Читаем Есенинская грусть онлайн бесплатно

Мне сердце жжёт есенинская грусть,

Пусть шепчутся берёзы золотые,

Все речи их я помню наизусть,

Но им уже не выдумать другие.

Мне не скакать на розовом коне,

Любуясь по утрам весенней ранью…

Смотрю, как тает снег на целине,

И вспыхивают первые желанья

В глазах парней от удали шальных.

У девушек румянец от смущенья,

Но не вместит поток машин стальных

Ни ржание коней, ни наше пенья.

Пусть сердце жжёт есенинская грусть,

Пусть слышится:– Жива моя старушка?

Пусть каждый вечно помнит наизусть

И Пушкина с вопросом:– Где же кружка?

Не только чай ходили пить в трактир,

Порою доходили и до водки,

С друзьями начиная смехом пир

К концу не каждый оставался кротким.

Но нам сегодня важен не скандал,

А строчки, зажигающие душу,

От них, порой, и трезвый я рыдал,

Твердя, что с ними умирать не струшу.

Пусть сердце жжёт Есенинская грусть,

Пусть шепчутся берёзы золотые,

Все речи их я помню наизусть,

Но им уже не выдумать другие.

Почему, то не ведомо мне,

С первых звуков я был очарован

Прозвучавшим таинственно словом,

Шаганэ ты моя, Шаганэ.

Не сумел побывать на Босфоре,

Не увидел ни разу Шираз,

Но любил приезжать на Кавказ,

И смотреть, как колышется море.

То ли видел, толь виделось мне

Что и пашня на вспаханном поле,

В русском сердце рязанских раздолий,

Не черней, чем глаза Шаганэ.

Шаганэ ты моя, Шаганэ,

Я влюблялся в таких же пригожих,

На тебя они сильно похожи,

Пойдём вместе гулять при луне

Шаганэ ты моя, Шаганэ.

Я влюблялся в таких же прихожих,

И счастливым бывал не раз,

Как бы ни был прекрасен Шираз,

Я встречал на тебя похожих

И влюблялся в таких же пригожих.

На тебя они сильно похожи,

Мне, среди золотеющей ржи,

Хочешь кудри на пальцы вяжи,

Ласка в радость от милой, пригожей

На тебя очень сильно похожей.

Пойдём, вместе гулять при луне

Среди милых рязанских раздолий

Где я вырос во ржи, в русском поле

Не буди только память во мне

О любивших меня при луне.

Шаганэ ты моя, Шаганэ,

Дорогая, шути, улыбайся,

Быть всё краше для взглядов старайся,

Чтоб забыл я с тобой при луне,

Всех любивших меня, Шаганэ.

Сыпь, тальянка, звонко, сыпь, тальянка, смело!

Сергей Есенин

Пой, тальянка, звонко, с песнею заветной

Наша жизнь не будет больше беспросветной!

Не лихая тройка, мощная машина,

В наше время, носит по стране мужчину.

Ни к чему нам вожжи, сани и уздечка;

Газ прибавил – ёкает у девушки сердечко.

Глазки загораются весело и ярко,

Нажимаешь кнопку и поёт тальянка.

Крутятся колёса, с гордою осанкой

Обнимай девчонку и крути баранку.

Улетают вёрсты, громче пой, тальянка,

Чтоб любила милая искренне и жарко.

Запоёт будильник, встану спозаранку,

Вспомню свою юность с песней под тальянку.

Мне тогда хотелось, выйдя с песней звонкой,

Встретиться с красивой, русою девчонкой.

Тонкою и стройной , как в лесу берёза,

Чтобы вместе встретить жизненные грозы.

Для начала будем долго целоваться,

Полюбив друг друга жить, не расставаться.

Пролетели годы, потерял осанку,

От мечты осталась песня под тальянку.

Стою, обнимаясь с берёзой –

Нам здесь по семнадцать лет.

Зимой закалялись в морозы,

А летом вставали чуть-свет.

Я слал ей приветы стихами,

Она – шелестела листвой.

Ласкал её нежно руками,

Когда просыпалась весной.

Атласная кожа белела,

Из раны сок, капал мне в рот,

Целуя прекрасное тело,

Я знал, что разлука нас ждёт.

Печка в доме не царица -

Печь  – душа живой  избы.

Можешь в этом убедиться -

Нету крыши без трубы.

