Читаем Два семестра волшебства (СИ) онлайн бесплатно

— Два семестра, госпожа Донован, только два семестра. Не более. Тем временем вы завершите вашу работу, пройдёте процедуру защиты и сможете претендовать на место преподавателя.

— Но господин профессор, вы заверили меня, что место преподавателя практики будет за мной, — вздохнула Айлинн.

— Увы, обстоятельства изменились. Мне пришлось отдать эту нагрузку господину Тейблтону. За него просил секретарь ректора, понимаете?

Ещё бы Айлинн не понимала! Секретарь ректора, господин Тревор Тимс, имел многочисленную родню — братьев и сестёр, и соответственно, орду племянников и племянниц, более или менее способных к чему-то. Его протеже нередко служили объектом насмешек, и не только студенческих, потому что не справлялись со своими обязанностями. Но увы, сам господин Тимс был безупречен, и поэтому пользовался безоговорочным доверием со стороны ректора.

Более того, Айлинн знала Томаса Тейблтона, он учился на год старше неё. Всю теорию за него делали другие — знакомые девушки, например, потому что парень уродился красавчиком и спортсменом. И какого дьявола его занесло в Академию? Почему он не участвует в соревнованиях, или в каких-нибудь международных играх, да просто мог бы в рекламе сниматься, больше бы толку было, реально. Нет, заявился, и без труда получил место преподавателя и возможность вести практику по общей артефакторике.

Айлинн уже даже расписала планы первых практических занятий и предвкушала, как будет делать вместе со студентами разные красивые и полезные вещи. Но увы.

Что же, раз профессор Сансет взял Тейблтона к себе, то пускай сам с ним и справляется. А она справится со своими бедами сама. Как-нибудь.

— Скажите, Айлинн, вам есть, где жить? — на миг профессор Сансет стал обычным нормальным профессором Сансетом.

Да, это корень проблемы. Жить-то ей и негде, если она более не сотрудник Академии Полуночных островов. Служебное жильё на территории Академии предоставлялось за символическую плату, что было очень хорошо для таких, как Айлинн — не имеющих собственного дохода и заботливой родни. Точнее, родня-то есть, но все остались за океаном, и если отец узнает, что ей грозит ночевать на улице, то мигом прилетит, заберёт домой и посадит под замок. Айлинн понимала, что это разновидность заботы, но — никак не могла с такой заботой смириться. Особенно когда поняла, что заботиться можно и по-другому.

Нет, она найдёт какую-нибудь работу и снимет комнату, а пока — договорится пожить у Эмбер или Кэти. Не пропадёт.

— Я найду. Мне можно будет приходить в лабораторию?

Потому что где иначе она будет делать практическую часть своей диссертации? Вообще Айлинн — артефактор-аспирантка, и должна сохранить это право, но вдруг и тут вылезет кто-нибудь ушлый и что-нибудь сломает?

— Конечно, — кивнул профессор, — сколько вам будет нужно. И вот ещё, у меня есть для вас предложение. Выслушайте и не отказывайтесь сразу.

— Хорошо, — что там, господи, такое многообещающее, что она может сразу отказаться?

— На кафедру нестандартных боевых взаимодействий нужен администратор. От них снова сбежала сотрудница. На этот раз — в замужество.

— Я не справлюсь, — замотала головой Айлинн.

О своеобразии этой кафедры была наслышана вся Академия, даже те, кто максимально далёк от любых боевых взаимодействий.

— Справитесь, вы — девушка необыкновенно собранная и целеустремлённая. Я думаю, вы легко разберётесь в их делах. Работа не на полный день, у вас останется время, чтобы заниматься вашим собственными проектом, вы как раз доведёте разработку до защиты. И квартиру не потеряете.

У Айлинн на языке вертелось множество доводов — она ничего не понимает в боевой магии и в боевиках, не знает их программ и других документов, не знакома ни с кем с этой кафедры и представляет её себе только по вечным академическим анекдотам об их полном хаосе… но профессор был прав, квартира останется за ней. Её удобная крохотная квартирка в академическом городке, с магическим душем, свежим ремонтом и мягким матрасом на удобной кровати!

