Читаем Экзопланета онлайн бесплатно

Вечером сидели с женой на диване и смотрели новости. Ведущая, уже расслабившаяся перед сводкой погоды, видимо, получив от редактора материал с пометкой «Срочно в эфир», встрепенулась и выдала:

— Только что, мы получили данные последней расшифровки радиосигналов с орбитального телескопа Хаббл, предоставленные НАСА: астрофизики НАСА обеспокоены резким, скачкообразным, увеличением скорости сближения галактик Млечный Путь и М31, известной, как Туманность Андромеды. Учёные не могут найти причину, объясняющую столь резкое, фантастическое, увеличение скорости сближения двух галактик. Скорость сближения галактик не изменялась за время наблюдения с 1995 года и определялась в диапазоне 100–140 км/с. А теперь сводка погоды…

Жена переключала каналы и, наткнувшись на сериал «Вечный зов», сказала — Я буду смотреть.

Я ушёл в комнату, включил ноутбук и, выйдя в сеть, просматривал новости, но, ничего про сближение двух галактик, не нашёл.

«Странно» — подумал я и, зайдя на сайт Lоstfilmа, обнаружил очередную серию третьего сезона «Чёрных парусов».

Досмотрев серию, ещё раз просмотрел новости в «Яндексе» — ни-че-го!

Проверил почту и, очистив папку «спам», выключил ноутбук.

Зашёл в зал и жена, вставая с дивана и переключая на «Дом2», бросила мне — Сегодня твоя очередь, заправлять — и присела на пуфик.

Я разобрал кровать, заправил и пошёл в ванну подмыться и почистить зубы. Подмываться и утром, и вечером, приучила жена, каждый раз, перед сексом, спрашивая — А ты подмылся? Ну ка, покажи его.

— Может по чашке цикория на ночь? — предложил я ей, закончив процедуру.

— Можно.

— С сахаром или шоколад?

— Какой шоколад? С сахаром, да немного, а то опять набухаешь, обоссусь ночью.

Я ушёл на кухню, приготовил две чашки напитка и, положив в чашку жены ложку сахара, отнёс ей в зал.

— Мог бы кусок хлеба с маслом принести.

Я вернулся на кухню и сделал бутерброд.

— А что, сыру слабо было отрезать или уже съел весь?

Я сделал ещё один рейс на кухню, вернувшись с сыром.

— Ладно, иди пей свой цикорий, а то бегаешь туда-сюда, прислуживаешь — она улыбалась. Ей нравилось, когда я прислуживал.

Выпив цикорий, я зашёл в зал, забрал чашку жены и, вернувшись на кухню, помыл чашки.

— Ну, чё, спать? — спросила она, держа пульт.

Я снял шорты и потянул с себя тельняшку.

Жена выключила телевизор — Повернёшь часы, чтобы не мешали мне? И открой дверь балконную на единичку, душновато.

Я лёг рядом и тронул её животик.

— Спать! — отрезала она и оттолкнула мою руку.

Я вздохнул и повернулся на бок.

Жена уже сопела, разбросавшись на всю кровать, а я всё не мог уснуть.

«Блин, да что такое?! Далась мне эта Андромеда» — я лёг на спину и накрыл ладонями глаза. Через пару минут, почувствовав, что засыпаю, опустил руки и… проснулся от сигнала на сотовом жены. Она выключила сигнал и села, а я повернулся на левый бок…

Проснулся, услышав, как поворачивается ключ в замке — жена ушла на работу.

Член торчал, но ссать вроде не хотелось. Я подрочил, пока не почувствовал, что сперма вот-вот брызнет, встал и, набрав ведро ледяной воды в ванне, сходил на кухню, выпил стакан воды и вернулся в ванну.

Сначала подмылся, а потом облился. Ополоснул лицо и пошёл убирать постель. Пока убирал в шкаф постельное, обсох.

Расстелил на полу коврик и стал заниматься йогой.

Я сидел в лотосе, когда задрожал дом и стена перед моими глазами качнулась. В следующее мгновение, меня, будто корова языком слизнула и, единственной мелькнувшей мыслью, было — «Хорошо, что Тани нет дома».

Я не помню, закрывал глаза или нет, моргал или нет, я не помню слышал ли какой-то шум и не представляю сколько времени прошло после того, как «слизнула корова», мне вообще показалось, что просто мелькнуло что-то и всё!

