Читаем EndingTale (СИ) онлайн бесплатно
— Разве тебе не сказали, что тебе разрешено жрать.
Спокойный голос проходил под кожу словно нож опытного хирурга. Я вздрогнула и заметила, что по голове Папируса обильно течет пот, а глазницы сузились до размеров человеческого глаза. Ситуация накалялась, мне пришлось выскочить перед оппонентами чтобы разрешить конфликт.
— Но ведь спагетти нельзя приготовить без кипяченой воды! Где вы собрались её брать без электричества?
Мой вопрос мог звучать резонно, но мародеру был чужд здравый смысл. Внимания, которое он выделил после моего выступления хватило лишь на то, чтобы выдать звонкую пощечину. Инерция потащила мою голову вбок и больно ударила её о выступ. Я попыталась сдержать крик, чтобы не призвать ещё больше грабителей, но Дон решил сделать всё за меня:
— Какая, мать твою, разница?!
Мародер цедил слова сквозь зубы, до хруста сжимая биту, но в то же время говорил достаточно громко, чтобы привлечь весь супермаркет. Пока отовсюду раздавались шаги участников шайки, Дон продолжал учить Папируса, как маленького ребенка, не способного усвоить урок с сотого раза:
— Тварь, это ведь простое правило. Даже тупой мог бы его выполнить. Впрочем, верно, сгнила кожа, сгнили мозги, верно? — Дон провел рукой под подбородком и исподлобья посмотрел на Папируса, — верно ведь, безмозглое монстрячье отродье?!
Дон совершил один мощный замах и погрузил всю мощь удара битой в челюсть Папируса. Не выдержав силы, череп слетел с позвоночника и полетел по воздуху как мячик. Голова монстра рухнула прямо перед моими ногами, сделав несколько оборотов на остатках шеи. До слуха уже донесся звук уносимой ветром пыли. Не веря своим глазам, я скатилась на пол, подбирая в руки остатки младшего брата-скелета. Сознание просто не допускало, что это может произойти. Будто вместо письма от ушедшего на фронт сына пришла похоронка. Ещё минуту назад Папирус заботливо, по его мнению, подбирал ребятам ужин, а сейчас его тело уносится в никуда, словно никогда не существовавшее.
— УВЫ, БЕДНЫЙ ПАПИРУС…
Глазницы скелета задрожали, но остановили свой взгляд на мне. Пытаясь справиться с душераздирающей болью, я прижимала к груди череп, с каждым мгновением ощущая, как он становится мягче. Я не могла смириться с этой потерей, словно что-то вырвали из меня с мясом, будто тесак отрубил часть души. Сон, это часто бывает во сне. После таких событий ты понимаешь, что необходимо открыть глаза, потому что просто не можешь удержать происходящий ужас. Но почему… Почему не получается?
— Упал, как кукла, — Дон пожал плечами и чиркнул спичками, зажигая сигарету. — Кстати, о куклах. Неплохо ты выглядишь для девицы, связавшейся со столь отсталым и слабым монстром. Думаю, мы могли бы…
— Ты хочешь плохо провести время?
Свет хлынул изо всех щелей, даже от казавшихся неработоспособными лампочек. Он отдавал ледяным оттенком, холодом, на грани с обморожением. Собравшиеся грабители стали озираться по сторонам и нервно доставать оружие. Дон сбросил недокуренную сигарету и потушил её ногой о шарф Папируса. Внутри меня что-то порвалось, но слезы будто замерли в уголках глаз, будто если я их сдержу, что-то изменится.
— И что это? Очередной полтергейст пытается доказать, что равен человеку по силам? — бандит широко расставил руки, вопросительно оглядываясь в поисках незваного гостя. — Спешу огорчить, но за прошедшую неделю я вздёрнул как минимум сотню “ваших”, и правительство мне неплохо за это приплатило.
Из-за стеллажей выскочил запыхавшийся Фьюз, который, похоже, добирался из конца магазина, и схватил Дона за грудки:
— Придурок! Что ты натворил?! — паренек дрожащими руками тряс невозмутимого мародера, который лишь закатил глаза на все претензии. — Зачем так шуметь? Сюда сбегутся зомби со всей улицы!
Лампочки в магазине взорвались одним залпом, свет утонул в нахлынувшей тьме. В слух ударили панические крики, лопались витрины, переворачивались целые металлические стенды. Внезапный инфернальное отблеск высветил всем окровавленный труп Дона, точнее то, что от него осталось. Тело будто растерзали голодные псы, чью трапезу прервали в зачатке. Кишки вывалились из разорванного туловища и повисли на лампах отвратительными гирляндами, некоторые конечности были порваны в нескольких частях и лежали под ногами у опешивших грабителей. В нос ударил трупный запах, мне стало плохо, и столь кровавое зрелище в разы превосходило любые масштабы насилия, которые мне приходилось увидеть. И среди этого безумия, между всеми собравшимися, стоял Санс. В его пульсирующих костлявых руках покоилась голова Дона. Ушей достиг вязкий хруст. Брызги крови, смешанные с мозгами, долетели до моего лица. Стало темно.
