования, должен стать ты, Ингвар. Право твоё никто, разумеется, не оспаривает, так как у Эймунда ты был законнорожденным сыном, да и сюда он тебя привёз, подтверждая тем самым твои права наследования. В грехах отца тебя никто не винит, своя голова на плечах есть, но вот лояльность и преданность твою я хочу проверить. Есть у меня для тебя задание. Сейчас весна только началась, так что до осенних холодов ты как раз управишься. И если всё правильно сделаешь, то привезёшь на свои земли и запасы провизии на зиму, и ирли, и даже ведьму, которую так просил твой недостойный отец ещё два тинга назад. Ну что, согласен? Или сразу под меч?

– Ты Ормарр, хоть расскажи юнцу, что за задание ему прочишь, – подал голос сидящий рядом со мной Йон, тем самым давая мне время подумать и всё взвесить. – А то совсем его застращал. Он и на тинг-то впервые приехал, как ты верно заметил, а ты так сразу и сурово. Даже законы ему наши не объяснил.

– Законы ему отец должен был объяснять, – довольно резко оборвал говорящего конунг, но, бросив взгляд на убитого ярла, всё же снизошёл до разъяснений. – Ну да ладно, слушай и запоминай, Ингвар Нордхеймский. Я – конунг северных пределов Ормарр Асгримский, верховная власть, считай король пятнадцати жилых островов. Так что до Нинейского пролива все острова в моей власти, в том числе те, на которых никто не живёт. Ярлы – это мои наместники на всех этих островах, за исключением Асгрима. Тут я и сам справляюсь. Все ярлы исполняют мою волю, а неисполнение приказов приравнивается у нас к измене, и за это полагается казнь. Эймунд, отец твой, прошёл против меня, когда отказался исполнять мою волю. Я его переспросил – верно ли понял? А то чего только сгоряча да хмельной браги не сболтнёшь.

– И то верно, – зашумели одобрительно ярлы.

– Так вот, ответ Эймунда все слышали. Так что его наказание было вполне оправдано. Это понятно? – теперь у меня уточнял Ормарр.

– Понятно, конунг, – кивнул, внимательно рассматривая викинга перед собой. Крупное телосложение, как у нас всех, выдавало в нём воина. Сразу видно, что за спинами своих соклановцев он ни отсиживается, и меч с топором у него не просто украшения на поясе, и пользоваться он ими умеет. Отличался же он от нас всех, ярлов, более щёгольской одеждой, хитрым взглядом и ехидной улыбкой. У остальных викингов взгляд прямой, хоть иногда смеющийся или насмехающийся, а у конунга – хитрость в нём и снисхождение. – А задание-то мне какое полагается?

– О, тебе понравится, – чуть ли не промурлыкал этот хитрый лис. – Прямо за Нинейским проливом начинается материк. На нём, с ближней к нам стороны, расположено Срединное королевство. Там значительно теплее, чем у нас, и я заключил договор с королём Лирамом Орейнским, по которому я и мои ярлы будут иметь право на скидку при покупке того, что нам будет необходимо. Желающих заключить с ним торговый договор было много, но я предложил ему самые выгодные условия. Король уже два года мучается от набегов кочевников. Они приходят с территории южных земель и где проходят – сжигают и вытаптывают посевы, губят или угоняют скот, людей уводят в плен. Вот с этим тебе, Ингвар, и предстоит разобраться.

– В чём сложности? – решил ускорить процесс общения с неприятным лично мне типом. Понятно, что будь всё легче лёгкого, он не посчитал бы это за задание, и сам бы всё сделал и плату забрал так же сам. Хотя, я ещё плохо знаю конунга, может ему лень руки пачкать?

– Добираться до замка далековато, – нехотя отозвался конунг. – Частично он расположен в горе, а до этой горы ещё добраться надо. От океана нашего примерно дней пять пути. Но мы были налегке и лошадей с собой брали. А как ты с людьми своими до замка добираться будешь – сам решишь.

– Да какой от нас толк в горах?! – развёл руками, поражаясь то ли хитрости, то ли наглости конунга. – Мы – викинги, морские волки. Горы – не наша территория. Всё наше преимущество там сведётся в ничто! Наша сила в океане и кораблях. Ну и в воинах, конечно.

– И что, сопляк, без кораблей и океана вы уже и не воины?! – конунг медленно поднялся на ноги. – На суше вы в баб превращаетесь что ли? Учить меня ещё удумал! Викинги – это в первую очередь воины! И не важно где – на воде, в горах, в поле или степи. Воин, он везде воин. Это не звание, это наше нутро! Запомни это. И не смей меня учить! Молод ещё, сам сперва узнай столько, сколько я успел.

В повисшей тишине, конунг осмотрел притихших ярлов и криво, но довольно усмехнувшись, грузно уселся на своё место.

– Ладно, что-то я разгорячился, – выхлебав остатки браги из своей объёмной кружки, конунг потянулся, чтобы наполнить её из графина. И глядя на Ормарра, к которому вернулось благодушие, ярлы стали расслабляться, повелись тихие разговоры, перемежаемые смешками и бульканьем браги, которой наполняли быстро пустеющие кружки далеко не маленького объёма.

– Вот ещё что, ярл Ингвар Нордхеймский. У короля три дочери, из них и выберешь себе супругу. Об оплате за выполненную работу с королём договоришься сам: золотом ли, продуктами, тканями и железом ли, не важно. Это в нашем договоре об оказании военной помощи не оговорено. Так что ты ещё спасибо должен мне сказать, что в этом году не придётся идти в поход и набегами заниматься.

– Спасибо, – буркнул, смотря в свою кружку.