Я всё также сидел на коврике в лотосе… в лесу! Осторожно осмотрев всё вокруг и, убедившись, что я действительно в лесу и это мне не сниться, я встал. Достаточно было одного взгляда на небо, чтобы понять: я, не на Земле.

В небе было два солнца и одно клонилось к закату, а другое всходило. Было тепло и даже жарко, дышалось легко, как после грозы на Земле и ещё я заметил, что встал я с коврика, почти не напрягая мышцы: планета, наверное, имела массу меньше, чем Земля. Оба солнца были почти такие же яркие, как и земное, но размерами меньше, или из-за удалённости или действительно меньше. В лесу щебетали птицы, но я их пока не видел. Деревья, я присмотрелся; нет, листва, если это листва, была зелёной, как и на деревьях на Земле, но сами деревья были, я ещё раз осмотрелся, они были двойными, то есть, каждое дерево имело два ствола, разделяющиеся из одного, на высоте, чуть больше полуметра от поверхности планеты.

Периферическим зрением я увидел что-то чёрное справа, глянул в ту сторону и удивился, что не заметил сразу: это было моё кресло, в котором я работал, сидя за компом. На спинке кресла висели мои шорты и тельняшка, а на земле (какая разница, я всё равно не знаю названия этой планеты и для меня она теперь земля) лежал мой сотовый. Я поднял сотовый и нажал клавишу «вкл»: сеть, разумеется, не определялась, аккумулятор был заряжен почти полностью. Я выключил телефон, ещё раз осмотрелся и до меня, наконец, дошло: я на другой планете и, видимо, уже никогда не вернусь на Землю. Перехватило горло, потемнело в глазах, из-под мышек струился холодный пот. Я сел на коврик, закрыл глаза и сжал голову руками.

— Что за шутки! Где я?!!

Я вскочил и обернулся на крики: кричала женщина. Голос, по крайней мере, был женский, визгливый и я бросился в ту сторону. Я проскочил через зелёную стену кустарника, отметив шелковистость листвы и податливость ветвей, и оказался на краю полянки, а в центре поляны, на унитазе, сидела женщина в ночнушке, с айфоном в одной руке и лоскутом туалетной бумаги, в другой.

Увидев меня, она возмутилась — Выйдите немедленно, как вы смеете подглядывать!

Я смотрел на неё и рот, секунду назад я был в отчаянии, растягивался в дурацкой счастливой улыбке. И, вдруг, я узнал её — это была вчерашняя ведущая, передавшая странную новость.

— Ооо, привет! Значит меня забросило сюда не одного.

— Кто вы такой? — она всё также сидела на унитазе — И, что вы делаете, и как вы оказались в моём туалете?

— В твоём туалете! — я усмехнулся — да ты я вижу ещё не проснулась, дорогуша.

— Я вам не дорогуша и будьте добры ответить на мой вопрос или я сейчас позову мужа.

Мне стало смешно и немного жалко эту женщину — Ну, зови!

Она пялилась на меня во все глаза, и я понял, ей страшно, она боится смотреть по сторонам.

— Ну, ладно — я пошёл к ней — ты только не впадай в истерику, нас уже двое.

— Не подходите ко мне, я неодетая и я замужняя женщина!

— Да ладно, замужняя женщина, можешь забыть про него, вряд ли ты его теперь увидишь.

Я подошёл к ней почти вплотную — Ну, что ты сидишь? Закончила? Вставай, он нам больше не понадобится, нужду будем справлять, где прихватит.

— Я ещё… — она сжимала лоскут бумаги.

— Ну, так подтирайся! Стесняешься? — и я отвернулся.

На экране она выглядела моложе, но и без макияжа, всё же была очень привлекательна.

Я услышал шум воды, сливающейся из бачка, и обернулся: желтоватая от мочи вода с кусками кала вытекала из слива на землю.

Она стояла и смотрела на своё говно, нажимая на кнопку слива.

— Ну, что ты в ступор впала? Говна не видела?

Она вздрогнула и обернулась ко мне: в её голубых глазах стояли слёзы.

— Ну плачь, плачь — я тронул её за руку — плачь, не держи в себе.

— Что произошло? — её голос дрожал, срывался — И где мы?

Я вздохнул — «Много бы я отдал тому, кто смог бы сейчас ответить на эти простые, бесхитростные вопросы».

