Читаем Его должница онлайн бесплатно

Аня

— Никита… — выхожу на кухню, держа в руках телефон и чувствуя, как замирают все внутренние органы, — Они опять мне звонят! Что говорить? Мне страшно!

— Дура, — парень делает глубокую затяжку и выкидывает в открытое окно бычок сигареты. — Трубку просто не бери. Симку новую куплю.

— А вдруг они меня найдут? — продолжаю я истерить. — Ты можешь сегодня не уходить на работу и побыть со мной? Пожалуйста! Почему ты так часто работаешь по ночам?

— Ну хватит, Аня! — он рявкает на меня. — Я уже говорил, что по ночам тариф выше, пробок меньше, поэтому я работаю так! И не я тебя заставлял корчить из себя правильную! Ты нафига к ментам побежала? Думала они тебя по головке погладят? Премию выпишут? Да они все куплены!

Я падаю на табуретку и обхватываю себя крест на крест руками.

— Что ты говоришь, Никит… — мотаю головой. — Они же матерей обманывали. Стариков. Деньги последние отбирали! А если у кого-то сердце слабое?

— Если тебя кто-то обманул, — фыркает Никита, — значит ты это заслужил.

— Да? — я даже подскакиваю на ноги. Внутри все просто клокочет от обиды, что мой самый близкий человек может говорить подобные вещи. — А вот представь просто на секундочку! У тебя разрядился телефон, меня рядом нет, Галине Степановне на телефон приходит сообщение, что ты попал в аварию и нужно перевести триста тысяч вот поэтому номеру и тогда тебя отпустят! Как ты думаешь? — повышаю я голос, — Отправит твоя мама деньги или нет?

— У моей матери нет таких денег, — раздраженно жмёт плечами Никита. — И мне кажется, что уже все давно научились на подобные тексты не реагировать.

— Да там же разные суммы и разные тексты… — пытаюсь я до него достучаться. — Это же просто страшно! А люди, которые там работают. Они же вечером собираю вещи и идут к своим семьям! Домой! Я не понимаю, как они спят!

— Пока что, — Никита достаёт из кармана телефон и сбрасывает какой-то звонок. — Пока что я, точно такой же непонятный работник обеспечиваю нам с тобой эту хату и продукты в холодильнике. А ты, цаца с высшим экономическим образованием смогла заинтересовать только телефонных мошенников! Вот люди там и работают, потому что жрать хотят.

— Да лучше буду голодать! — взрыват меня.

— Ну вот ты тут поголодай, — хмыкает парень, — а я пока пойду баранку крутить. Много тебе твой диплом дал.

— Я всего две недели как защитилась. А ты сам ушёл из института, — говорю, внутренне дрожа от подкатывающего желания надавать Никите по щекам. Когда? Когда он успел стать таким? Где я это пропустила? — Ты просто спишь целыми днями на пролёт, а ночью зависаешь непонятно где, — отвечаю ему зло.

— Не нравится что-то? — оскаливается Никита, — Так вали назад к своей бабке и сестре сопли подтирай!

Он резко разворачивается и уходит в прихожую.

— Что? — задохнувшись, срываюсь следом. — Ведь это ты уговорил меня жить вместе! Или ты считаешь, что мне очень не хватало стирки твоих грязных носков и потных футболок!

— Да не стирай, — он отвечает агрессивно, поднимая на меня глаза и всовывая ноги в кроссовки. — От тебя проблем выше крыши! А в койке ты не на столько хороша, чтобы это терпеть!

Я отшатываюсь от него, будто от удара. Слёзы просыхают, оставляя только горькое послевкусие.

— То есть, — усмехаюсь. — Мы живем вместе только ради постели? А как же вот это… Я люблю тебя, Анечка! Мы поженимся и Ксюшу заберём…

— Мля… — закатывает он глаза. — Ну что ты хочешь меня? Ты задолбала! То месячные, то утренники, то диплом.

— Ничего, — закусывая губу, мотаю головой. — Ничего больше не хочу…

— Тогда можно, — он с наездом выделяет последнее слово. — Я уже на работу пойду?

