Читаем Горничная особых кровей онлайн бесплатно

Роман связан с дилогией “Курсантка с фермы” но может читаться… и как самостоятельное произведение. Порядок чтения книг:

1. Курсантка с фермы. Адаптация к хитрости.

2. Курсантка с фермы. Имитация любви.

3. Горничная особых кровей.

Будущее. Люди бороздят космические просторы, сотрудничают с другими расами, путешествуют по галактикам и состоят в Союзе, в который входят старшие расы людей — развитые (центавриане, лирианцы) и развивающиеся младшие (земляне, орионцы, апранцы, веганцы). Представители старших рас владеют психокинезом (или — “эо”), являются телепатами, эмпатами, могут левитировать и т. д. Младшие расы эо только развивают.

Главным врагом Союза считается агрессивная раса рептилоидов — практически неуязвимых существ, впадающих время от времени в спячку (поэтому их называют еще “спящими”).

Действие романа разворачивается на закрытой планете Энгор, которая не состоит в Союзе. Энгор населяют потомки лирианцев и землян.

— Владетель получил протесты, изучил, и остался при своем мнении, — безучастно объявил инспектор. — Дома будет снесены, а территория закрыта.

Каждая встреча с инспектором заканчивалась скандалом — это стало уже недоброй традицией. А сегодня из толпы недовольных не раздалось ни единого слова упрека. Последние упрямцы вышли из кабинета, чтобы получить компенсацию.

Только сухонькая старушка осталась. Подозрительно знакомая старушка…

Элеонора?! Снова сбежала! Пора бить тревогу.

Я быстро сообщила охране, куда звонить и кого вызывать, а сама подошла к бывшей соседке. Может, сегодня удастся обойтись без криков и крушения мебели.

— Что же это делается-то? — проговорила Элеонора беспомощно. — Как же так? Столько лет жила, дом родной… а вы — сносить… Звезды вас накажут.

— Не нужно драматизировать, сударыня, — молвил значительно инспектор. — Дома ветхие — того и гляди, развалятся. Не могу понять вашего недовольства: компенсация покроет расходы на покупку лучшего жилья.

— Вам просто нужна земля, на которой стоит мой дом, — робко проговорила пожилая женщина.

— Владетелю нужна, сударыня. Владетелю.

— Какой же он владетель? Он не знает нашу землю, он не рос на Энгоре! Пустили чужака…

Инспектор поджал губы, а его помощник высокомерно бросил:

— Сударыня, мы сделаем вид, что ничего не слышали.

— Так вы всегда глухи! Слух у вас появляется, только когда дело касается взяток.

— Мне это начинает надоедать. Я не намерен выслушивать оскорбления!

«Хоть бы пронесло», — подумала я, и осторожно взяла бывшую соседку под руку. Она разволновалась, раскраснелась, по пока что еще была в себе. Надо только успеть довезти ее до больницы.

— Ну, вот и все, — горестно протянула женщина. — Выжили нас. Не ожидала я такого от владетельницы Элайзы…

— Бывшей владетельницы.

В коридоре появились центавриане. Высокие. Идеальные. Чужие. Со стороны казалось, что это не люди, а андроиды, причем из одной партии. Они несколько месяцев терлись на нашей земле, вынюхивали, вызнавали секреты. И вот, случилось страшное: владетельница, или, по старинке, княгиня, продала титул центаврианину. Первым же его приказом было снести дома близ заповедных земель. Он даже не скрывал намерений — сказал, что на их месте будет оборудована фабрика по выращиванию кристаллов эо-ши, накопителей энергии.

Нас, жителей этих самых земель, никто не спрашивал — согласны, или нет. Слово владетеля — закон. Вот только будь это настоящий владетель, заслуживший право на землю, никто бы не возражал. Но подчиняться приказу чужака, купившего титул — это уже слишком. Это даже не пощечина нашим устоям, а пинок.