— Ты только не впадай в истерику. Единственное, что я могу сказать вполне определённо, мы, не на Земле.

— А где?

— Я не знаю, как называется эта планета.

— А долго мы здесь пробудем? Когда нас заберут отсюда? Мне вечером новостной блок вести…

Я молчал, понимая, что женский мозг не может вот так мгновенно от всего отрешиться и принять очевидное.

— Видишь ли… Алексей — я вспомнил, что не назвался — а ты, Катя?

— Ирина.

— Ирина, если произошло то, что произошло, то… то нас отсюда никто не заберёт.

— Как?! Мы здесь останемся навсегда? Но — она оживилась — нас ведь будут искать!

— На Земле, наверное, будут искать, а на этой планете — вряд ли.

— Ира, смотри туда — я показал на заходящее солнце — а теперь туда — и я показал на восходящее солнце — два солнца. Два! А на Земле одно! Значит, мы, не на Земле.

— Может это оптический обман зрения?

— Ира, если бы они были рядом.

— А может это не солнце, а луна!

— Ира, луна отражает свет солнца, а эта звезда излучает свет, значит солнце.

— А ты тоже из Москвы?

— Нет, я из Новосибирска и нам повезло, что мы оказались рядом, а не на расстоянии семи тысяч километров, как на Земле. А ещё нам неслыханно повезло, что на этой планете и климат и природа очень схожи с земными. Надеюсь и фауна на этой планете не сильно отличается от земной.

— А люди здесь есть?

— Ира, я здесь столько же времени, сколько и ты: пока не встречал никого, кроме тебя.

Она улыбнулась, грустно, но улыбнулась.

— Меня беспокоит вот что: если мы здесь надолго, то нам придётся осваивать эту планету и населять её…

— Кем?

— Детьми, людьми.

— Какими детьми-людьми? Где мы их возьмём?

— Вот это меня и беспокоит. Тебе сколько лет?

— Это бестактно, спрашивать у женщины возраст.

— Ира, какая на хрен бестактность, сколько тебе лет?

— Сорок пять.

— Ира, я серьёзно.

— Пятьдесят один, но ты не в моём вкусе, и ты уже — она замялась — в возрасте.

— Мне пятьдесят девять, у меня стоит и сперма в яйцах есть. А у тебя месячные приходят или климакс?

Она покраснела — Ты всерьёз думаешь, что я буду с тобой… спать?

— А с кем ты собралась здесь спать, дорогая?

— Я замужем — прошептала она — я не разведена, и я… я не хочу изменять своему мужу.

— Изменять?! Мужу, который тебя никогда больше не увидит.

— А ты женат?

— Там на Земле, да! А здесь, пока нет.

— Я пить хочу и… кушать.

— Да, я тоже хочу, и мы сейчас этим и займёмся. Ты с собой больше ничего не прихватила?

Ира с удивлением смотрела на меня, а я осматривал полянку: увы, кроме унитаза и айфона в её руке, больше ничего не было.

— Ладно, идём ко мне, может у меня ещё что-то есть.

Она смотрела на моё кресло и коврик — Да ты сядь, пока я тут всё осмотрю.

Увы, больше не было ничего.

Я подошёл к ней — Ну, что? Ложись! Проверю тебя, как хороша ты в сексе.

Она испуганно взглянула на меня — Это насилие, Алексей.

— Насилие будет, если ты не ляжешь сама — я выразительно повёл глазами, член уже возбуждался.

Ира покраснела и встала с кресла, шагнула и легла на коврик.

— Ну! — я стоял над нею — Ночнушку задери!

Она выгнулась, приподняв попу и, подтянув ночнушку, опустилась и раздвинула ноги.

Я снял плавки и лёг на неё, успев заметить мелькнувший испуг в её глазах.

Член упёрся в интроитус, она сама раздвинула губы, и я осторожно стал погружаться в её лоно. Пиздёнка была аккуратная, неразъёбанная, влагалище неглубокое: я ткнулся головкой в матку, засунув чуть больше половины своего двадцатипятисантиметрового члена.

— Оий! — в её, широко распахнутых, голубых глазах, метался страх.

Я медленно вытаскивал и также медленно погружал член, надавливая залупой на матку и, заставляя влагалище вытягиваться, и через несколько минут, мой лобок коснулся её лобка.