Если дым над ней витает,

Кольца гнёт, спирали вьёт –

Дом душа не оставляет.

Дым исчезнет – дом умрёт.

Печка знала своё дело:

Щи варила, хлеб пекла,

По ночам хозяев грела,

От простуды берегла.

До костей могла пропарить,

Так, чтоб хворь бежала вон.

И блины умела жарить,

И клонить уютом в сон.

Печка в доме не царица.

Печь – душа живой избы.

Хочешь в этом убедиться-

Зайди в дом, где нет трубы.

Гуляет чаша круговая,

То опорожнена до дна,

То снова полная вина,

Пьяна дружина боевая.

Могучий вождь не пьёт впервые,

Лежит готовый для костра,

Одежда празднично-пестра,

Блестят насечки золотые.

Не сберегли его кольчуга,

Булатный меч и крепкий щит,

Не в схватке яростной убит,

Сражён соратником и другом.

Когда удар не ожидая,

Его с улыбкой обнимал,

Он в грудь вождя вонзил кинжал,

Вождём дружины, быть желая.

Теперь висит вниз головою.

Коварный, на высокий сук,

Подвешен был, для долгих мук,

За ноги  яростной толпою.

Я не верю, что это напрасно

И в закате есть свет и тепло.

Для чего полюбил, я, не ясно,

Одно знаю, что мне повезло.

Я смогу до последнего вздоха,

И печалясь, всем сердцем любить,

Чтобы всё от судьбы и эпохи,

Что положено мне получить.

Пусть мои будут тьма и сиянье,

И любовь до последнего дня,

Даже, если дана в наказанье,

И тогда не жалейте меня.

Я не верю, что это напрасно,

Что не нужно, став старым, седым,

Напоследок, влюбиться, так страстно,

Как не смог, не успел молодым.

Гитара, коммуналка,

Сменяет песни смех,

От поцелуев жарко -

Целуемся при всех.

Бутылочка портвейна,

Анапа, Солнцедар

Он не казалось скверным –

Всё было божий дар.

И смех, и поцелуи,

И крики;– Дай вина!

Смеялись мы: буржуи

Не пьют как мы до дна.

Глотают по глоточку

Боятся перепить,

Мы, опорожнив бочку,

Не просим закусить.

Какая была гордость,

Уверенность и прыть!

Мы ставили рекорды,

Умели и дружить.

Вставали спозаранку

Друзей опохмелить,

Готовые были танку

Дорогу преградить.

Подруги замуж вышли,

На кладбище друзья,

Дай им покой, Всевышний, -

Жизнь прожили не зря.

Скамейка девушка, улыбка, томный взгляд

И сладкий голос: – Подожди немного.

Я полюблю потом, сильней сто-крат.

Так уже было много лет назад,

Когда любила, не меня – другого,

А он её – недолго и немного,

Не знаю, кто в разлуке виноват.

Я жду, терплю, не тороплю закат…

Заалели цветы на ветвях без листвы -

Вижу осень попала впросак.

Ветер пахнет бедой. Улыбаешься ты.

Понял – это разлуки знак.

До рассвета промучился зря

Свои чувства к тебе проклиная,

А когда улыбнулась заря,

Я вдруг понял, что ты – другая.

Не стремишься, не станешь святой,

Неулыбчивой, словно монашка,

Но ведь мне и ненужно такой,

Ты мила мне – с душой нараспашку.

Пускай сердце, как алый цветок,

Любит только меня, понимая,

Что придётся увянуть в свой срок,

Как тюльпанам весёлого мая.

Нежнее взгляда никогда не видел

И ласковей улыбки не встречал,

Теперь я на судьбу за то в обиде,

Что женщиной такой не обладал.

Она не только манит красотою,

Сияя неземною чистотой,

Пошёл бы на край света за – такою

Но, почему то, ей милей другой.

Жаль не меня ласкает этот взгляд,

Не для меня свет нежности в улыбке.

Но в том никто из нас не виноват-

Жизнь очень часто делает ошибки.

Если хочешь поверить, поверь -

От меня не услышишь обмана.

Для тебя я и трезвый и пьяный

Распахну обязательно дверь.

Входи смело, являйся без стука,

Тебя встречу и в холод, и в зной.

Ничего нет страшнее разлуки,

Никогда не прощайся со мной.