Я покосилась на старушку — ее глаза остекленели. Она всегда так подвисает перед тем, как из миролюбивой женщины превратиться в мегеру.

— Эй! — крикнула тетя Нора.

Охранник медленно и осторожно пошел к женщине. Так подходят к дикому зверю, непредсказуемому в своей ярости.

— Не тебя звала, увалень! Отойди!

— Теть Нор, успокойтесь, пож…

— Цыц! — перед моим носом появился кулак. — Молчи, когда старшие говорят!

Охранник попытался загородить центавриан от бабули, но она поднялась на носочках, и помахала рукой:

— Центы! Да-да, вы!

Один из них обернулся, а двое других замерли как два изваяния.

— У вас к нам дело, гражданка?

— Гражданок здесь отродясь не водилось, — залепила тетя Нора. — Зарубите это себе на носу! Планета Энгор не состоит в Союзе людей. А дела с такими, как вы, не вела и вести не буду. Я хочу сказать, то, что остальные говорить боятся: ваш хозяин — узурпатор!

Центаврианин даже бровью не повел. Правду про них говорят: у них не кровь, а вода. Холодная вода. Наверное, потому они всегда отмороженные.

— Узурпатор — тот, кто захватил власть насильственным путем. Владетель же приобрел права на землю по договоренности.

— Ха! — на весь коридор крикнула старушка.

— Если вы недовольны владетелем, можете вызвать его на поединок и оспорить его право владения, — добавил цент.

— А вот и вызову!

Мужчина дернул уголками губ. Это показалось ему смешным.

— Чего кривишься, клонированный? Думаешь, я такого, как ты, не одолею?

— Что вы стоите? Уведите женщину! — сердито крикнула я еще двоим молодцам из охраны. Стоят, обалдуи, смотрят! Тут действовать нужно!

Инициатива наказуема: я схлопотала затрещину от тети Норы. Она бы еще меня побила, да цент ее отвлек:

— У вас все? — спросил он. К счастью, до его отмороженного мозга дошло, что Нора не в себе, и он не стал заявлять об оскорблении чести и достоинства, а также требовать извинений.

— Я все сказала!

Цент вернулся к своим, брезгливо скривив губы. Неприятно ему смотреть на старость и безумие… Центавриане-то даже в семьсот лет выглядят на тридцать, их расе неведомы болезни и старение. Лирианцы считаются первой человеческой расой во всем, но последнее время центавриане упрямо стараются столкнуть их на второе место.

Я приготовилась к брани, воплям и проклятиям, но буйная часть личности Элеоноры уже ушла, получив желаемое, и старушка пришла в себя. Элеонора посмотрела на охрану, на меня.

— Я буянила?

— Чуть-чуть…

— Я тебя снова побила, Региночка?

— Нет, — я улыбнулась, подавляя желание потереть место, куда пришлась затрещина.

Нам сообщили, что за старушкой уже отправились из больницы. Я усадила Элеонору на диванчик, кто-то сердобольный принес стакан воды. Пока санитары не приехали, мы так и сидели. Вспышка ярости не запечатлелась в памяти Элеоноры, поэтому она продолжала вздыхать и боязливо ругать новую власть:

— …Раньше владения на Энгоре давались только за героические поступки. Нынешние владетели соседних владений получили титул, выиграв в поединке. И вот, впервые титул владетеля был продан чужаку. Продан! Чужаку! — Элеонора покачала головой. — Какой позор…

— Бывшая владетельница решила продать нас, а мы клялись принимать любое ее решение, — сказала я. — Таковы наши законы.

— Она предала нас, продала землю.

Я кивнула, хотя не видела в этом такой уж трагедии. Но я-то молода, мне легко приспособиться. Уеду из Дарна, и дело с концом.

Женщина как будто услышала мои мысли.

— Не смей уезжать. Слышишь?

— Э-э…

— Регина Жарковская! Если вы уедете, я стану очень плохо про вас думать!