— Да, — киваю, смаргивая набежавшие слёзы.

Дверь с грохотом прикладывается об косяк.

Я стою посреди коридора старой хрущёвки оглушенная и раздавленная сегодняшним днём.

Хочется повыть, но в горле застыл огромный ком. Мне страшно и до тошноты обидно, что я так ошиблась в Никите.

В груди начинает болезненно скрежетать от понимания, что это конец наших отношений. После услышанного, я никогда больше не смогу ему доверять.

Да, возможно, он прав, и я сама виновата в своих проблемах.

Но это был порыв! Когда нужно что-то делать, просто хоть как-то остановить беспредельное зло!

И что мне делать сейчас? Идти и собирать вещи? Домой?

На кухонном столе снова начинает вибрировать телефон.

Господи…

Ноги прирастают к полу и отказываются идти. Но… надо хотя бы посмотреть, кто звонит…

Заставляю себя сделать несколько шагов на одеревеневших ногах и заглянуть на экран.

Бабушка.

Выдыхаю.

— Алле! — отвечаю на звонок, стараясь, чтобы голос звучал, как можно бодрее. — Привет, бабуль!

— Анечка! — отзывается трубка родным голосом. — Как у тебя дела?

— Хорошо, — вдохновенно вру. — Вот посуду мою. Только что с Никитой поужинали. Как у вас дела? Как у Ксю садик?

— Хвалили ее сегодня, — отзывается бабушка. — Рисует, говорят, красиво. В школу определить советуют.

— Здорово, — отвечаю. — Вот сейчас с работой определюсь и обязательно определим ее в школу.

— О! — спохватывается бабушка. — Я ж чего звоню. Из института тебе звонили. Говорят, трубку ты не берёшь. Сам декан звонил…

Я слышу в ее голосе гордость, а сама леденею от страха. Моя декан — женщина.

— Просили передать, — продолжает бабушка, — сейчас очки одену и прочитаю дословно, — в трубке слышится шелест. — Ты слушаешь?

— Да… — отзываюсь тихо.

— Что если ты хочешь продолжить обучение в институте на социальном факультете, то тебе срочно нужно оплатить обучение. А иначе твоё место сгорит, — заканчивает бабушка. — Ты не говорила, что поступила на второе высшее.

— Они ошиблись, — шепчу сдавленно. — Извини, бабуль, суп убегает.

— Суп? — несётся мне в трубку. — Какой суп?

Сбрасываю звонок и оседаю на пол.

Сволочи! Сволочи! Сволочи!

Меня начинает колотить.

Открываю последние сообщения с неизвестных номеров и не могу причитать на экране ни буквы, кроме совершенно невозможной для меня суммы с шестью нулями.

Мир глохнет.

Где я ее найду?

Но ведь варианта «не найти» просто нету…

Открываю телефонную книгу и веду пальцем по экрану.

Все не то. Одногруппники, знакомые, преподаватели…

Взгляд неожиданно залипает на экране.

«Баринов Алексей Егорович».

У этого человека есть даже больше, но…

Пролистываю ниже.

Никита… Сердце сжимается.

С ним все понятно.

Дохожу до конца алфавита и понимаю, что вру сама себе. Вариантов кроме Баринова у меня нет.

Возвращаюсь к его контакту и тупо несколько секунд смотрю на экран.

Такие, как Баринов, ничего не делают просто так. И… я до сих пор помню его агрессивное неравнодушие ко мне.

Но уж луче быть должной ему, чем людям, которые осмелились позвонить бабушке и передать через неё мне сообщение с угрозой.

От страха и нервов начинает кружиться голова.

Я буквально молюсь, чтобы номер Баринова оказался действующим.

Нажимаю дозвон. Жду длинные гудки.

— Алло… — раздаётся в динамике.

Он.

Ладони покрываются потом.

— Алексей Егорович, — говорю робко. — Извините, пожалуйста, за беспокойство. Это Аня…

Барин

Кондиционеры не спасают. В кабинете на столько душно, что виски сдавливает, и постоянно хочется пить.