– Ярл Лоркан, тебя жду осенью, – продолжил говорить конунг, но уже, к счастью, не мне. – Как раз для тебя трёх девиц привезу. Выберешь себе по вкусу.

Едва внимание конунга сместилось, стало легче. Видимо моё молчание он принял за покладистость, и это вернуло Ормарру благостное настроение. Быть объектом его внимания, по крайней мере сейчас, мне не хотелось, а потому я продолжал потихоньку цедить из кружки брагу. Напиваться было глупо, хоть и хотелось, а дождаться официального окончания тинга – необходимо. Как потом выяснилось, мне повезло, и спустя всего лишь два часа конунг объявил тинг закрытым. А ведь бывало, что и по три дня длились переговоры и решались вопросы. А тут, практически, всего-то полдня, а то может и меньше. Как только долгожданная фраза Ормарра прозвучала, я, с помощью нашего соседа ярла Йона, забрал тело отца и покинул дом и остров конунга. Йон помог дотащить отца до теперь уже моего драккара и посоветовал немедля запастись пресной водой и отчаливать. Сам же он собирался оплыть следом и обещался прибыть с визитом, но тайно. Видимо не только я хотел поговорить.

Глава 2. Разговор посреди океана

Ингвар Нордхеймский

– Говорил же ему – не перечь, – покачал головой старый Густав, друг и побратим отца. – А он как напрашивался. Ну, старый бес, прощупал, насколько растянулось терпение конунга?

Это были первые слова члена команды, не считая вынужденной переклички для управления драккаром, с тех пор, как я и Йон притащили тело отца к трапу. Завернув тело в кусок парусины, положили его вдоль борта, ближе к хвосту драккара, где народ ходит пореже.

– Чего бурчишь? – улыбка у меня вышла невесёлой, но без неё на Густава невозможно было смотреть. Огромный, как медведь, или как северный буйвол, он всегда очень ярко выражал свои эмоции. Если отец просто всё высказывал сразу, то Густав ещё и руками обязательно размахивал, и высоту голоса постоянно менял, ведь эмоции его буквально захлёстывали. Но при этом его нельзя было назвать бестолковым. Густав – очень грамотный воин и стратег, но ему периодически надо спускать пар эмоций, чтобы думать и всё рассчитывать дальше. Вот и сейчас он явно начал думать наперёд, и просто взорвался от распирающих его эмоций. – Отец-же всегда так делал, говорил в глаза так, как думает.

– Так, да не так, раз в этот раз ему кровь пустили самым надёжным способом, чтоб наверняка не бесил больше никогда конунга.

– Ага, теперь конунг будет всех бесить, – сплюнул за борт, чтобы стало легче. А то столько слов бранных хочется сказать, да толку-то? Не команда же виновата в случившемся, а тот, кто уже поплатился за свои дерзкие речи.

– Ярл, люди на драккаре ярла Йона Континорского делают знаки, чтоб остановились, – сказал Морт. И лишь когда Густав толкнул меня локтём, дошло, что это ко мне Морт обращается. Да уж, ярл, который не знает что делать.

– А и правильно, давай послушаем, что сосед скажет, – кивнул Густав, зычным голосом объявляя, чтобы сбавили ход и, остановившись, позволили ярлу Йону Континорскому перейти к нам на драккар.

– А если мне не понравится то, что он скажет? – нахмурился, понимая, что ответственность-то за людей теперь на моих плечах лежит. А вдруг Йон, рассчитывая на мою неопытность, что недоброе задумал? Хоть мы и ладим, но я-то не его друг, не отец.

– Так слушаться же его не обязательно, – пожал плечами Густав, вставая со мной плечом к плечу, наблюдая за уже перекинутыми досками, подобием абордажного трапа. – А выслушать мудрого вояку-соседа не помешает. А потом вместе подумаем что да как.

– Тоже верно, – благодарно кивнул Густаву и перестал хмуриться. Не хватало ещё, чтобы Йон решил, что ему тут не рады. Зачем ссорится на пустом месте? – Йон, ты же хотел к нам в гости прийти, как до острова доберёмся.

– А мы тут со стариной Брином подумали, что не стоит тянуть до берега, – хохотнул Йон, похлопав меня и Густава по плечам в знак приветствия. – Так что прихватили пойла и пришли вспомнить былое.

– Идёмте, тогда, поближе к хвосту, чтоб никто нам не мешал, – пригласил Густав. Я лишь кивнул, давая своё формальное позволение. Уверен, Густав знает, что делает.

– Брин, – Йон, протянув руку, тут же получил бутыль с янтарной жидкостью внутри. – Густав уже наверняка всё понял, но для тебя, Ингвар, я поясню. На острове, хоть у тебя, хоть у меня, обязательно есть люди, верные в первую очередь конунгу, а уж потом нам с тобой. Я у себя знаю о двоих.

– Так чего ж ты их не уберёшь? – с искренним удивлением уставился на соседа по островам.

– А зачем? – Вроде как удивился Йон. Хотя я уверен, что это представление устроено только для меня. Густав принёс кружки, и Йон длинными, щедрыми движениями стал их наполнять хмельным на вид и по запаху напитком. – Я их знаю. Мне они не мешают, пользу острову приносят. А убери я их, конунг новых соглядатаев найдёт. Но тогда я уже не буду знать кто это, и при ком о важном надо помалкивать. Вот, кстати, из-за них мы с Брином и решили поговорит тут, посреди океана, где ушей лишних поменьше.

– Йон, ты тоже считаешь, что отец сам нарвался на неприятности тем, что не смолчал? – задал вопрос в лоб.