— Не уеду, — успокоила я ее, чтобы она вновь не стала Норой.

— Скоро сменится владетель, скоро. Я верю в это! Так что не уезжай, Региночка. Матушка твоя мечтала, что ты пройдешь Отбор, как положено девице из твоего рода. Только не выбирай психокинетика. Умирают они рано…

— Да, тетя Элеонора.

— Матушка твоя хорошей была женщиной. Не занималась бы психокинезом — жила бы еще. Батюшка твой тоже из-за этого умер. А я предупреждала, всех предупреждала — не пользуйтесь эо. И сыну говорила… — печально проговорила старушка.

— Не слушал, упрямец… Где-то он сейчас? Почему не возвращается?

Санитары зашли в центр.

Элеонора вздохнула и поднялась с диванчика. Сопротивления женщина не оказала — сама пошла, куда следует. Я проводила ее до вместительного кара. Усевшись на сиденье, Элеонора мягко мне улыбнулась.

Я улыбнулась тоже, хотя на душе кошки скребли.

У нас обеих умерли родные — кто в войнах со спящими, кто в эо-поединках, кто от изнурительных занятий психокинезом. Я давно уже привыкла к мысли, что не могу иметь детей, а потому наш род обречен, а Элеонора не смогла принять смерть единственного сына и гибель рода. Заявила, что он жив, и когда-нибудь вернется… Но мертвые не возвращаются. Возможно, от осознания этого бедная женщина и свихнулась.

Я постояла еще немного на улице и вернулась в центр, чтобы закончить свои дела. Как раз и очередь к нужному мне окошку подошла. Я поднесла руку с идентификационным браслетом к устройству считывания, и девушка за стеклом произнесла:

— Т-а-ак, Жарковская… Запрос на смену владения… Отказ.

— Как отказ? Посмотрите еще!

— По запросу на смену владения у вас отказ, — медленно и четко проговорила девушка. — Если сомневаетесь, давайте еще раз проверим. Регина Жарковская. Эо-одаренная. Место рождения — Веронийское владение. Была смена владения в…

— Да-да, все верно!

— У вас отказ.

Пока я переваривала новость, услужливая работница центра нашла причину.

— О! Так вы в списке!

— В каком еще списке?

— Как в каком? В списке невест на весенний Отбор.

— Сударыня, — снисходительно произнесла я. — Это точно ошибка. Я не записывалась.

— А теперь не нужно записываться. По указу нового владетеля в Отборе участвуют все эо-одаренные женщины Дарна от двадцати до семидесяти лет.

— А отказаться я могу?

— Да, на первом этапе состязаний.

— А раньше?

— К сожалению, до начала Отбора покинуть владение вы не сможете.

— Понятно. Спасибо, — я отошла от кабинки.

Ох уж эти центавриане! Приехали и поставили тут все с ног на голову. Дома сносят, в список невест заносят, выезжать запрещают… Придется еще месяц торчать в Дарне, менять все планы. А я ведь с управляющей разругалась! Она-то месяц ждать не будет, и выставит меня с работы, не пожалеет. Хорошенькое положение дел…

«Зато у меня есть аэрокар», — подумала, и все проблемы сразу показались пустяками. Может, полетать сегодня?

— Внимание! Неблагоприятные погодные условия. Для оптимальной работы систем выберите режим «Зима».

— Зима, — хмыкнула я, и ткнула пальцем по экрану, принимая изменения режима. — Еще чуть-чуть и весна начнется.

Системы мне не ответили. Я посмотрела на панель управления. Все нужные индикаторы горели зеленым: красота. Аэрокар тихо жужжал в полете. Все идет хорошо, но волнение все равно съедает. Это мой третий самостоятельный полет без инструктора, ограничителей набора высоты и скорости. А еще — без разрешения на пересечение владений.

Хорошо, что у особняка владетельницы собственная аэро-площадка. Ник, шофер владетельницы, настаивал, что я перестану бояться, только когда пару-тройку раз полетаю на приличной высоте. Одна, без подсказок обучающей программы.