Сейчас бы в душ…

Но надо проверить сметы и уже дать добро на строительство первого этажа нового торгового центра на Шаболовке.

Нам нужно больше! Больше торговых центров! Потому что людям так нравится тратить бабло и слоняться по этажам.

В дверь кабинета раздаётся робкий стук.

— Да? — оборачиваюсь и смотрю на часы. Восемь тридцать. Я думал, что в офисе остался один.

— Алексей Егорович, можно? — в дверях появляется новая девочка с ресепшн и держит в руках поднос с кофе и куском торта.

Так… Очень интересно.

Я оглядываю ее с первого взгляда приличный офисный вид, но вот детальки… пуговицы на блузке расстёгнуты явно для лучшего обзора женской прелести. Помада на губках смазана пошленько. Волосы растрёпанны, юбочка поддёрнута так, что при ходьбе видна полоска чулок. Без белья? Закрадывается у меня в голову логичная мысль.

Что ж вы все одинаковые то такие. Никакой фантазии. Лучше бы работали головой, ей Богу.

Наш Цербер. В смысле, Вербер Карина Ашотовна — начальник отдела кадров, дур за километр чует.

Значит, нормальными приходят. Что потом с ними случается? Чего из юбок прыгают?

Не понятно.

— У меня сегодня день рождения был… — виляя бёдрами, девушка подходит ко мне ближе. — Я хотела бы вас тортиком угостить. А то времени уже много, — закусывает свою губку и стреляет в меня глазами, — а вы ещё на работе… Домой не спешите… — добавляет двусмысленно и хлопает ресницами.

«Что? Вот так прям сразу?» — начинает забавлять меня ситуация.

Я даже имени ее не помню.

Делаю шаг к девушке, окончательно сокращая расстояние.

— Значит, будем тебя поздравлять, — говорю, глядя ей прямо в глаза.

Окунаю указательный палец в крем на торте и даю облизать ей.

Горячий язычок старательно вылизывает мой палец. Взгляд девушки плывёт. Венка на шее колотится.

— Сама готовила? — спрашиваю ее.

Кивает.

Ещё и врушка. Усмехаюсь.

Серёгина Соня этот торт месяц назад по штуке в день молола. Кондитерская просто озолотилась. Даже на первом этаже вторую точку у нас открыли.

Скармливаю девушке таким же образом ещё один кусочек торта, забираю из рук поднос и ставлю его на стол.

— Алексей Егорович… — понимая, что все происходит слишком быстро, она начинает внутренне метаться, — может, кофе?

— Я устал, — отрицательно качаю головой. — Ты вовремя пришла. Расслабишь меня? — снова сминаю ее ее губы пальцами и проникаю в рот.

Кивает, прикрывая глаза.

— Замок закрой, — киваю ей на дверь кабинета, давая последний шанс смыться.

Возвращаюсь за стол и падаю на кресло.

Но девушка не уходит. Поворачивает ручку и возвращается ко мне, замирая перед столом.

— Раздевайся, — говорю ей жестким голосом и давлю взглядом.

Вспыхивает, но ручки покорно тянет к блузке.

Отвожу от девушки глаза и пишу в чат с отделом кадров найти новую сотрудницу, пока не забыл.

Телефон на столе начинает вибрировать.

Моментально забывая о том, что у меня в кабинете в режиме онлайн происходит эротическое шоу, впиваюсь глазами в экран и чувствую, как давление подлетает. Вечер перестаёт быть томным.

— Алло, — поднимаю трубку, отвечая безразличным тоном.

Взгляд скользит по кабинету и натыкается на голую и совершенно растерянную работницу с ресепшн.

Разглядываю.

В штанах напрягается. Но не от того, что я вижу. А от того, что трубка возле моего уха звучит умоляющим голосом одной гордой заразы. Которая стала полноправной участницей моих эротических фантазий. И не отпускает. Никак. Красивая сучка.

— Алексей Егорович, извините за беспокойство, — лепечет она. — Это Аня. Помните меня?