За рекой, колыхаясь, как море,

От цветов запестрел сонный луг;

Раскрыв небо, как синие шторы,

Облака полетели на юг.

Иду в брод, по цветочному морю,

Задыхаясь от новых стихов.

Мимо жизнь летит поездом скорым,

Обалдевшим от солнца и слов.

От зари золотистого цвета

И на травах сияющих рос,

Встрепенулось, вдруг, сердце поэта

И поверило в счастье всерьёз.

Ты не напишешь, я не прочитаю,

Поэтому зря сердце не тревожь.

Как ты живёшь, чем дышишь – не узнаю,

Ведь сплетни к нам приносят только ложь.

Давай, мои слова, навек забудем,

Считай, что это был больного бред;

Не так уж часто удаётся людям

Делиться сокровенным много лет.

Я не хочу расстаться торопливо,

И гнев, и спешка – поводы для бед;

Скажи, кто станет на земле счастливей,

Когда ты не напишешь мне ответ?

Я ревновал несправедливо,

Напрасно голос повышал.

Но кто и где бывал учтивым,

Когда от ревности пылал?

Вы назовёте мне такого?

Я не смогу, не назову,

Но наказал себя сурово

Я без оглядки на молву.

Ругал и клял напрополую,

Ни тон, ни слов не выбирал,

Без вас я тратил жизнь впустую -

И днём, и ночью тосковал.

Вам оттого не легче было,

Хватало без меня забот,

Всё, что прошло, то станет мило

Сегодня, или через год.

Сейчас не нужно слов прощанья –

Для них ещё наступит час.

Сегодня, дайте обещанье

Простить меня на этот раз.

Я ревновал несправедливо,

Напрасно злился и ворчал.

Но кто, скажите, был учтивым,

Когда от ревности пылал?

В улыбке губы, взгляд с прищуром

Ну, как душе не ликовать!

Не важно ясно, или хмуро

На сердце – радость, благодать.

Октябрь. Шагает осень споро,

Вот- вот придёт пора дождей…

С небес летит печальный говор,

На юг летящих журавлей.

Мне эта песня с детства свята,

Слова отца – не позабыть.

Он говорил, что сын солдата

Обязан родине служить.

Скромностью лукавой

Соблазнила нас,

Но дурная слава

Догнала тотчас.

Всё в тебе притворно:

Нежность, гордость, стыд -

Молодость проворна,

Хороша на вид.

Приласкала взглядом,

Поманив кивком.

Посулив в награду,

Полюбить потом.

Ветры в берёзовых рощах не гости -

Свищут и ждут запоздалый ответ:

Есть ли для русских земля на погосте?

Может, земли для могил больше нет?

В русской Москве поселилась измена,

Тянутся нити её до Кремля,

Ждут эмигрантов всем нам на замену,

Чтобы не русскою стала земля.

Русское имя сегодня не свято,

Гляньте на лица, живущих в Кремле-

Там нету бедных, но много богатых,

Строящих рай свой на нашей земле.

Было, когда Русь сжигали пожары,

Знали, что страшною будет цена,

Но и тогда пропадали не даром,

Снова вставала из пепла страна.

Тучи врагов, замирая от страха,

В поясе гнулись, при виде гостей –

С пляской и песней, в крестьянских рубахах,

Бивших, пришедших на Русь королей.

Где же теперь то весёлое время,

Всё на продажу: от недр, до людей!

Где ты, упёртое Вятское племя,

Ставшее главным в России моей?

Что тебе мои печали?

У тебя своя тоска…

При рожденье нас встречали

Свистом пули у виска.

У тебя своя дорога

У меня свои пути,

На двох одна тревога,

Чтоб хватило сил дойти.

Хватит силы до могилы

Дойти гордо, без крюки,

Значит жизнь тебя любила,

Как улыбку шутники.

Высока, полногруда, красива -

Ног длинней и стройней не видал.

И к тому же совсем не спесива,

Подошёл для любви сеновал.

Понимая, что время на речи

В эту ночь не отпущено нам,

Она долго не стала перечить,

Потянулась устами к устам

Самым первым своим поцелуем…

Не забыть эту дивную ночь.

Встречных женщин мы часто балуем,

Не пытаясь любимым помочь.

Оттого рядом столько печали,

Одиноких, отчаянных слёз,

Если б с каждой вначале венчались

Многим плакать, потом, не пришлось.