Неожиданно машина загудела, зеленая гармония индикаторов на панели сменилась желтым беспорядочным миганием.

Ничто не могло напугать меня больше!

Сначала кар занесло влево — при этом ремни безопасности чуть не выдавили весь воздух из моей грудной клетки — а потом машина ухнула вниз.

Индикаторы замигали красным-опасным.

Я наклонилась, отжала кнопку автопилота. Быстро схватилась за ручку управления и надавила на педаль, чтобы выровняться.

Почему-то не сработало. Кар продолжал падать, а я продолжала паниковать, оттягивая ручку. Что-то царапнуло корпус…

Понимая, что это конец, я закрыла глаза и истерически, от души, завопила.

Удар, треск. Очень много треска. Темнота.

Сначала я обрадовалась, что жива, а потом ужаснулась. Поглоти меня Черная дыра! Я выложила за этот кар большую часть компенсацию, которую выручила за дом! А остатки потратила на аренду гаража в аэроклубе Иринве, техобслуживание на три месяца, общагу в том же аэроклубе и взносы. Что же это получается? Все впустую?

Я бездомный нищеброд!

Живой бездомный нищеброд.

Живой. Это главное.

Пошевелившись, я поняла, что легко отделалась. Переломов явно нет, тошноты и звона в голове тоже. Плюс того, что среди моих предков старшие. Отстегнувшись, я подползла по полу к своей сумке и вытащила оттуда старенький фонарик. Слава Звездам, он работает!

Кар сел почти прямо. Кое-какие безделушки разлетелись по салону, но в остальном ничего критического. Может быть, удастся отремонтировать кар? Может, пострадал только корпус, и не сильно?

Я медленно поднялась, подняла свой пуховик с пола, надела. Поглядела скептически на свои ботинки. Для прогулок по снегу они не подходят, но выбирать не приходится.

Покопавшись под сиденьем, я вытащила ракетницу и ткнула на кнопку, чтобы открылась дверца. Дверца не открылась.

Придется вручную. Ухватившись за ручку, я потянула… бесполезно. То ли дверь повредилась при немягкой посадке, то ли я сегодня утром мало каши ела.

А вот люк над пассажирскими сиденьями открылся. Закряхтев, я подтянулась, вылезла. С утра редкими пушистыми комьями шел снег, но к вечеру ветер усилился, и снега повалило больше. Я осторожно скатилась с корпуса и спрыгнула в снег, зажимая в одной руке фонарик и ракетницу. Света от фонарика маловато, чтобы сориентироваться, но мне и фонарик не нужен, чтобы понять, где я.

Дарнское владение, сосновый лес, зона деструкции. Зона, где сбоит любая техника. Вот почему все системы моего новехонького кара полетели.

Глупо надеяться, что здесь передатчик поймает связь. Порыв ветра набросился сзади, чуть не повалил. Я съежилась и задрожала. Вроде бы температура для этой местности смешная, а пробрало до костей.

— Звезды, — торжественно обратилась я к далеким светилам, — отправьте прекрасного принца мне на спасение.

Ракетница не выстрелила. Видимо, светилам мой запрос показался слишком наглым.

— Ладно, пусть будет не принц, не прекрасный. Я согласна на кого угодно!

Уф-ф-ф… Получилось. Над верхушками сосен распустился цветок света, завис ярким пятном. Была бы ясная погода, он был бы хорошо виден за много километров, но для меня и так сойдет. Ник скоро поймет, что со мной беда и отправит помощь.

Вот только как бы помощь сама в зону деструкции не залетела… как же их предупредить?

А никак. Остается только надеяться на чудо.

Я оттоптала перед каром большой крест в круге, обозначающий зону деструкции. Снег довольно скоро завалил мое художество, и я оттоптала круг снова. Еще раз использовала ракетницу — рядом с померкшим цветком на небе распустился более яркий.