И поэтому она сказала, что согласна. Как-нибудь прорвётся.

— Ты рехнулся, Бакстон?

— Чего сразу рехнулся-то, — вздохнул Ирвин, не сводя глаз с носков ботинок.

— Тебе что было в прошлый раз сказано? Ещё раз попадёшься — и проваливай к дьяволу! Ты попался. Почему ты ещё здесь?

— Но полковник…

— Молчать! Не хватило ума тихо пить дома — молчи теперь! Дурак! И это старший сын лорда Бакстона, подумать только! Куда мы катимся!

Вообще разговор шёл совершенно традиционным путём, только как-то слишком быстро. Обычно Мюррей доходил до почтенного родителя Ирвина далеко не сразу, а примерно так через полчаса. Сегодня же батюшка попался ему на язык как-то очень уж стремительно. Неужели нажаловался? Конечно, лорд Джон Бакстон и полковник в отставке Джеймс Мюррей — давние сослуживцы и друзья, ну да и что теперь?

Ирвин вовсе не считал, что вытворил что-то, из ряда вон выходящее. Ну подумаешь, напились компанией в баре, в пятницу все так делают. Ну подумаешь, попытался познакомиться с девушкой, а она его бортанула, тоже бывает. Правда, потом вылез какой-то плешивый пёс и предъявил на девушку права, и захотел доказать эти права кулаками и чем там ещё, ну так сам дурак, чего с боевыми магами заедаться? Или уж будь готов огрести по полной, да?

О нет, в драке не использовали магию. Да и вообще Ирвин искренне полагал, что даст разок в рожу, плешивый заплачет и пойдёт, и вопрос окажется исчерпанным. Но он почему-то не заплакал и не пошёл, а позвал друзей, которые и вылезли из какого-то запечного угла, и дальше случилась куча мала, в которой чёрта с два потом разберёшь, кто начал, кто поддержал, кто виновная сторона и кто пострадавший. Полиция и не разбиралась, ни обычная, ни магическая — всем припаяли нарушение общественного порядка и штрафы по этому поводу. Да и хрен бы с ним, но какой-то идиот заснял всё событие и выложил в сеть, и эту-то запись Мюррею на стол в клювике и принесли.

И стоял теперь Ирвин Бакстон, лучший сотрудник управления по борьбе с нежитью, и как дурак пялился на носки своих ботинок. Потому что Мюррей завёлся, и завод его никак не кончался — пилил, пилил, пилил… Да дьявольщина, его родной отец, помянутый лорд Бакстон, так не пилит, хоть давно уже похоронил надежду видеть сына если не на своём месте, то за серьёзным занятием. А это что?

— Ты уволен, ясно? — тирада завершилась неожиданно.

Раньше Мюррей только грозился, а сегодня что изменилось?

— Э-э-э… прямо сейчас, что ли? — наверное, Ирвин просто охренел, вот и спросил.

Да блин же, если увольнять, то какого х… мозг колупать? Мог уволить прямо сразу, а не вот это всё, да?

— Прямо сейчас, — припечатал Мюррей. — Без возможности восстановления. И ни в какие приличные военные подразделения тебя тоже не возьмут, кому ты там такой сдался, не умеющий исполнять приказы?

Ну это он загнул, всё Ирвин умеет! Так-то после академии он три года прослужил в подразделении Организации Всемирного Прогресса, и хотел пробоваться в Магический Легион, но отец попросил остаться в столице и в стране и подогнал ему эту работу — у друга. И Ирвин отлично справлялся, ну а что вот так встревает иногда — а кто не встревает-то, ну правда? Жизнь одна, и когда её жить-то на всю катушку, как не в молодости? Будет ему шестьдесят, как отцу, будет он толст и важен, и будет у него четверо детей и жена в мехах и бриллиантах, тогда и станет праведным до отвращения. А пока он Ирвин-Зажигалка, ну и подумаешь, что двадцать семь лет уже, не сто сорок же!