Мусульмане – пример и наука,

Многожёнство издревле в чести,

У них жёны не маются скукой,

Знают нужно детишек растить.

А у нас многих манит налево,

Верят, что от измен благодать.

Не спасают ни Вечная Дева,

Ни в мученьях, родившая мать.

Страсть сильнее молитв и науки,

Я пытался себя удержать,

Но тянулись вновь жадные руки

Одиноких красавиц ласкать.

Сколько было таких сеновалов

И родившихся после детей…

Мне то, радости в жизни хватало -

Хватит ли для моих сыновей?

Придут прощанья после встреч,

А с ними обещанья

В разлуке вновь любовь беречь

До нового свиданья.

Но выполнять и обещать -

Две разные задачи;

Поэтому учись прощать

Любившего иначе.

Нежным словом, украшая ласки,

Я не только правду говорил,

Иногда рассказывал и сказки -

Клялся, что другую не любил.

Не возникла даже тень сомненья,

Искренняя – верила словам!

Я любил восторг и восхищенье

Глаз твоих и сказкам верил сам.

Я, топилась, но живая -

Не взяла меня река.

Вот и рана ножевая

На груди не глубока.

Потеряла ночью друга,

Я его любила год

Увела с собой подруга

Смерть зову, но не идёт.

Я скучаю, пиши иногда,

Когда будет с другими тоскливо.

Милый друг, и беда – не беда,

Если делает сердце счастливым.

***

Любовь и грусть, порою, неразлучны,

Мир друг без друга кажется им скучным.

Скамейка, плед, осенняя листва,

Река синеет и тепло, и тихо;

Наклонена изящно голова,

Но рядом с домом, прячась, бродит лихо.

То в образе осеннего дождя,

То ветром рвётся в дверь напропалую…

У каждого несчастья суть – своя,

И я сейчас, по – своему тоскую,

Любуясь первозданной красотой

И женщиной с улыбкой и прищуром;

Обрамлены листвою золотой

Её лицо и хрупкая фигура.

Очарованье поселилось здесь –

За годы и века не наглядеться

На небеса, на пожелтевший лес,

Так почему тревожно бьётся сердце?

Чего таит коварная судьба,

Беду и скорбь умело маскируя.

Хожу и жду, что утомит ходьба –

Во сне увижу женщину другую.

Ту, что когда – то много лет любил,

Теперь, её, при встрече, не узнаю.

По – прежнему, точёный профиль мил,

При этом, я отлично понимаю,

Что, как и прежде, будет неверна,

Поэтому останется одна.

Ты навсегда прощаешься со мной,

Чтоб дальше жить без горя и печали,

Не думая о юдоли земной,

Забыв, что нас с тобою обвенчали.

Лампады, свечи, лица, образа,

Летели звоны с колокольни белой,

Ты, распахнув огромные глаза,

Казалась, в этот миг, такой несмелой!

Я приковал себя к тебе кольцом,

Своей любовью, клятвою и верой.

Каким же я наивным был юнцом -

Ты и тогда любила, зная меру.

***

Люблю, любуюсь и ревную -

В тебе сосредоточен мир,

Я не хочу искать другую-

Ты – мой единственный кумир!

В тебе и искренность и нежность,

С тобой дела идут на лад,

Хочу, чтоб снова стала прежней,

Такой, как много лет назад.

Но ты обходишь торопливо

Меня, всё время, стороной.

Что делает тебя пугливой,

В чём виноват перед тобой?

***

Медь плакала, а небо онемело.

Оно синело молча надо мной;

Колокола, раскачивая тело,

Гудели о прощании с землёй.

У образов горели тускло свечи,

Священник с аналоя говорил:

О вечности, прощаниях и встречах,

Мне его слушать не хватало сил.

Я понимал, что в этом суть обряда,

Последний долг тому, кто жизнь прожил,

Надежда на бессмертие в награду

За то, что долго Богу верен был.

Я крикнул: – Кто возьмёт нас на поруки?

Мне так хотелось верить в чудеса!

Не раздалось в ответ на крик ни звука -

Смолк колокол, молчали небеса.

Глаза открыв, я улыбнулась,

Счастливой в полночь спать легла,

Проснулась, вижу – рядом юность,

Она меня с ума свела.