Читаем Эффект Евы онлайн бесплатно
— Продолжай! — настаивала Бэк, толкнув Хейза, когда тот пренебрежительно откинул ее руку.
Только не услышала ответа, поэтому начала извергать одну мерзость за другой.
Ребекка точно знала, что он находится на грани, и с упоением наблюдала, как к его вискам подступает кровь, а лицо искажает гримаса ярости. Однако Дилану удалось сдержать пыл, ведь за его реакцией последовал бы не просто карьерных крах, но и уголовное преследование.
Вместо шеи Бэк, он схватился за спинку кресла и постарался отключить все органы чувств, чтобы из серьезной проблемы не сотворить настоящую катастрофу.
К удивлению, никто в офисе не придал значения разговору на повышенных тонах. Клерки проходили мимо, не замедляя шаг даже из любопытства. А все из-за того, что Сэм давно и успешно разрушал репутацию обоих начальников, отпуская скабрезные шуточки про их тайные отношения.
Наконец, поняв, что между ней и Хейзом оборвались последние нити, Ребекка отступилась, подхватила клатч со стола и медленно направилась к выходу. Но услышав монотонный голос Дилана, резко остановилась на пороге.
Хищница знала, что он поступит подобным образом, поэтому ничуть не удивилась.
— Сколько ты хочешь за сегодняшний спектакль? — обреченно спросил бывший любовник. — Тебя же только это удерживает. Так будем честны. Назови сумму.
— За что именно, Дилан?
— За то, чтобы сыграть влюбленную невесту перед отцом и сборищем этих престарелых говнюков, — терпеливо уточнил Хейз, но следом прорычал: — А потом никогда не появляться у меня на пути.
— Что ж, это будет очень дорого. Мне придется уехать в другой город. Купить квартиру… или дом, — заискивающе начала перечислять Бэк, прекрасно понимая, что Дилан пойдет на все, лишь бы одержать победу. — Ты не откупишься от меня парой тысяч.
— Двести штук устроит?
— Умножай на четыре, — протянула Бэк. — Мои моральные страдания тоже входят в счет.
— Так ты называешь наш секс? — усмехнулся Хейз и презрительно продолжил, приближаясь к Ребекке: — Хорошо, что мы сбросили маски, правда? А то после того выступления в номере отеля мне начало казаться, что ты и правда хочешь замуж на меня.
— Никогда, — прошипела хищница.
— Ладно, остынь. Ты получишь свои бабки, но за них я потребую вот что… — Дилан достал чековую книжку. — На приеме ты будешь вести себя так, как мне нужно. Скажу: “Улыбайся” — засветишься, как чертова итальянская люстра. Скажу: “Поцелуй меня”, — без разговоров подчинишься. А если услышишь: “Заткнись”— наберешь в рот воды и будешь молчать, как рыба, понятно?
— Значит, ты решил сыграть по правилам отца? — сверля взглядом чек, спросила Бэк.
— Он будет жрать их вместо икры и всего того, что официанты поставят ему под нос! Жрать и давиться!
— Так и быть. Я подыграю тебе, — согласилась Ребекка и, дождавшись, когда Дилан заполнит чек, выпорхнула из кабинета со словами: — До скорого. Мне нужно переодеться.
А про себя добавила:
Дилан
Следующие два часа тянулись, словно дешевая безвкусная жвачка. С момента, когда Ребекка покинула кабинет, Дилан не сделал ни шага из-за стола. Он даже не решился открыть жалюзи и впустить внутрь немного света и воздуха, потому что его внутренний мир в очередной раз переживал состояние тектонического разлома.
Все, что он считал нерушимым, в чем находил опору своей железной уверенности, поглотила правда. А вмешательство отца, как и меркантильность любовницы, стали не более, чем болезненными последствиями этой слепоты длиною в десятки лет.
И вот теперь удобный кабинет, должность и отчеты об огромной прибыли превратились в символы провала. Не карьерного, конечно. Подобный уровень не смог бы удержать редкий аналитик США. Но более фундаментального и важного — душевного.
Раньше Дилан посмеялся бы над собой, гордясь пачками купюр, взятыми взаймы у собственной жизни. А теперь новое прозрение не давало ему скрыться за офисной рутиной, ведь сейчас он казался себе одним из миллионов бедолаг, променявшим все на иллюзию свободы и выбора.
Итак, отец оказался прав. В первую очередь в отношении Ребекки. И пусть Хейз знал о ее любви к деньгам и положению, он все же считал, что между ними слишком много общего для столь бессовестного побега.
Дилан и правда не ожидал, что Бэк так легко откажется от него после всего, что было. И, конечно, винил в этом не ночь, проведенную с Евой, а исключительно личные качества хищницы.
Спустя еще час постоянных метаний, он всерьез начал думать, что остался один, и все вокруг ополчились на него. А Ева… Он не знал наверняка, увидит ли ее снова. Она не оставила ни телефона, ни адреса. Никаких зацепок, чтобы в любое время найти ее. Только вкус нежных губ и образ, манящий своей доступностью и при этом загадкой.