— Господин Мюррей, вы несправедливы, — вот, он это и сказал.

И даже рискнул оторваться взглядом от ботинок и посмотреть на начальника.

— С чего это? Оттого, что не желаю, чтобы моральный облик моих сотрудников становился предметом обсуждения в сети?

— Да нормальный у меня облик, — вздохнул Ирвин. — Ну… случилось так. Виноват.

— Виноват он, значит, слова-то какие знает, надо же, — Мюррей злобно сощурился. — Вот что я тебе скажу, Бакстон. Последний шанс. И если ты его проимеешь, я не погляжу, что ты сын Джона, и пойдёшь ты с ветерком на все четыре стороны. А пока изволь послушать.

— Слушаю, — Ирвин вытянулся по-военному.

— На боевом факультете Академии нужен преподаватель практики. Нестандартные взаимодействия с нежитью, то есть — уничтожение нежити силами магов, не являющихся некромантами. Базовый курс для всех студентов, имеющих соответствующие способности. И мы обычно присылаем на это место практиков.

— Что? — полузадушенно спросил Ирвин.

Какая, к хренам, практика? Какие студенты?

— Я традиционно обещал профессору Довсу отправить к нему вместо себя отличного специалиста. И кто же у нас тут отличный специалист? В общем так, Бакстон. Справишься — будешь работать дальше. Не пожелаешь или не справишься — не будешь. Два семестра. Выбирай сам.

Вроде Ирвин в тот момент был трезв. Или не до конца?

Потому что… чего он согласился-то?

Айлинн с трепетом открыла дверь, на которой золотилась табличка: «Кафедра нестандартных боевых взаимодействий». Потому что, ну, она же не справится. Вот просто совсем не справится. Где она — и где боевики?

В общем кабинете было пусто — занятия начнутся только послезавтра, вот никого и нет. Она прошла дальше, до двери с табличкой «Энтони Довс, профессор». И постучалась.

Тишина, потом вроде бы изнутри послышался какой-то невнятный звук. Айлинн решила, что это разрешение войти, и вошла.

Конечно, ей случалось видеть профессора Довса на каких-нибудь общеакадемических торжествах. То есть, видеть-то она его видела, но что это именно он — не знала. И сейчас с трепетом взглянула на мужчину в возрасте отца, рыжего, волосы всклокочены, пиджак напоминает военный китель, на нём планки наград. Он воззрился на неё в великом изумлении.

— Здравствуйте, профессор Довс, — пробормотала Айлинн.

— Госпожа? Чем обязан? — он подскочил из-за заваленного бумагами стола и поклонился ей.

— Здравствуйте, — повторилась Айлинн еле слышно, она совсем потерялась. — Я Айлинн Донован.

— Отлично, госпожа Донован, и что же привело вас сюда?

— Но… профессор Сансет сказал, что вам нужна сотрудница, — пробормотала она.

— Сансет? Сотрудница?

— Администратор, — Айлинн уже была готова разворачиваться и бежать.

— Постойте, прекрасное виденье. Так вы вместо Дейзи, да?

— Я… да… наверное.

Профессор оглядел Айлинн с головы до ног, будто не поверил.

— Вы готовы разбираться с нашими, гм, рабочими завалами? — он с тоской взглянул на собственный стол.

— Вероятно, да, — Айлинн нашла в себе силы расправить плечи и взглянуть на профессора. — Я работала администратором на кафедре общей артефакторики весь прошлый учебный год.

Профессор взглянул на Айлинн.

— То есть… вы знаете, что делать вот с этим? — он живо схватил лежащий сверху документ и показал ей.

Айлинн взглянула — это было распечатанное предписание сверить нагрузку на предстоящий учебный год и подать её до завтрашнего вечера в учебный отдел. Она делала это для профессора Сансета и преподавателей его кафедры.

— Если вы покажете, с какого компьютера можно зайти в академическую базу данных, мы с вами посмотрим это хоть сейчас.