— Допустим… — сдержано киваю, будто она может видеть.

— Мне очень нужно с вами встретиться. Пожалуйста! — истеричность в ее голосе смывает с меня эйфорию возбуждения, и я начинаю соображать здраво.

Если эта девчонка мне позвонила сама, значит у неё действительно случилось что-то из ряда вон выходящее. Другой вопрос, какое мне до этого дело?

Но дело есть. Раз я превращаюсь в радар и пытаюсь уловить ее состояние на расстоянии.

— Я в офисе, — отвечаю сдержано. — Сама сможешь приехать?

— Да! — вскрикивает почти радостно. — Спасибо вам большое!

Сбрасываю вызов и, постукивая телефоном, смотрю на девушку с ресепшн, которая, видимо, за время моего разговора набралась смелости и теперь медленно приближается ко мне, прикрывая ладошками грудь.

— Как тебя зовут? — торможу ее жестом.

— Инна… — отвечает, готовясь заплакать.

— Вот что, Инна, — качаю я головой. — За стриптиз — твёрдая четвёрка. За исполнение трудового договора — двойка. Зарплату получишь завтра в отделе кадров за весь месяц и… свободна… — развожу руками.

— Но вы же сами сказали, — мямлит она. — Как вам отказать… Вы же начальник.

«Как мне отказать?» — Мысленно усмехаюсь.

Вот только что звонившая девушка точно знает, как это сделать. С фантазией.

Встаю с кресла. Огибаю расстроенную Инну и сгребаю со стола ее вещи.

— Давай, детка, на выход, — всовываю ей в руки тряпки. — Считай, что это самый главный твой рабочий опыт под моим руководством.

— Можно мне одеться? — упирается она каблуками.

Я чувствую рукой, как ее колотит мелкой дрожью.

Ладно, живи.

— Можно, — киваю.

Возвращаюсь за стол и сажусь в кресло, отворачиваясь лицом к окну.

В голову не лезет ни одной рабочей мысли, кроме одной: «Что у этой девчонки случилось?»

Аня

Этот лифт, поднимающий меня на административный этаж торгового центра, прямо создан для того, чтобы в нем умереть.

От стыда, страха и расставания с последними крупицами гордости.

Сарафан прилип к потной спине, но я не чувствую жары. Меня морозит.

А перед глазами очень… ОЧЕНЬ ярко вспыхивают фрагменты наших с Бариновым столкновений.

И какой бы он не был действительно талантливый руководитель и бизнесмен, для меня он хам и пошляк. От его скабрёзностей, да даже совершенно невинных жестов, кожа моментально покрывается мурашками, а низ живота тяжелеет. Но чтобы я в этом призналась?

Ну нет! Я себя уважаю. Я не оголодавшая девка и вообще, у меня есть парень. Точнее был. До сегодняшнего вечера.

Флешбек (Знакомство)

- Ну расслабься, Анют, — Мила толкает меня локтем в бок. — В кое-то веки ты от коллектива не отрываешься. Не смотришь за мелкой и не катаешься по городу со своим «дальнобойщиком».

- Никита работает в такси, — строго стреляю в подругу глазами. — Не вижу ничего плохого в том, что он после пар работает. А езжу я с ним, потому что иногда — это единственный способ встретиться.

- Да нормальная это профессия, — жмёт плечами Мила. — Просто у мужиков там своя атмосфера. Я понимаю, когда мой отчим по ночам в гараже зависает. Но ему то за полтос…

- Он помогает родителям платить за учебу, — обрываю я подругу. — И, между прочим, твою задницу он тоже возит. Например, из клуба домой.

- Ну ладно, ладно, — примирительно смеясь, Мила вжимаются губами мне в щеку и жарко шепчет. — Но сейчас то его нет. Зацени вон там какие мужики возле бара сидят. На нас смотрят. Давай их снимем. Ты же красотка. Мой будет тот, что темный.

- Мил, ну хватит, — начинаю я раздражаться на нетрезвую подругу.

- Ладно, ладно, — она вскидывает ладошки.