Я лежал, наслаждаясь ощущениями: матка дёргалась, сокращая влагалище.

Она, вдруг, задышала, застонала и обмякла подо мною.

Я приподнялся на руках — Ты чего, Ира?

— Я кончила — она с улыбкой смотрела на меня.

— У тебя давно не было секса?

— Полгода, муж лечился… у него не стоит — она опять покраснела.

— Быстро ты перестраиваешься, а всего лишь полчаса назад была такой благопристойной! Ну, ладно, становись раком, надо же и мне слить!

Она послушно встала в позу, и я прижал головку к анусу, сжимая пальцами ягодицы.

— Что ты делаешь?! — она дёрнулась, но я удержал её и, ничего не отвечая, лёгкими тычками протолкнул залупу сквозь анальное кольцо.

— Ааххааа! — задохнулась она — ааа, мне больно!

— Ты напрягись, Ира, тужься, как будто какаешь — я задержался и, почувствовав ослабшую хватку сфинктера, просунул член в её жопу, погрузив наполовину.

Она застонала, и я стал ебать её в жопу и через минуту излился спермой, содрогаясь в конвульсиях сладострастия.

Я обтирал член травой, а она, присев и задрав ночнушку, ожидала, пока стечёт из жопы сперма.

Я вырвал пучок травы и, сунув руку между ног, подтёр её — Долго будешь сидеть и сперма ещё долго будет вытекать. У тебя не было анального секса?

Она опять застеснялась и отрицательно покачала головой.

— Будет ещё вот что: когда захочешь пукнуть, вместе с газами потечёт слизь. Так что, вот, привыкай, у нас теперь это будет каждый день.

— Надень! — я протягивал ей свои плавки — А я буду в шортах.

Я одел шорты и тельняшку, Ира надела мои плавки.

— Нам бы ещё обувку какую-никакую. Хотя, может быть и так привыкнем. Схожу ка я посмотрю унитаз, может в нём есть что?

— Что ты хочешь с ним делать? — она шла за мной — это финский, мы недавно купили его.

— Ира, перестань пизду смешить! Я уже отъебал тебя, и ты моя женщина. А в унитазе, возможно, есть железка, которая нам сейчас ой как может пригодится.

Я открутил колпачок сливной кнопки и снял крышку: все детали вантуза были из пластика.

— Ладно, пошли назад. Стоп!

Я осмотрелся — Вот те нааа!

— Что, Алексей, что?

— Ира, ты в зоологии и биологии сильна?

— Нуу, я в основном по русскому и литературе, по ним у меня пятёрки были, а по зоологии и биологии четвёрки. А зачем это?

— Даа, я вот тоже в зоологии не силён. Посмотри на деревья, на траву, на птиц… на деревья.

— Ну, что, Алексей, что?

— Деревья нормальные и птицы летают…

— Ну, и что?

— Идём — и я, взяв её за руку, потянул за собой.

Мы стояли в центре моей полянки — Посмотри на деревья.

— Ааа! — Ира удивлённо обводила взглядом деревья по кромке поляны.

— И птицы… ты птиц здесь видишь?

— Нету.

— Но мы их слышим и на твоей поляне деревья нормальные не раздвоенные и на деревьях есть птицы, а на эти, птицы не садятся.

— Ну, и что это означает?

— Это означает, что возможно, на моей полянке мы будем в полной безопасности.

— От кого? Почему?

— Ну, от кого (?), нам ещё предстоит узнать, а почему (?), аномальная зона… а, возможно, и ещё кое-что…

— Что, кое-что?

— Боюсь делать предположения, чтобы потом не разочароваться. Ира — я предупредил её вопрос — Ира, давай пока больше не будем об этом, у нас хватает забот.

— Надо принести сюда твой финский унитаз — я пошёл на её полянку, она следовала за мной — он может ещё пригодиться.

Главное отличие финского от российского, не принимая во внимание дизайн, он был лёгкий, даже с бачком, и я отнёс его без проблем.

— Мы будем в него ходить? — её наивность и беспечность обезоруживала — а где мы будем брать для него воду?

— Вот этим: поиском воды, мы сейчас и займёмся, моя хорошая.

Ира улыбалась, рот до ушей — А как?

— Ты останешься здесь, а…

— Нет! — она вцепилась в моё плечо.