— Идёмте, — он кивнул Айлинн и стремительно двинулся в общий кабинет, а там — в угол, где лёгким силовым касанием включил компьютер, и ещё одним жестом снял защиту.

Дальше Айлинн уже сама нажала на значок и вошла в базу данных.

— Пароль записан?

Эта мысль вызвала некое умственное напряжение, но только на мгновение, а потом профессор вместо пароля додал ещё толику силы.

— Потом сделаем, чтобы вы тоже легко входили, — сказал он.

А дальше Айлинн села, глянула на профессора — пускай тоже сядет рядом, что ли, и смотрит, и говорит ей, у какого преподавателя какая дисциплина, и какие группы студентов. Он понял, уселся и принялся показывать — что у кого. И вообще на самом-то деле всё оказалось достаточно прилично — потому что студентов примерно одинаковое количество, и состав преподавателей стабилен. Айлинн быстро раскидала все часы по преподавателям. Профессор смотрел на неё с недоверчивым уважением.

Удалось распределить всё, кроме дисциплины «Нестандартные взаимодействия с нежитью» для непрофильных специальностей.

— Скажите, профессор, кому отдать нежить для непрофильных специальностей?

— Что? А, это. Мюррей обещал мне практика. Понимаете, прекраснейшая на свете госпожа Донован, с этим предметом никто не хочет связываться.

— А почему? — не поняла Айлинн.

Так-то нагрузка — она для всех нагрузка.

— Да потому что там вечные проблемы, студенты всегда думают, что им это не нужно, и не ходят. А там практики до… много, в общем, две трети часов — практические. И как прикажете работать на практике со студентом, который прогулял половину теории? Наши-то не прогуливают, не смеют.

Это точно, боевиков всегда строили очень жёстко, они не прогуливали и прилично учились, все, на курсе Айлинн было так.

— И когда придёт этот практик? — спросила она. — Мы можем подвесить эти часы максимум ещё на день, это я по опыту так говорю. Потом вам скажут распределить их на тех, кто уже есть.

Профессор вздохнул.

— Давайте вернёмся к этому вопросу завтра? Я постараюсь его решить.

— Хорошо, — Айлинн расслабилась и выдохнула. — Что ещё нужно сделать по документам?

Нужно было сделать обычное и нормальное — оформить документы на трудоустройство для всех совместителей, получить расписание занятий в соответствующей службе, сверить с преподавателями и отработать их замечания. Завтра заседание кафедры как раз для решения всех этих вопросов. С каждым просмотренным ею документом лицо профессора светлело, под конец он уже улыбался.

— Проставлюсь Сансету, я и не думал, что он может найти такое сокровище! Скажите, чем я ещё могу вам помочь?

— Э-э-э… мне бы список совместителей, я пойду в учебный отдел.

Она получила список и уже собралась было идти с ним в учебный отдел и кадровую службу, когда дверь на кафедру распахнулась и из коридора спросили:

— Можно войти?

Спросили чётко и по-военному, но как-то тихо и придушенно. Айлинн глянула — да она же знает этого красавчика, ну как знает, видела, он учился на курс или два старше и как раз у боевиков. Не давал прохода девушкам, или они ему. Ей-то все эти вещи были совершенно параллельны.

— Вы к профессору? — строго спросила она.

— Да, — сказал он, и чувствовалось, что ему не по себе от того факта, что он сюда пришёл.

И очень неуместно тут выглядел — в цветастой рубашке и живописно рваных джинсах.

— Проходите, профессор у себя, — кивнула она и отправилась мимо него в учебный отдел.

Ирвин шёл по Академии и с каждым шагом мысленно поддавал себе под зад, потому что вляпался так вляпался. Он был готов служить в любом силовом подразделении, и выходить в рейды на нежить даже в выходной и вне графика, но какого чёрта он забыл здесь? Был ведь рад без памяти, когда учёба закончилась, и не нужно было ходить на пары и сдавать зачёты. Он того, практик. И ему нормально.